Несуществующие

Южная часть Эквестрии отличалась разнообразным, как живописным, так и не очень пейзажем: здесь попадались и леса, и степи, и пустыни, и даже бесплодные земли нашли себе место. Желающие повидать южное Лунное море, безгранично раскинувшееся на западе, а именно побывав в облачном городе развлечений Лас-Пегасусе, оказывались ровно над полупустыней, граничащей на севере с плодородными равнинами Эпплвуда, буквально через реку. Среди достопримечательностей, в каком-то роде, этого региона находились каменистые земли, где когда-то земнопони выращивали драгоценные камни, используемые и по сей день в разнообразных техномагических изобретениях. Сейчас же этим занималось только семейство Пай. На противоположном береге, которое омывало Селестийское море, царили труднопроходимые леса, которые чем дальше на юг, превращались сначала в болото, а затем в джунгли. Здесь находился портовый город Балтимэр, знаменитый своими морепродуктами. Центральные территории юга занимали степи, где с давних времён проживали племена бизонов и где с недавних пор начали возникать поселения Эквестрийцев. Дальше, за Макинтошовыми Холмами, лежала длинная продольная долина, разрезавшая юг на две части, по которой многие века назад прошли будущие основатели Маританского герцогства, которые не пожелали оставаться на благоденственных лугах Эквестрии, а продолжили свой исход с Северной Равнины. Но самым интригующим местом на карте являлись бесплодные земли: целая долина, окружённая сплошной цепью гор с несколькими крупными перевалами, в которой не было ничего, кроме красной пыли и убивающей жары. Стоя на границе уничтоженного поселения какой-то зверорасы, отдалённо родственной алмазным псам в том плане, что с их существованием тоже когда-то поиграл великий и ужасный дух хаоса и дисгармонии Диксорд, индиговый единорог размышлял о многом. О том по каким действительно причинам часть с таким трудом объединённой расы ушла в неизвестные земли, когда прямо перед ними лежали огромные, не принадлежащие никому, луга, которые даже сейчас, по большей части, никем не заняты. О том, что же действительно произошло в бесплодных землях, хотя именно “что” он прекрасно знал, но хотел понять “почему”. О том, что стоит произнести перед ней. Он совершенно не опасался королевы, потому как прекрасно знал, что даже если будет не в состоянии убедить или победить её, то убежать сумеет всегда. Но всё-таки союз с ней был крайне желателен, ведь если его не произойдёт, то придётся действовать наспех, а это приведёт к лишним ошибкам, которых Шайн желал избежать. Ведь если что-то пойдёт не по плану “А”, у него всегда есть альтернатива, которая может оказаться куда хуже для всех вокруг, нежели первый вариант. С этими мыслями, он вышел из прикрытия и побрёл в деревню, которая когда-то, в альтернативной временной линии, служила тюрьмой для королевы, что архонт теперь находил даже ироничным. В том мире это поселение вымерло из-за каких-то своих внутренних причин, о которых он не задумывался в то время, а сейчас просто не имело смысла задаваться этим вопросом. Здесь и сейчас их уничтожили чейнджлинги после поражения в Кантерлоте, превратив в кормушку для роя. Лунный свет мягко освещал дорогу, показывая, что от очертаний каменных зданий осталось ничтожно мало: всё было покрыто густой зеленоватой слизью, создавая тем самым образ гигантских коконов, которые хранили тела бывших жильцов, оставленных на прокорм роя. Сами же оккупанты искусно прятались, тихонько жужжа на границе слышимости, чуть мелькая на границе видимости. Но вот пронеслась чёрная тень, ринувшаяся к замку на холме, который, пока ещё, не превратился в пародию на шпиль улья, хотя был близок к этому. Насколько он знал, правда больше предполагал, так как Колеоптра не слишком жаждала делиться информацией, телепатическое поле роя работало только в одну сторону: королева приказывает трутню, разведчику, солдату или преторианцу, а они, в свою очередь, могут докладывать только лично, так как сами не обладают телепатией. Также поле подавляло развитие личности и создавало психологическую зависимость от роя, от которой было трудно избавиться. Из известных ему, только два чейнджлинга сейчас находились вне контроля Кризалис. Когда единорог поднялся по склону и оказался у подступов замка, рой перестал прятаться и стремительно окружил его, тем не менее удерживаясь на почтительном расстоянии. Перед главным входом стояли несколько чейнджлингов в доспехах, созданных из полимера, вырабатываемого королевой. Всего