До сих пор Холмс

Узкая Этон-авеню с протянувшимися вдоль нее особняками из красного кирпича считалась одним из излюбленных мест Лондона среди риэлторов. Здесь были построены богатые коттеджи на несколько семей, и жилье всегда находило своих покупателей или арендаторов. На Этон-авеню было практически безлюдно и тихо, разве что припаркованная к дому номер 59 с двумя террасами на втором и третьем этажах полицейская машина свидетельствовала о том, что здесь что-то произошло. — Тело уже увезли? — спросил Холмс, повыше приподнимая воротник пальто. — Нет, — ответил Лестрейд, нагоняя своего коллегу. — Хотите еще раз взглянуть? — Не откажусь. Дом выглядел ухоженным и досмотренным, только немного мрачноватым из-за стиля, в котором был построен: высокие потолки, окна, закрытые плотным тюлем и классические люстры в холле на первом этаже производили какое-то непонятное впечатление, будто мы переместились на сотню лет назад. Тем не менее, довольно старомодная, хоть и недешевая обстановка особняка дополнялась современной охранной сигнализацией. В целом же коттедж по Этон-авеню на несколько семей ничуть не отличался от таких же коттеджей, возведенных в других кварталах Лондона, считавшихся престижными. — А кто жертва? — спросил я, поднимаясь вслед за Шерлоком по высокой лестнице из добротного красного дерева. — Сейчас увидишь, — уклончиво ответил мой друг, и я не стал больше задавать вопросов. У двери в квартиру на втором этаже был выставлен полицейский патруль, а внутри работали следователи. Но даже любопытных соседей не было видно: их либо не было вовсе, либо они были достаточно публичными людьми и не имели желания появиться в вечерних новостных выпусках в криминальной сводке. Я увидел жертву в нескольких метрах от распахнутой двери: это была женщина, и она лежала неподвижно в неестественной позе. Трудно было сказать, сколько она так пролежала, и был ли хоть один шанс спасти ее. — Ну, что скажешь? — Шерлок прошел вглубь квартиры, осторожно обходя тело. Погибшая, которой я дал бы около тридцати пяти лет, лежала полубоком, выгнув спину, подогнув одну ногу под себя и широко растопырив пальцы на руках. Ее голова была запрокинута, а рот приоткрыт: перед смертью она испытывала сильнейшие судороги, и я был склонен к версии, что умерла она в результате удушья, об этом же говорили и посиневшие кожные покровы. — Я не думаю, что ее задушили, — пробормотал я, делая шаг назад от тела. — Верно, — согласился Шерлок. — Похоже на анафилактический шок: погибшая лежит в позе, которая меньше всего похожа на предсмертную борьбу со своим убийцей. У нее были судороги и, вероятно, они случились внезапно, потому что рядом с ней нет аптечки, которую обычно всегда носят с собой аллергики. Кроме того, произошло непроизвольное мочеиспускание. Стоявший рядом с нами и до сих пор молчавший Лестрейд, наконец, добавил: — У женщины был сексуальный контакт. Похоже, речь идет об изнасиловании, судмедэкспертиза сделает соответствующее заключение. Я с удовольствием вдохнул сырой прохладный воздух утреннего Лондона, когда мы вновь оказались на Этон-авеню. Заинтересовавшиеся наличием полицейских вокруг одного из домов и подъехавшим автомобилем с рефрижератором зеваки тихонько переговаривались, пытаясь понять, что произошло на этой вполне благополучной улице. Я пытался сконцентрироваться на том, как могли быть связаны два убийства между собой, но никак не мог освободиться от охватившего меня неприятного чувства. И я понятия не имел, почему Скотланд-Ярду вдруг понадобилась помощь Холмса в ведении следствия именно сейчас, когда случилось второе за неделю преступление. В поведении Лестрейда вообще не было ничего логичного, но за то время, что я был знаком с ним, я понял одну вещь: Грег никогда не обращался к Шерлоку, если в этом не было крайней необходимости. Очевидно, сейчас она имелась. Нам не позволили задержаться подольше и, словив такси, мы направились на Бейкер-стрит. Я очень надеялся, что к этому времени миссис Хадсон успеет приготовить горячее пряное печенье, которым мы обычно завтракали. Мне казалось, что свежая выпечка и ароматный горячий чай в нашей гостиной станут лучшим, что случилось с нами за это утро.

