Глава 2. Невеста
13 февраля 2017 г., 00:28
Не бойтесь браков по расчету, в холодной трезвости ума лучше увидеть после достоинства друг друга, чем в порыве чувств не разглядеть недостатков...
*** Тор был крайне зол и из его вздувающихся от гнева ноздрей едва не вылетали искры: - Ни за что! – рявкнул он в который раз, ударом мощного кулака разбив деревянный стол надвое. – Нет и точка. И кто бы мог подумать, что жребий, который пришлось тянуть всем обладателям рыжих волос, в том числе и Вашему Покорному Слуге, выпадет именно нашему Громовнику. Впрочем, я не могу не признать, что отчасти я был даже этому рад. В кое-то веки удача повернулась ко мне не хвостом, и теперь я мог посмеяться над тем, кто когда-то смел смеяться надо мной вместе с другими: - Жребий есть жребий, - сказал я, рискуя получить тяжелый кулак разгневанного бога в голову, но Тор в этот раз промахнулся. - Ни за что! – рыча в бессильной ненависти, только и повторил он. - Я не понимаю, как все это сможет сработать, - задумчиво произнесла Фрея, оценивая раскрасневшийся и разъяренный «дар», - он не очень сильно походит на жену. Я веду к тому, что кто в здравом уме здоровьем-то рискнет, да и вообще захочет…, - деликатно подводя к теме, Фрея невольно витавшей в сознании многих задумчивых богов, которые согласно ей тут же закивали. Они еще видать не знали сути всех извращений, на которые только порой способны некоторые из богов или людей. Хотя, казалось бы, кому как не богине страсти знать о подобном. Я же как раз не видел в варианте Тора ничего особенно ненормально, стоило бы только его вначале успокоить, отмыть, да приодеть. - А никто и не говорил вроде бы именно про «жену», уговор, кажется, был о паре не так ли? – уточнил Вали, которому в числе немногих рыжеволосых, как и Вашему Покорному Слуге также не хотелось пересмотра жребия. - Да, я говорила совсем не об этом, дорогой Вали, я к тому, что для такой…кхм… роли скорее подходит кто-то иного склада, - сказала она, выразительно глянув в мою сторону. После истории с ожерельем, Фрея все также меня ненавидела, и теперь просто не могла упустить случая намекнуть на какую-нибудь из черт моей натуры, являвшейся недостатком в глазах других. И только я собирался ответить ей какой-нибудь колкостью, как в наш общий разговор вмешался Старик. - Раз жребий уже совершен, то надо оставить напрасные перепалки. Однако кто-то должен будет сопроводить затребованного рыжеволосого, а также привезти обратно то, что было обещано нам. - Локи! – скалясь, бросил Тор. – Это будет Локи! Казалось мне, что на то время все наши разногласия были более менее сглажены, но видимо где-то в глубине души он все же точил на меня за что-то зуб, раз из всего числа «рыжеволосых счастливчиков», его выбор пал именно на Вашего Покорного Слугу, или же его раздражало, что в этой истории я привычно для многих не взял на себя миссию по спасению всех остальных из общей передряги. Но так или иначе, я в очередной раз убедился, что мне никогда не стать своим в этом большом доме, и я даже не удивился, когда остальное большинство охотно согласилось с моей ролью сопроводителя. Признаюсь, я и сам был даже немного этому рад, учитывая, что воочию смогу увидеть то, о чем многие будут после только слышать. В какой-то мере мне было даже немного лестно, что от меня. Ведь мало кто, разве что еще кроме Браги, слыл таким искусным рассказчиком? *** Отправляться на этот раз пришлось не на Олимп. Как выяснилось, у этого мрачного бога царство располагалось достаточно далеко, а также глубоко под землей. И нельзя не отметить, что лично мне понравилось оно куда больше тех же пещер Нижнего мира. Поначалу мрачные тоннели и переходы, освещенные лишь скудным горением факелов, довольно быстро перешли в мощеные улицы с каменными добротными башнями и стенами вдоль них, сады и парки с золотыми и серебряными фонтанами, скамьями и статуями, в глазницах которых сияли драгоценные камни. Да что там, некоторые из деревьев сами представляли собой растущие и цветущие малахитовые или жадеитовые стволы с изумрудами вместо листвы, которые шевелились на ветру. Да, в подземном царстве гуляли ветра. Текли там и реки, пересекающие все пространство своими бурными потоками, насколько хватало глаз. Сверкающие мрачным блеском темных опалов или ониксов небольшие мосты были надежной переправой через бурные потоки. Одним