преторианцев насчитывалось около двадцати-двадцати пяти, точного значения выяснить ему не удалось в прошлом, но сейчас он не думал, что их количество изменилось с тех пор. А количество “ретрансляторов телекинетического поля” находившихся здесь доказывало, что сейчас появится она. Ждать королеву Кризалис пришлось недолго, в вспышке зелёного пламени, властительница роя, возвышавшаяся над своими подданными, вышла из замка. Со смесью презрения, удивления и недоумения на лице, она стала осматривать нарушителя, который каким-то образом нашёл их временное убежище, тем самым разрушая планы мести. - Приветствую, королева, - поклонился единорог в доспехах кристальной стражи, - полагаю вы не ожидали моего появления. - Кто ты, - прищурилась Кризалис, прижав крылья к телу, тем самым приказывая, чтобы никто не вмешивался, - как ты нашёл это место и почему я должна оставить тебя в живых? - Что ж, начнём. Вы знаете кто я, - ухмыльнулся Индиго Шайн, не поворачиваясь вслед за королевой, которая стала медленно обходить его, - это место мне известно с давних пор, и… самый главный вопрос, который вы задали сейчас… Потому что мы можем помочь друг другу. - Что? – она остановилась позади него и рассмеялась, но продолжила копить энергию для атаки. – Что такого может предложить мне лейтенант кристальной стражи? - Вопрос не в том, что вам может предложить лейтенант кристальной стражи, а в том, что вам предлагает Индиго Шайн. - Не думаю, что предатель своего рода сможет дать мне больше, чем я смогу отнять! – выкрикнула она и швырнула в него заклятье подчинения, которым когда-то затуманила разум Шайнинг Армора. Единорог поник и не двигался, но продолжал стоять на ногах. Королева опасалась, что магия окажется либо слишком слаба, тем самым просто обездвижив его, либо слишком сильна, подавив тем самым безусловные рефлексы, так как времени толком рассчитать достаточную энергию ей не хватало. Она понадеялась получить марионетку, с помощью которой доберётся до королевской четы Кристальной Империи, но глухой смех разорвал её ожидания. - Боюсь у меня есть способ защититься от псионической магии! – прокричал архонт. Топнув копытами, он использовал тёмную магию, пустив по земле волну проклятого огня, отгоняя всех назад или заставляя взлететь тех, кто замешкался. Шайн обернулся и поднял голову к Кризалис, зависшей в полуметре над землёй, открывая зелёные склеры и сочащийся фиолетовый дым из уголков глаз. - Я повторюсь: что может предложить вам Индиго Шайн? – с жутковатой улыбкой произнёс архонт. - И что же это? – процедила королева. - Взаимовыгодное соглашение. - И какая же выгода будет тебе, - проговорила она, вернувшись на землю, и, сделав шаг вперёд, оскалилась, когда нависла над ним, - и, самое главное, что получу я. - Хранители Истиной Ночи слышали, что от роя откололись пара чейнджлингов… - задумался он, - Колеоптра и Тора… - Не смей произносить имена этих предателей! – прервала его Кризалис. - Я… мы можем помочь найти их. - Этого я могу достичь и сама, - заметила она. – Если это всё… - Не спорю, но вместе с ними есть двое… единорогов, которые весьма искусны в прятках. Мне бы хотелось найти их тоже, разве общая цель не будет нам обоим на копыто? – королева неодобрительно фыркнула. – Но, если вы хотите от сотрудничества нечто большего, то я отдам вам Эквестрию. - Какие громкие слова, - закатила глаза Кризалис. - Я не договорил, - покачал головой Шайн. – Я отдам вам Эквестрию и помогу уничтожить ключ. - Что!? – взъярилась она, едва сдержавшись, чтобы не разорвать наглого единорога. – Откуда ты знаешь о нём!? - Откуда вопрос последний, меня интересует другое, королева. Почему сейчас? После столетий тишины, вы решили попробовать захватить его? Или решили убить двух зайцев? Собрать неимоверное количество магии и забрать его? – теперь настал его черёд ходить вокруг королевы. - О, я догадался, эта энергия должна была пойти на уничтожение ключа? - Ты хоть понимаешь, что за тьму этот ключ отпирает? – прошипела она, а все чейнджлинги сделали пару шагов вперёд, сужая круг вокруг архонта. - Посмотрите на мои глаза и поймите, что я прекрасно знаю даже то, где находится замок, что ключ тот отпирает… - ещё шаг, и до его убийства оставалось буквально полшага, - но мне незачем использовать его по прямому назначению. - Ты собираешься играть с силами, что вне твоего понимания, единорог. - Именно поэтому я помогу уничтожить его, - продолжал ухмыляться он. - Я согласна обдумать это предложение, - ответила Кризалис после долгой, задумчивой паузы.

