На разных полюсах

В ту ночь Юнги так и не смог уснуть. Приехав домой, непонятные мысли и чувства переполняли его голову. Столько всего произошло, но с другой стороны можно ли что-то считать за реальность. Юнги доверился и открылся практически незнакомому ему человеку. Никому и никогда не удавалось выманить из него хоть часть его переживаний, а ей он добровольно рассказал совершенно всё. Юнги сам не понимал своей открытости этой девочке. Все свои секреты он держал глубоко в себе, никого туда не подпуская. Ни за что на свете, он не рассказал бы кому-либо о том, что чувствует и думает. Но почему-то ей… Лежа на кровати и смотря в потолок, на котором мелькали лучи рано вошедшего солнца, он не чувствовал сожаления о чрезмерной открытости. Голова говорила: «Как можно доверять свои тайны той, кого почти не знаешь?», а сердце отвечало: «Я чувствую, что она единственная кому можно доверять.» Юнги думал о том, какую же всё-таки странную и подозрительную жизнь она ведёт. Чем занимается каждый день? Где завтракает, обедает и ужинает? Даже на такие банальные вопросы ответить было просто невозможно. Какова её рутина? Что составляет её обычный и повседневный день? Учится ли она? С кем общается? Почему находится в разных городах с родителями? Вся её жизнь, все её тайны запрятаны в далёком и глубоком океане, поэтому Юнги был уверен, что и его секреты утонут там же. Единственное, что заставило парня в тот момент усмехнуться, так это то, что он понятия не имел, когда встретит её снова. Сказав своё «Прощай, увидимся», Эстефания ушла в неизвестном направлении. Стоило спросить контактный номер, адрес, хоть что-то, что поможет найти её, подумаете вы. Но, конечно, у Юнги напрочь вылетело это из головы, ведь он на сто процентов был уверен в том, что последние её слова означают о скорейшей их встрече. Тем более, он же пообещал научить Эсти водить машину, так что был уверен, что они скоро увидятся. Вот только как и когда, оставалось только гадать. Глубоко выдохнув, Юнги решил отложить свои мысли на дальнюю верхнюю полку своего разума и поспать. *** Каким в миг ужасным местом казался ему бывший прекрасный лес, ведь её больше нет. Она ушла, предала, обманула. Горечь и обида медленно наполняют каждую клеточку его тела. Бродя по тёмным тропам среди бесцветных деревьев, он больше не намеревается что-либо чувствовать. *** Пробудившись ото сна, Юнги снова чувствовал себя невыспавшимся. Его вечный и такой неприятный сон никогда не давал нормально отдохнуть. В принципе, Юнги привык к тому, что после сна он чувствует себя не бодрым, как все нормальные люди, а вымотанным, как после тяжёлого рабочего дня. Посмотрев на время он обнаружил, что стрелки достигли восьми часов вечера, поэтому удивившись, что он проспал весь день, быстро вскочил с кровати. Юнги спустился на кухню, так как желудок играл с ним злую шутку, вызывая острые чувства голода. — Ты дома? — удивилась мать Юнги, копошась за плитой. — Я не заметила, когда ты пришёл. Садись, ужин почти готов. — Я вернулся под утро, — ответил Юнги, усаживаясь за обеденный стол. Его желудок урчал так сильно, что казалось будто эти звуки могли услышать на другом конце планеты. — Папа на работе? — Да, скоро придёт. Где был? — поинтересовалась мать, ставя на стол горячую порцию ароматной лапши. Пускай семья Мин имела огромное достояние, которое могло позволить нанять повара в дом, мама Юнги всегда любила готовить и вести всё хозяйство сама. — В «Funtown», — ответил Юнги набитым ртом, уже во всю уплетая еду за обе щёки. — В детском парке аттракционов? — удивилась мама Юнги, услышав подобную альтернативу клубу, в котором её сын так часто бывал. — Ага, — ответил Юнги, доедая лапшу. — Ладно, я пошёл. — Уже? Но Юнги не ответил, так как быстрым шагом отправился в свою комнату. Мигом собравшись и схватив ключи от машины, он направился в клуб «Septima». Громкая музыка обжигала слух, в то время как Юнги сидел за барной стойкой, отпивая холодную минералку. Пить алкоголь в тот вечер он не планировал, так как приехал на машине. Танцующие парни и девушки двигались в такт музыки, но Эстефании нигде не было. Не то чтобы Юнги так и надеялся встретить её в тот вечер. Просто клуб «Septima» одно из немногих мест, где она бывала довольно часто. Время шло небыстро и немедленно. Юнги чувствовал себя расслабленно и умиротворённо. Играла живая музыка, и взгляд Юнги упал на незнакомую танцующую девушку, которая плавными движениями приближалась к нему. Беря Юнги за руки, она стала утягивать парня на танцпол. Его эта ситуация немного забавляла, так как танцевать он не особо любил, но девушка на вид была достаточно выпившая, а в глазах было явно видно, чего она ждёт в конце. Заведя его в самую середину зала, незнакомка сильнее прижалась своим телом к Юнги, обхватила его за шею и стала плавно двигаться. Юнги для начала взял девушку за талию, но постепенно их движения стали намного раскрепощённее. Юнги уже позволял себе лапать её за попу, в то время как их губы сливались в страстном и грязном поцелуе. Всё произошло так быстро и само-собой, что они