словом это был очень красивый город, которому на чей-либо привередливый вкус могло, разве что только недоставать солнечного света. Освещалась обитель мертвых либо факелами и фонарями, что в изобилии были разбросаны по саду, иногда подвешенные прямо на диковинные деревья, либо небольшими магическими шарами, прямо под высоким каменным сводом, издававшими инфернальный фиолетовый мягкий свет. Кроме солнца в этом месте не доставало также и жителей. За все время, что мы, исследуя эту обитель, продвигались вперед, я не увидел не то, что живой души, которой как раз быть тут и не должно, но даже легкого присутствия полу бесплотного призрака. И это не говоря уже о каких-нибудь слугах или подданных, которые у порядочного правителя существовать были должны. Впрочем, я догадывался, что могло служить тому причиной. Все время меня не покидало какое-то смутное ощущение наблюдения и интереса. Но сколько я не пытался засечь наблюдателя взглядом или же воспользовавшись руной Бьяркан, мне так и не удалось уловить даже его следа. Тор в то же время явно не разделял той моей предусмотрительной осторожности, и все еще гневно пыхтя себе что-то под нос, пер напролом с упорством тарана и поразительной скоростью. Так что Ваш Покорный Слуга едва успел догнать его в самый подходящий момент, когда не найдя переправы в виде моста через очередной бурный поток, он обрушил свою ярость на ни в чем неповинного старика лодочника, схватив несчастного за грудки. - Плата, - повторил устало, и кажется даже не во второй или третий раз, худой пожилой мужчина в длинном балахоне с широким капюшоном скрывавшей практически все лицо кроме кривой чернозубой жутковатой улыбки. Это было весьма удивительно. Ведь на месте него, я бы не испытывал столь странного удовольствия в том случае, если бы меня в приступе гнева схватил вдруг наш Громовник. Однако, старику в подобных ситуациях, в отличие от Вашего Покорного Слуги, бывать не приходилось, и по видимому, он просто не оценивал весь градус опасности, либо же… Признаюсь честно, я так и не смог точно уловить взглядом именно тот момент, в который все произошло. Но как только Тор попытался занести свой кулак для удара, чтобы резким движением выбить из упрямого старика весь дух, он, описывая витиеватую дугу своим телом, с громким плеском тут же полетел прямо в бурный поток, под скрипучий смех старика. - Ну, так что? Тоже хочешь искупаться, как твой дружок, или платить все-таки будешь? – спросил он, повернувшись ко мне. Мочить одежды мне, в отличие от Тора, который кажется только после купания немного подостыл, все-таки выбравшись на другую сторону берега, ежась от холода и отплевываясь от воды, совершенно не хотелось, и, порывшись в карманах, я сумел найти завалявшийся золотой, который цепкие и крючковатые пальцы тут же выхватили из мох рук с необычайной алчностью. Попробовав золото на зуб, старик словно бы еще и принюхался к нему, а затем из-под капюшона на меня на какое-то время уставились яркие желтые точки светящихся глаз. - Что же вы сразу не сказали, о своем прибытии. К фаворитам повелителя, а тем более к невесте, я бы отнесся с куда большим уважением, - произнес он своим скрипучим голосом, по которому совершенно нельзя было разобрать говорит ли он серьезно, или же это только колкость, которой он хочет подчеркнуть свою победу. - Да я вижу, прямо сразу ванну приготовили, - не смог удержаться я от ответа, однако держась от старика на безопасном расстоянии. Самому пробовать эту «ванну» в мои планы еще не входило. Старик обмен любезностями продолжать не намерился, к тому же путь по пусть бурной, но не очень широкой реке быстро завершился, а я же одним прыжком соскользнул на мощенную каменную пристань, на которой меня уже заждался Тор. Отмечу, что эта сторона подземного царства сама по себе оказалась то ли куда более оживлённой, то ли каким-то образом о нашем появлении скрывавшиеся наблюдатели уже успели сообщить. Потому, как только мы оказались на пристани, пара учтивых слуг и стражников окружила нас с двух сторон, вызвавшись сопроводить до черного громадного обсидианового дворца, простиравшегося впереди, который словно был высечен из целой скалы драгоценного камня, а затем, не спрашивая, принесли сменную одежду для промокшего после купания Тора. *** Внутренние убранства множественных узких коридоров, просторных и крошечных