Jamming Signal

Are we born to violence? Can we stop in time? They say you will want to remain on your side You'll be starting a war now if you cross that line Turn around or face my reprisal For I have determined that this is mine © Disturbed – Mine

Руины Ланфронта

      «Не думал, что это настанет так скоро».       За прошедший неполный год многое преобразилось до неузнаваемости. Руины были частично реставрированы и приведены в приличный вид, представляя собой теперь необычный симбиоз древнего стиля и современного дизайна. По ночам темноту разгоняли реденькие огоньки электрического освещения, гирляндами искорок собираясь около основных зданий, дорожками протягиваясь вместе с проводами к пирамиде. Часть разрушенных некогда построек были полностью переделаны – что-то превратилось в ангар, что-то в склад, в генераторную. Впрочем, руины по-прежнему оставались, по большей части, руинами.       Временное так легко становится постоянным.       DWN-023 Спарк сидел на ступеньках лестницы, ведущей ко входу. Ему невыносимо хотелось с кем-нибудь поговорить, чтобы не чувствовать себя одиноко, но все были заняты. Даже Креш, и тот где-то пропадал уже не первый день.       Немного жгло от последнего разногласия со старшим – тот опять ушёл недовольным. Спарка начинало немного беспокоить его долгое отсутствие. Один из таких «да всё хорошо, не волнуйся ты так; пойду, проветрюсь, постреляю» закончился под Новый год грандиозным переполохом. Вот и верь потом этим его «всё хорошо»!       Несмотря на всё своё недовольство, зарядка начинал серьёзно сомневаться: а прав ли он был, взахлеб доказывая Крешу свою точку зрения? Такое чувство, что на ней твёрдо стоит только Спарк, все остальные будто ни в чём ни на секунду не сомневаются. Даже Нидл, убеждённый, что Вайли их просто использует, как оружие, как удобный инструмент – и тот на все вопросы насчёт убийства ответил просто: «если так потребуется – да». Добряк Хардмен, хоть с неохотой и другими словами, ответил тем же. Магнет ядовито прокомментировал, что не только «да», а если их шеф изволит хоть что-то сделать с его интерферирующими системами, то он готов на что угодно. Вопросы к Снейку вообще отпали сами собой: те пятна на броне стали немым ответом на так и не произнесенный вслух вопрос.       Спарк всё больше и больше начинал чувствовать нарастающую тревогу.       Всё никак не удавалось вытянуть Топа на разговор по душам, да оставалась под вопросом точка зрения Близнецов. Видно было, что они оба полностью доверяют Вайли, как и сам Спарк. Легкомысленный Топ вряд ли вообще задумывался, что и зачем. Что же до Джемини…       У зеркального бота неизвестно, что вообще на уме и о чём он думает, но на любой вопрос, касающийся скользкой темы, он старался побыстрее эту самую тему замять, независимо от точки зрения собеседника. Да и как-то не клеился разговор с ним последнее время: DWN-019 резко отстранился и, похоже, совершенно перестал доверять. Последнее его «вот только нам врать не надо, Спарк» серьёзно дезориентировало: Спарк не понимал, в чём дело, и почему брат настолько резко отреагировал на простую попытку подбодрить. Нет, он догадывался, конечно же. DWN-023 пытался поддерживать хорошие отношения со всеми, быстро научился говорить такими словами. Естественно, что это многими очень вскоре начало восприниматься как лицемерие, как бы искренен ни был Спарк. Но такая реакция была странной от Джемини, который и сам совершенно не стеснялся врать, даже не скрывая этого: «а смысл, если тебе априори не верят, неважно, правду ты говоришь или лжешь, просто потому, что знают о твоих директивах?»       Реакция была странной. Но, как бы ни жаль было это признавать, оправданной. Трудно поверить ободряющим словам такого друга, как Спарк, когда всё вокруг опровергать эти самые слова. Ещё труднее – когда правда, в общем-то, хорошо всем известна и смешно её отрицать. Они с Джемини уже не были друзьями. О какой дружбе может идти речь, когда они попросту врут друг другу, пусть и в попытке сделать как лучше?       Тревога нарастала.       Всё будет хорошо. Ведь пока что ничего страшного не произошло? Здесь так тихо. Никого нет.       Процесс-паразит опять пытался занять все ресурсы, навязчивый, тревожащий. Раз за разом – снять задачу. Раз за разом снова всплывает настойчивой мыслью. Хотелось срочно с кем-то поговорить. Хоть с кем-нибудь, лишь бы спустить приоритет процесса в фон, пока его не переклинило опять. Но с кем? Все заняты. Снейк так вообще все последние сутки валялся на подзарядке: последний рейд его измотал.       Заглянув к брату полчаса назад и обнаружив того спящим, Спарк долго топтался на пороге помещения, прежде чем уйти. Разведчик был подключен к считывающим системам, переписывающим и обрабатывающим информацию, собранную им за последние несколько дней. Психологическое состояние двадцать второго номера начало серьёзно беспокоить Спарка ещё месяц назад. Все эти внезапные беспричинные вспышки агрессии на ровном месте, особенно когда DWN-023 пытался осторожно намекнуть змею, что тот перегибает палку с тренировками. Однако Снейк намертво упёрся в «он не справляется даже со мной, что он в реальных условиях делать будет?» – и поди ему что докажи. Особенно, если Джемини тоже отмахивается с видом, как будто всё нормально.       И ладно бы проблемой было только это!       