Игры, в которые играет Локи

***

Городок назывался «Надежда». Иронично, подумал Локи, стряхивая рыжую пыль с безупречно чёрного сюртука. Надежда здесь давно испустила дух под палящим солнцем, оставив после себя лишь отчаяние, жадность и дешёвый виски. Теперь он был Сайлас Кейн — странствующий джентльмен, карточный игрок с мягкими манерами и глазами, холодными, как тень каньона в полдень. Местная доска была проста до примитивности, но оттого не менее увлекательна. Две фигуры доминировали в «Надежде». Первая — Калеб «Молот» Торн, безжалостный владелец единственного в округе серебряного рудника. Он был королём этой пыльной дыры: подмял под себя закон в лице трусливого шерифа, скупал земли за бесценок и ломал любого, кто стоял на пути. Его сила была в золоте и страхе. Вторая фигура — молодой Джейк Монро. Его отец, бывший шериф, был убит людьми Торна, а семейное ранчо вот-вот должно было уйти с молотка за долги. В Джейке горел огонь праведной мести, чистый и яростный, как лесной пожар. Он был отличным стрелком, но его единственным капиталом была его честь. «Власть против справедливости, — усмехнулся про себя Сайлас-Локи, наблюдая за ними в мутном зеркале салуна. — Самая избитая партия. Посмотрим, можно ли внести в неё немного... изящества». Игра началась за покерным столом. Сайлас организовал «турнир легенд», на который пригласил и Торна, и Джейка. Ставки быстро росли. Локи, используя лёгкие иллюзии, чтобы подстегнуть азарт, довёл игру до финала, где за столом остались только они трое. На кону лежала гора денег Торна. У Джейка не было ничего, кроме револьвера на поясе. — У меня больше нет денег, джентльмены, — с горечью сказал Джейк, готовый сбросить карты. — Пустяки, — бархатным голосом вмешался Сайлас. — У вас есть кое-что получше. Ваше ранчо, мистер Монро. А вы, мистер Торн, я слышал, давно на него заглядываетесь. Предлагаю сделку. Джейк ставит купчую на своё ранчо. А вы, мистер Торн, ставите против неё... долговую расписку его семьи. Если Джейк выигрывает — он свободен. Если проигрывает — вы получаете землю. Торн хищно улыбнулся. Джейк, стиснув зубы, согласился. Это был его единственный шанс. Локи сдал карты. Он не стал мухлевать с раздачей. Это было бы слишком грубо. Его магия работала тоньше. Он позволил Джейку получить отличную комбинацию — фулл-хаус. В глазах юноши зажглась надежда. Одновременно Локи едва заметным кивком и лёгким туманом в глазах Торна дал тому понять, что у Джейка блеф. Что юнец сломался и пытается взять банк наглостью. Уверенный в себе, Торн поднял ставку до предела. — Раскрываемся, — объявил Сайлас. Джейк с триумфом бросил свои карты на стол. Лицо Торна на секунду исказилось от ярости, когда он понял, что его обвели вокруг пальца. Он проиграл. Но такие, как Торн, не умеют проигрывать. — Ты мухлевал, щенок! — взревел он, опрокидывая стол. — Ты с этим шулером в сговоре! — Я выиграл честно, — процедил Джейк, поднимаясь. — Здесь честность определяет тот, кто останется в живых, — прорычал Торн. — Я вызываю тебя. Завтра в полдень. На главной улице. Или убирайся из этого города навсегда, трус. Вот она, кульминация. Партия в покер была лишь прелюдией. Настоящая игра — это игра со смертью. Полдень. Солнце висело прямо над головой. Городок замер. На пыльной улице стояли двое: молодой, напряжённый Джейк и грузный, уверенный в своей безнаказанности Торн. Сайлас-Локи наблюдал с балкона гостиницы, элегантно прислонившись к перилам. Он мог бы сделать так, чтобы рука Торна дрогнула. Мог бы ослепить его бликом от пряжки. Но это было бы слишком просто, слишком... милосердно. Вместо этого он снова использовал свою силу. Он коснулся разума обоих стрелков. Джейку он внушил ледяную уверенность. «Ты быстрее. Ты прав. Пуля сама найдёт его чёрное сердце. Это судьба». Торну он послал волну презрительной ярости. «Этот сопляк — ничто. Сломай его. Покажи всем, кто здесь хозяин. Один выстрел — и всё закончится». Он не дал никому преимущества. Он лишь убрал из уравнения то, что делало людей людьми: сомнение, страх, колебание. Он превратил их в идеальные механизмы для убийства, запрограммированные на победу. Секунда растянулась в вечность. Две руки одновременно метнулись к рукоятям револьверов. Грохот двух выстрелов слился в один. Джейк Монро рухнул на землю с пулей в груди, его глаза удивлённо смотрели в безжалостное небо. Его праведный гнев не спас его. Калеб Торн покачнулся, схватился за живот и медленно осел в пыль, захлёбываясь кровью. Его власть и золото не смогли остановить свинец. Ничья. На главной улице «Надежды» лежали два трупа. Справедливость не восторжествовала, но и тирания была повержена. Владелец рудника был мёртв. Наследник ранчо — тоже. Город остался без хозяина и без героя. В наступившем вакууме власти уже начали грызться мелкие стервятники. Идеальный, чистый хаос. Сайлас Кейн спустился с балкона. Он подошёл к столу, за которым вчера кипели страсти, взял со стола купчую на ранчо Монро и долговую расписку. Посмотрел на них мгновение, а затем медленно и аккуратно разорвал обе бумаги на мелкие кусочки, позволив ветру развеять их, как бесполезную пыль. — Скучно, — прошептал он в тишину. — Всегда одно и то же. Каждый считает, что именно его пуля летит по воле провидения. Он вышел из салуна, сел на своего вороного коня и поехал прочь из города, не оглядываясь. Игра окончена. Пора было искать новую доску, где фигуры ещё не подозревали, что они всего лишь фигуры.