залов, которые удивительным образом сочетались друг с другом, также были обустроены с приятным чувством вкуса. При общей невычурности и не обилии серебра или золота, они, тем не менее, оставляли свое впечатление богатства и роскоши. В большинстве своем черные или маренговые стены и потолки дополнялись мебелью и декором в кроваво-алых, изумрудных или чароитово-аметистовых тонах. В таком же стиле была и комната, что была нам отведена для отдыха после пути. Минималистичное убранство в виде двух кроватей из розового дерева, шкафа для вещей и небольшого столика, сочеталось с цветом пламени в уже зажженном камине, который и согревал небольшую комнату, и было довольно милым. Оставив вещи для Тора, слуги также предупредили и о том, что нам не следует выходить из комнаты без сопровождения. Чего мой спутник, переодевшись, делать даже и не собирался, все еще промокший после купания, он быстро устроился, хоть и не без ворчания, в своей постели, и почти мгновенно захрапел. Удивительное спокойствие! И переменчивость характера, надобно сказать… Либо все же что-то было еще особенное в том старике или той реке, потому что даже при всем порой поразительном легкомыслии Тора, однако не могло казаться не странным то, как быстро он успокоился по поводу своей насильной женитьбы. Что-то здесь было нечисто. И Вашему Покорному Слуге просто необходимо было это выяснить. Да застелите меня, чтобы там не было, разве можно спокойно оставаться равнодушным и ложиться спать, когда вокруг столько всего можно бы было разузнать! Эх, да, ладно, я признаю, что порой просто для меня запреты словно красная тряпка для быка. Только вот лучше бы я этого не делал… Хотя, признаюсь, пробираясь по подозрительно тихим коридорам, сначала я был даже рад встретить взглядом какую-нибудь прелестницу или вальяжно прогуливающегося юношу, облаченных в удивительные в своей нескромности облегающие наряды, ткань которых прекрасно подчеркивала все достоинства, открывая их вырезами в самых неожиданных местах, где кожа демонстрировала завораживающие узоры татуировок или специально вырезанных в форме картины шрамов. То и дело какие-нибудь облегающие стройные ножки чулочки кокетливо уводили меня в сторону, или обладатели длинных тонких пальцев в гипюровых перчатках хихикали, проводя заигрывающие меня по щеке и предлагая то вино, то фрукты, то поцелуй. Да, завороженный неожиданной искрой с одной из служанок, в которой, очевидно, как и во мне, где-то в глубине таился огонек Хаоса, я не сразу услышал утробное завывание. А когда обернулся на все приближающийся звук, только начавшийся удачно флирт оборвался – девушка убежала. И, поверьте, хоть я обычно не жалуюсь на отсутствие храбрости, и являюсь, как вам уже известно, отцом чудовищ, все же мое чувство благоразумия, подсказывало мне последовать ее примеру. В дальнем конце коридора, неотвратимо приближаясь, вперед увидел я три ужасающих твари. Первый высокий и тощий с длинными руками и постоянно дергающимися тонкими пальцами, похожими змеи или щупальца, представлял собой тень и тьму в том единственном первозданном виде, являясь ею в форме сгустка. Второй, который собственно и издавал эти самые воющие, звуки был похож на нечто вроде собаки, скрещенной с человеком. Голый, обтянутый серо-розовой складчатой кожей, он рыскал по сторонам вытянутой клыкастой мордой, словно ища добычу. Третий из всех был более человекоподобен. В длинном плаще цвета вина и надвинутой на глаза широкополой шляпе, он бы не отпугивал ничем кроме горящих желтых глаз и жуткой улыбке, кои были свойственны всей троице, если бы не полу сложенные из-за тесноты коридора перепончатые, словно у летучей мыши крылья, и такие же перепончатые расширяющиеся наросты по бокам его лица, вместо щек. Что-то в глубине души подсказало мне, что ничего хорошего не случиться, если мы с этой троицей все-таки встретимся лицом к лицу. Не стану скромничать, и скажу, что обычно у меня очень тонкий нюх на подобные вещи. И я сразу понял, что самым приятным из всего, что может вытечь из этого знакомства будет то, что они просто решат меня съесть. Рванув обратно и путаясь в коридорах, я был ведом только чувством самосохранения и клацаньем челюсти человека-пса, которое то затихало, то словно бы возникало совсем рядом с лопатками Вашего Покорного Слуги. Наконец, не без труда, пролетев за несколько