Norge

      В следующую секунду лорд Найшейм оторвал взгляд от своей тарелки с супом и взглянул на Нуру. От радости и удивления из его открытого рта обратно в тарелку убежала картошка, а в глазах заиграли огоньки человека, который вновь обрел все, что потерял. Он подорвался вперед, уронив стул назад, и моментально подскочил к Нуре. Та сделала широкий шаг назад, не веря тому, что видит. Она похоронила его. Она видела, как его убили. Она уже смирилась и с этой потерей, как вдруг видит его сидящем за столом и спокойно уплетающим суп, будто бы не ел вечность.       Упершись спиной в стену, девушка поняла, что отступать некуда.       «Может, я еще не проснулась, а весь тот услышанный разговор и эта встреча — просто сон?» — думала она.       Но эти мысли разбились о скалы реальности, когда его крепкая рука, на которой все так же красовался красный браслет, нежно провела по ее бледной от страха коже от предплечья до щеки.       Она чувствует его прикосновения? Неужели это реальность? Если же нет, то, пожалуйста, не будите ее, ведь сейчас так тепло и уютно, когда родные и знакомые руки сжимают холодные ладони.       Столкнувшись с ним взглядами, она снова ужаснулась. Вместо злато-карего омута были теперь два разных глаза. Правый — зеленый, а левый — голубой. В памяти всплыли жестокие руки Криса, вырезающие из глазниц очи лорда Найшейма, в которых так любили тонуть все фрейлины и придворные дамы.       — Я, конечно, понимаю, что один из вас только что вернулся с того света, а другая — встретила единственного дорого ей человека, который остался в живых, но нужное кое-что прояснить, пока не вернулись мои друзья, — своей речью Сана вернула обоих снова на землю.       Нура хотела ее перебить, чтобы, наконец, разобраться в произошедшем, но девушка настойчиво не прекращала говорить:       — Мои друзья, конечно, пообещали не задавать мне лишних вопросов, но… — она прервалась на секунду, вспоминая тяжелый утренний разговор, — они не знают, что вы вдвоем — главные герои всей это творящимся в нашем королевстве беспорядке. Я вас обоих спасла не просто так… Поэтому вы должны делать то, что я скажу, ясно?       Те послушно кивнули.       — У тебя есть план? — перебила Нура. Она еще понятия не имела в том, что происходит и что произойдет, но чудное воскрешение человека, заменившего ей отца, сильно поднимало дух. Еще чуть-чуть — и все пазлы снова сложатся в одну картину.       — Для начала напомню, что тебя зовут Виктория. Ты сбежала из замка во время всего ужаса, что творился там.Он — твой отец, и, насколько я знаю, у него есть сын, — лорд Найшейм напрягся так сильно, будто только сейчас вспомнил о том, что в том месте, что было ему много лет домом, страдает его родной сын. Никто не знал, жив он или нет, но лорду казалось, что, будь он мертв, они бы встретились там, откуда пару часов назад он вернулся, — кстати, какое бы имя вам придумать… Будете Джеймсом… Джеймс Нильсен, например, хорошо? — Лорд послушно кивнул несколько раз. Сейчас он был готов сделать все что угодно за его воскрешение, хотя он сам толком еще не разобрался в том, как это произошло, — под этим предлогом вы отправитесь в замок, а мои друзья вас проводят, но с одним условием — внутрь они не проникают, с них полагается только провести вас до места назначения. Я не хочу, что бы им угрожала опасность, хорошо? Тут хочу вас огорчить: к моему огромному сожалению, вы не сможете спасти своего сына. Вместо этого вы должны украсть из замка одну особу — Эву Квиг Мун.       В сердце Нуры кольнуло. Она вспомнила этот надменный взгляд победительницы, за котором не было и капли стыда.       — Зачем? — после услышанного мозг Нуры совершенно отказывался все это воспринимать, поэтому в глазах читалось недоумение и неуверенность.       — Нура, тебе придется немного побыть в шкуре своей бывшей подруги, причем в прямом смысле этого слова, — глаза Саны наполнились такой уверенностью и силой, какой не могли похвастаться герои всех времен и народов.       Оба ждали объяснений, но в этом время на пороге показались Исак и Магнус с небольшими авоськами, в которых лежали продукты первой необходимости. Видимо, они были уже знакомы с частью плана, поэтому уже начинали готовиться.       Исак радостно улыбнулся, ему было приятно смотреть на встречу дочери и отца (кем он их считал), которая еще день назад была невозможна, ведь их разлучила сама Смерть. Мангус же, наоборот, сжал губы и напряг скулы, всем своим видом показывая свое недовольство из-за сложившейся ситуации. Видимо, утренний разговор повлиял на каждого по-разному.       Сначала повисло гробовое молчание. Но Исак, как ни в чем не бывало, выложив все продукты на стол, подошел к лорду и протянул ему руку:       — Я Исак, — он протянул ему руку.       — Джеймс Нильсен, — лорд неуверенно произнес свое имя, потому что плохо его запомнил, зато с радость ответил на рукопожатие парня.       — Я рад помочь вам и вашей дочери, если этого так хочет Сана мистер Нильсен.       