***

— Шерлок, какая связь между сегодняшним убийством и убийством пятидневной давности? — сходу спросил я, едва мы оказались в квартире. Огонь в камине уже давно погас, и здесь больше не казалось так тепло и уютно, как несколько часов назад. Наверное, Шерлок тоже это почувствовал, а, может, болезнь все же давала о себе знать, потому что, тщательно завернувшись в свой старый немного потрепанный плед, мой товарищ устроился в кресле, насупив брови и пытаясь согреться. Он выглядел сосредоточенным и, видимо не был настроен сейчас отвечать на мои вопросы. — Я думаю, Джон, — терпеливо пояснил Шерлок, еще сильнее утопая в пледе. Я не стал ему мешать. В конце концов, если он не был готов поделиться своими соображениями, не имело никакого смысла продолжать давить на него. В этом был весь он: предсказуемо непредсказуемый Шерлок Холмс. Несмотря на довольно тревожное утро, я почувствовал желание вернуться к своей статье, поэтому подошел к рабочему столу, на котором до сих пор стояла моя невымытая кружка. Шерлок был прав: я думал о чем угодно, но только не о материале, который должен был подготовить, хоть косвенно всегда к нему и возвращался. Ноутбук не грузился уже несколько минут, и я, хлопнув себя по лбу, повернулся к своему другу: — Шерлок, какой пароль? Ответом мне была тишина: Холмс сидел в кресле, закрыв глаза и равномерно сопя, и трудно было сказать, задремал он или погрузился в свои бесконечные чертоги разума. — Да-а-а! — спустя несколько мгновений протянул он. — Что? — Да! — уже громче и удовлетвореннее повторил детектив. — Убийца хотел, чтобы про содеянное узнали. Я нахмурился, не совсем понимая, к чему он клонил: — Почему ты так решил? — Потому что это он — автор заметки в утреннем выпуске газеты. — Объясни, — потребовал я, мгновенно теряя всякий интерес к военным мемуарам, к которым несколько минут назад хотел вернуться. — Сообщение об убийстве появилось в утренней газете, в то время, как полиция только утром обнаружила тело первой жертвы после звонка курьера. Обычно сенсационные новости появляются в вечерних выпусках, значит, убийца заранее отослал заметку, не указывая в ней никакой подробной информации, потому что знал только две вещи: он сегодня убьет, и это произойдет на Деланси-стрит. Мое сердце почему-то бешено заколотилось. Совсем как раньше. — Допустим. А что насчет сегодняшнего случая? — Тебе следует чаще проверять твиттер, Джон. Лаконичное сообщение об очередном убийстве появилось на официальном аккаунте все той же газеты сегодня в половину шестого утра. А потом поспешно удалено. Я задумался. Казавшееся с первого взгляда дело теперь не выглядело таким заурядным, как я первоначально подумал. Шерлок умело раскладывал все по полочкам, собирая в единый паззл то, на что я даже не обращал внимания. — Кто-то хочет подставить редакцию? — О, нет, — загадочно протянул Холмс, кидая на меня взгляд. — Кто-то хочет, чтобы мы об этом узнали. Я предпочел промолчать, потому что мне требовалось немного времени правильно осознать услышанные слова, не кидаясь в необдуманные крайности. — Кстати, — Шерлок наклонил голову вбок, — ты обратил внимание на газету, которую я показал тебе сегодня утром? Я отрицательно качнул головой, хотя под ложечкой неприятно засосало от предвкушения ответа, отгадать который я мог на раз-два-три. — Evening Standard. Сюда убийца отправил заметку о первом преступлении, — пробасил Холмс, наконец, торжественно поднимаясь на ноги, но все еще оставаясь закутанным в плед, словно султанские одеяния.

