Глава 2. Конь рыж
26 марта 2017 г., 20:13
«И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нём дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч». Откр. 6:3-4
Десантный челнок в очередной раз тряхнуло, и Анна невольно вцепилась в ремень безопасности, молясь Безликому, чтоб донесения разведки оказались верными и на планете Четыре действительно не было системы обороны класса «земля-космос». Поймав пару удивлённых взглядов и смутившись, эмиссар выпустила ремень и огляделась. Над дверью в кабину пилотов успокаивающе горела зеленая лампочка, штатно ревели двигатели, а во встроенном в шлем коммуникаторе то и дело звучали короткие отчёты о состоянии полёта. На установленных двумя рядами вдоль стен кабины металлических креслах сидело три десятка человек в чёрных бронекостюмах — один из ударных отрядов Инквизиции. Выровнявшийся было корабль снова затрясло. Из переговоров пилотов Майер поняла, что они проходят сквозь верхние слои атмосферы. Тело привычно вдавило в кресло. Корабль дёргался и трясся всё сильнее и сильнее. Не выдержав и закрыв глаза, эмиссар потянулась Волей к одному из пилотов. Едва касаясь его разума, инквизитор чужими глазами наблюдала за бушующими снаружи огненными всполохами. Окружающее судно силовое поле то и дело ярко вспыхивало, однако надежно защищало корпус. Вокруг спускались другие группы. Кто-то уже достиг поверхности. Вдруг тряска прекратилась. Корабль замедлился и теперь по заранее просчитанной траектории плавно шёл на посадку. Разведка не ошиблась. Десантирование проходило без потерь. Впрочем, этому способствовала и поддержка флота, расстреливавшего ключевые участки инфраструктуры ксеносов точными орбитальными ударами. Шум двигателей стих, и челнок плавно опустился на землю. Защелкали, автоматически расстегиваясь, ремни безопасности. Механический голос предупредил о непригодных для человека условиях и напомнил о необходимости проверки герметичности костюмов. До сих пор спокойно сидевшие люди засуетились. Быстро, как на учениях, выстроились в проходе, проверили оружие и снаряжение, приготовились. Анна, как и ещё десяток инквизиторов, оказалась окружена бойцами ликвидационной бригады — основной ударной силой их отряда. Благодаря обширным генетическим модификациям ликвидаторы во много раз превосходили простых солдат в силе, выносливости и скорости реакции. Расположенное над дверью табло вспыхнуло, и на нём появились цифры, отсчитывающие время до начала высадки. Из последних сил борясь с нарастающим волнением, Майер неотрывно следила за таймером, пытаясь представить, что будет, когда дверь откроется. Ожидание казалось мучительно долгим. Люди нервничали, многим не терпелось покинуть челнок. Спокойными оставались лишь ликвидаторы, невозмутимо ожидая начала высадки. Отмеченные на табло тридцать секунд кончились неожиданно. Раздался короткий писк, и двери с тихим шипением открылись. Бойцы бригады действовали чётко, а вот привыкшим к кабинетной работе инквизиторам было тяжело. Анна собрала наиболее опытных и сильных коллег, вот только большинство из них, разменяв третью сотню лет, не горели особым желанием снова выходить «в поле», привыкнув к спокойной жизни на должностях руководителей планетарных отделов и выше. Впрочем, три месяца упорных тренировок не пропали даром, превратив ударные отряды в единый организм, беспрекословно выполняющий приказы командира. Едва группа покинула челнок, как он снова взлетел, возвращаясь на крейсер за новыми пассажирами. Наконец-то оказавшись на твёрдой земле, Майер с интересом огляделась. Зеленовато-голубое небо, ослепительно-яркое солнце, серый камень, покрытый каким-то фиолетовым подобием лишайника, отвесные скалы, с трёх сторон окружающие выбранную ими для высадки низину. Вдруг небо перечеркнул яркий красный луч, раздался далёкий низкий гул, а по земле прокатилась мелкая дрожь. Анна невольно поёжилась. За восемьдесят четыре года жизни орбитальный обстрел видеть ей пока не доводилось. Эмиссар сделала несколько аккуратных шагов, осваиваясь и привыкая. Костюм поддерживал комфортное давление и температуру, а вот со слабой гравитацией приходилось