***

- Не волнуйтесь, девочки, я приведу помощь! – объявила Твайлайт подругам, оказавшимся отрезанными от неё по ту сторону банки-магического купола. Лиловая единорожка рванула с места в Вечнодикий лес, где надеялась найти помощь у самой странной из всех её знакомых, у зебры Зекоры, алхимика, травника и просто той, кто сведущ в тайных знаний. Ей даже не пришло в голову направиться в Кантрелот, так как принцесса Селестия сейчас находилась не там, а Спайка рядом не было, чтобы послать ей письмо, а про принцессу Луну она просто не вспомнила. У окраины Твайлайт приостановилась и задумчиво попыталась сотворить заклинание, которым одолела её Трикси, на попавшемся на обочине цветке. И первые моменты ей даже удавалось повернуть для него время вспять, свернув лепестки в бутон, но затем всё быстренько вернулось к норме. Раздосадованная единорожка сковырнула землю копытом и поскакала дальше, раздумывая над поведением фокусницы. Несколько месяцев назад Трикси приехала в Понивиль, где со своим Великим и Могущественным эгоцентризмом устроила шоу, на котором бравировала выдуманными подвигами, но вполне себе интересными фокусами. Выступления хватило, чтобы парочка юных пони безоговорочно поверила ей и специально привела в город звёздного медведя, которого, по рассказам фокусницы, та победила. Естественно, оказалось, что слова Трикси – просто блажь, и Твайлайт пришлось разбираться с этим, а голубая единорожка пристыженно сбежала из города. И вот теперь она вернулась с намереньем отомстить. Вот только ученица принцессы не понимала откуда та получила возможность использовать заклинания, что настолько сложны в сотворении и затратах энергии. Единственное, что изменилось в фокуснице с последней встречи, так это появился амулет, который очень напоминал оный у Виты. И вид этого предмета был очень знаком, но лиловая единорожка никак не могла вспомнить откуда, но она точно знала, что видела изображение в книге. Твайлайт грустно вздохнула, так как не могла добраться до библиотеки, где смогла бы раскрыть тайну порывшись в книгах. Размышления помогали отвлечься от ситуации и позабыть о страхе перед Вечнодиким лесом. Она опасалась этого места ещё с тех пор, как однажды забрела сюда и превратилась в статую, напоровшись на случайного кокатриса, а если бы не Флаттершай, которая оказалась неподалёку, быть ей вечно замурованной в камне. После того случая Твайлайт обычно с пониманием относилась к Дискорду, который статуей простоял больше тысячелетия в садах Кантерлотского дворца, но сочувствие мгновенно пропадало, стоило ему начать свои проделки. Путь к древесному домику Зекоры был милосердно короток, единственное действительно опасное место, которое находилось на нём, - это поляна синих цветов, которые вызывали очень специфические магические болезни, реагирующие на страхи пострадавшего. Но обойти растения можно без каких-либо проблем, а вот древесных волков не обойти, поэтому она внимательно смотрела по сторонам, не особо желая заметить в зарослях пылающие зелёные глаза. Лиловая единорожка, тем не менее, добралась до нужного места без лишних приключений, вот только она не знала, что весь путь за ней пристально следили, и обитательница древесного домика уже знала, кто к ней идёт. Как бы Эхо не старалась стать Зекорой, ей это просто не удавалось. Она так и не смогла пробиться и захватить личность зебры, которая, с поразительным упорством, смогла уйти в себя и не сдать свой разум, а только тело. Не помогал Эхо ещё тот факт, что подверженная эмоциям, она не могла сконцентрироваться на постоянном натиске на ядро Зекоры. Тень Луны безумно жаждала найти зеркало, чтобы вернуться обратно, стать вновь единой самой с собой, но оно нигде не находилось, поэтому она могла только ждать и наблюдать. От её пристального взора не укрылись последние события в Понивиле. Эхо, основанная на властолюбии Луны и не получившая дальнейшее развитие от другого разума, на скорое копыто придумала план, который включал в себя оказание