Dies Irae

«Пятый Ангел вострубил, и я увидел звезду, падшую с неба на землю, и дан был ей ключ от кладезя бездны». Откр. 9:1

      Белёсая пыль висела в воздухе, оседала на бронекостюме, обгоревшей технике и трупах. Рот был полон отвратительно-солёной крови, а сквозь стоящий в ушах звон едва пробивались звуки боя. С трудом перевернувшись на живот, Анна откашлялась и, сплюнув бурый сгусток, с трудом встала на четвереньки. Зло выругалась, осознав, что плюнула в собственный шлем. Протёрла от пыли исцарапанный визор, очищая обзор. Нашарив выпавший пистолет, кое-как поднялась на ноги. Взрывная волна отбросила эмиссара на несколько метров, и если бы не выданные Дане стимуляторы, Анна вообще вряд ли бы смогла пошевелиться.       Проверив оружие, она осмотрелась. Неподалёку распластались двое сопровождавших её бойцов. Вокруг изломанных тел расползались кровавые пятна.       Поднятая взрывом пыль постепенно рассеивалась, и засевший на противоположной стороне улицы стрелок вновь стал представлять опасность. Яркая вспышка встроенного в костюм щита, уничтожившего пулю, заставила эмиссара растянуться на земле и быстро отползти к обгоревшему остову броневика. От искорёженного корпуса боевой машины до сих пор шёл сильный жар, ощутимый даже сквозь тяжелый бронекостюм. Индикатор щита противно мигал красным, давая понять, что второго попадания он уже не осилит.        — Квадрат четырнадцать, снайпер на десять часов. Попробую снять, — активировав встроенное в шлем переговорное устройство, Анна предупредила отряд об опасности.       Майер привычно попыталась отстраниться от внешнего мира и сосредоточиться, чтобы почувствовать стрелка. Но звон в ушах мешал сконцентрироваться. А появившиеся тошнота и головокружение окончательно выбили из колеи. Зло зашипев сквозь стиснутые зубы, она открыла глаза.       Улица исчезла. Теперь Анна стояла посреди каменистой пустоши. Вокруг клубился густой туман, не позволяя рассмотреть что-либо дальше вытянутой руки. Звуки боя тоже пропали, женщину окружала звенящая тишина. Активировав переговорное устройство, Анна попыталась выйти на связь со своим отрядом, но эфир молчал.       Выругавшись и отключив шипящий «белым шумом» коммуникатор, Майер, стараясь не поддаваться эмоциям, опустилась на колени и прижала ладони к чёрному камню. Она должна была изучить это место, найти слабый элемент иллюзии, подавить и разрушить чужую магию.       Её окружала пустота. Как Анна ни старалась, она ничего не чувствовала. Вскоре голова начала раскалываться от перенапряжения, но каких-либо результатов добиться так и не удалось. Анну затрясло. Впервые за долгие годы службы она столкнулась с тем, чего совершенно не понимала. Чем сильнее Майер напрягала Волю, тем острее ощущала на себе чей-то взгляд. Эмиссар была готова поклясться, что на много километров вокруг нет ничего живого, однако ощущение присутствия только нарастало. Когда оно стало совсем нестерпимым, Анна резко открыла глаза.       Вокруг по-прежнему клубился туман. Борясь с нарастающей паникой, заставила себя подняться. Попробовала активировать органайзер, чтобы сверившись с картой понять, где находится. Легко коснулась матовой поверхности браслета, пытаясь включить прибор. Ничего не произошло.       Анна похолодела от ужаса. Связь с внешним миром была полностью разорвана. Мелькавшие по исцарапанному стеклу шлема столбцы отчётов твердили, что оставшихся ресурсов бронекостюма хватит на двое суток поддержания жизнедеятельности в автономном режиме, а потом её ждёт смерть от нехватки кислорода. Кроме того, женщина была уверена, что в окружающем её тумане что-то есть. Теперь она слышала, или думала, что слышит тихий шепот, повторявший слова на неизвестном ей языке.       Больше всего хотелось убежать. Неважно куда, главное быстрее и как можно дальше от этого места. Анна невероятным усилием подавила очередной приступ паники. Бежать нельзя. Нельзя так глупо расходовать ресурсы.       Внимательно осмотревшись, Анна попыталась сориентироваться. Она была уверена, что всё ещё находится на планете Четыре, осталось только определить где именно. В конце концов, женщина отметила, что чёрная равнина с одной из сторон незначительно идёт вверх. Это могло быть началом подъёма на вершину огромной скалистой гряды, пересекающей один из материков планеты. Вспомнив сделанные дронами-разведчиками снимки, она была почти уверена, что находится у подножья исполинского хребта. Определившись с направлением, Анна быстро зашагала по пустоши. Тихий шорох шагов по камням был единственным звуком вокруг. Он даже почти заглушал никак не желающий смолкать неразборчивый шепот.       