Jamming Signal

But maybe one day You'll find humanity Until then don't you dare Say that we are the same © NateWantsToBattle – No More

Warning: overheating Defragmentation error: broken sectors detected [code 0x0C]       Он не может пошевелиться. Всё вокруг словно замёрзло, но его когнитивная система всё ещё пытается разогнаться сверх физических возможностей. Опередить реальность. Обогнать само время.       Всё подёрнуто помехами. Зашкалило датчики температуры, невыносимо жгут раскалённые микросхемы, и на контакты начинает капать расплавленная изоляция. Кадры перемешаны, перекрывают друг друга, сливаясь в мешанину из разрозненных и малосвязанных образов. Сиреной заливается предупреждение о критическом перегреве, следом вспыхивает острая боль, логом ошибок заполняющая всё сознание.       Выстрел бластера в упор разносит грудь.       Он буквально чувствует, как пропадает ток в теле, как замедляется работа микросхем. Разогнанный сверх предельно допустимой тактовой частоты процессор медленно сбавляет обороты. Страха нет. Есть только полёт вниз и внезапно ожившее время.       Ещё живой инерциальный модуль и сходящие с ума от перегрева сенсоры регистрируют свободное падение. Уничтожен генератор, повреждение половины датчиков, повреждение батареи и периферии чипа, принудительный переход в гибернацию…       Он не успевает провалиться в гибернацию.       Последним чётким воспоминанием были аннигилирующие всё на своём пути жёлтые лазеры, в сетку из которых его столкнули.       Почему он жив? Разве это не должно было его уничтожить…       Квик открывает глаза, некоторое время смотря в потолок. Взгляд фокусируется не сразу. Размеренная дрожь генератора в груди. Мерные отсчёты внутреннего таймера. Часы утверждают, что прошло…       Больше, чем полгода.       Кто-то на него смотрит. Видеосистема регистрирует нависший силуэт, и перед носом кто-то водит рукой.       – Всё в порядке?       Квик не сразу опознает голос. Тот звучит знакомо. С большим трудом удается вспомнить. Металл. Заметив осознанный взгляд двенадцатого номера, тот облегченно выдыхает. Звук динамика сильно искажен маской на лице старшего бота       – Слава Тесле. Опрос систем, как ты?       – В… – динамик не поддается, он говорит словно в первый раз, – в порядке?.. Ты жив?.. Signal received DWN-009 [Metal]       Системы возвращали активный режим.       Он помнил, как Мегамен убил девятого. Как заляпанный в машинном масле, с ободранным и посечённым лезвиями корпусом, лайтбот стоял, сжимая в руках выдернутое из убитого лезвие, равнодушно смотря на останки – а синяя броня медленно окрашивалась в жёлто-коричневый цвет.       – Я жив, – Металл протягивает руку, осторожно ероша волосы брата. – Мы все живы, Квик.       – Неужто бэкап сработал? – хрипло интересуется Квик, всё ещё не веря в происходящее. Как бы хотелось верить, что всё предшествующее было просто плохим сном.       – Не совсем. Потом объясню, – девятый мотнул головой. – Я рад, что ты в порядке. Мы уже сомневались, что тебя можно вернуть в нормальное состояние. Флеш предлагал отключить и не вспоминать.       – Опять у него я во всём виноват, конечно же, – вздохнул DWN-012. Тут же осёкся, уставившись на Металла: – Стоп. В смысле нормальное состояние? Что было? Мет?       Квик пытается подняться, но обнаруживает, что не может пошевелиться, опутанный кабелями и подключенный к системе обеспечения. Пара предупреждений от авто-диагностики: обнаружился внушительный ряд повреждений.       – Лежи, не двигайся. Нам пришлось тебя успокаивать. Креш с Флешем слегка… перестарались, пока пытались тебя обездвижить.       Последнее замечание заставило оперативку вмиг прочиститься.       – Что?! – если бы Квик не был разобран почти полностью, он бы вскочил.       – Ты, – доносится со стороны дверей голос Хита, – когда тебя восстановили, кинулся на Мета и чуть не убил его. Бешеная тварь.       Только сейчас Квик обнаружил, что броня старшего была вся в заваренных швах и заклёпках, да и сам Металл выглядел порядочно потрёпанным. Ошарашенно заморгал, повернул голову, недоуменно смотря на бота-зажигалку. DWN-015 развёл руками в ответ:       – Так всё и было, можешь потом Вайли спросить, – заметил Хит. – Ты игнорировал все приказы, и нам еле удалось тебя вырубить. Так там ещё батя вклинился, решив, что ты наверняка его распознаешь и угомонишься, – он закатил глаза. – Мне пришлось оттаскивать, чтобы ты случайно его не задел. Мало ли что с тобой произошло. Металл предположил, что у тебя переклинило управляющую программу на чём-то. Было очень похоже, что ты воспринял его как…       – Что-то на пути к цели, – закончил старший.       – Ну и короче, мы не знали, что с тобой делать, – подвёл итог зажигалка. Пакостно ухмыльнулся: – Лично я предлагал тебя переплавить. Флеш был со мной полностью согласен.       – Хит, прекрати, – прервал его девятый.       – Ой, да ладно, – отмахнулся пятнадцатый. – Я говорю всё, как есть. Что с ним цацкаться? Только ты ему простил убийство и проваленное задание.       – Ты всё отлично видел, – медленно проговорил Металл. – И отец подтвердил, что в управляющей программе был серьёзный сбой. Успокойся.       – Успокоиться?!       Несмотря на наиграно-весёлое выражение лица, Хит явно начинал подгорать и плеваться огнём. В самом прямом смысле: на полу уже образовалось закопчённое пятно.       – Да я спокоен! Я совершенно спокоен! – он вышел из мастерской и уже из коридора крикнул: – Давай, защищай его и дальше!       Дверь захлопнулась, смачно хрустнув: несмотря на некрупные габариты силы у зажигалки было хоть отбавляй.       – Вайли откатил все изменения, – прокомментировал Металл, когда шаги затихли. – С тобой всё будет хорошо.       Квик снова уставился в потолок. Медленно закрыл глаза, пытаясь успокоиться. От одной мысли, что он чуть было не убил Металла, становилось не по себе. Но ещё хуже была мысль, что всё предшествующее не было кошмарным сном. Всё предшествующее было реальностью. И море крови, в которое его окунули, было совершенно настоящим, и смыть это уже ничем и никогда не удастся.       – Где отец? – наконец спросил он, стараясь не выдавать подступившей истерики.       – Спит. Сказал, что, устал с тобой возиться и от тебя вечно очень много проблем, – улыбнулся старший. – Да и ему ещё откатывать изменения у всех остальных. С тобой просто пришлось в первую очередь… кто ж знал-то.       Квик вздохнул. Динамик выдал протяжный жалобный скрип.       – Я же тебя предупреждал. Вы всё решили за меня… Я в этом не виноват.       Я ни в чём не виноват, Мет. Это вы с отцом сделали меня таким. Я ни в чём не виноват…

