Дочь Бездны

Это место — источник силы для мастеров темного искусства. Это же место — их приговор. Сердце о Бездне

«В мире не было ничего столь мистического и таинственного, ужасающего и великолепного, вечного и древнего как Бездна. В этом месте нет понятия времени и не существует понятия пространства. Она — начало начал и конец всего живого и сущего. И нет ни одной истории и теории сотворения Бездны, так как никто не может этого знать, кроме разве что Чужого. Кто-то ужасно боится зова этого места, кого-то оно влечет, кто-то же старается о нём не думать или считает, что это всё всего лишь предрассудки. Куда больше известно в Империи про ведьм: есть версия, что их сотворила сама Бездна. Кто-то говорит, что они пришли из другого мира с помощью Бездны. Существуют слухи, что девушки становятся ведьмами, вступая в сексуальные связи с Чужим и принимая участие в оргиях и вакханалиях с ним в день праздника Фуги, когда, согласно поверьям, Черноглазый обретает физический облик и сходит на землю, чтобы как следует развлечься. Одно известно доподлинно: ведьм Бездна влечет как нечто родное и важное. Аббатство упоминало о том, что это может быть обусловлено тем, что они были рождены Бездной и туда стремятся как к себе домой, или тем, что именно в этом месте они могут свободно проводить свои жуткие ритуалы, не боясь быть замеченными. Однако не стоит отметать тот вариант, что ведьмы появляются в Бездне, чтобы вступать в сексуальные связи с Чужим, тем самым усиливая свое могущество… » Алисия дошла до конца страницы и, положив закладку, закрыла книгу «Мифы и верования современной Империи», автор которой была Кеннингем Роуз. Книг, которых ей подготовил для обучения Дауд, было больше сотни, а она застряла только на второй главе седьмой книги из списка обязательных к прочтению. Столько воды и предположений, и почти нет никакой интересной и новой информации, только домыслы автора. «А ты рассчитывала, что получишь все готовое?» — насмешливо прошептал голос. — «Важным умением является отличать зерна от плевел, а порой и читать между строк. И, конечно, у тебя просто не хватает времени быть чуть-чуть внимательнее» — сарказм был очевиден. «Не знаю, но почему-то информация о том, что нужно заниматься с тобой сексом и участвовать в оргиях мне показалась наиболее интересной.» Алисия была готова поспорить на что угодно, что Чужой сейчас расплылся в улыбке — «Какая пошлость! Я такого, конечно, не ожидал от юной благородной леди. Дауд если бы услышал, то разочаровался в твоем благочестии.» Алисия фыркнула вслух, от чего уснувший, сидя на стуле, Дауд открыл глаза, взглянул на ученицу, оценил обстановку и тут же сразу снова отключился, громко похрапывая. Мужчина старался принимать активное участие не только в тренировках, но и в магическом обучении, но чтение книг и изучение теории магии с ученицей клонило его в сон. Магические способности и запас сил неуклонно росли у Алисии, раньше даже телепортация и притяжение предметов значительно её утомляли, а сейчас хватало и секунды для полного восстановления запаса маны, девушка практически перестала баловать себя допингом — духовным эликсиром Пьеро. И с каждым повышением уровня магических способностей Алисию всё сильнее тянуло в Бездну, она уже нашла там остров, который быстро адаптировала под себя. В этом месте она вырезала оскверненные амулеты и руны, запитывала их заклинаниями, проводила тренировки магических пасов и просто бывала одна, когда ей было грустно. За пару недель, что Алисия появлялась в Бездне, к ней ни разу не приходил Чужой, лишь изредка раз в несколько дней он что-то мог язвительно прокомментировать просто в виде голоса в её голове и дать какой-нибудь совет, который было крайне сложно трактовать как руководство к какому-либо действию. На конкретизирующие вопросы Аутсайдер просто напросто не считал нужным отвечать. Для выхода в Бездну Алисия, воспользовавшись одним из практических руководств Пьеро Джоплина, нарисовала на стене черной краской овал в виде недописанной цифры ноль, на что Чужой саркастично заметил — «Ты не устала, когда рисовала? Могла бы ограничиться и надписью «хуй» на соседском заборе. Ведь главное — работает. Хотя вполне возможно ты бы с помощью этой надписи смогла попасть в некие глубины Бездны, куда всех посылают, но откуда ещё никто не вернулся.» Алисия улыбнулась, вспомнив эти саркастические и иронические фразы Чужого, вот уж мастер троллинга вселенского масштаба. И теперь её снова тянуло в Бездну. Она была уверена почти полностью, что Черноглазый Бог так и не почтит девушку своим визитом на остров, но стоит хотя бы снова попытаться.

