Дочь Бездны

Спасает не любовь, а секс и рок-н-ролл!

Слова песни «Секс и рок-энд-ролл» группы «Год Змеи»

Дауд весь день был темнее сизой тучи и злым как голодная собака. Ему не нравилось то, что он привык к девушке, не было по душе то, что она была такая странная, а ещё и избранная Чужим. Уж куда было бы лучше взять в ученицы девушку без магических способностей. Ну и поставил ему задачу Черноглазый, зная, что Дауд так занудился в Карнаке, что готов подписаться на любую авантюру, лишь бы чувствовать себя снова в деле. Да, ублюдок даже не потрудился появиться у его снах или во время медитации у алтаря; он просто прислал утром в качестве подарка статуэтку в форме большой жирной наглой крысы, с которой дай Бездна сотку выручить и письмо, где был оставлен адрес и краткое описание задачи. Дауд уж думал, что выполнив задание и работая с девушкой, Чужой снова будет благосклонен к нему и появится, но нет. А тут ещё и девушка стала вызывать привыкание как легкий наркотик, который неуклонно, но почти незримо одурманивает разум и заставляет видеть жизнь в более ярких и приятных красках. Мало того, он безумно её хотел! Знала бы девочка всю грязь и все нюансы сексуальной жизни людей Империи, природу мужчин и женщин! Но вряд ли она вообще когда-либо была с мужчиной или женщиной и скорее видит отношения между полами в романтических тонах. А вот Дауд был уже давно испорчен с самого юного возраста беспорядочными связями; для него не было и не существовало чувств в них, только физика и фрикции в качестве очередной тренировки и способа расслабления. Неудивительно, что глупышка Билли Лерк пошла на предательство, она ведь его любила и рассчитывала на большее, чем просто секс со своим наставником. Ассасин даже не думал убивать её после предательства. На нечто подобное он уже давно рассчитывал, и даже удивительно, что столько времени Билли хранила ему верность и поддерживала все его начинания как лидера китобоев. В юности Дауд даже грешил связями с мужчинами, просто потому, что не было шансов, что другой парень залетит от него или влюбится так, что будет страдать. Да и некоторые мужчины с куда большей охотой шли на секс, но это было тогда, когда Дауд был смазливым и стройным, как тополь, пареньком. Когда он стал постарше и обрёл шрам, да и устал от постоянных мужских компаний, то его потянуло на женщин, а их на него (почему-то мужественный и изуродованный шрамом наемник сводил многих дамочек любых сословий и положений с ума). Дауд трахал столько девушек, что его стали узнавать люди на улице благодаря этому. А уж как его любили мужние аристократки, которые устали от измен своих мужей и охлаждения супруга! Им был с руки любовник, который в случае чего может и по шее мужу надавать или прокрасться при любой охране и в любое здание. В постели Дауд был вечно голодным и вечно грубоватым. Ему нравилось чувство того, что он обладает другим человеком. Мужчина обожал страсть, напор, эмоции. В своё время он оттрахал даже публично известных сестричек Бойл! На одном из приемов в виде карнавала он за ночь оприходовал всех трёх девушек; да так, что каждая думала, что он был только с ней и ни с кем больше. Конечно, забавно, какое же их ждало разочарование на следующий день, когда они поделились друг с другом пересказом ночных забав. А вот девчонка почему-то у него начала вызывать именно чувства. Ему даже хотеть её было тяжело, таким уж ангелом и невинной он её видел, что боялся даже сделать первый шаг. «Наверное, я старею, вот и романтики захотелось», — подумал Дауд. Мать-ведьма