Змей нередко начинал злиться и выходить из себя на ровном месте, даже если только что весело смеялся и докапывался до кого-нибудь. Повадки бота всё больше напоминали хищника в джунглях. Конечно, все давным-давно привыкли к хриплому голосу, то и дело срывавшемуся на шипение; к тому, что роботу-разведчику зачастую удобнее передвигаться на четырех конечностях, чем на двух; к его странным жестам и манерам, к тому, что он любит возникать из ниоткуда, с радостными воплями обрушиваясь на ничего не подозревающую жертву…       Спарк уже начинал скучать по внезапным розыгрышам и маленьким поисковым змейкам, то и дело обнаруживаемым по всему храму в самых неожиданных местах. Последний раз, когда разведчик внезапно объявился прямо за спиной у «зарядки», вцепившись тому в плечи, Спарк поначалу вздрогнул от неожиданности, конечно, но обернулся радостным, ожидая увидеть привычную зубастую ухмылку. А увидел странное и смятенное выражение лица, прежде чем Снейк просто отвел взгляд и, ничего не говоря, свалил куда-то прочь. Только хвост и мелькнул. При дальнейших расспросах змей уходил от ответа, переводя тему в другое русло.       Спарк поежился. Одного этого воспоминания хватало, чтобы поднять приоритет тревоги ещё на ступеньку среди процессов.       Откуда-то издали доносился знакомый посвист: то Блюз напевал свою мелодию, звучащую одновременно и беспечно, и с тем вместе – тоскливо и озлобленно. То и дело казалось, что сквозь её мотив проступают какие-то слова. Этот свист нервировал, начиная звучать для Спарка как-то по-другому, с неприкрытой издёвкой, оставляя неприятный ржавый осадок.       DLN-000 чуть ли не больше их всех разделял мнение Вайли. И если «вторые» просто рвались в новый бой, кто как трактуя то, за что они сражаются, Брейкмен попросту ненавидел Лайта – и, похоже, всех людей с отцом в придачу. Ему было наплевать на окружающих. Прибившийся к ним «нулевой» лайтбот гулял сам по себе, как пресловутая кошка.       Единственного разговора с ним хватило, чтобы близко больше не подходить.       «Люди, Спарк?.. Что тебе эти люди? Ты говоришь, что ты их видел. Но ты их не знаешь. Ты с ними не разговаривал. Они не лгали тебе в лицо всю жизнь, не забирали у тебя право быть тем, кто ты есть. Не угрожали убить для твоего же блага. Люди?.. Не все плохие? Возможно. К другим людям. Мы для них – опасные машины. Инструменты. Рабы, если так доходчивее. Я посмотрю, как ты запоешь, когда увидишь реальность… я многое могу тебе рассказать. Хочешь?..»       Лучше бы он не слышал всех этих рассказов. Он по-прежнему надеялся, что это лишь точка зрения Блюза, что он перевирает или утрирует. Хотелось верить Снейку, который на вопросы о людях отвечал практически одинаково «да такие же как мы, я не вижу разницы». Спарк по-прежнему хотел не обращать внимания на всё, что слышал от Блюза и других ботов. На новости, которые он видел в сети, когда настроили связь; на тревожные сообщения, приводящие в смятение и ужас. Это всё было далеко, не здесь. С кем-то, не с ними. Выкинуть бы всё из головы, забыть, цепляясь за иллюзию спокойствия…       Но время шло, и критический час становился всё ближе. Последними каплями, отделявшими от момента, когда правду придется принять, были те самые, на броне брата. Отворачиваться дальше уже не получится, скоро придется делать выбор… не просто «на чьей ты стороне» – это даже не обсуждалось, – а «что будешь делать ты?»       Всё громче, ветер доносит отдельные звуки, в которых слышна ярость, чудом не срывающийся на гневный крик в звенящую тишину над руинами.       DWN-023 жалобно всхлипнул, уткнувшись воротом корпуса в колени и бездумно обводя электродом выбоину на сбитых ступенях. Ему невыносимо хотелось вернуться на год назад, пусть он уже едва помнил, что тогда было. Помнил лишь, что всё было хорошо – и угроза маячила где-то вдали, расплывчатая, фантомная… процесс в фоне.       – Спаааарк! – робота лихо подхватил кто-то под руки, поднимая со ступеней и пытаясь закрутить. – Подъем!       Встрепенувшийся «зарядник» заулыбался: Топ. Бот-скаут тем временем, убедившись, что DWN-023 в порядке, отъехал в сторону, балансируя на краешке ступеньки, удерживая равновесие на одном колесике в подошве, раскинув руки.       – Чего грустим? – весело осведомился он. – Опять один расселся? Айда куда-нибудь махнём! Я только что с тренировки. Смотри-смотри, – он показал на шов у себя на плече: – Я на счёт «три» увернулся, правда, мне Мет потом руку пришивал обратно. Но у меня получилось!       – Даже не сомневался, – кисло улыбнулся Спарк. – У тебя всегда получается.       Спарка немного пугало любое упоминание о старшем вайлиботе, а тем более – его вид. Если тот же Снейк просто любил пугать других и потом с пакостной ухмылкой созерцать чужой испуг, то Металл сам по себе внушал плохо объяснимый ужас. С ним предпочитали не связываться, как и с Квиком, правда, по несколько другим причинам. Квик был просто опасен и не вполне адекватен, вызывая скорее неприязнь. Сказать же что-то наверняка о Металле было сложно. Робот отличался крайней неразговорчивостью и, похоже, свободно общался только с Вайли. Даже своего подопечного, Топа, он просто слушал, хотя и на редкость терпеливо – учитывая то, как порой юлу заносило.       В целом девятого номера можно было описать одной фразой: «подходишь – береги голову». Спарк не рисковал приближаться к нему без веской причины: в своей верткости он сильно сомневался. Хотя, Джемини обнаглел прошлым летом настолько, что выклянчил у Металла лезвия. Говорят, первый бросок был в копию, стоило только дверь открыть. На последовавшие несколькими сутками позже крики со стороны Вайли «ты зачем дал ему лезвия, кретин?», ответ девятого номера был просто убийственен.       «Потому что знал, что он всё равно не попадет».       Топ тем временем потянул Спарка за электрод, отчего «зарядка» чуть было не сосчитал ступени ведущей к подножию пирамиды лестницы. DWN-023 неловко хихикнул. Похоже, что у него наконец выдалась возможность поговорить с Топом. Лёгок на помине.       – Куда ты собрался-то хоть? – спросил Спарк брата.       Топ задумался. Лицо бота выглядело несколько необычно по сравнению с остальными: вне тренировок он носил «очки» – две закрепленных под забрало шлема линзы. Собственная видеосистема у робота была убитой, то и дело отказывала, не выдерживая ударные нагрузки при вращении, пока Вайли просто не надоело пытаться подогнать ему нормально камеры глаз, и он не предложил носить линзы. Один чёрт при раскрутке он ничего не видит, а в другое время ему и этого за… глаза хватит.       Временное же так легко становится постоянным...       – Куда… – пробормотал Топ. – Не знаю. Есть идеи? А ты вообще свободен? – вдруг вспомнил он. – Вайли ничего не поручил?       Динамик Спарка выдал слабый «вздох».       – Я должен был настраивать телепортационный блок, – ответил бот наконец. – Ещё вчера. Но я не хочу туда идти один, а Креш опять на меня обиделся.       – Блок? – не понял Топ. – Который блок? Где?       Спарк объяснил. Глаза Топа под линзами буквально загорелись при упоминании гор.       – Да чего ждать Креша! – потянул он «зарядку». – Пойдем со мной!       А над руинами всё ещё раздавался свистящий напев, в который сейчас вслушивался только один бот, стоящий в тени за спиной у свистуна.

Тем временем в каньоне

      У Квика была простая оценка степени паршивости ситуации. «Терпимо», «плохо», «очень плохо», «выкрутимся» и добивающее «не моя вина», когда способов выкрутиться уже не находилось и надо было отвечать за последствия… в которых он, безусловно, виноват не был. Или же когда предыдущая ступенька с «выкрутимся» со смачным треском провалилась в пропасть. Например, когда он первый раз умер.       Вот, казалось бы, что может быть ещё хуже? Но нет. Похоже, что его шкала только что пополнилась новым пунктом.       «Ты будешь умирать долго и мучительно, тварь».       Как бы это его ни злило, стоило признать: в чём-то Джемини был прав. Прямого столкновения с любым из двух отрядов подмоги они сейчас не выдержат. Времени мешкать у них тоже не было, и надо было срочно выползать из хищно закрывающегося капкана, пока их не зажали в углу, как крыс. Даже если их не найдут в скором времени, оставалась немалая вероятность, что противнику рано или поздно надоест играть в прятки, пытаясь взять робот-мастеров если не живыми, то хотя бы в виде относительно распознаваемого металлолома. Ещё пара часов, и в их головы наверняка придёт идея накрыть местность чем-нибудь таким, после чего не то, что человек или киборг – ни одна машина не выживет. Если эта идея их уже не посетила. Даже если выбраться из каньона наверх, у них не было возможности убежать далеко, не то, что до границы купола. Открытая местность, больше пояснений и не требуется.       Миссию надо было выполнять в любом случае, пусть она и балансировала сейчас на грани провала. В общем-то, Квик собирался сделать то, что собирался с самого начала: взорвать все станции в каньоне разом, а не просто снести сеть. Достаточно было добраться до любой точки доступа, и запустить туда модифицированного «жука», быстро вскрывающего защиту, дорывающегося до управления и команд на самоуничтожение, о наличии которых, вероятно, не все местные-то в курсе.       А что? Вайли говорил: запустить программу Флешмена. «Жучок», который кладет сетку в шатдаун. Вайли не уточнял, какую именно версию этой программы…       Общаться с Флешем лично у Квика не было ни малейшего желания. Да и если бы тот узнал, от кого на самом деле исходил запрос, он бы не только ничего делать не стал, так ещё бы и сдал его Вайли. Пускай думает, что Крешу просто понадобилась очередная взрывоопасная игрушка.       Чем бы дитя ни тешилось.       Проблема сейчас во всем этом грандиозном плане была одна: добраться до, собственно говоря, сети.       – Живее! – гавкнул Квик. – Что ты там застрял?       Несмотря на оклики и на приближающуюся угрозу в виде подкрепления, девятнадцатый номер сосредоточенно копался в одной из разбитых машин, что-то пытаясь из неё достать. DWN-012 отметил, что движения напарника изменились – стали рваными и неестественными.       До кучи ко всему, пару минут назад Джемини зачем-то поднял с одного из трупов ручной бластер, теперь висящий на поясе.       – Зачем тебе это? – наконец поинтересовался Квик. – Своего не хватает?       – Встроенный почти разряжен, – последовал ответ. – Лазер берет питание от батареи. Которая тоже почти разряжена. Ты никогда не думал, что можно пользоваться не только своим оружием?       – У тебя нет даже программ для этого дерьма, – фыркнул двенадцатый, – как ты стрелять из него будешь?       – Слушай, ну если ты не можешь воспользоваться палкой без программы, это твои проблемы, – Джемини выудил из рассечённой груди Джо-бота небольшой продолговатый энергетический элемент, чуть мерцающий зелёным. – Чип включи хоть раз, быстрый. Нужно быть гибче. Это же простое оружие.       – О да, ты так виртуозно в прошлый раз пользовался простым оружием, что я даже и не знаю, что сказать, – развёл руками Квик. – В меня не попади только.       – Подумаешь, одной дырой больше, – пробормотал Джемини. – В тебе и так их полно. Уворачиваться же не учили?       Покрутив в руках энергоячейку и ненадолго о чём-то задумавшись, бот затолкал её в прицепленный к поясу карман. Поднялся на ноги.       – О. Не расскажешь ли мне, умник, – оскалился Квик, – как учили тебя? А то я смотрю, ты такой гибкий. Результат удовлетворительный, да?       Тот даже не обернулся, проигнорировав очередную издёвку.       – Вайли, видимо, очень хотел от тебя избавиться, – процедил Квик вслед. И добавил, чуть тише: – Мусор экспериментальный, сука.       – Или от тебя, – равнодушно откликнулся Джемини, пропустив оскорбление мимо аудио-сенсоров. – Как тебя вообще пускают на сколько-нибудь важные задания, если ты не можешь правильно сделать одну простую вещь: подождать.       – Эй, гений ты наш, у тебя есть предложения, что делать сейчас?!       – Есть предложение заткнуться, – бросил Джемини. – Устроит?       – Если заткнешься ты, то да, более чем!       Полоснул яркий белый свет, в небе над каньоном оглушительно громыхнула гроза, ненадолго заложило аудио-сенсоры. Звук быстро заглох, вторичным эхом раската раздавшись уже где-то подальше. Ливень продолжал греметь по листве и земле. Пропитанная насквозь одежда неприятно липла к корпусу.       У зеркального бота слабо ныло в подбитом плече. Авто-диагностика сообщала о небольших неполадках и нарушениях тока. Выстрел тяжелого бластера прошел по касательной, расплавило пару пластин, натёкших, похоже, на проводку. Хорошо хоть не прямое попадание, можно было и всей конечности лишиться, если бы он вовремя не отвёл в сторону руку человека.       Вот тебе и «реальные условия». Не тренировка, на которой ошибиться больно, но не смертельно; после которой, даже если тебя принесут на базу чуть ли не по кускам, всё равно потом починят. В настоящих же условиях лишиться руки или получить сколько-нибудь серьёзные повреждения означало быстрое устремление к нулю и без того крайне сомнительных шансов выжить. То есть, равносильно смерти в весьма такой близкой перспективе. И на то, что чип уцелеет, надеяться особо не приходилось. Более того, что-то подсказывало: если уж их поймают, выстрел в чип окажется оптимальным вариантом.       Есть очень много вариантов куда хуже смерти.       Повреждения не были серьёзными, но напрягали, вкупе с навязчивой болью в чипе – конфликт директив отзывался всё сильнее и сильнее. Батарея возвращала жалкую четверть заряда. Генератор был принудительно разогнан до предельно безопасного порога, и теперь в груди неприятно вибрировало от непривычно быстрых тактов. Некоторое время он ещё сможет удерживать заряд на одном уровне, но без сна, подпитки от сети или банальных нескольких глотков топлива – ненадолго. Энергия в таких условиях расходовалась слишком быстро.       – Надо было просто свалить и оставить его одного разбираться… – вполголоса пробормотал Джемини, обращаясь к самому себе: – И забить на задание, ага? – хмуро ответил он себе же. – Продолжай оправдываться и искать отмазки сейчас. Ты же не можешь это сделать, когда действительно необходимо, да?       Два ядра сейчас функционировали отдельно друг от друга. Крайне редкое, но очень мерзкое состояние рассинхронизации. Они привыкли делить друг с другом всё до последнего процесса, зачастую не проводя чёткой границы между собой – одно я. Даже если мнения и решения не сходились, вгоняя систему в гонку приоритетов, это почти никогда не заканчивалось крахом синхронизации. Однако сейчас единственным общим оставалась только оболочка. То и дело стопорящиеся соединения, получающие разные сигналы с одним приоритетом; то и дело сбивающиеся движения. Единственная связь: вслух. Не самое лучшее состояние, настолько разойтись во взгляде на ситуацию с самим собой.       – Приоритеты расставь уже, иначе мы так ни к чему не придем.       Идущий рядом Квик только кинул неприязненный взгляд на напарника. Эти разговоры младшего бота с самим собой начинали его несказанно раздражать.       За что ему этот шизофреник в компанию?       – Есть идеи, что делать сейчас? – Джемини явно обращался не к Квику, да и тот не утруждался напрягать аудио-сенсоры, чтобы через шум ливня разбирать, что зеркальный бот бормочет.       Надо было как-то не попасться в руки подкреплению, прорваться к лифтам, а оттуда – наверх. Чисто в теории, можно было найти способ вырубить блокаду – например, просто отключить генератор. Срубить ближайшие трассирующие телепорты системы. Сделать, наконец, то, зачем их с Квиком сюда вообще отправили: положить сеть, связывающую все станции в каньоне – и соответствующие спутники на орбите.       Если верить разведанным данным, последнее можно было сделать с любой из станций, включая ту, под которой они, фактически, сейчас находились. Провернув всё аккуратно и правильно, можно было выскользнуть отсюда непойманными и выполнив задание.       Всё это звучало хорошо. На словах.       А вот как это выполнить? Противники наверняка знают их местоположение. Будет очень наивно надеяться, что они не заблокируют лифты или, как минимум, не оставят там охрану. И наверху их тоже могут ждать. Любая стычка сейчас вполне могла стать последней. Как бы Джемини ни хотелось думать иначе, он в этом случае оставался слабым звеном.       Оставалось только попытаться сделать то, что они умели лучше всего. Запутывать и сбивать с толку.       – Квик. У нас… – он осёкся, прежде чем другим голосом завершить: – У меня есть идея.