***

Лестрейд повторно появился на Бейкер-стрит в половине десятого вечера, когда большинство городских граждан уже готовилось отправиться ко сну. Моросящий на протяжении всего дня сентябрьский дождь, очевидно, закончился, и лишь мокрый асфальт да падавшие с пожолклых листьев под дуновением ветра капельки свидетельствовали о том, что сегодня Лондон не радовал погодой. С припухшими покрасневшими глазами, Грег выглядел на десяток лет старше, а лицо его было озадачено еще больше, чем сегодня утром. — Выпейте чаю, Грег, — предложил Шерлок детективу, который вновь мялся посреди гостиной. — И присядьте, в конце концов. Мельтешите перед глазами. — Вообще-то я стою на месте, — растерялся Лестрейд. — Ваши мысли мельтешат! Лестрейд, обрадовавшись традиционно странному гостеприимству Холмса, устало опустился на низкий диванчик, стоявший у стены напротив, и кивком поблагодарил меня за полную кружку заваренного черного чая с медом. Если он появился здесь, значит, у него были какие-то новости для нас, и мне не терпелось узнать. Тем не менее, Шерлок не спешил донимать коллегу расспросами, и продолжил сидеть в кресле, уставившись в горящий экран своего мобильного телефона. В отличие от своего друга я не любил пользоваться социальными сетями в качестве источника новостей и полезной информации. Я даже не знал, под каким никнеймом Шерлок был зарегистрирован в своем любимом твиттере. — Кажется, на Вас повесили все дела. Скоро ночь, а Вы до сих пор на службе, — вежливо заметил я, пододвигая к Лестрейду тарелку с оставшимися после обеда пряными печеньями, и тот мгновенно схватил сразу несколько штучек. — Чепуха, — вставил Холмс, взглянув на нас двоих исподлобья. — Жена до сих пор живет у любовника, а Лестрейд предпочитает проводить вечера в своем кабинете, потому что: а) не так скучно, б) он не умеет готовить. — Шерлок! — возмутился я. — Все так и есть, — отмахнулся Лестрейд, которого, казалось, слова моего соседа по квартире ничуть не задели. Пожалуй, я был единственным, кто чувствовал себя неловко, поэтому, поднявшись со своего места, отправился на кухню, чтобы подыскать чего-нибудь из оставшейся у нас еды для вечернего гостя. Некоторое время мы сидели в полнейшей тишине, которую нарушало лишь редкое чавканье проголодавшегося Лестрейда, и терпеливо ожидали новостей, с которыми он к нам пришел. Внизу перестал играть старенький радиоприемник миссис Хадсон, и я понял, что она уже легла в постель. Несмотря на то, что было еще далеко не так поздно, рано оканчивающиеся осенние дни давали о себе знать: меня клонило в сон, и я не совсем был уверен, что сумею внимательно выслушать все, что расскажет нам Грег. — Обе женщины — Кэти Смит и Эбигейл Ховард — не имеют между собой ничего общего, — наконец отодвинув пустую тарелку в сторону, произнес детектив. — Они не пересекались по работе или в других общественных местах. Первая работала секретарем в небольшой логистической фирме, вторая — репетитором в языковом центре. Обе незамужние, проживали одни, детей не имели. Смит была задушена, Ховард умерла в результате анафилактического шока. Обе были изнасилованы в последние минуты перед смертью — это показала экспертиза. Лестрейд умолк, давая нам возможность переработать полученную информацию, а затем продолжил. — Единственная вещь, которая стала для обеих жертв связующим звеном, — ужин в ресторанчике Bar Gansa, что находится на Инвернесс-стрит, в нескольких кварталах от домов, в которых были убиты женщины. Обе посетили его вечером перед смертью. Я заметил, как глаза Шерлока перестали бегать по светящемуся телефонному экрану. — И-и-и? — немного хрипло протянул он. — В сумочках Смит и Ховард были обнаружены чеки, отмеченные датой последнего визита в ресторан. Лестрейд поспешно вытащил из своего портфеля запечатанный прозрачный пакет, в котором хранились подозрительные улики, найденные на месте преступления. Мы с Шерлоком подались вперед, чтобы получше рассмотреть совершенно обычные кассовые счета, и у меня вмиг перехватило дыхание.