Lost on you

***

 — Я ждала тебя, — Джинни скрестила руки на груди. На улице вечерело и было довольно-таки холодно. Наконец-то появился этот засранец, из-за которого она целую ночь не спала. В голове не укладывалось, как Гермиона, её лучшая подруга, могла такое сделать?  — Решилась всё-таки? — Блейз ехидно улыбнулся. Он был одет в парадную мантию, и от него приятно пахло дорогим одеколоном.  — Я хочу увидеть всё своими глазами. Я… — она нервно одернула подол своей старой, поношенной мантии, на которой была вышита эмблема Гриффиндора.  — Конечно, малышка, пойдем. Скоро ты во всем убедишься. Только не боишься попасть в логово змей, а? — волшебник аккуратно взял её за руку, боясь, чтобы она не убежала.  — Ты же защитишь меня? — на её щеках появился заметный румянец. Это абсурд. Пока мальчики ищут крестражи, рискуют жизнью, чтобы спасти мир от грязных рук Волдеморта, она… Держит за руку Слизеринца, кровного врага.  — Я защищу тебя, Джинни! Только если ты сама начнешь себе вредить, я стану бессилен, — парень легонько приподнял её подбородок. Ох, Мерлин, её глаза. Они как-будто гипнотизировали его. Затягивали в свой омут. Хотелось утонуть в нём. Захлебнуться, до конца.  — Перестань, нам, наверное, пора, — заикаясь, произнесла Гриффиндорка. Его прикосновения, что они сделали с ней? Почему так? Она должна его ненавидеть! Должна… Но не может.  — Да-да, ты права, — Блейз встряхнул головой, стараясь отогнать это наваждение.

***

 — Мисс Грейнджер, Вы прекрасны, — произнесла эльфийка, вытирая слезы уже пожелтевшим платочком. Она так и не смогла посмотреть в зеркало. В горле пересохло. Её вели за руки к алтарю. Боялись, чтобы не сбежала. Грязнокровку ведут эльфы, как символично.  — С-спасибо, — еле протянула Гермиона. Длинный шлейф от платья путался под ногами. Нарцисса пожелала видеть свою невестку в изумительном наряде. Пускай это наигранная свадьба, фальшивая, но статус аристократов не позволял упасть в глазах высшего общества. Атласная ткань была украшена дорогими кружевами. Платье было не слишком пышным, но элегантным. Плечи закрыты, можно сказать, как раз по вкусу Гермионы. Оно отлично обтягивало и подчеркивало её изумительную фигуру. Вот и тропа, выстеленная цветами и ведущая прямо в ад. Возле алтаря стоял Драко. Он нервно поправлял бабочку на своей рубашке. Руки предательски дрожали. Кажется, что он еще сильнее побледнел, полностью сливаясь с цветом её платья. Она опустила голову и медленно подошла к алтарю. Все Пожиратели шептались между собой, внимательно разглядывая грязнокровку. Многие смеялись и подшучивали над Люциусом и Нарциссой, многие, в мыслях, называли её красавицей, не смотря на то, что она магглорожденная. Во главе всех Пожирателей сидел Волдеморт, который внимательно наблюдал за происходящим. Ему нравилось.  — Лорд Малфой, — любезно произносит эльфийка, отдавая напуганную Гермиону в руки Драко.  — Угу, — еле выдавил из себя. Он небрежно прикоснулся к её руке. Тело бросило в жар, когда он коснулся грязнокровки уже который раз.  — Молодые люди, я рад разделить с вами такое счастье, сегодня по истине радостный день, — отчеканил священник.  — Хватить юлить, давайте к делу, — переминаясь с ноги на ногу, произнес Люциус. Гермиона старалась разглядеть узоры на своём платье. Ей было плевать на слова священника, плевать на Люциуса и на других Пожирателей. Сейчас главное продержаться. Ради друзей, ради семьи. Возможно, находясь возле этих мерзавцев, она попытается найти правду.  — Молодые люди, возьмитесь за руки, я буду читать клятву, а вы повторяйте… Потом обрывки фраз, которые бывшая Грейнджер повторяла машинально. Их дрожащие руки обволокла голубая нить. Непреложный обет. А это значит — навсегда.  — С сегодняшнего дня, и навсегда, вы частички друг друга. Можете поцеловаться, — произнес мужчина, как-будто веря, что они влюблены друг в друга. По щекам девушки покатились слезы. Самое худшее в её жизни случилось. Фата, которая скрывала её лицо, была последней защитой. Драко медленно оттянул белую ткань назад. Она больше напоминала ему фарфоровую куклу. Никаких эмоций, только слезы, которые скопились в её глазах. Кажется, что прошла целая вечность, пока его губы коснулись её. Странное чувство, ему хотелось прочистить свой желудок, он никак не мог представить этот поцелуй. Но ничего страшного…  — В нашем магическом мире стало на одну пару больше! Поздравляю! — приторным тоном заявил Волдеморт.  — Я хочу уйти отсюда, — прошептала Гермиона, на что Драко только кивнул. Ему и самому хотелось прогуляться. Подышать свежим воздухом и наконец-то избавится от лишних взглядов.