мириться. Майер отметила, что весь её отряд занят примерно тем же самым. Крейцер справедливо рассудил, что прежде чем бросить людей в бой, им надо дать освоиться, привыкнуть к новым условиям. Закрыв глаза, инквизитор попыталась почувствовать планету. Вокруг была пустота. Она чувствовала лишь окружавших её людей. Волнение и страх солдат, впервые ступивших на враждебную территорию. Сосредоточенность инженеров, руководящих тяжёлыми строительными роботами, сразу же приступившими к сборке модульных казарм. Азарт застывших перед планшетами разведчиков, рассылающих дроны для исследования новой местности. Так бывало только в одном месте — на Земле. Поднимая столбы пыли и жутко ревя двигателями, опустился очередной челнок. Майер развернула органайзер, проверяя отчёты командиров других групп. Все они успешно десантировались и теперь ждали приказов эмиссара. Раздав команды, Анна не спеша побрела по разрастающемуся лагерю. Ужасно хотелось курить. Невозможность достать сигарету вызывала почти физические страдания. Успевшее подняться в зенит солнце нещадно палило. Автоматически затемнившееся стекло шлема не спасало от слепящего света. Анна болезненно щурилась, чувствуя, как по щекам текут слёзы. С завистью глянув на инженеров, управляющих роботами в надетых поверх шлемов громоздких очках виртуальной реальности, она принялась искать хоть какую-то тень. Вокруг кипела работа. Бесконечной вереницей тянулись шаттлы и грузовые транспортники, привозящие новых солдат, технику, припасы и стройматериалы. Люди действовали слаженно и быстро. Анна испытала глубокое разочарование, осознав, что абсолютно не нужна в лагере. Текущие задачи решали командиры рангом ниже, да и не возникало пока проблем, требующих вмешательства эмиссара. Теперь до неё дошло, почему Блек не захотела покидать свой крейсер. Отослав успевшую надоесть за время полёта свиту из адъютантов, референтов и охраны, Майер, укрывшись от солнца в тени бронемашины пехоты, просматривала отчёты и записи с разведывательных дронов. В конце концов, подключившись к одному из устройств, Анна принялась наблюдать за панорамой чужого мира. Дрон летел над каменистой равниной. То тут, то там встречались заросли фиолетового лишайника. На горизонте виднелись очертания каких-то исполинских строений — один из крупных городов ксеносов. Над строениями поднимались клубы густого чёрного дыма. Майер хотела было приблизить изображение, но в этот момент с неба ударил очередной красный луч. По экрану пошли помехи, яркая вспышка засветила камеру. Когда картинка вновь стала чёткой, дрон уже успел удалиться от гибнущего города. Пролетев над вымощенной чёрными плитами дорогой, разведчик нырнул в ущелье и довольно долго летел окружённый тёмно-серым камнем. Анна была готова поклясться, что пару раз видела на дне ущелья отвалы шлака и брошенную технику. Впрочем, больше ничего интересного на экране не появлялось. Инквизитор уже готова была отключить наблюдение, как картинка сменилась. Дрон вновь оказался на покрытой подобием лишайника равнине. В её центре искрилось на солнце озеро, а за ним на небольшой возвышенности чернела циклопическая башня из грубо отёсанных каменных блоков. Строение казалось ветхим и заброшенным, но чем дольше Анна его рассматривала, тем отчётливей чувствовала смутную тревогу и иррациональный страх. Дрон вновь свернул, и жуткая башня исчезла. Теперь он летел над озером с неестественно голубой водой. Замедлившись, аппарат спустился и завис над неподвижной гладью — выполняя стандартный протокол исследования, оператор брал необходимые пробы. Вдруг из воды метнулось что-то тёмное и, обхватив дрон, утащило его в озеро. Что это было — опешившая Анна рассмотреть не успела. Свернув рябящий белым шумом экран, эмиссар отключила органайзер и только теперь заметила спешащего к ней адъютанта. — Ваша милость, — коротко поклонившись, мужчина вытянулся по стойке «смирно», ожидая разрешения начать доклад. — Слушаю, — поднявшись с земли, Майер стряхивала с брони белёсую пыль. — Старший инженер рапортует о готовности казарм для служителей Инквизиции. — Быстро они, — Анна активировала