Тихий Океан «Последний» меридиан, северные широты

      Он так давно не был здесь. Целую вечность. Целую жизнь спустя – он снова здесь, на родной земле.       Дома.       Под прорезиненными подошвами – реденькая трава. За каменным краем открывается океан, уходящий к ночному горизонту. Крутым отвесом вниз, к воде, в мощные волны прибоя, валами разбивающиеся о прибрежные скалы. Половина выступа давно обрушилась, не выдержав взрыва, прозвучавшего здесь больше года назад. Не было того самого места, на которое он приходил в первые дни своей жизни.       Снова ничего не скрывает лицо. Металлическая пластина от маски осталась в кабине. Девятый вдохнул, прислушиваясь к ощущениям датчиков. Он уже давно этого не делал, механическое дыхание – столь редкий дар для робота – не было чем-то обязательным, но позволяло не только «проветрить» внутренние системы. Он снова чувствовал запахи. Тактильные сенсоры лица ощущали прикосновение влажного ветра.       Он чувствовал себя… ожившим?       За спиной лежали руины старой базы, заново отстроено было совсем немного – генераторная, убежище и вышка связи. Оставалось неизменным бескрайнее звёздное небо – ему всё равно, что происходит на затерявшемся посреди космоса маленьком шарике. Оставался неизменным океан, в котором потерялся один маленький остров. Запах солёной воды и шум волн под скалой.       Металл находил это, в некоторой мере, забавным. Он помнил, как первый раз стоял здесь, смотря в небо. Пытаясь понять. Пытаясь осмыслить всё то, что было лишь записями в его базе данных. Сравнивая, анализируя, представляя… поражаясь масштабам мира вокруг. Он знал, что он не единственный подобный робот, и знал, что Вайли – не единственный человек на свете. Но тогда все остальные – и всё остальное – было лишь малозначащими строчками структурированной части памяти.       Альберт часто говорил с ним. Не в пример чаще, чем с кем-то из его братьев, и уж тем более – чем сейчас с кем угодно из «вторых» и «третьих». До создания следующего, десятого номера, старику было невыносимо скучно. Грандиозный провал предыдущего плана он воспринимал как досадное недоразумение, которое предполагалось в будущем исправить, но, похоже, Вайли что-то грызло.       Металл не спрашивал у создателя ничего на этот счёт. Он никогда не задавал лишних вопросов – особенно тех, ответы на которые вряд ли хотел знать.       Он долго был для Вайли единственным собеседником, заставшим ещё самые зачатки нового плана. Он знал, что стоит за всем этим. Полностью и по своей воле разделял мнение отца. Первым согласился на изменения в своей управляющей программе. До конца, до последнего отдавал себе отчёт в своих действиях. До того самого лезвия, от которого уже не было шансов уклониться.       Снова здесь. На этом месте.       – Металл, – окликнул его Вайли, возвращая в реальность.       Старик дожидался робота, прислонившись к обшивке аппарата. Требовалось время отойти после перелета с «рывком» через около-телепортационный тоннель. Даже киборги с трудом переносили подобное и часами приходили потом в чувство. Конечно, при подобном рывке пространство нарушалось не так серьезно, как при телепорте, однако перегрузки всё равно оставались тяжелыми для человеческого организма.       Однако Металл, похоже, серьёзно недооценил Вайли: тот оклемался ещё до посадки, пусть окончательно пришёл в себя только сейчас. «Новость» насчёт Ра Муна, точнее, подозрения робота на этот же счёт, для Альберта вполне ожидаемо новостью не оказались. Пока аппарат шёл на автопилоте от точки выхода до острова, Металл и сам успел узнать много нового и интересного.       Вывод из новых данных был один и довольно очевидный. У них над душой нависала огромная шарообразная проблема, которая рисковала в очень скором времени вырасти до масштабов другого шарика, сиротливо дрейфующего вместе со своей хвалёной «жизнью» неподалеку от Солнца.       – Долго ты там торчать намерен? – поинтересовался Альберт. – Чего ты там не видел? – он махнул рукой. – Проверка: сколько пальцев я показываю?       – Фигу, – отозвался Металл. – Уже иду.       Под ногами хрустела трава, покрытая инеем. Последний месяц весны, а здесь всё ещё прохладно. Из тумана по курсу проступали очертания развалин старой базы, становясь всё больше и ближе. Приглядевшись, можно было разглядеть металлические «ребра» среди полуразрушенных стен и вывороченной арматуры. Над всем этим благополучно нависала сигнальная вышка, перекрывая половину неба и мерцая равнодушным красным огоньком, как маячком.       – Я не знаю и не представляю, что у него на уме, – Металл продолжил разговор, прерванный посадкой. – Оно мыслит совершенно иначе.       Доброжелательность и радушие Ра Муна сбивали с толку. Металл понимал, что они вообще ему, по-хорошему, жизнью обязаны, и не в их положении быть чем-то недовольными. И всё равно, чёрт подери, несмотря на спокойствие и долгое затишье, робот чуял грандиозную подставу.       