***

 — Ну что, теперь убедилась? — Блейз крепко сжал рыжеволосую в своих объятиях. Гриффиндорка смотрела на свою подругу, которая только минуту назад поцеловалась с Малфоем и произнесла любовную клятву. Она закрыла рот рукой, чтобы не заплакать. Подруга же не могла так предать! Хотя она уверена, что это лишь темные проделки Волдеморта.  — Её заставили, ненавижу вас, — произнесла девушка.  — Тсс, разве это плохо, Джинни? — парень повернул к себе Уизли-младшую, и обвил своими руками её лицо. Еще немного, и он поцелует девушку на глазах у Пожирателей, которые, к счастью, их еще не заметили. Они спрятались за большим деревом. Не рискнул.  — Мы по разные стороны баррикад. Мы… — его дыхание обжигало её нежную кожу.  — Плевать на всё, посмотри на Гермиону и Драко, — его пальцы запутались в её огненных волосах.  — Они не любят друг друга. Это совсем другое, только я не понимаю, зачем ему это?  — Забудь. Думай о себе. У нас же будет по-другому? — горячие уста накрыли её губы. Целует. Нежно и ласково.  — Нас нет! — Джинни со всей силы оттолкнула Блейза и убежала, минуя лабиринты Малфой-Мэнора. Забини бросился вслед за любимой.

***

Столы в парадном зале гнулись от разных деликатесов, над которыми потрудились бедные эльфы. Напыщенные ублюдки громко смеялись и наслаждались дорогими напитками. Пожирателям только хлеба и зрелищ подавай.  — Позор, какой позор для чистокровных волшебников, — причитала Беллатрикс. Ей хотелось испытать всё виды заклинаний на этой грязнокровке. Наконец-то её любимую сестричку поставили на место, вместе с её бесхребетным сыном. Вот только Люциуса жаль.  — Перестань, мне и так не по себе, — Нарцисса вытерла шелковым платочком слезы.  — Нельзя печалиться, сегодня радостный день. Первый магический брак чистокровного с грязнокровкой, — Волдеморт приобнял Нарциссу, подбадривая её. Он упивался страхом и болью. Это делало его сильнее.  — А где наши молодожены?  — Я не думала, что у вас так много цветов, — Гермиона вдыхала аромат алых роз, которые так любила. Цветочный сад был очень большой. Здесь было так красиво.  — Моя мама любит цветы, — Драко стоял позади, наблюдая за свей «женой».  — Я могу уйти в свою комнату? — ей хотелось побыстрее остаться наедине. Снять с себя это платье. Пускай оно дорогое и роскошное, но что поделать, если нет чувств. Их просто заставили, по непонятной причине. Но она раскроет все секреты.  — Нет. Нам нужно остаться до конца. Ты будешь делать вид, что счастлива, иначе тебе не поздоровится! — он схватил её за руку, слишком резко. Она запуталась в шлейфе своего платья. Благо, руки Малфоя были крепкими, и он удержал хрупкую девушку.  — Я не могу, я не актриса, Малфой.  — Придется, а теперь пойдем.

***

Праздничная вечеринка проходила на «ура». Многие веселились, ибо количество випитого немного ударило в голову. Пожиратели скинули свои маски и превратились в обычных людей. Только вот Гермионе было не по себе. За весь вечер даже кусок в горло не лез. Каждый из гостей буравил её взглядом. Такое ощущение, что все хотели её убить. Особенно Люциус. Все его родственники прокляли его на веки вечные.  — Лорд Малфой, поздравляю вас, — слащавым тоном произнесла Пэнси, которая своим видом показала, что готова отдаться Драко прямо сейчас.  — Спасибо, Паркинсон, — вяло ответил он. Ему сейчас было не до этого. Куда пропал Забини? И как там Астория? От неё не было ни весточки.  — Давай потанцуем? Я же знаю, что ты никогда не пригласишь грязнокровку, хотя она твоя жена, — девушка подала волшебнику свою руку, и Драко ничего не осталось, кроме как принять её.  — Как там Астория? — спросил он у своей подруги.  — Кхм, никто не хотел тебе говорить, чтобы ты не растраивался, но… Она в больнице. Гринграсс сбросилась с башни. Мир перед глазами Драко остановился. Посреди танца он оставил свою спутницу. В глазах потемнело. Зачем она эта сделала?! Неужели из-за него?  — Беллатрикс, нет! — кто-то вскрикнул.  — Круцио! — Непростительное заклинание попало в цель, и безумная Лейстрендж засмеялась в голос. Малфой побежал на источник шума. Возле лежащей в собственной крови Гермионы, стояла Беллатрикс. Казалось, что этого было мало. Она хотела большего. Алая кровь просочилась сквозь белоснежное платье. Нельзя было оставаться наедине с обезумевшей Беллой.  — Перестань. Пошла вон из этого дома, я больше не хочу тебя здесь видеть! — зарычал Драко, вытаскивая свою палочку из кармана. Еще немного и он убьет эту суку. Прикончит собственными руками, и плевать, что она его родственница.  — Но Драко, — она надула губы, поражаясь тоном своего племяника. Ей определенно нравился такой наследник. Из-за всех этих событий, он вышел из себя, потерял контроль.  — Драко, быстро извинись перед тетушкой, — причитала мать, пока он поднимал свою невесту на руки.  — И не подумаю. Свадьба закончена, пошли все вон отсюда. Лори, принеси чистые полотенца и зелье для Гермионы, — позвав эльфа, он направился в свою комнату. Конец спектакля. Хватит. Только внутри коробило одно, почему все девушки, которые находятся возле него, страдают?