очень долгих минут не один путаный переход, задыхающийся, я все-таки сумел найти взглядом дверь отведенной нам комнаты, узнав ее по знакомому храпу Тора. Разогнавшись и обливаясь потом от быстрого бега, я не сразу заметил мрачного типа, в которого прямо таки влетел возле этой спасительно двери. Мужчина в длинном иссиня-черном хитоне недовольно фыркнул, поправляя повязку на глазах. Очень предусмотрительно, надо сказать, носить такое в подобных местах, чтобы хотя бы не пугаться тех, кто будет тебе попадаться в переходах. Вот только от участи быть съеденным не уверен, что такое спасет. Правда, скорее всего для этого мужчина носил с собой острую косу с длинной изящной рукоятью по форме выступов напоминавшую кости и череп. - Уже не спите? Отлично, - сказал он, приблизив лицо ко мне, и скорее всего, отлично все видя даже через черную плотную повязку. – Тогда повелитель уже вас ждет в своих покоях. И видимо мне придется вас проводить, - продолжил мужчина, словно это было для него особенно тяжким обязательством. - Одну минуту, - все еще переводя дыхание, выпалил я и проскользнул в комнату, чтобы разбудить спящую невесту, хотя и немного удивился, что принимать нас вначале будут не в тронном зале. Неужели, этому правителю так не терпелось поскорее перейти к брачной ночи? А вот Тору, совершенно наоборот, даже вставать не хотелось. Он видел прекрасный сон, о том, что все происходящее оказалось сном, и он спокойно пребывал у себя дома в Асгарде, и был крайне не доволен, что я разрушил его мечты. Снова хмурясь и скрежеча зубами, он явно заново вознамерился убить своего будущего жениха. И мне пришлось следовать за ним, чтобы хотя бы не допустить этого, пока мы не получим обещанное золото и людей в свои руки. Мужчина не обманул и терпеливо ждал нас у двери, опершись на свою косу, как на посох и иногда зевая. Не поворачивая головы и не начиная лишний раз разговора, он безошибочно повел нас по этому замку-лабиринту, двигаясь быстро даже со своей на вид непроницаемой повязкой, так что вскоре мы были на месте. *** Гадес лениво и вальяжно полусидел-полулежал на краю большой двуспальной кровати посреди просторной комнаты. Короткая его маренговая туника едва доставала до середины бедер, а открытая с одного плеча ткань, выдавала, как и жилистое пусть и не слишком мускулистое телосложение, так и недвусмысленные намеренья правителя этих мест. Облизнув с губ каплю оставшегося вина, Гадес задумчиво смотрел в кубок, покручивая его в руках и наблюдая за вращением напитка. - Ах, уже пришли, - сказал он, наконец, приподняв взгляд, словно бы и не заметил до этого громко открывшейся и закрывшейся двери и переминающегося с ноги на ногу нашего провожатого. – Отлично, я уже устал ждать. Танатос, отдай сопровождающемуся все необходимые документы и пусть заберет причитающееся, когда покинет наши владения, - сказал он, кивнув на Тора. А вот затем прошелся по мне таким обжигающим взглядом…: – Чего встал и мнешься у дверей? Проходи. Я не люблю долго ждать, - продолжил Гадес, отставляя вино. Я невольно сглотнул, поняв, что тут начинает происходить ошибка, которую срочно требовалось прояснить, пока подозрительно начавший счастливо улыбаться Тор все не испортил. Ну, уж нет, я никак не хотел оставаться наедине с этим обладателем ауры мрачного тумана! Да и вообще, жребий есть жребий! Уговор есть уговор! - Нет, нет, мрачный владыка, - вскинув примирительно руки, принялся заверять я его. – Вы слегка перепутали, вот ваша не… ваша пара, - осекся я, предрекая удар от уже сжимающегося кулака Тора. Мрачный бог неожиданно рассмеялся, и взглянув в сторону заново вскипающего от гнева Громовника, придирчиво прошелся по его лицу, волосам, а затем мускулом, ответил с усмешкой, глядя мне в глаза еще более жуткими красными искрами: - Рыжий плут, ты все-таки сумел меня как-то провести. А что, все сходится. Я просил рыжего любовника, ты его ко мне и привел, значит, - потирая руки он, кажется, на какое-то время о чем-то задумался. – Ну, раз вы там так у себя решили, то ничего не поделаешь. Танатос, проводи и отдай тогда другому нашему гостю причитающееся! И никого ко мне не впускать, ясно? Признаюсь честно, я даже испытал легкое подобие сочувствия в этот момент к Тору, который сначала яростно попытался наброситься на привставшего «жениха», а затем, получив несколько коротких, но едва