помощи ученице Селестии. Поэтому, заняв сидячую позу, зебра прикидывала всю доступную информацию, которую она успела почерпнуть из поверхностной памяти Зекоры, и подготавливалась к встрече. После сбивчивого рассказа Эхо молчала, подражая характерной зебринским знахарям спокойствию и невозмутимости, пока нервничающая лиловая единорожка ходила из стороны в сторону, изредка останавливаясь, чтобы отпить предложенного ей отвара. - Твой сказ понятен мне, - проговорила Эхо. - Помочь тебе, смогу я, Твайлайт Спаркл. - Правда!? – радостно откликнулась единорожка, не заметив в голосе собеседницы напряжённых ноток. - Знаний моих и сил достаточно будет, что б тиран поплатился за жестокость свою. - Только без копытоприкладства, - попросила Твайлайт. - Выходом насилие не станет, но магия забытая поможет решение отыскать. - Что за магия? – заинтересовалась единорожка. - Магия древняя, магия сильная, собрать только нужное мне надо, - поднялась Эхо, - снаружи подожди, приготовлюсь я к походу. Без какого-либо знания зелий, зебра понакидала в сумку разнообразные склянки, даже не присматриваясь к содержимому и этикетке, ко всему прочему она напялила на себя деревянную вытянутую маску с устрашающим ликом, чисто для антуража, после чего они направились к городку под куполом. Обратный путь произошёл также без эксцессов, но в этот раз все древесные волки собирались на границе леса, чтобы быть готовыми к быстрому, стремительному захвату. А они тем временем достигли причудливого барьера, внутри которого прямо под самым куполом начинали собираться грозовые тучи, оказавшиеся взаперти без возможности выбраться. Ещё немного и разразится буря, которая, не найдя выхода, будет вполне способна уничтожить город. - Барьер слишком силён, чтобы его пробить, а перенести тебя с собой у меня не хватит сил, - досадливо произнесла Твайлайт, проверив купол на прочность. - Ломать не надо, достаточно пройти, - объяснила Эхо, приложив копыта и немного меняя структуру заклятья, тем самым создавая проход. - Как ты это сделала? - Повторяться не стану, - заявила зебра. - Заклятья менять возможно любому, кто только этого пожелает. Трикси сразу почувствовала, когда в барьере возникла дыра, но не стала стремглав нестись проверять что там произошло, вместо этого она направилась на центральную площадь, которая за неполных пару часов превратилась в место восхваления голубой единорожки. Её собственная, Великая и Могучая, статуя, плюс развешанные повсюду знамёна с её ликом, только распаляли самолюбие, которое амулет с радостью поглощал, чтобы сильнее и сильнее затуманивать разум одной целью. Чтобы потешить своё самолюбие, фокусница согнала всех жителей, чтобы все посмотрели на её повторный триумф, ведь ей даже не пришло в голову, что кто-то ещё, кроме Твайлайт Спаркл, мог пройти сквозь её великолепный барьер. Под громовые раскаты грозящейся разойтись бури, на площадь вышли двое. - Желаешь реванша, Твайлайт? – рассмеялась Трикси. – Я всегда готова показать тебе твоё место. О, ты привела подмогу? Что эта полосатая сможет противопоставить мне? Я что-то не вижу у неё рога. - Мне не нужна магия, чтобы победить тебя, - произнесла Эхо, отбрасывая попытки маскировать речь, пока её глаза наливались бирюзовой энергией в ответ на красное свечение фокусницы. – Чтобы победить, мне нужно только твоё тело! Лоскут звёздного полотна вырвался из тела зебры и в мгновение сократил расстояние. Трикси ничего не успела понять, а тем более сделать, когда Эхо ворвалось в закутки её разума, ослабленного влиянием амулета. Воцарилась тишина. Твайлайт переводила взгляд с упавшей без сознания зебры на голубую единорожку, которая застала без движения с широко раскрытыми глазами. Это продолжалось недолго, буквально одну-две секунды, ученица принцессы пыталась понять, что сейчас произошло, пока голос Трикси не вывел её из раздумий. - Благодарю, Твайлайт, - с угрожающей улыбкой произнесла Эхо, создавая вокруг себя облако тёмно-синего тумана, который стал быстро