***

Return to active mode…       Возвращение в активный режим было одним из самых мерзких ощущений за недолгую, но насыщенную жизнь двенадцатого номера. Авто-диагностика услужливо выдала огромнейший список повреждений, который почему-то не хотел заканчиваться. К физическим неисправностям шёл в комплекте целый букет ошибок, в основном, как следствие травм.       В том числе – и непосредственного перегрева чипа… критического.       Последнее сообщение оборвало диагностику радостным визгом на половину восприятия, резанув как по оголённой проводке. Квик стиснул зубы: ещё вот не хватало развыться от боли, как будто недавно активированный сопляк! Пережил смертельный перегрев, отделавшись принудительным переходом в «тихий» режим – и то ладно. Будет чем похвастаться. Если они отсюда выберутся…       Кстати, отсюда – это откуда?       – Ага, проснулся, – опять этот голос…       Противный металлический звук, как будто что-то кинули на пол и оно прокатилось в его сторону, закончив путь у препятствия в виде лица двенадцатого номера. Приоткрыв один глаз, Квик обнаружил перед собой здоровенную букву “E”, заслонившую всё поле зрение. Банка. Е-Танк.       Повернув голову и подняв взгляд выше, робот обнаружил знакомый силуэт. Силуэт стоял, сложив руки на груди, под зеркальными пластинами, чуть отсвечивающими в полумраке, и смотрел на него сверху-вниз.       – Доброе утро, спящая красавица, – откровенно издевательским тоном поприветствовал его напарник. – Завтрак подан.       «Вот тварь!»       У Квика начало опасно подогреваться и так недавно перегретое ядро. Похоже, заткнуться DWN-019 не мог принципиально. Возникло острое желание сломать этому хаму руку. Или обе. Для профилактики. Хотя какая там профилактика: похоже, эта зеркальная гадюка вполне привычна к избиениям. А убивать его пока что было невыгодно.       – Прости, братан, – продолжил девятнадцатый, – мы нашли тут только Е-07. У них Джо жрут эту дрянь. И да, пей побыстрее. Мы и так потратили слишком много времени, нас тут уже ждут. Все. Пошевеливайся.       – Завали, – процедил Квик.       Поднялся, прислонившись к стенке. Откупорил банку. Топливо было омерзительным на вкус, вызывая острое желание выблевать его до того, как оно переработается. Давясь, Квик осушил половину. Посмотрел по сторонам. Полутемное небольшое помещение, много ящиков, трубы, кабели, щитки. Закрытая вентиляционная решетка прямо над головой. Прикрытый люк в полу.       Взгляд уперся в младшего робота.       Только сейчас Квик сообразил, что настоящий сидит на одном из ящиков. Робот был весь в засохшей грязи. Морщился от боли, наживую что-то ремонтируя во вскрытой правой руке. Рядом валялся пустой скомканный Е-Танк. Зеркальные пластины были покрыты сеткой трещин, в корпусе красовалась заметная брешь от бластера. Плосковатое лицо всё посечено, как осколками. Похоже, действительно осколками: у ящика под ногами обнаружился разломанный в куски шлем. Точнее – то немногое, что от него осталось.       Удивительно, что Джемини отделался расколотым шлемом: судя по всему, выстрел имел все шансы убить мгновенно.       Поймав на себе взгляд Квика, бот недовольно кинул:       – Два-два, Квик. Нас чуть не убили, пока мы тебя вытаскивали.       Квик сначала недоуменно поднял бровь, потом негромко рассмеялся.       – Ха-ха. А ещё выёживался, что не будешь меня спасать, – он бросил взгляд на банку у себя в руке. Надо было допивать. Это. – Как ты это дерьмо пьешь?       Джемини пожал плечами, его двойник только хмыкнул.       – Мы не чувствуем вкуса, – прокомментировал зеркальный робот. – Хотя не спорю, эта гадость чертовски тяжело перерабатывается.       Зажав в зубах мультитул, Джемини что-то заворачивал в руке-бластере пальцами. Судя по скривившейся физиономии, ему было очень больно. Джемини едва слышно зашипел, зажмурившись, но продолжая закручивать на место детали руки.       – Ага, вкуса мы не чувствуем, а от боли хнычем, – хмыкнул Квик. – Слабак.       Реакции на это он не ожидал: большую часть подколов напарник пропускал мимо аудио-сенсоров или отвечал тем же. Однако сейчас бот отреагировал так, будто ему неожиданно подрезали проводку.       – Не твоя заслуга, что у тебя чип иначе настроен, – зло рявкнул он.       На плоском лице обозначилась с трудом сдерживаемая ярость. Выглядело, с точки зрения двенадцатого номера, до нелепого забавно, как и этот вяк.       – О, да, конечно! – усмехнулся Квик. – Может, не моя. Но я лучше тебя сконструирован, бесполезный экспериментальный мусор. И я всегда буду лучше.       Тот не ответил, но предупреждающий взгляд двойника и трясущийся от злости настоящий – ради этого зрелища можно даже допить эту мерзость, с абсолютно невозмутимым видом. Квик наслаждался спектаклем. Нетрудно было догадаться, почему это задело.       В случае с Джемини, с точки зрения Квика, было предельно ясно. Вся база знала про жалкие попытки девятнадцатого номера достигнуть хотя бы половины того же уровня, что Снейк, даже в исходных чертежах являвшийся военным ботом с двойным назначением. Все знали и про «успешность» этого дурдома. Ну да, бот самостоятельно научился разбираться с аппаратурой и связью, лишь бы быть хоть в чём-то полезным. Ой, какое достижение! Любой при желании может научиться чему угодно – и всё равно будет отставать от специализированного робот-мастера.       Младшие нередко осаждали Близнецов, ставя бота на место, когда его сильно заносило в попытках доказать свою значимость. Если Хард и Спарк старались лишний раз эту тему вообще не поднимать, то с другими дело обстояло не столь радужно: открытые стычки с Топом и Магнетом были лишним тому свидетельством. Причины то и дело вспыхивающих конфликтов были самыми разнообразными. Похоже, до Близнецов принципиально не доходило, что если уж ткнули плоской мордой в то, кто ты и чего ты стоишь, то наверное надо заткнуться и сидеть тихо, а не пытаться огрызаться. Тем более, что результат этих попыток был примерно одинаков: той же мордой в пол.       Удивительно, что его до сих пор никто не убил.       Так или иначе, Квик не видел ни малейшей причины делать поблажек для этого слабака. Стоило бы ему раз и навсегда показать его место. Правда, с точки зрения Квика это место было среди мёртвых.       