Дочь Бездны

Очень жаль, что ты тогда Мне поверить не смогла, В то, что новый твой приятель Не такой, как все! Ты осталась с ним вдвоём, Не зная ничего о нём. Что для всех опасен он, Наплевать тебе! Из песни «Кукла колдуна» группы КиШ

______________________________ В пригороде Карнаки стояла невыносимая жара, а ещё было пыльно и душно. Купание в море и освежающие ванны в особняке Дауда уже не помогали бороться с потом и усталостью от палящего солнца Серконоса. И кто задумал называть это воплощение горячей сковородки в виде города «Жемчужиной Юга»? Явно тот, кто пробыл в Карнаке пару недель. И то, в середине весны, в самый нежный и благоприятный для жизни сезон. Алисия сидела на балконе выкупленного Даудом деревенского особняка, который стоял на отшибе рядом с берегом моря, разрабатывая ноющие от бесконечных нагрузок и растяжек мышцы. Болело буквально все: ноги, пресс, спина, руки, шея и плечи. Да, пребывание в разгар жары в Карнаке было бы не таким уж и плохим если бы не эти тренировки по несколько раз на день. Дауд оказался очень требовательным и жестким учителем и не терпел лени своей новой ученицы. Ещё пару дней назад Дауд был куда мягче, но это пока в особняке гостила Лиззи; а вот когда она отчалила со своими бандитами и направилась на встречу новым преступным деяниям, Дауд стал жестче. Теперь никто его не одёргивал и не просил быть более мягким, да и времени у наемного убийцы стало больше. Алисии казалось, что Дауд больше заставлял себя тренироваться, чем её, ведь он действительно боялся потерять форму за годы отчуждения от дел китобоев. Изредка Алисия встречала старого ученика и друга Дауда — Томаса, который так и остался верен своему бывшему предводителю. Вот и сегодня у девушки выдался свободный часик для того, чтобы отдохнуть на балконе, пока друг ассасина рассказывал ему о делах столицы и о новой императрице Далиле. Новая одежда, которую сшили девушке, оказалась на удивление удобной и подходящей для свободного перемещения: черные обтягивающие штаны, сапожки на невысоком каблуке, белая рубашка свободного покроя с замысловатой вышивкой в зоне декольте и черная жилетка из плотной ткани. Все это было сшито специально для тренировок; бонусом к этому, одежда выгодно подчеркивала фигуру Алисии, и поэтому даже во время тренировок временами девушка ловила на себе заинтересованный и возбужденный взгляд Дауда, что не могло не вызывать легкое смущение и в то же время злорадство. «Да, я пока слабее тебя и получаю регулярно ссадины и синяки во время тренировок, но зато ты меня хочешь, и это как минимум; а возможно есть и нечто большее, чем просто сексуальный интерес,» — думала она. Её мысли о том нравится ли она Дауду или нет нарушил странный звук, похожий на музыку где-то в глубине особняка. Мелодия звала и манила. Девушка попыталась вспомнить где же в особняке может стоять какой-либо музыкальный инструмент, откуда она может доноситься, но не вспомнила. Отдаленные голоса Томаса и Дауда звучали в районе первого этажа трехэтажного дома. А звук исходил где-то из чердака. Девушка задумалась: «Чердак был всегда заперт и ключ, который я не решаюсь воровать, хранится у Дауда, но может есть другой ход?» Алисия телепортировалась на крышу особняка и стала просматривать темным зрением место, откуда доносилась музыка. Магическая способность подсвечивала оранжевым цветом некий круглый предмет, находящийся под крышей дома. Чуть позже Алисия рассмотрела и маленькое окошко, в которое она вполне вероятно может пролезть. Оно располагалось прям под самой крышей со стороны внутреннего двора дома. Девушка снова телепортировалась поближе к краю крыши, теперь нужно было аккуратно слезть с неё и попробовать открыть окно. Не с первой попытки, но со второй, Алисии удалось приоткрыть окошко с помощью притягивания предметов и пролезть в него. На чердаке было очень пыльно: пыль покрывала пол и предметы примерно сантиметровым строем. Девушка зажала нос как можно сильнее, чтобы не чихнуть и не привлечь внимание прислуги, которая уж точно будет доносить своему хозяину о проделках его ученицы. Музыка стала звучать все громче, вот уже Алисия подошла ближе к источнику звука — перед ней стоял большой деревянный столик с темно-фиолетовым покрывалом, свисающим до пола, а на столе лежал круглый предмет с рисунком таким же, каким была отмечена левая рука девушки. Почему-то ей очень хотелось взять этот пыльный предмет и прижать к себе; так она и поступила. Вдруг время замерло, пространство начало плыть вокруг Алисии, пол словно ушел из-под ног, а стол разделился на щепки в воздухе и завис на мгновение… — Привет, девочка, — раздался знакомый тихий голос перед ней, сердце девушки нервно зашлось в быстром стуке. — Я снова в Бездне? — Да, ты использовала один из самых разумных и простых способов сюда попасть — через мой алтарь. Его поставил в мою честь Дауд по прибытию в Карнаку после Дануола, но как он не старался, он не смог сюда попасть и выйти со мной на связь. — Но почему? — Алисия потерла руку с ошпарившей её, как ожог, меткой, которая зажигалась от присутствия Чужого рядом. Черноглазый Бог стоял к ней очень близко, буквально в метре от неё. Тьма вокруг него то сгущалась, то рассеивалась, рисуя замысловатые узоры из черной дымки. Всё это безумно завораживало, как и глаза цвета смолы без белков, блестящие от легкого освещения беззвездного неба Бездны. — Он мне стал скучен. Только