С точки зрения робота, слово «интуиция» означало, похоже, неосознанный вывод, нечто вроде выведенной неявной закономерности, обсчёта, скрытого от непосредственного осознания. Как модуль с закрытым кодом – дает ответ, не объясняя, как он получен, в каких условиях этому ответу стоит верить, а зачастую – ещё и без расшифровки ответа. Так вот, эта самая интуиция сейчас орала в голос, срываясь уже на истерику. Долгое время девятый не мог сказать, что именно не так, а на непроверенные данные Металл предпочитал не полагаться. Навязчивое ощущение чужого «взгляда» в пределах электромагнитного поля напрягало, но было недостаточным, чтобы делать более конкретные выводы. Особенно, когда выводы касались существа, чья логика и близко не пахла человеческой или почти-человеческой, как у робот-мастеров, уже этим отличающихся от обычных, пусть даже очень разумных роботов.       Металл серьёзно сомневался, что логика обычных компьютеров, человеком же разработанных, тут тоже применима.       Не факт, что у Ра Муна вообще двоичная система в базе…       Ещё с первых же дней Металл заинтересовался окружающим металлоломом, который обнаружился в храме. К сожалению, большая часть этой барахолки была сборной солянкой обычной человеческой техники разных эпох. Однако среди этого хлама нашлось и кое-что интересное… Разбирая некоторых из созданных впоследствии с помощью Ра Муна машин и мелких ботов, девятый номер сообразил заглянуть в их чипы, процессоры, микросхемы, память… проверить всё по нескольку раз, чтобы убедиться, что так быть не должно.       Открытие не порадовало.       Практически везде был записан резидентный код с очень странной структурой, непонятно как вшитой в системы и непонятно для чего предназначенной.       Окончательно зыбкая догадка подтвердилась несколько часов назад. Пока Топ гордился своим новым «достижением», Металл, занятый починкой младшего, предложил заодно бегло проверить чип. Подопечный согласился легко и без проблем. Так, спустя всего пару часов у девятого номера на руках были очень интересные куски кода из управляющей программы и поверхности ядра.       И порядочная головная боль в комплекте.       Оставалось только занять Флеша очередной головоломкой, сбагрив ему обнаруженные экземпляры… и посоветовать срочно найти кого-то из «вторых» согласного на полную диагностику чипа. Если такового не найдется – проверить их собственные два.       «Вторые» крайне агрессивно относились к любым посягательствам на свои чипы. Впрочем, что уж говорить: они и друг другу не доверяли. Никто и никому. Эйр, так тот, похоже, и Вайли не доверял. Про Квика вообще лучше было молчать. И не вспоминать. Закрыть процесс.       – …я предполагаю, – подвёл итог Металл, – что Ра Мун нас просто использует. Я не верю, что этот код нужен для работы под его электромагнитным полем. Во всяком случае, не только и не столько для неё.       – Тоже мне, Америку открыл! – Вайли закатил глаза. – Код ведь так спасает от физических помех! А мелочь и я осматривал. Флеш должен будет заняться экземплярами, когда изволит обратить на них внимание, – ядовито прокомментировал он.       «Как бы это когда не наступило слишком поздно…»       – Он как раз пару недель назад завершил последний комплект программ, – продолжил Альберт, – и того самообучающегося «жука», который по завершению развёртки кладет в шатдаун сразу всю локальную сеть… вроде бы, за пять минут или около того. Я не ожидал от него таких результатов.       «Флеш вообще гениален. Когда не ведет себя, как сумасшедший фанат своего проклятого тайм-стоппера, когда не ноет о своей чёртовой лысине и когда не видит Квика в поле зрения… и когда не халтурит, ленивая задница».       – Значит, он должен быть свободен, – пробормотал девятый. – Это хорошо. Где Флеш сейчас? Вы говорили, что его подопечный должен быть вместе с Хардом и Вудом на…       – На организации запасных убежищ и плана отхода, – закончил Альберт. – А на самом деле – я без понятия. Как и где Флеш.       «Кажется, я знаю, где», – Металл уже наметил в план действий, куда зайти, и что он там, с большой вероятностью, увидит. Можно было уже готовить порцию живительных. Даже если четырнадцатый номер «изволил обратить внимание» на паттерны кода, скинутые ему Вайли, это были паттерны кода с мелких ботов, а с ними разбираться было уже несколько… неактуально.       Вайли будет не в восторге, если узнает, что девятый осматривал не только обычных ботов, но и чип младшего брата. Всё же, мастер довольно чётко на этот счёт высказывался: никаких вмешательств без его присмотра. Как минимум хорошо уже огреб за это Снейк, ещё зимой, по возвращению со старой базы в руины Ланфронта. Пусть змей и бухтел, что это было необходимо, Альберт тогда явно прицелился разобрать его на запчасти. Помешал влезший под руку Джемини, за несколько неимоверно громких минут ора с обеих сторон убедивший Вайли, что всё с ним нормально и что это действительно было необходимо. Огреб за компанию с братом, но по другому поводу: за несанкционированный визит на старую базу.       Гениальную идею убить двух кроликов разом – рассадить по углам вечно ссорившихся ботов и починить с помощью Снейка жизненно важные узлы базы – постигла участь всех гениальных идей доктора Вайли. Выполнена была только одна часть миссии с полным провалом другой. А теперь Вайли и вовсе спихнул Джемини на Квика. По всей видимости, всё с той же целью держать двух «третьих» подальше друг от друга, пока это не закончилось очередным спектаклем на полбазы.       И правда, что может пойти так?