***

Уже в Бездне Алисия снова решила открыть книгу и попытаться отыскать ту суть, на которую Чужой указывал. Читать в Бездне она пробовала впервые, и, к её удивлению, легким пурпурным свечением была выделена фраза «Есть версия, что они пришли из другого мира с помощью Бездны.» Черт, да как она бы вообще могла раньше не додуматься начать читать прямо в мире Чужого! Алисия, будучи под впечатлением, прикрыла книгу и попыталась осмыслить новую информацию. Вопросов стало больше, чем ответов: откуда они пришли, зачем и как это возможно. От этого всего пухла голова. Девушка прилегла на край обсидианового острова, свалиться она не боялась, ведь если даже упадет, то в мгновение Бездна её вернет обратно на остров. Взор Алисии остановился на небе Бездны: странно, но вдалеке она увидела несколько звезд, буквально пару крошечных точек серебристого цвета. Но разве здесь могут быть звезды? — Ты стала видеть больше, чем раньше. Это и хорошо, и плохо, — девушка аж подскочила от внезапного появления Чужого, да так, что чуть не свалилась с края острова, на что Черноглазый обхватил её за талию и притянул поближе к себе. Он лежал рядом, странно улыбаясь уголками губ. — Ты напугал… фуф… — Странно, что тебя пугает мое внезапное появление, а не такое близкое присутствие рядом. — Я… — девушка покраснела, хлопая ресницами Чужой мгновенно показал, что хочет вернуться к теме о звездах: — Я вижу звезды постоянно и видел тут их всегда. Ты отметила на небе лишь пару точек, а я вижу полную звездную панораму и китов, которые проплывают по этому звездному небу. Никто до тебя кроме меня их не видел. — Так чем же это плохо? — Алисия посмотрела в лицо Чужому. — Ты уже не станешь прежней и будешь чужой для общества, где живут реальные люди, отшельником в реальном мире. Надеюсь, ты понимаешь, почему меня называют Чужим? — Теперь понимаю, — Алисия осторожно коснулась его волос в районе затылка. Они оказались на удивление мягкими и приятными на ощупь. Девушка была готова в любой момент убрать руку, если Черноглазый Бог даст ей хоть малейший намек о том, что так не надо делать или ему неприятно, но он лишь закинул голову назад и прикрыл глаза от удовольствия, совсем как человек. Черная дымка обвила её руку, от нее веяло легкой прохладой, но она не причиняла дискомфорт или вред. — Снова меня провоцируешь? — насмешливо спросил Чужой. — Возможно. Почему бы нет? Я, согласно воззрениям Смотрителей, должна вступать с тобой в половые связи. — Половые связи? Бр-р, как сухо и некрасиво звучит. Я конечно понимаю, что ты копируешь книжный стиль. Но как по мне более подходящим словом является — трахаться. Алисия рассмеялась: — Но ты сам говорил, что секс с тобой может лишить жизненных сил. Разве не так? Тогда откуда такие слухи? — Ну, во-первых, Смотрители выдают желаемое за действительное. Желаемое для них самих, конечно же. А, во-вторых, всё на самом деле сложнее… — Чужой сверкнул черными глазами, направив взгляд навстречу взору девушки и переместив её руку со своего затылка на свою грудь. — Я уже боюсь спрашивать подробности… Какое-то время Чужой молчал, задумчиво перебирая тонкие пальцы Алисии у себя на груди. А потом уже без тени сарказма и с оттенком легкой грусти сказал: — Была одна древняя традиция ещё со времен племенного строя островитян нынешней Империи и Пандусии. Чтобы задобрить меня в деревне раз в году выбирали самую красивую девушку и рядом с её домом прятали особую руну. Если девушка могла услышать музыку и находила руну, то считалось, что она будет хорошей жертвой дабы усладить меня. Руна соответственно тоже