уловимых взглядом и резких ударов сразу в шею, живот и ребра, отшатнулся, в непонимании уставившись на врага. Все же с подобными союзниками надо быть осторожнее. Даже повидав столько всего в своих путешествиях по различным мирам, Ваш Покорный Слуга, был удивлен не меньше своего спутника, узрев какой поразительной силой и ловкостью могут обладать боги других миров. И это при том, что внешне этот самый Гадес значительно уступал самому Тору по внушительности телосложения. - Даже не подходи, - рычал было Тор, собирающийся с силами для нового удара и не желающий так просто сдавать свою честь. – Не то вызову тебе такой дождь, что век будешь пахнуть после козлиной мочой! Да, он и правда подобное мог. Видел однажды подобное чудо природы, когда защитник людей был зол на весь мир из-за несварения желудка. Не повезло тогда Ньёрду, попавшемуся под горячую руку совершенно случайно. Думаете, почему от него так пахнет рыбой, даже сильнее чем обычно от других рыбаков? Нет, не потому, что он не любит одеколон. Просто по-другому этот запах совершенно не вывести. Бедняга… Но вы же понимаете, такие способности никогда не будут воспеты скальдами, какими бы полезными они не могли оказаться в безвыходных ситуациях, подобной той, которая возникала сейчас. Однако, на удивление, Гадеса такие заявления словно бы не испугали. Смело шагнув к Тору и положив одну руку ему на плечо, второй рукой мрачный бог сначала коснулся его щеки, а затем провел, едва касаясь, большим пальцем по нижней губе, от чего громовержец впал в полнейший ступор и опустил занесенную кулак, которым так желал разбить кое-кому нос. И вот на самом пике самого интересного, холодная рука Танатоса настойчиво утянула меня за собой за дверь, не давая утолить разыгравшееся воображение и жгучее любопытство. Но, скажите, разве Ваш Покорный Слуга был бы самим собой, если бы вскоре не устранил эту досадную несправедливость? Когда все необходимые бумаги были подписаны, а Танатос словно был только рад расстаться со своей должностью сопровождающего, я первым делом, вместо того, чтобы как полагалось вернуться в отведенную комнату, решился все же подсмотреть за происходящим. Поймите правильно, я бы просто не простил этого себе, если бы после хотя бы, даже если бы не имел возможности рассказывать эти пикантные подробности без риска после быть размазанным по стенке чьим-то тяжелым кулаком, то хотя бы прокручивая их в памяти наслаждаться своим маленьким триумфом. И пусть сей случай был скорее действием удивительной редкой удачи в моей жизни, нежели полной моей заслугой, вид униженного Тора стоил бы воистину многих рисков, которых мне в этот раз даже почти не пришлось испытать. Надо сказать, я был немало удивлен и даже несколько растерян, когда осторожно пробравшись к покоям правителя этих мест, и приготовился к перевоплощению, я обнаружил, что не один изъявил желание подглядывать за происходящим. Стоя на коленях и прислонившись глазом к дверной щели, серебреноволосый юноша не скрывал своего вожделения, облизываясь. Однако при этом параллельно он что-то быстро то ли писал, то ли зарисовывал на листах бумаги, даже не поворачивая к ним головы. Перевоплощаться и быть, возможно, замеченным мне не особо хотелось, и я просто подошел чуть ближе, готовый в случае чего сослаться на то, что я просто на просто заблудился в лабиринтах замка. Рисунки, а это были именно рисунки, уже сползающие с колен юноши поразили меня такой точностью и анатомичностью, что я на какое-то время даже застыл в изумлении, глядя с какой скоростью они появляются из-под его руки, демонстрируя, по истине, высокое порнографическое и эротическое искусство. Юноша, заметив меня испуганно вздрогнул. Длинные белые ресницы испуганно затрепетали, когда он повернул ко мне голову, и я сразу уже узнал этого свидетеля чужих измен. Астарот, по всему, ожидал увидеть кого угодно, но только не Вашего Покорного Слугу, и заметно растерявшись, залился румянцем, собирая и комкая свое сокровище. Я остановил его, приставив палец к губам и осторожно присев рядом. Вскоре поняв, что опасности я для него не представляю, он позволил мне присоединиться к удовлетворению наших теперь уже обоюдных интересов. Прислонившись лицом к дверной щели, я был готов запомнить и без бумаги все пикантные подробности. Вот только того, что я увидел, ожидать тогда я никак не был готов…