встроенные в органайзер часы, — за четыре стандартных часа управились. — Как и указано в протоколе, ваша милость. Старший инженер внимательно следит за сроками. — Хорошо. — Майер одобрительно кивнула. — Если и дальше пойдёт по графику, оформите ему поощрение. Передай командирам ударных групп разводить свободных людей по казармам. И ещё, — эмиссар нахмурилась, — мне нужен полный анализ по записи с дрона К-17/21. Срок исполнения — три часа. Выполнять! — Так точно! — отдав честь, адъютант удалился. Спустя несколько часов Анна всё же добралась до казарм. Отослав адъютанта, Майер не удержалась и сама направилась на поиски оператора интересующего её разведывательного дрона. Отмотав и замедлив запись, они всё-таки смогли рассмотреть погубившее технику грязно-серое студенистое щупальце, вот только его обладатель из-под воды так и не показался. Пересматривая запись, Анна с замиранием сердца ждала кадров с башней, однако они не вызвали у женщины никаких эмоций. Теперь башня казалась инквизитору просто грудой камней. Списав свой испуг на усталость, отсутствие сигарет и нервы, эмиссар хотела было направиться в казарму, но вернулись разведгруппы. Первая вылазка прошла без потерь, да и обитатели планеты бойцам так и не встретились. Люди нашли небольшое поселение, по всей видимости, в спешке покинутое его жителями. Если верить следам, напуганные вторжением ксеносы бежали в горы. Другие высадившиеся группы также пока не встретили какого-либо сопротивления. В уцелевших после орбитального обстрела городах наблюдалось активное движение, впрочем, армия, если она тут, конечно, была, пока бездействовала. На связь выйти тоже никто не пытался. Добравшись в конце концов до казармы, Анна первым делом сняла шлем и, вдохнув полной грудью отфильтрованный воздух, недовольно поморщилась. Он оказался сухим и стерильным, лишенным каких-либо запахов. Покопавшись в разгрузке, Майер вытащила из одного из карманов серебряный портсигар и впервые за день закурила. Краем глаза она заметила, что кое-кто последовал её примеру. Казарма быстро наполнилась запахом табака и теперь казалась Анне гораздо более уютным местом, нежели была вначале. Возведённое инженерами сооружение представляло собой некое подобие ангара, разделённого на несколько отсеков. Казарма была собрана из так называемых универсальных блочных унифицированных конструкций, позволявших в течение суток построить полноценную базу. Если верить архивам, изначально эта технология разрабатывалась для упрощения колонизации новых планет, однако с началом Первого Крестового Похода была изменена под нужды армии. Осмотрев ряды одинаковых брезентовых раскладушек, Анна недовольно поморщилась, и выбрав одну, швырнула на неё вещмешок. Женщина оказалась совершенно не подготовленной к жизни в подобных условиях. Годы, проведённые в учебке, уже давно забылись, а последние лет пятьдесят Майер окружали дорогая мебель ручной работы да мягкие перины. Даже её любимый серебряный портсигар смотрелся в этом ангаре неуместно. Впрочем, она сама захотела участвовать в наземной операции, а значит, не стоило жаловаться на тяготы походного быта. Поставив на пол шлем и усевшись на раскладушку, Анна потянулась было к застёжке, желая наконец-то снять надоевший за день бронекостюм, ощутимо пахнущий дезинфицирующим средством. — Не снимай, — подошедший Гай кинул свои вещи на стоящую рядом койку, — мы не знаем, что будет ночью. — Думаешь, они решат атаковать? — разочаровано вздохнув, Майер оставила застёжку в покое и потянулась за очередной сигаретой. — Возможно. Мы ничего не знаем об их уровне техники, тактике и стратегии. Да мы их самих ещё ни разу не видели! — сняв шлем, Гера сел на свою раскладушку. — Вы ведь нашли их поселение? — покопавшись в вещмешке, Анна достала сухпаёк и без особого интереса рассматривала пакет с дегидрированным пищевым концентратом. — Которое было брошено. Думаю, они в шоке. Крупные города разрушены. Власти, если и выжили, пытаются понять, что произошло, и решить, что делать дальше, гражданские паникуют, — мужчина растянулся на койке, положив вещмешок вместо подушки. — А их армия? — залив