Но сейчас старшего больше развеселило другое. Напарник взвёлся в ответ на поддевку о плохой устойчивости к боли. Судя по реакции, это была в прямом смысле очень больная тема. И несложно сообразить, отчего: всё те же тренировки.       – Тяжко тебе, да, малыш? – притворно вздохнул Квик. Допил топливо. – Мне вот интересно, как ты не сдался еще. Разве что… тебе нравится, когда тебя избивают.       – А нахрен пройти не хочешь, Квик? – не выдержал Джемини. Двойник только закатил глаза, добавив: – Ага. Слышим это от идиота, который просто не может не лезть под выстрелы. Нравится, что ли?       – Я убиваю всех, кто в меня стреляет, ты же – не можешь ничего им сделать. Ещё бы табличку повесил, выстрелите, мол, в меня, пожалуйста.       Джемини хотел уже было что-то ответить, но только выругался вполголоса, и продолжил разбираться в своей руке, отчаянно пытаясь сохранить невозмутимый вид. Выходило откровенно плохо.       Хотелось хохотать в голос, если бы не довольно сомнительное положение и неизвестное местонахождение. Нахождение места, да. Если охрана не полные идиоты, ботов довольно скоро найдут. Учитывая подбитое состояние обоих, на этот раз преимущество будет по всем пунктам на стороне людей.       Плохо. Но пока что ситуация классифицировалась как «выкрутимся», и даже свеженький пункт шкалы пока был задвинут в дальний угол: слишком смешно подгорало у напарника, чтобы продолжать на него злиться.       – Ладно, стекляшка, – Квик скомкал банку. Осталось дождаться, пока топливо переработается. – Где мы?       – Где-то, – огрызнулся Джемини сквозь стиснутые зубы. – Без понятия. Здесь гребаный лабиринт в скале, карты нет.       – А тут как оказались? – Квик обвел рукой помещение. – Я как-то не припоминаю, чтобы у бреши было настолько сухо. Что вообще было-то?       – Ты вырубился сразу, как грохнулся на пол, – фыркнул Близнец. – И от тебя немножко шёл пар. Совсем немножко. Мы уж думали, ты от перегрева сдохнешь. Знаешь, то ещё удовольствие тебя оттаскивать. У тебя плечи в трубу не влезают, предлагал по запчастям протащи… – он замолчал, заметив взгляд Квика. – То, что я предлагал, не значит, что мы…       – Так и сделали, – добавил настоящий с наиграно невинной физиономией.       – Да ладно! – двойник развёл руками. – Назад завинтить же быстро, всё равно ты в оффлайне был.       – Где ты нау… – начал Квик, но тут же осекся, – ах да, конечно! У кого я это спрашиваю.       Бот опустил взгляд на свой корпус. Обнаружил, что часть дыр залатана. Криво, наспех, чем подвернулось. Поперек груди красовался здоровенный сварной шов.       – Только не говори, что ты это сделал своей побрякушкой, – Квик кивнул на мультитул.       – Именно.       Теперь глаза по доисторической монетке стали уже у самого Квика. Вот этого он точно не ожидал.       – Как?!       – Подключил к лазеру и сменил режимы, – ответил Джемини, уже приступив к закручиванию съемных пластин руки-бластера.       – Автомеханик чёртов…       – Гоночная машинка чем-то недовольна? – съехидничал Близнец. – Мы тебя могли вообще там оставить. Всё равно было неизвестно, сдох у тебя чип от перегрева или нет.       Пара секунд тишины.       – Не могли, – ухмыльнулся Квик. – Меня бы нашли. Опознали бы как одного из ботов Вайли. Провал задания. Ты не можешь этого допустить, не так ли? Приоритет не тот, – DWN-012 поднялся на ноги. Паршивое топливо перерабатывалось с огромным трудом, и генератор начал противно дребезжать, но силы возвращались. – Ты не можешь идти против программы настолько прямо, верно? Схема тебе запретит даже думать о том, чтобы всё провалилось по твоей вине, когда ты ещё можешь что-то сделать.       – У нас немножко другой набор директив, если тебе интересно, – сухо ответил Джемини, закручивая пластину. – Но твоя программа, по всей видимости, запрещает тебе думать немного шире. Что же до задания: по этому пункту оно провалено уже давно и от нас больше не зависит. Если люди ещё не догадались, кто мы, то скоро догадаются.       – Пока у них нет подтверждения, что мы боты Вайли. И это звучит абсурдно. О шефе полтора года никто не слышал, откуда у него финансирование, средства… кто поверит в байку о боге-машине, который именно шефу, а не кому-то другому дал в руки все карты… Я бы не поверил.       – Смотри-ка, ты думать научился? Тогда добавим: абсурдно это звучит ещё и в свете того, как вы в прошлый раз глупо провалились. Наверняка из-за такого кретина, как ты, который сам отрезает последнюю возможность выкрутиться, когда вся ответственность остается на нём.       «Вот кто бы кукарекал про ответственность».       Квик даже отвечать на это не собирался.       – Там считают, – продолжил Джемини, проверяя работоспособность оружия, – что мы боевые робот-мастеры. Хотя официально подобное запрещено.       – Кого это волнует? – фыркнул Квик. – Никто никогда не играет честно. А кто играет, тот быстро дохнет.       Зеркальный бот пожал плечами, убирая мультитул в сумку:       – Возможно. Ещё думают, что мы можем быть террористами… что уже ближе к истине. Меня-то, может, и не распознают…       Джемини указал на испещренный повреждениями и заплатами корпус Квика, на котором раньше был намалёван взятый в круг значок dr. W, позднее стёртый в целях безопасности:       – Но вот ты, Квик, уже засветился на камерах, и отсутствие маркера тебя не спасет. Думаешь, они поверят, что кто-то другой абсолютно точно скопировал дизайн и способности робот-мастера, от которого полтора года назад один маленький пацан в синем не оставил вообще ничего?       – Напомни об этом, когда сам с ним столкнешься, – хохотнул Квик. – А я засеку время. Посмотрю, сколько секунд ты продержишься, прежде чем сдохнуть, – глаза блеснули сталью. – У вас всех «третьих» в программах он обозначен напрямую как основная приоритетная мишень. Даже если ты захочешь сбежать – не сможешь. Да ты и не захочешь сбегать. У тебя не будет никакой своей воли. Одна программа. Убей или будь убитым, – он замолк на секунду, после чего добавил: – может, над тобой сжалятся и прикончат быстро и безболезненно.       – Не уходи от темы, Квик, – встрял двойник. – Сейчас у нас другие проблемы. В любом случае здесь рано или поздно поймут, кто мы. Для этого, ты не поверишь, достаточно просмотреть кадры с любой из машин, записи с визоров… проверить память киборгов, снова же.       – Память они проверят, – Квик состроил мину. – Да что ты говоришь! Даже если у них есть для этого инструменты и специалисты – я убивал всех, кто меня видел вблизи. Времени на посмертную обработку у них не останется.       – И ты всё равно не прав, – пожал плечами Джемини. – Как минимум один, видевший тебя вплотную, жив, – голос прозвучал не то с насмешкой, не то с досадой. – Надейся на то, что он тебя со страху не опознал, и что у него не будут проверять память.       Хотелось огрызнуться, но, зацепившись за слова о «живом», Квик застопорился. Робот бегло проверил память, последние минуты до ухода в гибернацию. Всё шло помехами, рябило, поверх кадров всплывало здоровенное и жутко раздражающее предупреждение о перегреве и разряженной батареи, но…       – Секунду, – проговорил Квик медленно. – Откуда у них стрелковое лазерное оружие?       – У них нет стрелкового лазерного оружия, – хмуро вставил Близнец. – Это мой выстрел.       Квик внимательно пересмотрел кадр. Лазерный всплеск, заставивший отшатнуться в сторону и забыть про цель, не тратя лишние секунды на это мясо. Выстрел прожёг асфальт между ним и человеком. Да, киборг отшатнулся назад, довольно предсказуемо. Только судя по направлению, с которого прилетел заряд, выстрел бы в любом случае не попал ни в кого, но заставил бы обоих отпрыгнуть в разные стороны, как только видеосистема робота и кибернетизированный разум человека зафиксировали бы вспышку.       DWN-012 фыркнул. Ещё раз. И зашёлся хриплым смехом, поняв.       Конфликт директив, значит. Правильно угадал, но не сообразил сразу, что именно его вызывало. Точнее, он предполагал, но считал это таким же бредом, как и то высказывание про бога-машину. Поведение Джемини подозрительно напоминало поведение бота с нежёсткой AFL, позволяющей в определённых рамках бездействие, но не причинение намеренного прямого физического урона людям. В ряде ситуаций бездействие могло приравниваться к прямому нанесению урона…       Как мило! Вайли проворонил у этой крыски AFL. Вот и ответ на то, почему Джемини не испытывал никакой ненависти к людям, и даже принял как должное, нисколько не обидевшись на шефа, что тому попросту всё равно до одного явно лишнего бота. Лепота. А как много Джемини вообще сам о себе знает? Про наличие AFL он явно знает, однако не рыпается и ни разу не просил её убрать. Но более интересно другое. Судя по его поведению, он не знает о себе самого главного, раз по-прежнему искренне считает, что у него просто нет назначения.       Иначе бы он совершенно по-другому реагировал на слово экспериментальный.       Квик хотел ехидно высказаться, но вовремя придержал динамик и сделал вид, что не сообразил, в чём проблема.       – Что дальше делать будем? Где бы мы сейчас ни были, прошло уже…       Внутренние часы возвращали разрыв в полчаса с моментом отключения. Хотя полагаться на внутренние часы после разгона и гибернации было… несколько затруднительно. В реальности пройти могло сколько угодно времени.       – И нас могут скоро найти, – закончил он. – Скорее всего, уже ищут.       – Давно. Они не готовы к такой ситуации… что уж тут говорить, мы тоже не особо готовы. Другое дело, что они нас боятся. Шансы почти равные. И в узких коридорах они не могут действовать толпой или использовать тяжелое оружие, не говоря о крупных ботах или турелях.       – На тебя и одного человека будет достаточно, – фыркнул Квик. – Даже вооруженного простой отверткой.       Комментарий был проигнорирован в упор.       – Мы так прикинули, – продолжил Джемини: – у нас ещё остаются шансы на то, чтобы выкрутиться и если не выполнить задание, то хотя бы выжить и смотаться. Насколько я понял, мы находимся ниже генератора поля…       – Метров на триста-четыреста, – вставил Квик, – судя по тому, как эта дрянь мне на чип капает.       – Если я смогу подключиться к их сети напрямую, – начал Джемини, – то мы можем устроить им небольшую отключку электроэнергии, а заодно и телепортационную блокаду снять. Так что…       – Ага, я понял, – оборвал Квик. – Время. Разделяемся и ищем выход отсюда. Пора выбираться из этой дыры.       «…и сделать всё, чтобы не оставить ни одного свидетеля».

Старая база Вайли Часом ранее

      Над тихоокеанической базой завывал ветер, рискующий перерасти в шторм.       Вопрос «что мы будем делать, когда эти двое напортачат» был отложен с «вот когда напортачат, тогда и подумаем». Тема незаметно перешла в обсуждение текущих планов, а потом попросту загасла, когда настроение Вайли начало ухудшаться. Портилось оно чуть ли не быстрее, чем погода.       А погода на острове имела свойство портиться почти мгновенно.       Зная, как часто у Альберта случаются подобные перепады, Металл предпочел замолчать, не провоцируя старика лишний раз. Маловато желания ещё раз выслушать про металлолом, вкупе с кучей лестных и не очень эпитетов.       Под горячую руку лучше было не лезть, доставалось всем без разбору. Было, как минимум, весьма обидно, а у некоторых из «третьих» злость создателя и вовсе вызывала неконтролируемую панику. Кто-то до сих пор припоминал, как смешно отскочил Топ, получив пинка под металлическую задницу, и полетевшую вслед кружку – уже за то, что Вайли отбил ногу. Припоминали и как оправдывался Снейк, зажавшись в угол. Металл и сам готов был тогда вмешаться – больно убедительно звучали угрозы шефа. Однако старшего бота опередили, и между Альбертом и Снейком встрял незатыкаемый братец последнего… огребший за компанию, но смягчивший обоим наказание.       «Вторым» же было, по большей части, наплевать на взрывы отца: порычит и успокоится. Хит – так тот вообще думал, что выволочки они до сих пор получают за то сокрушительное фиаско и им просто не могут простить такого провала. На первый взгляд утверждение выглядело похожим на правду: и без того склочный характер старика сильно испортился как раз с того самого момента.       Металл бы добавил: им не могут простить не сам провал, а их смерть.       Лично ему до сих пор доставалось заметно меньше, чем другим ботам… тоже перепадало, конечно, но дальше порицания обычно не уходило. Максимум – прилетело газетой, когда робот в первый раз притащил на ремонт покромсанного в полный оффлайн Снейка с тренировки. Всё это происходило на больших глазищах Топа, впервые увидевшего, что Металл не шутит – и что бывает «на счёт три». Подумав, бот-юла только ещё раз порадовался собственной верткости. А заодно и тому, что под раздачу попал на этот раз не он.       