изготавливалась и заговаривалась особым образом. Девушку в течение трёх дней почитали как королеву деревни, кормили лучшими угощениями, натирали лучшими маслами и одевали в лучшие одежды. После чего в полночь во время праздника Фугис, который послужил одним из прообразов праздника Фуги, девушка ложилась на алтарь и собственноручно вонзала в свое сердце особый колдовской кинжал. Она, конечно, могла и отказаться от этого, но тогда бы её выгнали из деревни, а вот в случае когда она соглашалась на жертвоприношение, то всю её семью и родителей чтили и приносили весь год лучшие продукты деревни им в дом. Считалось, что задобрив меня, посёлок не будет испытывать трудностей с урожаем и с пожарами, а вот если девушка откажется, то деревню ждет большое несчастье. Я же никогда не вмешивался в подобные вещи и детали служения мне на земле, но если ко мне в Бездну отправляли девушку, у которой нет будущего уже в её мире, то я никогда не отказывался побыть с ней напоследок. Иначе её жертва была бы напрасной. Но я рад, что сейчас нет этой традиции. Снова воцарилось молчание, и Алисия смогла лишь спросить: — То есть секс с тобой обязательно несовместим с жизнью? — Какие провокационные вопросы. А ты так этого хочешь? — Чужой провел рукой по шее Алисии, повернувшись на бок лицом к девушке. — Удивительно как наш знакомый ошибается в том, что считает тебя божьим одуванчиком. Сколько их было? Тех, кто оказывался в твоей постели? Ты ничуть не собиралась отставать от успехов своих сестер, затаскивая в постель их потенциальных женихов и ухажеров. Тебя в свете представляли в лучшем случае как сиротку и бедную родственницу, но ты всё равно, когда хотела, затмевала сестричек. Они жутко злились на тебя за это, но потом, вспоминая о твоей участи, неизменно смягчались. А ты пользовалась этим. Тебе было хорошо с теми мужчинами, ты умела получать удовольствие, ты знаешь, что тебе будет хорошо и с Даудом, если ты ему позволишь. Но что тогда так тебя влечет в Черноглазом Боге, который никогда не сможет быть рядом, никогда не полюбит и никогда не спасет от рук врагов и противников? Если сможешь ответить мне на этот единственный вопрос, то я исполню твоё желание в подходящее время и в подходящей ситуации, я обещаю. Но знай: если это свершится, то последствия могут быть непредсказуемыми. Алисия шумно выдохнула, ей было неприятно, что Чужой озвучил ей самой все её интимные тайны и прямо сказал о том, что ей не на что надеяться. Она всегда была идиоткой, когда верила, что может что-то значить хотя бы теоретически для него, а Дауд всегда был прав, когда предупреждал девушку о сути Чужого. И действительно, что её заставляло думать о том, что она может быть ему важна. Женская глупость? Мечты о таинственном волшебном принце из сказки? Но почему-то даже после эти слов она не могла на него злиться и желание не пропало. Алисия задумалась, Чужой ждал ответа и она ответила то единственное, что приходило ей на ум: — Меня влечешь ты сам… без всяких нюансов, условий и без всяких надежд. Чужой совершенно бесстрастно и без эмоций посмотрел на неё своим непроницаемым и серьезным взглядом. Он вдруг убрал её руку со своей груди и, приподнявшись на локтях, навис над ведьмой. Алисия впервые за все время общения сжалась под его взглядом черных глаз с полным отсутствием белков. Он одной рукой лениво начал расстегивать её кофточку, а другой кончиками пальцев поглаживал грудь. Всё было так холодно и спокойно, что Алисия даже удивилась. «Наверное, я зря его практически вынудила это делать» — промелькнуло в её голове. Он наверняка слышал мысли девушки, но