На разных полюсах

Отец положил перед Юнги стопку бумаг, которые следовало разобрать. Юнги лишь томно вздохнул, предвкушая муторную и скучную работу. Беря в руки первый лист, он подумал, как же было хорошо на крыше под голубым небом, чем тут, в кабинете с четырьмя стенами. Время шло медленно, голова невероятно трещала, но Юнги не отлынивая от обязанностей, заполнял и проверял всё новые и новые бумаги. С отцом они за весь день ни словом не обменялись, каждый занимался своими делами. Пару раз в кабинет заходила секретарь, уточная разные моменты в договорах, бумагах и проектах. Один раз зашёл парень, который стажировался на место в фирме отца. И Юнги представил, что этими людьми и сотнями другими придётся в будущем руководить именно ему. А учитывая, что фирма у отца не одна, всё это будет в более крупнейших масштабах. Под вечер Юнги вымотался настолько, что сил поехать в клуб Септима просто не осталось. Поэтому добравшись до дома после тяжелого дня, Юнги сразу свалился в свою постель, подмечая какая она мягкая в отличие от офисного кресла. *** Лес потерял все свои яркие краски, ведь он нигде не мог найти её. Просматривая и оббегая все деревья, каждый куст, её как след простыл. Бродя по неизвестным тропинкам вокруг него стала окутываться тьма, мрачная и необъятная. И вот он уже совсем одинок. Как она могла так поступить? *** Ужасный звук будильника пронзил слух. Раздражённо проведя по экрану айфона, тем самым выключая будильник, Юнги машинально выругался, ведь сегодня ему опять торчать в офисе с отцом. Каждое утро его настроение было угнетённым и подавленным, так как каждую ночь ему снился один и тот же сон. И сколько бы он не пытался забыться — ничего не помогало. Чувство усталости, которое превратилось уже в хроническое, стало обыденным, ведь этот сон никогда не давал выспаться. Этот день ничем не отличался от предыдущего. Бумаги, бумаги и ещё раз бумаги. Как можно жить в окружении одних документов? Всё это безумно серо, скучно и однообразно. В перерывах Юнги дописывал эссе по литературе и не понимал, зачем он вообще начал его писать? Но показывать отцу свою усталость и раздражённость Юнги не собирался. Характер парня не позволял такой роскоши, уж больно упрямым он был. Тяжёлую тишину прервал отец Юнги: — Приём у нас дома откладывается на время. Хотя Юнги и не волновало это, но он всё-таки расслабился от того, что ему не придётся проводить время с дочерью очередного миллиардера. — Но ты не думай расслабляться, ничего не отменяется, — словно прочитал мысли отец. — А почему ты думаешь, что я приду? — спросил Юнги. — Потому что ты — будущий владелец всего, что я сейчас имею. Ты должен набираться опыта, общаясь с нужными и влиятельными людьми, а не со всякими девками с улицы, — строго сказал отец. «Да что ты знаешь о девках с улицы,» — подумал про себя Юнги, в первый раз вспомнив за день про Эстефанию. Интересно, где она сейчас? Что делает? Разве можно предугадать действия такого человека, как она? Юнги ничего о ней практически не знал, но был уверен, что эта «девочка с улицы» будет поопытнее всех знакомых отца вместе взятых. Следующие дни его жизни составляли работа-дом, работа-дом. Рутинная обязанность не отпускала из своих коварных рук, и Юнги даже подумал, что отец специально грузит его по-максимуму. В определённый момент отец остался довольным сыном и сообщил о том, что больше его помощь не понадобиться. Юнги облегчённо выдохнув, тем же вечером отправился к такой любимый ему клуб, в Септиму. Как давно он там не был. Офисная работа полностью овладела им, и Юнги буквально забыл, что такое громкая музыка, толпы людей, и затуманивающий разум, алкоголь. Оказавшись в этой среде, Юнги за все эти дни почувствовал себя свободно. Он решил, что в этот день надо хорошенько расслабиться. Заказав сразу целую бутылку соджу, бармен спросил: — Давно тебя тут не было, напряги какие? — Есть немного. Отцу помогал на работе, — ответил Юнги, разом опустошая целый стакан алкоголя. Жидкость мигом разнеслась по организму, обдавая каждую клеточку холодной горечью. — Серебряного принца превращают в золотого короля? — улыбался бармен. — Ага, без воли принца. Так что за бред? Закуски какой-нибудь дай, — сказал Юнги. Какое-то время Юнги сидел, опустошая стакан за стаканом. Громкая музыка оглушала, а алкоголь затуманивал разум. И вот оно — привычное состояние. Напряжение этих дней снялось, и Юнги снова почувствовал себя, как в своей тарелке. Раздражённый настрой сменился в озорной, и ему захотелось снять напряжение немного иным способом, нежели алкоголь. Долго ждать не пришлось. — Можно, пожалуйста, стакан соджу, — присела за барную стойку рядом с Юнги эффектная блондинка. Запыхавшаяся после энергичных танцев, ей так и не терпелось охладиться жаждоутоляющим напитком. — Я угощаю, — сказал Юнги. Девушка заметив внимание от незнакомого и к тому же красивого парня, поудобнее устроилась на барном стуле, закидывая ногу на ногу, тем самым показывая свои изящно длинные ноги. — Квон КёДжи, — обворожительно улыбнулась блондинка. — Мин Юнги. Я надеюсь, Квон КёДжи позволит составить ей компанию на вечер, — улыбнулся в ответ Юнги, не менее притягательной улыбкой. — Конечно, — ответила Квон. Девушка оказалась довольно интересным собеседником, поэтому они с Юнги быстро разговорились. Пуская языком всякие