Подопечный мог бы хоть раз вместо того, чтобы гордиться собой, обратить внимание на один факт: девятый номер сам вернулся с развороченным стальными когтями корпусом и оторванной рукой. Змей ставил в смертельно опасные условия уже старшего вайлибота, а не просто парировал удары и отбивал всё, что в него летит.       Закончилось всё собеседованием один на один, в ходе которого Вайли, скрепя сердце, согласился на смертельный риск тренировок, потребовав только, чтобы Металл постарался не доводить подопечных до полного уничтожения. Девятый номер был уверен, что любой другой бот за подобное таки дождался бы приведения угроз демонтажа в реальность.       Молчание тянулось уже достаточно долго, прерываясь только хрустом травы под подошвами.       Силуэты базы превратились в чёткие её очертания, нависающие над головой. Сквозь перекладины вышки связи бодро подмигивала обглоданная луна, отчего-то кажущаяся неимоверно большой. Неприятно напоминала глаз, прямехонько над которым мигал сигнальный огонь вышки.       – Здесь кто-то должен быть? – поинтересовался Металл наконец.       – Да. Здесь должен быть Эйр, – хмуро откликнулся Вайли, зябко передернув плечами и спрятав руки в карманы куртки. – Эта чёртова банка на ножках пропадает здесь уже целый месяц, игнорируя мои приказы вернуться. Как и другая… банка. Пора проверить, чем они заняты. Если эти два придурка опять ничего не делают, а только обсуждают, как всё плохо – клянусь, я их обоих разберу на запчасти и переплавлю во что-нибудь более полезное!       Девятый номер вздохнул, удерживаясь, чтобы не закрыть лицо рукой.       – …бесполезные жестянки! Что один, что другой. Эйр вообще молодец! Какие пафосные речи были-то! А теперь он вообще ничего не делает – и обвиняет во всём меня! Ещё одна такая заявка поступит – так я верну ему все директивы с безусловным приказом, а потом отправлю куда-нибудь, где погорячее! И Нидла туда же, за компанию! Я ведь во всём виноват? Вот пусть и убедятся, что такое, когда я действительно во всём виноват!       «От погоды у него, что ли, зависит настроение?.. Или он решил заранее выпустить пар, чтобы не разобрать обоих, если они действительно ничего не делают, а только в сотый раз перетирают тему “во всём виноват Вайли”?»       – Отец, – негромко проговорил Металл, остановившись.       Вайли прошёл ещё несколько шагов, прежде чем обернуться на неожиданно улыбающегося робота. Повисла напряженная тишина, только угрюмый напряженный взгляд пронзительных синих глаз, и такой же ответ – красная электронная радужка, чуть подсвеченная в темноте. Улыбка на лице бота – странно выглядящая из-за механической мимики, но искренняя и открытая.       Как последний раз, когда он снимал маску. Здесь же. На этом же месте.       Незадолго до смерти.       – Сколько раз я говорил? – наконец сухо спросил Альберт. – Прекрати меня так называть.       Металл только склонил голову набок. Несмотря на улыбку, глаза бота оставались спокойными, внимательными.       – Что-то изменилось, отец? – напрямую спросил он.       Вайли ожидаемо напыжился, скорчив недовольную мину. Выглядело немного нелепо. Как все эти забавные попытки держаться на расстоянии от своих ботов, чётко обозначив дистанцию и не позволяя подойти так же близко, как раньше. А кто заметит? «Вторые», которым и друг на друга-то наплевать? «Третьи», никогда не знавшие настоящего Альберта?       Девятый номер всегда был несколько плох в том, чтобы «играть в человека», тем более, когда речь заходила о таком же актерском «ответе».       – Всё ещё не верите?       – Прекращай дурачиться, – пробухтел старик. – Не отвлекайся от темы.       – Последняя тема закрыта, – парировал Металл. – Начните новую.       – Так хочешь новую? – ощетинился Вайли. – Иди и займись чем-нибудь полезным вместо этой болтовни.       – Например, перетаскиванием тяжестей? – улыбнулся робот. – Укажите, каких именно.       Старик выругался, хлопнув по первой подвернувшейся балке, выступающей из окружающих обломков. Ругнулся снова, потирая ободранную ладонь. Спрятав руки обратно в карманы куртки, напыжился ещё больше и ускоренным шагом пошёл прочь.       Недалеко ушел, впрочем.       – До сих пор не верите, что это действительно мы? – раздалось за спиной у Альберта, заставив остановиться.       – Ты мне можешь это доказать? – сухо поинтересовался Вайли.       Робот запрокинул голову, смотря в небо. Огромное, глубокое небо, шквалами бушующий над затерявшимся островом ветер. Как в ту страшную вьюгу на метеостанции, когда Эйр пытался продержаться до подхода не успевшей подмоги.       – Смотря что нужно для того, чтобы верить мне, – проговорил бот наконец, – когда вы «никому не верите».       – Открытие века, Металл! Браво, – пара хлопков. – Я поражен твоей сообразительностью. Я никогда и никому не верил. И если не ошибаюсь, мы только час назад говорили о том, что немного опровергает возможность верить кому угодно, созданному одним неопознанным круглым объектом.       «Ра Мун. Да».       Металл стащил с себя шлем. Когда польёт ливень, он хотел бы как раньше ощутить это. Не заржавеет. Серые синтетические волосы едва прикрывали аудио-сенсоры с заткнутыми за них лезвиями.       – И тем не менее, – продолжил бот после недолгого молчания, – мы сейчас здесь. На нейтральной территории. По моей просьбе и по вашему решению перенаправить полёт сюда. Если вы настолько не верите мне, почему вы здесь? Только потому, что вам нужно устроить выволочку двум своим роботам, как провинившимся детям? Вас настолько волнует их мнение?       Удар в точку: Вайли отвернулся.       – Зачем это всё, Альберт? Кому и что вы пытаетесь доказать? Нам… или себе? Мы всегда вам верили, – динамик издал хриплый смешок. – И верим сейчас. Программа или нет, какая разница? Мы знали, на что шли. Все, до последнего. Даже Эйр, – он запнулся, прежде чем закончить: – Даже Квик.       Альберт долгое время молчал, прежде чем обернуться. Несколько секунд он пристально смотрел на Металла, прежде чем устало отмахнуться.       – У тебя всё, Мет? Чёрт подери, я всегда знал, что ты невероятно плох в распознавании эмоций. Но вот то, что из тебя ещё и отвратительный актер, я узнал только сейчас. Поздравляю, ты меня поразил до глубины души!       «Достижение».       – Знаю, – ухмыльнулся Металл. – Я пытался.       Что ж, может, Вайли ничего не ответил… но лёд тронулся.