ему говорила о том, что мужчина влюбляется в возрасте в последний раз, когда уже чувствует дыхание смерти на своем плече, и эта любовь как последняя попытка надышаться воздухом жизни. Влюблялся же Дауд всего раз в своей жизни и в мужчину… Девушка отлеживалась на постели после пребывания в Бездне. Слишком уж долго она там пробыла с непривычки, вероятно искала общения с Черноглазым Богом. Но нашла ли? Вряд ли бы Чужой стал её так задерживать, что она была бы на грани потери сознания в Бездне. «Глупая, глупая девчонка!» — думал Дауд. Ассасин решил снова зайти в комнату и проведать свою ученицу. Алисия всё ещё сладко спала. Вокруг неё стояло множество статуэток — подарки Чужого, которые она получила ещё будучи в каюте корабля Лиззи. Дауд удивился, почему она ими так дорожила: совершенно безвкусные фигурки крыс, воронов, китов и псов. На столе лежало штук пять амулетов, пение которых усиливалось во время приближения. Носить пока их Алисии Дауд не разрешал, потому как считал их костылями, на которые не надо рассчитывать, а пользоваться стоит только своими силами. К обучению магическим способностям, что ей дал Чужой, мужчина ещё не приступал, отводя основное внимание технике боя на саблях и стрельбе из арбалета. Алисия приоткрыла свои прекрасные ярко-синие глаза; временами при особом освящении они меняли цвет на темно-фиалковые — крайне редкий цвет в природе. — Доброе утро… Блин, я еле могу шевелиться, сил нет. — Это будет тебе уроком о том, что не хрен шляться по Бездне. Искала Чужого? — спокойно сказал своим хриплым голосом Королевский Убийца, закуривая у окна крупную сигару. — Дауд, мне нужно в ванную… Я вся грязная… — Я тебя донесу. Томас? — буквально через несколько секунд ассасин возник рядом с бывшим главой китобоев, — дай приказ слугам подготовить ванную для девушки. Как только будет готово, дай знать, — Дауд затянулся дымом крепкого табака. — Сделаю. Мужчина подошёл к кровати девушки: — Как ты? Ничего не болит? — Дауда удивляло то, что девушка была в хорошем настроении не смотря на своё состояние, как у комнатного растения. — Всё отлично… Вернее, я устала, но боли нет, — глаза Алисии светились тихой радостью, девушка словно витала в облаках. «Возможно, просто ей понравился этот опыт. Не зря ведьм называют Дочерьми Бездны», — подумал Дауд. В Бездне ему было всегда некомфортно, но судя по той же Далиле, которая обожала зависать там, ведьмы в этом месте себя ощущают как рыбы в воде и быстро привыкают к тому, что Бездна подъедает энергию. — Теперь тебе показан в ближайшие несколько дней исключительно постельный режим. Я помогу тебе помыться, чтобы ты не напрягалась, — сказал ассасин без тени намека на свои истинные желания как можно быстрее увидеть подопечную без одежды и потрогать её шелковистую кожу и волосы. — Разве это будет уместным? — Алисия потупила взгляд и Дауд от этого почувствовал себя не мужчиной с естественными желаниями, а последним подонком и развратником. — Я не могу тебя оставить одну, вдруг ты снова потеряешь сознание, да ещё и в ванной. Меня за это Черноглазый ублюдок с кишками съест. Алисия кивнула, а сама покраснела как помидор. Её и раньше мыли другие люди, в психиатрической клинике это было вполне нормальным, особенно если пациентка принимала до купания сильные транквилизаторы, но в этот раз ей почему-то было очень стыдно. Уж лучше бы сам Черноглазый Бог её мыл! «Как трогательно», — услышала она очень тихий смешок у себя в голове, — «Не бойся, Дауд слишком дорожит тобой, чтобы начать приставать в наглую».