Фраза «если этого так хочет Сана» резанула Нуру по сердцу. Ей не хотелось кого-то заставлять делать что-то против воли, а тем более подвергать опасности. Она и лорд Найшейм сейчас чувствовали себя самыми виноваты, и не дай Бог что-то случилось бы с этими ни в чем неповинными ребятами. Этого бы они себе никогда не простили бы. Итак слишком много пролилось крови из-за рода Сатре.       Нуре внушал уверенность тот факт, что Сана решилась на такое. Она сознательно отправляет своих самых близких людей на это непростое задание — значит, думает, что им точно ничего не угрожает.       Но на самом деле тяжелее всего сейчас было именно Сане. Ведь она в этой непростой и жестокой игре поставила на кон все: и свою жизнь, и жизнь друзей, и судьбу родины. Он, а знала, что там уже все распределено, но с самого детства она придумывала свои правила для игры. Пусть они думают, что все знают, что все распределяют и вершат судьбы. Для Саны было не в первой находится в роли серого кардинала.       — Мы тут подумали, — продолжил кудрявый юноша, — нам будет довольно сложно передвигаться по дорогам, ведь сейчас Шистадовцы контролируют абсолютно все, поэтому мы решили, может, нам следует как-то… ну не знаю… притворится ими, — неуверенно закончил Исак.       — А это неплохая идея, — поддержал его лорд, — надо только достать три их формы. Можно просто подловить троих из них и убить, — все это было сказано так легко, что Магнус от ужаса подскочил на стуле — не серийного ли маньяка они оживили?       — Что? — нахмурился лорд.       — Ну, если не считать, что с нами за столом сидит воскрешенная с того света машина для убийств, то абсолютно ни-че-го, — саркастично ответил он, скрестив руки на груди и отойдя к окну, чтобы не столкнуться со взглядом своей подруги, которая на них так надеялась.       Нура понимала его. Когда ты чувствуешь, что за твоей спиной смерть, что она совсем близко, начинаешь сдавать позиции. Никому не хочется умирать. Никогда. А все те жертвы — жестокая плата за власть. Нура не хотела, чтобы эти люди тоже попали в список невинных, но убитых…       Сейчас Сана своим грозным взглядом могла бы превратить в пепел этот деревянный домик. Будучи особенной, она всегда ставила свои задачи выше желания жить. Чувствуя неимоверную силу, она не знала границ, поэтому не могла понять, как живут простые люди, не осознавала, что все их существование сводится к обычным человеческим желаниям. С рождения Сана была лишена этого, ее предки одарили и прокляли новорожденного младенца одновременно. Сила взамен на любовь, спокойствие и долгую и счастливую жизнь. Но она никогда не жалела, никогда не мечтала жить, как все. Сана была соткана из миллиона противоречий. Она всю жизнь покорялась судьбе, но вот пришел ее шанс изменить все. И она не позволит себе его упустить.       Нет, Сане не были чужды такие понятия, как любовь, дружба, сочувствие, человечность. С детства ее воспитывали в заботе и ласке. Магнус и Исак — друзья, с которыми она росла с младенчества. Многие сторонились странной девочки с тяжелым и понимающим все взглядом, будто бы ее душе было тысячи лет. Родители знали, что однажды это случится. И они пришли и забрали десятилетнюю Сану, чтобы научить всему.       Бакуш хотела сказать что-то резкое и грубое, но Нура ее перебила:       — Он прав. Это зашло слишком далеко. Вы были с нами очень добры, а теперь нам пора. Мы не можем подвергать вас опасности.       Сана чувствовала, что, если она сейчас что-то не предпримет, то совершится самая большая ошибка в этом мире, и тогда все, за что она боролась, все, что она отдала, будет напрасным.       Магнус молчал, а Исак не мог усидеть на месте, поэтому он вскочил со стула и начал громко говорить, эмоционально жестикулирую и направляясь то в один конец маленькой кухни, то в другой:       — Каждый прав по-своему. Вопрос в том, кто какой сделает выбор. Я обязан жизнью Сане, поэтому я иду, — его голос дрожал от чрезмерной эмоциональности, но от этих слов у каждого из присутствующих пробежали мурашки по коже. Все-таки жизнь наградила Сану хорошими друзьями, вот только обстоятельства заставляют ее рискнуть ими ради того, во что она свято верила. Для кого-то это было лишь «глупым пророчеством», но для нее — целью всей жизни.       У Нуры подступили слезы от вида этой сцены. Сейчас она по-белому завидовала Сане, ведь у нее не было таких друзей: одна ее подруга воткнула ей в спину нож, а другая — неизвестно, жива ли вообще или нет. Нет, конечно, Вильде — замечательный человек, она бы тоже пошла за Нурой и в огонь, и в воду, вот только, быть может, она уже там, откуда недавно вернулся лорд Найшейм…       — Прости меня, Сана, — раздался голос из противоположного угла комнаты после нескольких минут гробового молчния, — это и правда эгоистично с моей стороны. Я помогу вам.       — Спасибо, Магнус, — Сана всем своим взглядом смогла без лишних слов передать ему всю свою благодарность.