сами не заметили как оказались на втором этаже в vip-комнате. Кровать пропиталась теплотой их тел, и если бы не громкая музыка в клубе, то их стоны бы были слышны на всём втором этаже. Секс был хорош, но всё закончилось так же быстро, как и началось. Удовлетворившая свои потребности девушка оделась и ушла. Они не обменялись ни единым лишним словом, даже имена друг у друга не спросили, но это было и не важно. Приехав домой, Юнги был доволен вечером. Про институт Юнги на время забыл. Следующие два дня прошли совершенно одинаково: дом — клуб — дом. Ни в один из этих дней Эстефании видно не было. Юнги не придавал этому никакого значения, пока после прошедшей недели он всё-таки не спросил у бармена: — А Эст… Энди тут давно не появлялась? — в голове у него вертелось предположение, что за всю неделю она должна была хотя бы ненадолго сюда заглянуть, и бармен просто обязан это помнить. — Уже неделю не было, — пожал плечами бармен. Страстные ночи с различными девушками и алкоголь давали забыться о девочке подростке, но сейчас, когда он узнал, что её неделю как нет, внутри забилось чувство беспокойства. Но сильно накручивать Юнги себя не стал, так как 7 дней не такой уж и большой срок, а зная Эстефанию и её бурную и странную жизнь, можно и не удивляться. Наступили тёплые дни апреля. Юнги каждый день ходил в клуб «Septima» и спрашивал у бармена не появлялась ли там Энди. И ежедневно он слышал сплошные отрицания. Бармен пару раз спросил, в чём заключается такая заинтересованность, они что друзья, но Юнги не отвечал на поставленные вопросы. Прошла ещё одна неделя. Юнги и сам не понимал зачем и для чего ищет её. До этого, она сама объявлялась, неожиданно и спонтанно, но объявлялась. Это уже стало невыносимым, и после двух недель каждодневных провождений в клубе, он решил, что она ушла. Уехала, улетела, исчезла. Вспомнив о том, что он уже давно не был в институте, да и к тому же эссе не дописал, он решил воспользоваться последним шансом. Схватив незаконченную работу по литературе, он направился в кафе недалеко от офиса отца. И пусть встретить её там один шанс на миллион, маленькая надежда затаилась в душе у Юнги. Дописав эссе и всюду оглядываясь, нигде не виднелась девочка с высоким чёрным хвостом, в котором проглядывали разноцветные пряди. И тогда надежда окончательно рухнула. Она раскрыла душу Юнги, заглянула туда и выведала все его секреты. Он доверился ей, наконец-то посчитал, что, возможно, есть в этом чёртовом мире человек, который отличается от серой массы окружающего бытия. Но опять он ошибся. Делать нечего, и если за прошедшие три недели она не объявилась, то стоит забыть всё, как сон. Возможно, из-за того, что она находилась в другом городе от родителей и вела достаточно разгульный образ жизни, они наконец зажали волю своей дочери в кулак и отправили её в школу. Кто знает, кто знает… Появившись в институте только единожды, дабы отдать эссе, он целыми днями находился дома, вечером снова отправлялся в клуб, чтобы хоть как-то занять свои дни. Всё снова вернулось на круги своя. Время шло, Юнги стал забывать, что в его жизни была Эстефания. Весна так и кричала о себе, освещая Сеул ярким и тёплым майским солнцем, но в душе Юнги опять поселилась тьма, такая привычная по ощущениям. В один из выходных вечеров, Юнги ужинал с родителями вместе, что случалось безумно редко. — Юнги, ты заменишь меня на работе на две недели, — сказал отец. — А в чём дело? — спросил Юнги. — Почему я? У тебя что, мало всяких заместителей? — У меня дела в Германии. Для тебя это слишком сложно, я смотрю? — строгим голосом спросил отец. — Юнги, ну помоги отцу, у него серьёзные дела в другой стране, — встряла в разговор мать. — А как же институт? — спросил Юнги. — Об этом можешь не беспокоится, собственно, как и всегда, — ответил отец. — Ладно. Спустя два дня отец Юнги улетел в Германию, и парню пришлось приступить к работе. Юнги реально не понимал, зачем оставлять весь бизнес на его попечение, если у отца полно заместителей. Но ничего не оставалось, поэтому все эти заместители и другие люди находились под его руководством. Первый день прошёл вполне спокойно, и только через пару дней он прочувствовал весь настигнувший его ужас. Занимаясь многочисленными бумагами, проектами и контрактами, его нервные клетки летели к чертям. Он срывался на подчинённых совершенно не заботясь о том, задевает ли своими грубыми словами их чувства. Уверенный в том, что свою секретаршу отец нанял только для визуального удовлетворения, Юнги, за её чрезмерную тупость и бесполезность, постоянно грозил уволить с работы. Всю неделю он был словно на иголках. Доделывая какие-то дела, совершенно вымотавшийся, он ожидал конца рабочего дня и долгожданных выходных. Мозг Юнги кипел, он был готов рвать и метать всё, что движется. В кабинет постучала и зашла зашуганная секретарша. — Господин Мин, к Вам доставка пиццы, — сказала как можно вежливее она, чтобы не попасть под горячую руку парня. — Какая к чёрту доставка пиццы?! — рявкнул Юнги. — Я не заказ… — и тут в его голове мгновенно что-то щёлкнуло.