расползаться, - не думаю, что без твоего отвлечения захватить эту эгоцентричную особу было бы столь легко. - Кто ты? - В этом мире меня можно называть Найтмер, но не думаю, что это имя действительно подходит мне, - проговорила она. Амулет Аликорна, по своей структуре, был не более чем усилителем магических способностей, просто дополнительно распалял негативные эмоции, фактически вынуждая носителей скатываться в петлю самоподдержания. Только вот Эхо итак представляла собой сконцентрированную эмоцию, которую чужой разум, пусть обогащал, но конкретно мысли Трикси не слишком туманили её существо, поэтому она могла использовать амулет без каких-либо ограничений. А облако тем временем продолжало разрастаться и достигло жителей, которые, стоило им соприкоснуться с ним, засыпали замертво. За несколько минут туман достиг границ магического купола, оставив только небольшое свободное пространство, где остались стоять Эхо и Твайлайт. - Чего ты хочешь? – задала вопрос лиловая единорожка. - Я желаю только одного, и ты мне поможешь в этом, а чтобы ты выполнила то, что мне нужно, я возьму всех жителей этого города в заложники. - Даже если не я спасу их, то принцессы сделают это! – заявила Твайлайт, топнув копытом для уверенности. - Сомневаюсь, - ухмыльнулась она, - что они смогут так просто прорваться в другой эмпирей! Эхо собиралась обрушить небольшую территорию в эмпирей тени, чтобы удерживать заложников, но банка, любезно созданная Трикси, ей пригодилась. Вместо того, чтобы обрушить площадь, она, используя энергию купола, сделала это со всем городом. Без шума, без грохота, тихо и незаметно, как внутри, так и снаружи, город пропал, а на его месте появилась гигантское тёмное пятно. Твайлайт не сразу заметила изменение, почти незаметно, но небеса размылись, цвета стали тусклыми и серыми, а у всего вокруг словно появилась отстающая на мгновение тень. - Доставь мне зеркало, особое зеркало, которое хранится у принцесс, иначе живыми ты своих подруг и всех остальных не получишь! – прокричала Эхо. – Я даю тебе два дня, - и с этими словами вышвырнула Твайлайт в материальный мир.

***

Вита тихо опустилась в парке, поблизости от одного из служебных входов в дворец. Едва не падая от изнеможения, она побрела вперёд, на ходу вспоминая маршруты патрулей, чтобы им не попасться на глаза. Обычные стражи даже не станут слушать её, а просто выведут, пожелают удачи и не верить всяким фокусникам. Но если обратиться к сержанту, то к вопросу отнесутся с большим вниманием, поэтому она бесшумно прокралась внутрь. Белокаменные стены, высокие своды, картины и витражи до боли напоминали о том, что ещё несколько месяцев назад дворец был ей домом, а теперь она кралась словно вор по нему. Печальные мысли помешали ей придать должное значение отсутствию стражников на постах, Вита списывала это на меньшее количество служивших в страже в этом времени, нежели в её родном. На повороте к тронному залу, ей попался на глаза дневной страж в доспехах сержанта, к которому фестралка поторопилась обратиться. После быстрого, но доходчивого рассказа, её любезно сопроводили в одну из комнат, где она, наконец, могла хоть немного передохнуть. Спустя пару минут в помещение вошёл единорог в доспехах лейтенанта дневной стражи, который смутно показался ей знакомым. - Понивиль накрыли магич… - собралась рассказать опять фестралка. - Не стоит, - прервал он, - мне известно, что происходит в Понивиле. - Тогда чего мы ждём? – насторожилась Вита. - Ждём? Нет-нет, мы только начинаем, - негромко рассмеялся единорог. – Полагаю вы меня не помните, а ведь я так долго служил вашему отцу. Вита не стала делать резких движений, она прищурилась, вглядываясь в черты лица индигового единорога, вспоминая, что он долгие годы служил адъютантом герцога. Лейтенант неспешно присел напротив неё, держась нарочито расслабленно, когда как фестралка с каждым мгновением напрягалась всё сильнее, готовая бежать или сражаться. - Здравствуйте, герцогиня. Я – Первый архонт.