разговоры, в уме у них было лишь одно, и они сами прекрасно понимали что. Время шло быстро, алкоголя тратилось всё больше. Разум обоих всё сильнее заслоняла плёнка беспамятства. Эти двое не стеснялись публично флиртовать друг с другом. В прочем, в этом клубе это было нормально. Бутылка соджу Юнги давно опустела, поэтому бармен всё чаще и чаще подливал алкоголь в их стаканы. — Привет, Энди. Зелёного чая? — усмехнулся бармен. А Юнги словно облили холодной водой. — Да, спасибо, — прозвучал такой знакомый и мелодичный голос. Юнги невольно повернул голову влево и увидел, что Эстефания сидит прямо около него. В тот момент он находился в забавном положении, между женственной блондинкой и девочкой подростком. — О, привет, Шуга, — улыбнулась она. — Здравствуй, — не своим голосом заплетаясь, произнёс Юнги. — Это твоя подруга? — навеселе произнесла КёДжи. — Эээ… ну, — замялся парень, от алкоголя у него кружилась голова. — Да, подруга, — обратилась Эсти к блондинке. Сложно было понять о чём думала в тот момент Эстефания. Выражение её лица излучало чистейшую вежливость, но в глазах горел лёгкий огонёк. Она словно снова играла в одну из своих игр. — Может пойдём? — спросил Юнги блондинку. — А твоя подруга с нами не пойдёт? — засмеялась уже давно пьяная девушка. — Не бойся, в первый раз всегда неприятно, — сказала блондинка Эсти, видимо решив, что она слишком юна. Юнги усмехнулся, а Эстефания лишь изогнула правую бровь, наблюдая за пьяной парочкой. — Ну вы пока обсудите тут всё, я пойду носик попудрю, — встала с места КёДжи и ушла в женскую комнату. — Интересный кадр, — на выдохе произнесла Эсти, делая глоток ароматного зелёного чая, который подал бармен. — Ты что тут делаешь? — спросил Юнги. — Чай пью, представляешь, — посмотрела Эстефания на Юнги, как на идиота, который задал самый тупой вопрос в её жизни. — Да что ты? — закатил глаза Юнги. — Какого чёрта ты оказалась рядом со мной именно в тот момент, когда я цепляю такую красотку? А вдруг ты бы её спугнула? — слова с трудом вылетали из его рта, так как выпил он в тот вечер явно больше положенного. — А по-моему, я ей понравилась, — невзначай ответила Эсти. — А вообще, пошли отсюда, — произнесла она, допив чай. — Ты думаешь, между отличным сексом с ослепительной красоткой и тобой, я выберу тебя? — стукнул локтём по барной стойке Юнги, при этом облокотив на руку свою голову. Движения и координацию парень тоже уже особо не контролировал. — Ну я даже не знаю, — интригующе улыбнулась девочка, посмотрев Юнги в глаза. Положив купюру за чай на барную стойку, она встала со стула и направилась к выходу. Юнги начал качать голову то в сторону женского туалета, то в сторону выхода. И так несколько раз. — Чёрт, — выругался парень и встал со стула, направляясь к двери, ведущей на улицу. — Да стой же ты! — крикнул Юнги девочке, которая устремилась по тёмной дороге, слабо освещённой фонарями. Улыбнувшись своей победе, девочка замедлила шаг. Юнги не понял, почему и зачем он пошёл за ней, но его нутро так и хотело этого, поэтому ноги словно сами понесли его к выходу. На улице никого не было, так как давно перевалило за полночь, и в это время в таком районе никто не ходил. Ну кроме этих двоих. — Мне было 13, а ему 25, примерно, — нарушила тишину девочка. — Что? — не понял Юнги. Его разум всё ещё не вполне принимал окружающую его действительность. — Твоя спутница неправильно выразилась в мой адрес. Так вот, я лишилась девственности, когда мне было 13, а парню, примерно, 25, — спокойно сказала Эстефания. — Это так, для справки. После сказанного девочкой, разум Юнги будто немного протрезвел. Он почувствовал то ли жалость, то ли удивление в её сторону. Он не понимал. Ведь не могла такая девочка, как Эстефания дать себя в обиду? Хотя откуда он знал, какой она была? Это сейчас перед ним непредсказуемая, загадочная, грозная уверенная в себе и опасающая девушка. А что было раньше, Юнги и понятия не имел. — Эсти, этот тип был педофилом… — начал говорить Юнги. — Я знаю, — всё так же, совершенно спокойно, отвечала девочка. — … ты была ребёнком, — закончил Юнги. — Не была я ребёнком, — усмехнулась Эстефания. И Юнги захотелось о стольком расспросить её. Что такого произошло в её жизни, что в столь раннем возрасте она подверглась извращению? Почему ей пришлось раньше времени стать взрослой? Где её родители? Как она живёт? Но ни один из этих вопросов не посмел вырваться из его уст. Юнги стало неловко. Имеет ли он права спрашивать о таких вещах? Поэтому, чтобы разрядить неловкую обстановку, Юнги спросил: — А сейчас то тебе сколько лет? Выглядишь очень юной. Эстефания замялась, словно не хотела говорить свой возраст, имея для этого весомые причины. — Ну, я почти совершеннолетняя, но это и не важно, на самом деле, — улыбнулась Эсти. — Да не парься ты, — легонько стукнула по плечу Юнги девочка. — Секс в 13 не то, что могло бы оставить душевную травму во мне, — сказала она и засмеялась своим громким и таким заразным смехом, и Юнги подхватил смех тоже, хотя понятия не имел, что тут весёлого. В тот момент он точно понял, что за этими беззаботным смехом и невинной улыбкой скрываются самые страшные секреты и тайны. Они шли по дороге, не зная куда. Тьма окутывала совершенно всё вокруг. Никто более не посмел нарушить тишину до того момента, пока они не дошли до этого места.