Стон

Машина мчалась бесшумно и очень мягко. Движение практически не ощущалось, и это делало поездку в никуда ещё более похожей на абсурдный, фантастический сон. Водитель, красотой и лоском напоминающий манекен, молча открыл перед Шерлоком заднюю дверь и так же молча её закрыл, оставив своего пассажира в полумраке салона. Глухо тонированные стекла огородили Шерлока от всего мира, который этим ранним утром так неузнаваемо изменился, внезапно став чужим и внушающим страх. Когда вышколенный красавец поднял позади себя непроницаемое стекло, заключив Шерлока в своеобразную черную клетку, приступ клаустрофобии обрушился на него резко и беспощадно, заполнив легкие раскаленным воздухом, каждый глоток которого давался с огромным трудом. Необходимо было немедленно взять себя в руки. Впереди ждала неизвестность. Где-то там притаился хищник, и показать ему свою слабость, а уж тем более страх ни при каких обстоятельствах было нельзя. Беречь силы, сохраняя самообладание любой ценой… Превозмогая жар и боль, Шерлок дышал медленно и глубоко, стараясь отвлечься от давящего на него мрака. Достаточно ли правдоподобно он объяснил Майкрофту свое отсутствие? «Очередной вояж? Что на этот раз? Скука или желание досадить?» Не слишком ли удивленной выглядела миссис Хадсон? «Шерлок, дорогой, ты уезжаешь? Куда? Не оставляй меня… Молодой человек там, на улице… Так дико и страшно… Как же я здесь одна после всего этого ужаса?» «Это срочно, миссис Хадсон… Простите». Увидит ли он когда-нибудь её милое, родное лицо? *** Садерс не понимал, почему до сих пор не сошел с ума и не перегрыз кому-нибудь горло — в таком сумасшедшем нетерпении он находился. Ожидание было страшной пыткой. Сердцебиение зашкаливало, и темнело в глазах. Он знал, что Шерлок в пути, но ждать надо было по меньшей мере часа полтора, а сил уже не осталось даже на пять минут. От волнения холодели ладони, и Саду казалось, что с кончиков пальцев капает кислота — так немилосердно они пылали. Огонь и холод — парадоксальное, но привычное для него сочетание, только сегодня оно выматывало. Виски безвкусно затекал в пересохшее горло, но не туманил голову и не приносил облегчения, лишь ещё больше замедляя ход минутной стрелки и доводя до багровых всполохов бешенства. Шерлок, Шерлок, какой ты желанный! Душу продать за тебя, не задумываясь. Только вот где она затерялась? *** Темнота утомила. Шерлока везли более двух часов, но куда, в какую сторону, определить не получалось. Машина ехала быстро, а конечная цель так и не показалась. Весьма отдаленный пригород… Более того, Шерлок был убежден, что место, куда его так долго везут, не имеет поблизости ничего, похожего на присутствие доброжелательных, любопытных соседей. Клаустрофобия наконец отпустила, уступив место нервозной сонливости. Время от времени он отключался, проваливаясь в состояние, больше схожее с обмороком, чем с освежающим сном. Он был бы рад уснуть по-настоящему, чтобы при встрече с противником иметь ясную голову, но всякий раз вздрагивал, выпрямляясь на мягком сидении с бешено колотящимся сердцем. Шины мягко зашуршали по… траве? Это и в самом деле трава? Машина остановилась. Пальцы сжались в тугой замок. Спокойно. Главное — присутствие духа. А там — поглядим… * «Господин Ремитус, мы подъезжаем». «Чёрт бы тебя побрал! Я думал, ты никогда не привезешь мне его! Как он?» «Не знаю». «Никогда ничего не знаешь! Ладно. Останешься в доме. Возможно, сегодня я захочу тебя трахнуть… Не обмирай! Я же сказал — возможно. И чтобы не видно, не слышно, понял? Остальных отправляю в город, чтобы ими здесь даже не пахло. Возьми это на себя… ГДЕ ОН?!» «Мы въехали в зеленую…» «Заткнись. Вижу». * Дверь распахнулась, и Шерлок зажмурился от яркого света. — Вас ожидают. Дом поразил своим миниатюрным размером и, пожалуй, даже понравился. Если бы не обстоятельства, приведшие его в это райское место, Шерлок оценил бы по достоинству и обилие цветов, и дикое буйство зелени, явно стоившее садовнику немалых усилий. Такую девственную запущенность саду можно придать только особыми стараниями и каторжным трудом. Каждый листочек казался тщательно вымытым и покрытым брызгами свежей влаги. Неповторимая, первозданная красота… Шерлок глубоко вдохнул благоухающий воздух, будто дышал им в последний раз. К дому вела узкая тропка, посыпанная чистым белым песком. Он мелодично поскрипывал под ногами, но этот невинный звук отдавался в отяжелевшей голове Шерлока болью. С этого дня боль не покидала его, став постепенно привычной. Манекен распахнул перед ним входную дверь и… исчез. Шерлок растерянно оглядывался по сторонам, пораженный этим внезапным и незаметным уходом. — Мальчик мой, кого ты так настойчиво ищешь? Ди? Надеюсь, он не заинтересовал тебя своей гламурной красой? Иначе быть ему изъеденной червями падалью. — Ди? Незнакомец встретил его в небольшом светлого дерева холле. Выглядел он достаточно странно для человека, ожидающего пусть и не добровольного, но все-таки гостя. Хотя следовало признать, что светло-синие джинсы и белая рубашка с закатанными рукавами делали его и моложе, и привлекательнее. Хищник ещё не показывал своих острых клыков, пока он белозубо скалился, и на смуглых щеках играли симпатичные ямочки. Возникла дикая ассоциация с ребенком, в руке которого зажат окровавленный нож. Шерлок невольно тряхнул головой. — Мальчик мой, не играй с огнем. Твои кудри — великий соблазн. Голос мягкий, тихий, спокойный, но каждый нерв в теле Шерлока напрягся так, что зазвенело в ушах. Хозяин дома сделал приглашающий жест. — Прошу тебя, не смущайся. Ты у себя.