Спустя четверть часа начался крутой подъём. Скала вынырнула из тумана внезапно, заставив Анну невольно улыбнуться. В горах всё ещё скрывалось Сопротивление. Десятки имперских дронов-разведчиков круглосуточно сновали вокруг чёрного хребта, выискивая следы лагерей или диверсионных отрядов. А значит, её обнаружение — вопрос нескольких ближайших часов.       В очередной раз попытавшись активировать органайзер и в очередной раз потерпев неудачу, Анна побрела вдоль чёрной стены, ища удобное для подъёма место. Навязчивый шепот теперь почти заглушал шуршание камешков, вылетающих из-под тяжёлых сапог инквизитора.       Вскоре впереди показалось некое подобие тропы. Похоже, что где-то недалеко находилось поселение, вроде того, что обнаружила разведгруппа в первый день после высадки.       Идти оказалось на удивление легко. Тропка, постепенно расширилась и превратилась в утоптанную дорожку. Кое-где для удобства даже были сложены высокие, явно не под человеческую ногу, ступени.       Подъём занял у Анны почти три часа. Дважды она останавливалась передохнуть и попытаться выйти на связь с группой высадки. Оба раза эфир оставался пустым. Густой, клубящийся у основания скалы туман наконец-то начал рассеиваться. Чем выше поднималась Анна, тем прозрачнее становился воздух.       Подъём кончился внезапно. Преодолев последнюю пару ступеней и обогнув нависшую над тропою каменную глыбу, Майер оказалась на плато. Туман исчез окончательно. Всё вокруг было залито ярким светом, хотя небо затягивали плотные серые тучи. Прямо перед эмиссаром серебрилось озеро. А за ним, на небольшом холме чернела циклопическая башня без единого окна или двери. Анна оцепенела от внезапно нахлынувшего ужаса. Она уже видела эту башню, только смотрела на неё через камеры дрона-разведчика.       Преследовавший её всё это время шёпот усилился. Неведомое существо раз за разом повторяло какую-то молитву или заклинание. Анна не понимала слов, но чем больше вслушивалась в них, тем страшнее ей становилось. Усилилось и ощущение чужого присутствия. Теперь Майер чувствовала, что исходит оно из башни. Там, за сложенными из грубого чёрного камня древними стенами, было что-то живое. Анна ощущала ярость и голод существа, заточённого в башне. Оно было здесь давно, очень давно. Оно появилось здесь задолго до людей или ксеносов.       Анна почувствовала пристальный голодный взгляд. Вдруг покрытая трещинами стена оказалась прямо перед ней. Камень стал таять, истончаться. Эмиссар увидела тянущиеся от стен толстые чёрные цепи. На каждом звене горели неизвестные ей руны. Цепи оплетали зависший в воздухе белый кристалл. Его асимметричные, неправильные формы и невозможные углы пугали своей инаковостью. Внутри кристалла обитало Нечто. Серая масса то проступала, то вновь исчезала в его глубинах. Оно пульсировало, изменялось, перетекало, не имея формы. Анна почувствовала, как к ужасу добавилось нестерпимое отвращение к заточённой в кристалле мерзкой твари.       Вдруг существо перестало метаться и приблизилось к стене своей тюрьмы. Анна видела, как Нечто начинает проявляться, обретать форму. Майер закричала, не в силах бороться с охватившим её страхом, руны на цепях ослепительно ярко вспыхнули, и эмиссар потеряла сознание.       Первым вернулся слух. Совсем рядом что-то жужжало и щёлкало. Где-то недалеко приглушенно переговаривались люди. Кто-то рассмеялся, но мигом был одёрнут собеседниками, призвавшими вести себя тише.       Анна резко открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света. По щекам непроизвольно потекли слёзы. Не понимая, что происходит, она села, но сразу же повалилась обратно, взвыв от сильной боли в боку. Отдышавшись, снова открыла глаза и быстро заморгала, привыкая к свету.       Она лежала в больничной палате. Вокруг жужжало, попискивало и перемигивалось множество приборов. От некоторых из них тянулись проводки и трубочки с мутной жидкостью, уходящие под узкие повязки на её руках и шее.       — Вы пришли в себя. Хорошо, очень хорошо, — переведённый в ранг личного врача эмиссара Дане вошёл в палату и, подойдя к одному из устройств, стал просматривать отчёт на небольшом экране.       — Где я и как сюда попала? — Анна устало откинулась на подушку.       — Вы в полевом госпитале при штабе полковника Барисова. Три дня назад вы участвовали в штурме одной из крупных баз сопротивления. Были ранены и экстренно доставлены сюда. Я прибыл с крейсера, как только узнал о случившемся. С тех пор вы пребывали в медикаментозной коме, из которой вышли преждевременно из-за сбоя в технике, — Карл продолжал возиться с аппаратом.       — Но я была на плато. Башня, — Майер закрыла лицо руками, пытаясь вспомнить, что с ней происходило.       — Галлюцинации, Ваша милость. У вас сломаны четыре ребра, сотрясение мозга и сильная контузия. Плюс кислородное голодание. Ваш бронекостюм был повреждён при взрыве. Когда вас нашли, вы уже почти задохнулись.       — Но это было так реально, — Анна не могла поверить, что всё произошедшее с ней — всего лишь бред, порождённый умирающим от недостатка кислорода мозгом.       — Вам нужен покой, миледи, я устранил сбой программы. Сейчас вы снова уснёте, а когда проснётесь — будете совершенно здоровы, — оторвавшись от экрана, Дане внимательно посмотрел на эмиссара и ободряюще ей улыбнулся.       — Нет. Выключи аппарат и отойди от него, — подкреплённый Волей приказ отозвался тошнотой и головокружением. Морщась от боли в боку, Анна снова села. Ей не хотелось принуждать Дане, но иначе он бы её не послушал. Ради благополучия пациента врач вполне мог проигнорировать прямой приказ.       Быстро набрав на панели управления несколько команд, Дане отключил устройство, затем подошел к Анне и убрал подключенные к ней провода и трубки.       — Извините, Карл, мне, правда, очень жаль, что пришлось использовать Волю, но я не могу тут оставаться, — в голосе Майер звучало искреннее сожаление.       — Вы убиваете себя, миледи, — Карл был обижен, но решил всё-таки не спорить с эмиссаром.       — Мне и так недолго осталось, — Анна с тоской взглянула на правую руку. Распространяющаяся по капиллярам чернота успела доползти до ключицы. — Верните меня в строй и расскажите, что произошло за время моего отсутствия.       Вздохнув, Дане неодобрительно покачал головой и полез в стоящий в углу палаты шкафчик с лекарствами.       Чеканя шаг, Анна быстро шла по штабу к главному залу. Достроенный и разросшийся, он больше не напоминал ангар, второпях построенный инженерами в первый день высадки на планету Четыре.       Коротко отвечая на приветствия встречающихся офицеров, она старалась не сбить дыхание и не кривиться от боли. Дане туго перебинтовал сломанные рёбра и вколол какую-то адскую смесь, поднявшую эмиссара на ноги, но не совместимую с обезболивающими.       — Моя дорогая, вы так быстро встали на ноги! Мы все очень волновались о вас! — вышедшая из главного зала рыжеволосая женщина в чёрной форме эмиссара попыталась по-дружески обнять Майер, но наткнувшись на колкий взгляд, отстранилась.       — Мне уже гораздо лучше, Аманда, благодарю за заботу, — Анна холодно улыбнулась. — Мне очень жаль, что из-за моего ранения вам пришлось покинуть свой крейсер. Однако теперь я снова на ногах. Думаю, вы будете рады вернуться к своим исследованиям, — Майер уже знала, что едва прослышав о случившемся, Блек прилетела на планету Четыре и приняла на себя командование силами Инквизиции. Наземная часть операции подходила к концу, и взятие планеты стало бы неплохим дополнением к её послужному списку.       — Несомненно, моя дорогая, — во взгляде Блек мелькнула злоба и разочарование, тут же скрытое за фальшивой улыбкой. — Но прошу вас, будьте осторожны. Великий Инквизитор будет очень расстроен, если с его любимым учеником что-то случится.       — На всё милость Безликого. Однако, думаю, Первый Кардинал тоже переживает о своей ученице, — Анна вновь улыбнулась, не без удовольствия отметив, как Блек нахмурилась при упоминания своего покровителя. О том, что эмиссар Первого Кардинала попала к нему в немилость шептались давно, и теперь Анна убедилась, что слухи, скорее всего, верны.       — Всегда приятно вспомнить наставника. Но мы заговорились, пройдёмте в зал, — раздражённая тем, что выдала свои переживания, Блек решила поскорее закончить неудобный разговор.       — Конечно, — довольная своей маленькой победой, Анна снова улыбнулась и зашла в главный зал.       