Каньон Центральная станция, Блок А-10

      Поисковые группы, наспех собранные из способных стоять на ногах людей, а также более-менее целых Джо, прочёсывали близлежащие этажи битых два часа.       Лейтенант Эрих Ригель, командир одной из групп, чувствовал себя не в своей тарелке. Киборг вынужден был отбывать время в этой дыре по долгосрочному контракту и теперь глубоко жалел о том, что рискнул его подписать. Быть может, стоило остаться в инвалидной коляске, но хотя бы живым? Сейчас у него и его товарищей по несчастью, были все шансы наконец встретить смерть. Второй раз она вряд ли так благосклонно их пощадит.       – Коридор чист, – сообщил Эрих в передатчик. – Никого.       – Вас понял. Проверьте соседний отсек и переходите выше… – голос оператора едва было слышно из-за помех.       Дверь отсека практически бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в большое помещение. По темноте забегали лучи фонарей, зелёные нити лазерных прицелов. Зал был, по крайней мере – на первый взгляд, пуст.       – Где тут освещение включается? – буркнул сосед-патрульный.       – Без понятия.       – Внешнее управление, – равнодушно отозвался идущий рядом Джо.       – Замечательно, – прошептал Ригель. – Ещё одна пещера. Как будто не на своем объекте, а на чужом.       Пустующие коридоры и полная тишина, ранее привычные, теперь действовали угнетающе. Несмотря на то, что в течении длительного времени ничего не происходило, было точно известно – противник не покидал территорию центральной станции. Это означало, что они в самом что ни на есть прямом смысле находились в клетке с хищником, которого вынуждены были искать.       Руководство станции отдало прямой приказ: поймать, неважно – целыми или по разнесенным запчастям без возможности восстановления.       Оставшиеся наверху также чувствовали себя не в своей тарелке, прослушивая по закрытым каналам сводку о понесенных потерях. Трудно было поверить, что столько человек убито фактически одним робот-мастером, и столько машин повреждено и уничтожено нарушителями в целом.       С фактами было трудно спорить. Против них было как минимум одно чудовище, двигающееся с убийственной скоростью.       Люди наверху могли питать надежду на то, что противник до них не доберется. Что закрытые двери верхних отсеков, заблокированные лифты, охрана наверху – достаточная защита. И понимали всю хрупкость надежды. Не могли сбежать, ведь у них было своё руководство, которое отдало приказ оставаться и не сметь покидать станцию.       Ни одного упоминания о том, что это робот-мастеры, не должно было просочиться за пределы системы станций в каньоне. Ни при каких обстоятельствах. В случае утечки информации…       Какая утечка, все внешние каналы заблокированы! Выжить бы в этом аду!       Кто-то пытался разбавить давящую обстановку, юморить над ситуацией, но шутников быстро затыкали. При всём желании, сейчас было не до шуток.       Кто-то был из охраны. Кто-то, как Ригель – с соседнего полигона. Кто-то вовсе был простым рабочим. С ними в группе была ещё пара Джо-ботов, но на молчаливых Снайперов никто не обращал внимания.       – Лейтенант, это группа Б, – раздался в передатчике знакомый голос. – Мы тремя этажами ниже…       Чёртовы помехи – ничего не слышно, приходится напрягаться, чтобы разобрать хоть что-то, и это слабое блеяние, тонущее в шуме, только ещё больше заставляет нервничать. Руки до сих пор трясутся. Эрих слишком хорошо помнит, как выглядели трупы. Мёртвые соратники, которых они отчаянно пытались опознать, а потом, махнув рукой, просто собирали куски мяса и внутренности в мешки. Ему уже казалось, он успел за эти несколько часов потерять все эмоции. Но нет. Тревога только нарастала.       – …помещение около отопительного блока… здесь следы…       – Следы? – севшим голосом спросил Эрих, выкручивая громкость до отказа. Шум стал только ещё больше резать по ушам. – Ланс, меня слышно? Что за следы? Какие следы?       – Грязь. Следы подошв… что-то… жидкость какая-то… осколки…       Долгая тишина в помехах.       – Здесь два смятых контейнера из-под топлива, – медленно, но очень внятно произнес Ланс. – И судя по всему, здесь были очень недавно.       Внутри похолодело.       – Убирайтесь оттуда, – посоветовал Эрих.       Тёмный склад вокруг стал казаться ещё более тёмным. Мрак мягко скалился в лицо людям. Металлические стеллажи, тянущиеся и тянущиеся, как коридорами. Ящики, баки, баллоны. Фонарик выхватывает из темноты значок «огнеопасно». Плохо.       – Не вздумайте стрелять вслепую, – кинул он.       – Не вздумайте стрелять вообще, – отозвался сосед. – Тут достаточно один раз промахнуться… руки отдельно, ноги отдельно, хорошо прожарено и нафаршировано.       Киборг поёжился.       Из-под потолка хищно нависают крюки автоматических захватов и «руки» погрузчиков. Рядом мелькнула лента конвейера, за ней – вентиляционная труба. Эрих попытался свериться по карте, но паникующее сознание отказывалось воспринимать её как нечто информативное.       Отказывалось воспринимать что-то вообще.       – Здесь никого, – прошептал Ригель, скорее, пытаясь успокоиться. – Никого…       Он с каждой секундой начинал чувствовать чьё-то присутствие. Некоторое время киборг убеждал себя, что ему просто кажется. Просто нервы взвело, как курок, сообщение о том, что противник действительно где-то рядом.       Пусть он окажется не здесь. Где угодно, только не здесь.       Разом все фильмы ужасов стали казаться совсем не смешными. Имплантированное сердце колотилось как сумасшедшее. Всё хорошо, всё хорошо. Просто глушение частот отвратительно действует на его импланты. Просто немного страшно. Всё хорошо, пока отряд держится вместе, пока никто не отходит далеко. А противник подбит. Эта тварь просто не может быть настолько живучей, пусть даже это робот. Может, он не чувствует боли – хотя Эрих слышал, что робот-мастеры а в отличие от обычных роботов, в подавляющем большинстве чувствуют, – но это ещё не значит, что эта машина-убийца может продолжать нормально функционировать с таким количеством повреждений.       Скажите, что не может!       За что ему всё это? За что?! Он же никогда не относился плохо к роботам! Ему в лучшем случае было просто всё равно. Люди – такие же «рабы» других людей, даже если это не озвучивается вслух. Он даже в каком-то смысле сочувствовал лайтботам, стараясь не смотреть на сотворенное. Он мог их понять: ему приходилось когда-то убивать по приказу тех, кто оказался по другую сторону баррикад, и ничего веселого в этом не было. Были только свистящие рядом пули и заряды бластеров, и каждая секунда могла стать последней. Он никогда не относился плохо даже к бесчувственным «кускам железа» Джо!       Кто-то ругнулся, споткнувшись. Схватился за угол стеллажа. Раздался нервный смех, когда темнота рядом качнулась.       Тихонько звякали шаги, чуть слышны были переговоры…       Под потолком что-то скрипнуло, заставив вскинуть голову. Но наверху ничего не было, только покачивалась цепь одного из захватов, издавая противный скрежещущий звук, изредка ударяясь об соседний стеллаж.       Раз. Два. Три. Этот звук начинал действовать на нервы.       – Слушай… – Эрих обернулся к товарищу.       Позади никого не было. Беглый взгляд по сторонам, на других соратников.       – Я же сказал не расходиться, – процедил лейтенант. – Кто-нибудь видел Кевина?       Сосед покачал головой. Киборг сделал шаг в сторону. Ему не нравилось, что поверх шума, барахлящего передатчика и нервных смешков он отчётливо слышит ещё один звук. Где-то совсем близко. Звук, похожий на…       Жидкость, капающую с высоты на металлический пол.       – Обнаружен сержант Кевин Грин, – спокойно сказал один из Снайперов Джо после нескольких долгих секунд сканирования окружения.       