проигнорировал их. Чужой, расстегнув все пуговицы, переместил одну из рук на промежность Алисии, сначала погладив её через одежду, а потом уже запуская под трусики. Взгляд Чужого не смягчился, а был таким же серьезным и холодным. Алисия спросила: — Может не нужно, если тебе неприятно? Левиафан заткнул её алый рот своим поцелуем, он был не страстен, но требователен и временами даже грубо покусывал губы девушки или бесцеремонно запускал свой язык в рот девушке, не давая ей опомниться. В это время рукой он играл с её клитором, доставляя какое-то непонятное и непривычное удовольствие, ведь девушка не привыкла к такому равнодушию со стороны мужчины. К тому же к его рукам и губам добавилась и темная дымка, которая уплотнилась и окружила не только его фигуру, но и все её тело; она холодила, но в то же время заставляла испытывать новые оттенки наслаждения. Чужой спустил руку ещё ниже и уже вставил средний палец в лоно девушки, а потом добавил и указательный. Алисия была готова поклясться собственным даром, что никогда не испытывала более сильного наслаждения от ласки мужчины и более сильное смущение от того, как спокойно он её ласкал. Пальцы мужчины практически сразу нашли точку удовольствия и во время фрикций рукой постоянно касались её так, что по коже девушки бежали мурашки. А затем вниз по руке спустилась и дымка и, обжигая прохладой лобок Алисии, спустилась вслед за пальцами Чужого в киску девушки, заполняя её изнутри. И это было просто потрясающе и непередаваемо. Сама тьма вливалась в неё, проникая в каждую клеточку тела. Алисия положила руку на затылок мужчины и прижала его голову к своей как можно крепче, прогибаясь в корпусе от рук мужчины. Она чувствовала, что уже давно находится на грани оргазма и каждый раз подводя её к оргазму, он вдруг останавливал фрикции и как только она отойдет от заветной черты, снова приближал её к нему. От эмоционального напряжения и переизбытка ощущений по щекам девушки текли слезы, увлажняя лицо Чужого, и это его подзадоривало ещё больше. Он уже до крови не стесняясь покусывал её нижнюю губу и вторгался напрямую в самую суть девушки: её мысли, чувства, прошлое и настоящее, изучая теперь не только снаружи, а и изнутри. Алисию уже трясло под ним, и он понял, что ещё чуть-чуть, и она уже не выдержит подобное и уже не вернется из Бездны. Он сделал пару точных и быстрых фрикций, от которых, подобно электрическому току по телу девушки прошла волна оргазма, она закрыла глаза и уже трепыхалась в его руках как рыба на песчаном берегу. Он уже оторвался от её губ и прошептал на ушко: — Тише, тише… Когда Алисия открыла вновь глаза его уже не было рядом. Сил девушке едва хватило, чтобы доползти до нескольких склянок с духовным бальзамом, которые ей оставил Чужой, и выпив их всех до дна, она смогла вернуться в реальный мир. «Вот и все», — подумала она. Алисия ни о чем не жалела, она уже поняла, что ответ на вопрос, который ей задал Левиафан был неверным, но, видимо, порадовал Чужого, и поэтому он напоследок сделал ей приятное. Было очевидно, что он ничего не испытывал к ней и что приласкал её из жалости. Но и было глупо его за это осуждать, он просто смягчил ответ «Нет» на её инициативу в сексе. «Я никогда больше не буду его ни о чем просить. Я никогда не буду его вынуждать что-то делать: появляться в моей жизни, общаться со мной, даже давать или забирать его дар. И я никогда не буду от него чего-либо ждать.» Алисия переборола комок горечи, который подходил к горлу и, вернувшись в комнату в чердаке, тихонько забралась под одеяло в свою кровать и сразу же уснула.