и всего. Свою главную роль в жизни империи он уже выполнил и получил вполне спокойную и размеренную жизнь, что и стало для него персональным адом. Такой человек как Дауд с большим удовольствием бы умирал от ран или резал другим глотки. Он слишком привык жить так и не сумеет уже иначе. — Поэтому он так тебя ненавидит? — Алисия заглянула в черные глаза Левиафана. — В том числе и поэтому, но ненавидеть Дауд стал меня уже давно. Он ненавидит все, что не может контролировать, такая уж его природа. Но ты — это то, что ему нужно. Мужчина постарается тебя приручить к себе и приласкать. Кто знает, возможно из вас могла бы получиться хорошая пара, ведь буквально недавно и ты сама думала о нем. — Я не… хотя… нет смысла чего-либо скрывать, мне просто скучно и мне нравится как Дауд смотрит на меня… — С этого и начинаются чувства, — Чужой вдруг оказался к ней очень близко: Алисия практически касалась грудью его груди. Мужчина был на полголовы выше девушки, и его внимательный взгляд был прямо над ней. — Мне все равно, будешь ли ты с ним или нет, но предупрежу: не заигрывайся с ним. Твоя судьба и история на полотне Империи только начинается. Скоро ты станешь сильной воительницей и ведьмой, перед тобой откроется ряд новых важных задач, а пока наслаждайся размеренной жизнью рядом с Даудом. — Ты говорил, что всегда даешь выбор своим избранным. Но есть ли он у меня? — С тобой все сложнее, девочка. Я слишком долго тебя искал и теперь… Теперь тебе придется, прежде чем обретешь свободу действий, решить те задачи, которые накопились за то время, что ты была закрыта от мира. Но выбор, как решать эти задачи: кто умрет, а кто будет жить, кто победит, а кто проиграет, всегда за тобой. Ты будешь вершить историю. — А тебе нужно лишь шоу? — спросила она, усмехаясь уголками губ. На какое-то время ей пришла безумная идея сделать некий отчаянный шаг, пока Чужой был рядом. — Естественно. Прекрасно, что ты понимаешь правила игры, — усмехнулся он ей в ответ.  — Тогда это точно тебя может позабавить, — Алисия глубоко вдохнула и подумав: «Будет, что будет», решилась сделать то, о чем мечтала с момента встречи с Левиафаном. Она приподнялась на носочки и пока еще неумело, но смело поцеловала Черноглазого Бога в губы и замерла. Алисия не знала как он может отреагировать на подобное: возможно теперь он в ней разочаруется и исчезнет для неё, как сделал это с Даудом; возможно просто проигнорирует этот жест (кто знает, вполне вероятно, что и другие избранные до неё пытались сделать нечто подобное); а возможно просто рассмешит Чужого. Но последовало то, чего меньше всего Алисия ожидала: он вдруг крепко и даже по-свойски притянул девушку к себе за талию, захватив её губы своими и стал охотно отвечать на поцелуй. Страстно, грубо и так, словно он играет с ней, как опытный кот с глупой мышкой. Алисия не ожидала такого варианта развития событий и поэтому даже немного постаралась отпрянуть. Чужой же тем временем запустил правую руку в густую темную шевелюру девушки, поглаживая затылок так, что у неё пошли мурашки по всей поверхности кожи, а ноги немного подкосились от удовольствия. Внезапная похоть и страсть накрыла девушку, а он все игрался с её губами и языком. Они целовались всего от силы минуту, а Алисия чувствовала как силы покидают её, и она обмякает в руках мужчины, но прервать поцелуй она не решалась: слишком уж он был приятен. Когда девушка стала слабеть так, что её ноги совсем не держали, то Чужой закинул Алисию на руки и оторвался, наконец, от её губ. Юноша улыбался довольно, но с легкой тенью грусти. — Понравилось? Ты этого хотела? — спросил Черноглазый Бог после долгого молчания. — Да… но что со мной? Почему я еле дышу? — В этом то, девочка, и заключается главный подвох и меня и Бездны. Ты — живая, из плоти и крови; ты — человек и твоя энергия связана с энергией жизни, тепла, света. Я же — из мира смерти и Хаоса, того, где только единицы могут находиться и того, где каждая минута нахождения человека мало-помалу ослабляет его, иначе все бы гуляли по Бездне, когда им вздумается. А уж когда ты целовала меня, то стала быстро и неукротимо приближаться к смерти и терять энергию жизни. Но мне всё равно было приятно: давно я не целовал кого-либо. И да, меня это позабавило. Но больше так не делай, я все-таки сохранил не только получеловеческий облик, но и свойственные человеку желания, и уж если я сильно захочу тебя и возьму как мужчина, то ты точно уже не вернешься в мир людей, а застрянешь здесь. Мне же ты интересна именно живой. Алисия вцепилась в сюртук Чужого ослабевшими руками: — Как я объясню Дауду, что я не смогу тренироваться сегодня? — Не бойся, впервые за пятнадцать последних лет он увидит меня, и я скажу, что ты проторчала в Бездне по глупости слишком долго. А теперь — возвращайся и не пытайся больше войти сюда до того, пока я сам не призову, и ты не услышишь мой голос в своей голове. — Хорошо… Время снова словно замерло, Чужой растворился в темном мареве, а Алисия очнулась с ужасной головной болью и дикой слабостью на полу чердака. Снаружи были слышны спешные беспокойные шаги Дауда, который пытался вспомнить какой из ключей из связки откроет чердак: он заподозрил, что что-то не так с его подопечной. Дверь практически слетела с петель, и как только Дауд наклонился над девушкой с непривычно ласковым и взволнованным лицом, Алисия провалилась в небытие, потеряв сознание.