содержимое пакета водой из фляжки, Майер без особого энтузиазма рассматривала получившуюся белую массу. — Когда выйдем на город, увидим их армию. Может, и раньше. Кое-кто из командования уже считает, что взял планету, а мне кажется, что мы надолго завязнем в этой системе. Анну разбудил сигнал тревоги. Вскочив на ноги, подхватила шлем, огляделась по сторонам оценивая ситуацию. — Эмиссар! Эмиссар Майер! — в казарму влетел адъютант полковника Барисова, командующего их отрядом в наземной части операции. Солдат проскочил было мимо инквизитора, однако заметив белеющие на наплечнике крест и череп, резко остановился и склонил голову в поклоне. — Слушаю, — чувствуя нарастающее волнение, Анна внимательно смотрела на адъютанта. — Ваша милость. Внешний контур охранного периметра нарушен! Полковник просит вас и майора Гера немедленно явиться в оперативный штаб! — запыхавшийся боец выпалил речь скороговоркой и теперь пытался отдышаться. — Веди! — Майер быстро надела шлем. — Хейг, готовь людей! Мы не знаем, что они могут. В штабе царила суматоха. Люди суетились, кричали и бранились. Несколько старших офицеров пытались навести порядок, раздавая приказы и грозя трибуналом за неповиновение. При виде вошедшего в штаб эмиссара солдаты притихли. Инквизицию боялись. Пройдя через заставленный тактическими столами и оборудованием зал, Майер остановилась перед висящим на стене экраном, на который транслировались данные с нескольких десятков камер наблюдения. Рядом с ней, заложив руки за спину, стоял высокий широкоплечий мужчина. Его лицо и череп покрывали уродливые шрамы от ожогов. Полковник Василий Барисов, боевой офицер, прошедший не один десяток пограничных конфликтов. Заживо горел в подбитом танке. Награждён тремя огненными крестами за доблесть и отвагу. Анна поймала себя на том, что вспоминает досье полковника, прочитанное перед началом Крестового Похода. — Эмиссар, майор, — отвернувшись от экранов, Барисов склонил голову, приветствуя вошедших. — Полковник, — Майер ответила тем же. — Ксеносы нарушили внешний периметр, — вернувшись к экрану, офицер увеличил изображение с одной из камер, — две особи. Движутся к базе, признаков агрессии не проявляют, либо не чувствуют слежку. Мои люди ведут их уже несколько минут. Взглянув на экран, Анна увидела, как по каменистой равнине медленно движется пара существ. Высокие, покрытые серо-синим панцирем, ксеносы напоминали ей богомолов. Вытянутые черепа, четыре пары конечностей, длинные тела, в бесформенной одежде. Существа то и дело шевелили короткими жвалами, издавая скрипящие и щёлкающие звуки. — Надо посмотреть на них поближе, — скрестив руки на груди, эмиссар неотрывно следила за ксеносами. Группа из десяти сильнейших инквизиторов в сопровождении ликвидаторов и военных двигалась по равнине навстречу нарушителям. Существа наконец заметили людей и остановились. Отряд тоже замер, ожидая дальнейших приказов. Закрыв глаза, Анна потянулась Волей к ксеносам. Ей с трудом удалось почувствовать отголоски страха и удивления существ. Казалось, что их удивляют не сами люди, а их поведение. Почувствовав что-то, пришельцы попятились, защёлкали, зашипели. Солдаты вскинули оружие, готовые в любой момент открыть огонь на поражение. Вдруг один из ксеносов, поджав конечности, повалился на землю. Анна пошатнулась, выходя из транса. Подчинить существо оказалось непросто. Второй ксенос засвистел, метнулся к сородичу, быстро защёлкал жвалами, тормоша тело длинными передними конечностями, отдалённо напоминающими руки с трёхпалыми кистями. Упавшая особь всё так же неподвижно лежала на покрытом лишайником камне. Зашипев, второе существо кинулось к людям. Выстрелы прозвучали почти одновременно. Разорванное сгустками энергии тело повалилось на землю, дёргаясь в конвульсиях и разбрызгивая вокруг прозрачную жидкость. — Оба тела доставить на мой крейсер, — подойдя к существам, Анна склонилась над изуродованным трупом и его более удачливым сородичем. — Будет исполнено, ваша милость. — Барисов отдал подчинённым пару коротких команд. — Возвращаемся на базу. Через два часа начнётся основная фаза операции.