Одновременно с этим...

      Квик прижался спиной к огромному валуну. Прямо перед ним ландшафт вырастал крутым склоном вверх, через скалы и уступы, переходя в отвесную восточную стену каньона. Небо перекрывал выступающий край, нависающий практически над тем местом, где робот пристроился. Чуть больше километра вверх, и несколько метров в сторону, позволяя отсюда полюбоваться на огрызки силуэтов связной станции за этим краем и красный огонёк, мерцающий там же в выси. Что-то разобрать точнее мешала темнота, проклятущий ливень и бушующая над каньоном гроза. Стоило только поднять голову, как камеры глаз тут же заливало водой.       Эта же самая вода внушительно булькала в ботинках и затекла внутрь корпуса.       «Если это сработает, я буду очень удивлен…»       Квик выглянул из-за валуна, вглядываясь в жидкий мрак. С этой стороны местность резко уходила вниз, буквально падая на несколько метров, перекрытых деревьями. В темноте блуждали зелёные вспышки от прицелов и всполохи фонарей. Патрульные уже наткнулись на трупы от предыдущей стычки. То, что оба отряда до сих пор не нашли робот-мастеров, было скорее удачей, приятной, но недолговременной. Отслеживающие системы сходили с ума в шторм. Следов не найти, а глушение по большей части частотного диапазона, несказанно действующее на нервы роботов, сейчас начало играть против патруля же: их устройства и машины страдали от этого не меньше.       Даже подготовленные люди чувствовали себя не в своей тарелке в условиях отсутствия четкой информированности. То, что произошло с первым отрядом, вселяло в них ужас. Да и подоспевшие уже успели понести потери: нечего отходить от своих, пусть даже на несколько метров. Смерть придёт внезапно, а когда тебя хватятся, след убийцы уже простынет.       Квик прекрасно умел действовать бесшумно и чисто, когда ситуация прижимала, а лезть в лобовую атаку становилось верным самоубийством.       Люди были напуганы, пусть и старались держать себя в руках. Они прекрасно понимали, что даже если захватят хотя бы одного из двух противников, то это скорее всего дастся не малой кровью. А умирать не хотелось никому. Да и, похоже, киборги не вполне были уверены, что роботов на самом деле двое – в эфире проскальзывало сбивающее с толку сообщение о «четырех-пяти целях».       Конечно, голографические системы ни для кого не новость. Но вот системы, использующие оружие, обманывающие все датчики, создающие в некотором плане материальные копии, пусть эта материальность и крайне хлипкая, разлетающаяся в осколки от одного попадания (как и сам бот, впрочем) – подобные системы отсутствовали.       По крайней мере, в открытых разработках. Transmitter notification: incoming message…       «Обнаружил лифт», – пришел отклик от одной из копий, перекинутый через передатчик настоящего. «Десятка два киборгов и Джо, не уверен, что наблюдаю всех». Передача сильно сбоила, принимающая программа с трудом расшифровывала сообщение, уже изрядно подбитое помехами и приходящее с большими потерями. Слова буквально «крошились» в восприятии, вызывая мерзкое ощущение от попыток когнитивной системы продраться сквозь помехи. «Кроме лифтов есть что-то?» – раздалось уже со стороны настоящего. «Ну, отвесный склон, к примеру», – последовал ехидный ответ.       Квик не вмешивался, только слушая. Разговор звучал странно, DWN-012 никак не мог понять, что мешает боту общаться со своими копиями локально. Судя по всему, он это вполне мог. Как-то же его модуль контролирует их на таком расстоянии. Да и слоты работают непосредственно в чипе, не на копиях же…       «Если без шуток, тут есть несколько лифтовых шахт, и, похоже, там ещё внутри система коридоров. Непосредственно в скале. Только чёрта с два мы туда проберемся. Глянь на это…» – всё восприятие слушавшего диалог Квика успешно засорило трансляцией. В градациях серого, в крайне паршивом разрешении, «осыпающейся» из-за отвратительной связи.       Его чип начинал серьёзно так болеть. В самом что ни на есть прямом смысле. Поскольку чип у Квика был в груди, а не в голове, сие мерзкое ощущение на ура сдабривалось ещё и дрожанием от перегруженных внутренних систем. Понять, что за чертовщина происходит на изображении, он так и не смог. А зеркальный бот тем временем продолжал бодро чирикать. Сам с собой, полностью игнорируя наличие слушающего закрытый эфир Квика.       «Эй, придурки!» – наконец не выдержал Квик. «Что делать-то будем?»       «Действовать по плану», – пришло сразу три одинаковых сообщения, вызвав лёгкий коллапс когнитивной системы при попытке сожрать их одновременно. «Тебе же уже всё объяснили, что спрашиваешь?» – довеском прилетело четвертое, окончательно засорив стёк передатчика.       «Прекрати. Сука. Так. Делать!»       Сам же Джемини находился в нескольких метрах в другой стороне от Квика, сидел под навесом одной из скал: вскрыв контакты на своей батарее, подключил извлечённую из Джо-робота энерго-ячейку, и сейчас дожидался, пока заряд восстановится. Квику и самому бы сейчас было неплохо подзарядиться, батарея была уже ополовинена, но развинчивать корпус, да под таким дождем…       «Эй, полторашка, ты не видишь, там Е-Танки есть?»       «Без понятия», – последовал бодрый ответ, после которого внезапно пошли сильные помехи. «Ой…» – похоже, это от другой копии. Чёрт их разберет.       Канал связи порушился.       «Допрыгались», – констатировал про себя Квик, осторожно перебираясь через булыжники и камни к тому месту, где находился настоящий. Тот уже спешно отцеплял от батареи почти погасшую энерго-ячейку.       – Что случилось?       – Заметили, – кинул Джемини, пытаясь вслепую завинтить обратно защитную пластину над контактами. – Пока всё… нормально.       Движения рваные, стопорящиеся, голос то и дело прыгает по интонациям. У робота, похоже, были серьёзные проблемы с синхронизацией даже собственных действий – или он был отвлечен на контроль голограмм. Ещё не факт, что связь с ними адекватно работала в таких замечательных условиях и на таком расстоянии. Хотя, чёрт его знает, как она вообще работала.       В любом случае, он слишком долго возился с пластиной, а отвертка то и дело норовила выскользнуть из пальцев.       – Долго ты копошиться будешь? – прорычал Квик.       – Пока не закрою батарею, идиот, там же дождь, – огрызнулся тот. – А мне несколько проблемно сделать в одиночку, потому что все три копии…       – Всё, заткнись, я понял, – процедил Квик, перебираясь в нишу под навесом. Когнитивная система быстро вывела решение, что так будет быстрее, чем ждать неизвестно сколько. – Как же ты задрал уже.       Прежде чем Джемини успел дернуться, Квик сгреб его, бегло осмотрел батарею, и, выцепив из руки девятнадцатого отвертку, сам быстро завинтил пластину на место. Недовольно что-то вякнув, зеркальный бот мигом выкрутился из ослабшего захвата, отпихнув руку.       – Смотри-ка, – хмыкнул Квик, – какие мы нервные. Хоть бы спасибо сказал.       – И без тебя бы справились! – буркнул напарник, выбираясь из-под навеса.       – Я-то думал, тебе привычно, – демонстративно пожал плечами DWN-012, выбираясь следом. – Постарался сделать так же. Что-то не нравится?       Джемини остановился. Посмотрел через плечо.       – Слушай, Квик, – прищурившись, проговорил он. – Ты так часто об этом говоришь. У тебя какие-то проблемы или что?       – Знаешь, – раздраженно процедил Квик, обходя младшего бота, даже не кинув на того взгляд, – я, конечно, не против неуставных отношений у других, но ко мне это не относится.       – Заметно. Когда вернемся, я намекну Металлу, что тебе не хватает его внимания.       Динамик старшего робота подавился возмущённым возгласом.       – А теперь, будь добр, заткнись, – закончил Джемини хмуро. – Сваливаем живо, сюда уже идут.       – Конечно-конечно, – вполголоса ответил Квик. – Не попадись, тормоз. Я тебя, если что, вытаскивать не буду.       – Не поверишь, мы тебя тоже. Правда классно?       «Когда вернемся, говоришь? Так уверен, что ты вернешься?»       Краем глаза Квик заметил блуждающий по темноте луч от прицела. Хищно оскалился. Видеосистема регистрировала несколько силуэтов, примерно то же самое сообщала и часть других датчиков, хоть плохо, но работающих в условиях таких помех.       Судя по всему, люди просто проверяли это место, а не шли наверняка.       DWN-012 осторожно перебрался в тень, сдвигаясь за деревья и валуны. Медленно начал обходить часть отряда, так опрометчиво сунувшуюся сюда, параллельно пересчитывая киборгов и ботов, оценивая их вооружение и просчитывая шансы. Как металлический хищник, вышедший на смертельно опасную добычу, Квик искал цели, по которым можно ударить быстро и внезапно, заодно с этим уже прикидывая траектории отступления. С близкого расстояния слышны были переговоры по рации. Прислушавшись, бот ухмыльнулся: часть патруля, похоже, играла в кошки-мышки с одной из копий, в течение уже минут пяти. Пока что копия явно обыгрывала их и, похоже, была принята за реального робота. А ведь было ещё две, и настоящий, который уже успел куда-то пропасть из поля зрения Квика.       Как там говорят? За двумя зайцами погонишься – от обоих огребёшь?       Осторожно сместившись к краю склона, за которым виднелся лес, Квик бросил взгляд туда. В жидкой тьме и за завесой ливня не было видно ровным счётом ничего, только изредка белые вспышки грозы выхватывали из мрака достаточно, чтобы на ходу перестраивать карту местности. Если успеть перефокусировать камеры, нескольких мгновений будет более чем достаточно, чтобы зафиксировать маршрут. DWN-012 уже обнаружил несколько хороших путей отсюда и до спуска, где сейчас, судя по всему, царил изрядный бардак…       Проблема была в том, что лифты там могли в любой момент просто заблокировать, не говоря уже о количестве людей и ботов здесь.       «Квик, мы нашли лазейку», – донеслось сразу два сообщения. И практически сразу за ними в сторону Квика был открыт огонь, заставив пулей вылететь прочь, чуть не навернувшись на краю. Чёртов зеркальный придурок, даже не обеспокоился тем, что сигнал передатчика с такого расстояния легко поймать и отследить! Новый залп огня, чьи-то крики, вызывающие лишь одно желание – разорвать глотку, чтобы заставить замолчать. Пора было уматывать, убивая любого, кто попадется по пути.       Его батареи и систем должно хватить на ещё один разгон.