Все перевели взгляд в сторону, где застыла зелёная точка лазерной указки от его шлема. В свете фонарей под потолком на крюке захвата…       – О боже…       – Без паники! Не вздумайте стрелять! – кинул Ригель. – Мы не хотим поджариться, – щелчок передатчика. – У нас на…       Эрих в последний миг заметил жёлтый блик и красную точку, этот блик сопровождающую. Киборг успел пригнуться. А вот его сосед пригнуться не успел, и лезвие пробило его глотку.       Красный маячок на бумеранге пару раз мигнул. Человек со стекленеющим взглядом медленно осел на пол. Из вспоротого наискосок горла хлестала кровь, подступая к ногам.       – Блок А-10! – заорал кто-то в передатчик. – Нарушитель в блоке А-10! Повторяю, нарушитель в А-10!..       Джо несколько раз выстрелили куда-то вверх, где мелькнула тень, перебирающаяся по стеллажам. Звуки заполнили недавно пустой зал, эхом заметались под потолком, насмешливо отражаясь от стен. Киборг вскинул бластер, пытаясь взглядом зафиксировать мишень, но быстро потерял ее из виду.       Ригель заметил движение справа от себя, на направляющих в паре метров над лентой конвейера. Отшатнулся в сторону.       Вовремя.       Тень проскользнула под направляющие, вцепившись на миг в них руками, в один бросок оказалась рядом, сбив с ног одного из Джо, пробив тому корпус и швырнув бота со всей силы об край стеллажа. Конструкции вокруг опасно качнулись, тьма пришла в движение. Заискривший развороченный Джо попытался сделать последнее, что было в его силах – откатился в сторону конвейера, прочь от баков с горючим. Ригель не успел понять, что произошло, когда взрыв прозвучал под самым конвейером, разворотив край…       Под ноги прилетели дотлевающие осколки союзного робота.       – Убираемся! – крикнул напарник, оттаскивая застывшего Эриха за шиворот. – Пока тут всё нахрен не взлетело на воздух!       Лучи фонарей выхватили из мрака фигуру робот-мастера, поднимающегося на ноги после броска. Красно-жёлтая броня, забрызганная уже подсохшей кровью, изодранная чёрная одежда, не скрывающая металлического каркаса. Ледяной взгляд светящихся в темноте глаз блуждал от цели к цели, выбирая...       Ригель уже не думал, он тупо действовал, практически на автомате убегая: не оставалось ничего другого.       Все звуки доносились как сквозь воду. Он слышал крики за спиной. Он слышал звук разламываемого второго Джо. До него ещё донесся чавкающий звук, и оборачиваться, чтобы узнать, что это было, совершенно не хотелось. Как в тумане, они вылетели к какому-то проёму, оттуда на лестницу.       Дверь отсека захлопнулась за спиной.       Они оказались в длинном коридоре, уходящем неизвестно куда. На карте это место было обозначено как закрытый сектор, к которому у них в принципе не могло бы быть доступа, если бы они не околачивались в том зале.       Как следствие: у них не было никаких ориентиров.       – Блок А-10, вызывает блок А-10, – попытался дозваться в передатчик сосед. – Чёрт, нет! Здесь не ловит. Нас тут тупо не услышат. Как в саркофаге.       – Идём, – наконец пришёл в себя Эрих, кинувшись дальше по коридору, – если там даже не рванет всё сейчас к чёрту, он же нас достанет.       – Ты его видел? Видел?       – Видел, – кинул Ригель на бегу.       – Это же тот. Тот быстрый. Из тех ботов, которые… год-два назад… этот, сумасшедший старикан… ну ты помнишь!       – Быть не может, их же уничтожили!       – Боже праведный, да это роботы же, не люди! – истерично взвигнул напарник. – Нового построят, такого же! Или ещё лучше… или целую армию!..       «Вроде же с робот-мастерами это не прокатывает? Хотя чёрт их знает…»       Слишком поздно Эрих понял, что слышит не только их с напарником шаги.       – Роботы – не люди, да, – раздался синтезированный голос у них за спиной. – Что ещё расскажешь?       Прежде чем сосед успел обернуться и открыть огонь, он уже лежал с переломанным хребтом, захлёбываясь кровью. Слишком быстро. Ригель только выдохнул, когда робот уже стоял над агонизирующей жертвой. Отпихнув ногой в сторону выпавший из рук человека автомат, металлический монстр пнул киборга в грудь. Что-то смачно хрустнуло. Умирающий дернулся, на остатках сил попытался подняться и кинуться на противника… искореженной грудой плоти и металла, идущего электрическими всполохами, упал на пол и больше не дергался.       В свете фонарика становилось видно, что робот весь потрёпан, корпус пробит в нескольких местах, наспех залатан – и пробит снова. Одежда разорвана, под ней виден каркас и местами искрящая проводка. Кожа ободрана, металлические скулы, запачканные в крови, переходят в стальной оскал – похоже, он не брезговал и перегрызать глотки.       Конечно, какое ему дело… он же робот…       И он, несмотря на всю свою скорость, сильно поврежден и едва стоит на ногах. Но готов кинуться в атаку.       Ригель увернулся от внезапного броска, пропустив бота мимо себя. Сердце на секунду замерло: двигался противник по-прежнему очень быстро, и Эрих мог соревноваться с ним лишь потому, что механическая тварь явно была на пределе своих возможностей, а он сам был киборгом.       Второй бросок, пальцы робота врезались в протезированную руку человека. Бластер вылетел, но в следующий миг в корпус робота прилетело коротким лазерным ножом, раскроив металл. Эрих пытался дотянуться хоть до чего-то из внутренностей бота, надеясь, что выведет того из строя…       Оказался отшвырнут в сторону, едва смог сгруппироваться и не налететь на стену, пропахал по полу, чуть не переломав конечности, почти сразу же вскочил. Новый бросок. Ещё один. Ощущение было, как если остаться один на один в вольере с тигром. Саблезубым. Металлическим.       Эрих пока что не был ранен, а побывав не в одной стычке против таких же, как он, а несколько раз – и один на один в рукопашную против Джо-ботов, мог представлять угрозу.       Страх ненадолго пропал. Оставались голые рефлексы и острое, очень острое желание выжить, подкрепляемое тем, что робот дал слабину, что этот монстр, это чудовище с нечеловеческим взглядом… всё же может быть убито. Что с ним можно справиться.       Можно же?!       Эрих кинулся в атаку сам, целясь лазерным ножом в горло. Робот перехватил человека за запястье, попытался было сломать его, но крутанувшийся в пальцах нож резанул по броне бота, заставляя его резко разжать пальцы и отдернуть руку, пока он этой руки не лишился. Новый раунд. Новая атака. Опять ничья. Под ноги подвернулся труп напарника, Эрих перескочил его, отпрыгивая назад – и одновременно уходя от удара робота. Киборг отчаянно тянул время, выжидая, пока явно ослабевший противник допустит ошибку.       Он достанет эту тварь. Он сможет. Он…       Слишком поздно человек сообразил, что попал впросак. Понял это только тогда, когда за спиной оказалась закрытая дверь отсека, и метаться было уже поздно. Последняя отчаянная попытка атаковать…       Не отследил момент, когда робот внезапно с прежней скоростью кинулся вперед. Попытался закрыться от удара, но ощущение было будто от столкновения с грузовиком на полной скорости. Руки хрустнули, следом за ними жалобно надтреснула и тут же проломилась броня и каркас грудной клетки. Металлические ребра впились в совсем не металлическую плоть.       Ригель оказался приперт за горло к двери. Лазерный нож упал на пол и погас. Вокруг было темно. Очень темно. Только над человеком нависал робот-мастер с окровавленной усмешкой и крайне жутким взглядом.       – Н-не-надо, – одними губами прошептал киборг, уже практически не дергаясь: – Парень… Давай найдем общий язык…       Взгляд отъехал в сторону трупа, потом обратно на Эриха.       – Общий язык? Давай. У тебя есть шестьдесят секунд, – ухмыльнулся робот. – Время пошло.       Командир уже мёртвого отряда запоздало сообразил, что очень зря это сказал. Лучше уж было сдохнуть сразу.