***

Густая душистая пена обволакивала плечи и грудь девушки, вода была теплой и мягкой. В такую жару в Карнаке ванная была чуть ли не единственным спасительным средством. Впервые Алисия увидела своего учителя не в камзоле, а просто в белой рубашке, закатанной до локтей, под которой были видны прекрасные контуры его торса, обтянутого твердыми как сталь мышцами. Дауд заботливо и аккуратно проводил намыленной губкой по рукам девушки, промывая каждый сантиметр кожи. Волосы он уже помог помыть Алисии, и теперь они влажными иссиня-черными волнами спадали за края ванной почти до пола. Временами пена расступалась и открывала кусочки тела перед взором наемника. Какой жуткой и сладкой пыткой было смотреть на это прекрасное тело, но не обладать им! Фигура девушки была стройной, гибкой и женственной: тонкие белые руки настоящей аристократки, красивой формы небольшая грудь вздымалась от каждого её вдоха, плоский с еле зримым рельефом пресса животик и круглые манящие бедра, длинные стройные ноги с изящными ступнями. Давно ли он видел что-то подобное по красоте? Наверное, только другие сестры Бойл имели похожую фигуру. Мелкая россыпь коричневых точек-родинок покрывала животик и руки. Даже если бы Алисия носила маску, Дауд бы безошибочно узнал её по фигуре и этим родинкам. В штанах у мужчины было настолько тесно, что он боялся, что они нагло лопнут, открывая причину разрыва ширинки перед девушкой. Терпеть было очень тяжело, хотелось уже быстрее сорвать с себя всю одежду и залезть в ванную к девушке, где овладеть ею, разбрызгивая лишнюю воду по всей ванной. — Ну вот вроде все и чисто. Особые пожелания будут? — Нет, спасибо, Дауд, я очень признательна… «Блядь, как же надоели её эти этикеты и эти рамки общения!» — Дауд недовольно рыкнул, в нем ещё теплилась надежда, что она хотя бы попросит сделать массаж. — Тогда я помогу тебе вытереться и одеться, — Дауд заботливо обтёр её полотенцем, любуясь молодым телом девушки, и помог натянуть банный халат. Терпеть уже не было никаких сил, его природа шла против него до боли в яйцах. Дауд был рад, что она не опускает взгляд ниже его торса, иначе стояк явно бы её смутил. — Томас, помоги добраться Алисии до постели и дай приказ слугам приготовить обед. — Будет сделано, Дауд, — помощник ассасина подхватил девушку под руку и помог ей добраться до комнаты. Как только Дауд убедился, что девушка уже ушла в комнату и вряд ли что услышит, то рывком направился на кухню, выискивая глазами кого бы трахнуть. Никому было не секрет, что слуги так держались своей должности и стабильности во время служения на господ, что секс по приказу господина был для них нормой и такой же обязанностью, как глажка белья или готовка блюд. Взгляд Дауда зацепился за служанку, которая перебирала крупу, склонившись над столом. — Пойдем наверх! — Да, хозяин, — молодая девушка с русыми волосами кивнула, не поднимая глаз. Дауд повел служанку в этот раз не к себе в спальню, так как та была рядом со спальней Алисии и ученица могла услышать звуки секса учителя, а потащил на чердак, где было относительно тихо. Мужчина сорвал пыльное покрывало с софы и сел на мягкую обивку дивана, расстегивая как можно быстрее ширинку, член мгновенно выскочил наружу. Дауд жестом показал девушке что ей нужно делать. Служанка была понятливой и уже не в первый раз сексуально обслуживала своего господина, а вот ассасин в свою очередь даже имени её не знал. Девушка умело взяла член в руку и подтянула его к своему прекрасному теплому ротику. Дауд довольно застонал, срывая бархатный жакет слуги и обхватив руками её спелые как дыни груди. Голова девушки заходила вверх-вниз синхронно с рукой и Дауд зарычал от удовольствия: — Быстрее! И давай уже без рук! Служанка уже насаживалась горлом на крепкий член мужчины, Дауд чувствовал как головка с легким сопротивлением протискивает в горло, что заставляло его чуть ли не мурчать. На секунду мужчина представил на месте служанки Алисию: то, как она бы делала ему минет и как он бы смотрел на это все и наслаждался процессом. И вот этого уже его измученным долгим отсутствием секса организм не выдержал, и Дауд, предчувствуя разрядку, схватил девушку за волосы и удерживал её голову до тех пор, пока полностью не извергся в пищевод. «Это было безумием, но было так классно», — подумал про себя мужчина, откинувшись на софе и пытаясь отдышаться. Служанка пыталась откашляться, сидя на полу. В мгновение Дауд потерял к ней всяческий интерес, но её присутствие его не напрягало. «Ты хорошо развлекся, старый друг. Мне понравилось наблюдать», — раздался в его голове голос Черноглазого, а руна на столе начала снова петь: Чужой звал его в Бездну. И Дауд был рад этому как никогда. — Вон! — скомандовал он служанке, а сам поспешил быстрее к алтарю, как только девушка выбежала из комнаты. Дауд схватился за руну и в мгновение ока оказался в Бездне…