В зале собрался весь высший командный состав наземной части операции. Наконец-то удалось вычислить местонахождение штаба сопротивления, теперь осталось решить, как его уничтожить. При виде Майер в зале наступила тишина. Никто не думал, что ещё с утра пребывающий в медикаментозной коме эмиссар под вечер решит явиться на совещание. Поймав взволнованный взгляд сидящего рядом с Барисовым Гая, Анна едва заметно улыбнулась ему. Дане рассказал, что бригадир не отходил от неё, пока неотложные дела не вынудили его вернуться в штаб.       — Какая приятная неожиданность, Ваша милость, — улыбка Барисова действительно была искренней, — рад, что вы оправились от ран так быстро.       — Я рада видеть вас в добром здравии, полковник, впрочем, как и всех остальных здесь собравшихся, — подойдя к пустующему стулу, Анна уселась за стол, — расскажите, что мы имеем?       — Нам удалось установить местонахождение штаба Сопротивления. Вот здесь, в горах, — над столом возникла голограмма карты. Взяв тонкую металлическую указку, Барисов ткнул в горный хребет, протянувшийся через весь материк.       — Наши войска готовы к штурму? — Анна с замиранием сердца разглядывала карту. Она была уверена, что знает, в каком именно месте укрылись повстанцы.       — Мы не можем провести штурм. Мы пытались, — Барисов вздохнул, — наши солдаты в панике бежали, а сопровождавшие их инквизиторы теряли сознание. У некоторых не выдержало сердце. Возможно какое-то психотронное оружие или защитное пси-поле действующее только на людей. Взятые в плен офицеры рассказали, что весь высший командный состав сопротивления — ксеносы. Они укрылись в сети пещер вот здесь, — полковник приблизил изображение.       Анна похолодела от ужаса. Укрытие повстанцев располагалось под древней циклопической башней из чёрного камня, стоящей на берегу небольшого озера.       — Если к их штабу нельзя подойти, значит, нанесём удар с орбиты, — Блек довольно улыбнулась, глядя на посеревшее, испуганное лицо Анны, — вы очень вовремя присоединились к нам, моя дорогая, адмирал начнёт через пару минут.       — Это не пси-поле, — Анна заворожено смотрела на карту.       — Что? — Барисов и остальные собравшиеся смотрели на неё с непониманием.       — Это не пси-поле! Отменяйте удар! Барисов! Срочно установите связь с адмиралом Крейцером! — Майер вскочила со стула и тут же зашипела от боли, хватаясь за потревоженный бок.       — Да вы не в себе, друг мой, — в голосе Аманды звучало злое торжество, — вы слишком переутомились. Вернитесь в палату, прилягте, отдохните. Господа, может быть, кто-нибудь проводит эмиссара Майер в лазарет? Ей нездоровится.       — Пройдёмте, Ваша милость, — один из сидевших рядом офицеров поднялся, желая проводить эмиссара.       — Отставить! — голос Анны хрипел от злости, — эмиссар Блек, покиньте помещение! Отменить удар! Вызовите адмирала! Немедленно!       — У вас нет права отдавать мне приказы! — опрокинув стул, Блек вскочила со своего места. — Вы больны! Вы с ума сошли на этой планете!       — Вывести эмиссара Блек из зала! — Анна тяжело дышала, вцепившись в край стола, чтобы не упасть.       Двое стоящих в карауле ликвидаторов подошли было к эмиссару, но в нерешительности остановились, ожидая подтверждения приказа.       — Выполнять! — Гай чувствовал, что прямо сейчас влез в очередную политическую игру, но не поддержать Анну он не мог.       Ликвидаторы подхватили Блек под руки и повели к выходу, но вдруг экран залило ярким светом. Собравшиеся заворожено наблюдали, как красный луч ударил прямо в чёрную башню, и она взорвалась, породив ослепительно яркую вспышку белого пламени.       Взвыв от нестерпимой боли, Анна, обхватив голову руками, повалилась на пол. То же самое происходило и с Блек. Эмиссар дико кричала и пыталась ногтями расцарапать свое лицо.       Всё закончилось также внезапно. Тяжело, хрипло дыша, Анна лежала на спине, пытаясь прийти в себя после только что пережитого. Повиснув на руках ликвидаторов, рыдала Блек.       — Что это было? — Барисов с изумлением и страхом смотрел на приходящих в себя инквизиторов.       — Защитные чары, — с трудом отдышавшись, Блек рукавом вытерла лоб, покрытый крупными каплями пота, — очень сильные защитные чары.       — Оно здесь, — кое-как сев и облокотившись о стену, Анна пристально смотрела на экран. Озеро испарилось, часть хребта осыпалась, а башня исчезла. Теперь на её месте темнела огромная воронка, в центре которой белел расколотый кристалл.