Старая база Вайли

      Капал недавно начавшийся дождь. Завывающий ветер становился всё сильнее и сильнее. За свою устойчивость Металл не беспокоился: его очень тяжело опрокинуть, это не удавалось даже Эйру с его оружием, превращающим его окружение в турбулентный ад. А вот Вайли, похоже, начинало немножко сносить ветром, переходящим в ураган.       Отец ругался через слово, но упорно двигался вперед, вышагивая средь руин как по дому. Впрочем, когда-то это было их домом…       – Классная штука была, – прокомментировал Альберт, мимоходом пнув лапу мёртвого меха-дракона, преградившую путь. – Это фуфло летало, хотя в принципе не должно было. Однако, – он выдержал паузу, оглядываясь, как бы обойти препятствие. Завершил: – Потом пришли чёртовы детишки нашего святого Лайта и сломали игрушку. Этот Гендальф бородатый всю жизнь только и делает, что ломает и присваивает себе все мои труды! И его боты все в него, гады.       – А потом они ещё и другую игрушку отобрали, – не удержался Металл. – Я всё спросить хотел: почему вы их отпустили?       Вайли направился в обход.       – Почему-почему, – пробухтел он. – Хочешь леденящую душу историю?       – Положим… – осторожно сказал робот, уже ожидая потока ругани…       – А вот не получишь! – возвестил Вайли, недовольно крякнув, когда новый поток ветра чуть не сбил его с ног.       «Вы ещё скажите, что на ночь мне её…»       – Потом на ночь расскажу, – кинул через плечо Альберт.       Да. Было бы чему удивляться.       Разломанная туша гигантского механического дракона успела за прошедшие полтора года проржаветь насквозь. Наблюдательная вышка нависала прямо над бывшими складами и генераторной подстанцией. Голова робота-дракона лежала как раз у самого её подножия, упав поперек пары разрушенных стен, заваленная обрушившимися бетонными плитами. Металл пару секунд постоял на месте, разглядывая пустые глазницы и вывороченную оттуда проводку.       Похоже, Снейк зимой не особо долго думал, откуда достать нужные детали: весь меха-дракон, а не только его голова, был выпотрошен.       «Наверняка Эйр успел оплакать свою любимую машинку и проклясть Снейка пару раз», – подумал Металл.       Когда-то Эйр помогал Вайли собрать это чудо. «Помогал» в рассматриваемом случае означало: сделал все чертежи сам, притащил шефу, ругался с ним несколько часов, утверждая, что оно взлетит. Вайли хохотал «что это, из какой книжки ты это выудил?». Путающийся под ногами Хит шутил про детские сказки и про то, что драконов существовать не может в принципе, потому что с таким завалом центра тяжести оно будет летать задом наперед…       Эйр продолжать гнуть свою линию. Согласился всобачить туда антигравы и ещё какую-то чертовщину, лишь бы оно оставалось большим страшным драконом. Как в книжке. Потом все бегали с поиском материалов для постройки, Альберт ругался на Эйра, но руководил сборкой, злорадно нависая с «не взлетит – пойдешь подметать листву на заднем дворе».       Таки взлетело. Не должно было в принципе, но взлетело.       Квик даже пытался оседлать дракона. Несколько раз падал, пока не сообразил, по какому принципу тот движется. А ведь, казалось бы, достаточно было один раз посмотреть код! Для чипа дракона был взят самый стандартный набор, использовавшийся в детских летающих роботах-игрушках и дополненный боевыми программами с беспилотных истребителей. Но нет же.       Код же слишком сложный, проще самому испытать, заставив Металла лично пересобирать брата после очередного падения.       От этих воспоминаний становилось тоскливо. Конечно, Квик уже той осенью демонстрировал далеко не лучшее поведение, успев на первых вылазках ознакомиться с пресловутой «свободой»… Но относился он ко всему этому иначе. Да, слишком беспечно, не понимая и не собираясь понимать, что он делает. Вел себя на редкость глупо и наивно, но, чёрт подери, не как слетевший с катушек маньяк-психопат.       «Я тебя предупреждал. Вы всё решили за меня. Я в этом не виноват».       Нет, а какого чёрта? Он же говорил с Квиком, не раз и не два. И накануне до перепрошивки управляющей программы, и непосредственно после этого, и через полгода после восстановления, начав замечать за братом явные отклонения от нормы. Последняя беседа была неожиданно короткой, в отличие от первых, но изменения к этому времени были уже слишком заметны, чтобы их игнорировать или списывать на что-то другое.       Закрыть процесс.       – Вы хоть представляете, где эти двое? – поинтересовался девятый. – База-то немаленькая. Может, кинуть запрос?       – Обойдутся! – ответил Вайли, вышагивая среди руин. – Ещё не хватало оповещать их. Проверка всегда приходит неожиданно!       – «И изымает всё оборудование», – закончил девятый номер, вспомнив один из многочисленных рассказов Альберта.       – Именно.       – Но почему вы уверены, что они именно там, куда мы идем?       – А где, по-твоему, может окопаться наш вентилятор? – потирая руки, спросил Вайли.       – В ангаре, – на автомате ответил Металл. – Но разве он не обрушен?       – Судя по тому, что показывает навигатор, – Вайли, не оборачиваясь, помахал гаджетом, – нет.       Альберт посмотрел наверх. По сторонам. Сощурился, разглядывая что-то.       – Мне вот интересно, это погода опять шалит или это…       Над островом уже завывал нарастающий ураган. Приглядевшись, Металл обнаружил наличие на периметре каких-то новых объектов.       – Знаете, шеф… – пробормотал робот. – По-моему, нас уже ждут.       – Отлично! Значит, к изъятию оборудования уже готовы!       Через несколько минут они были у лестницы, ведущей в подземный ангар. Конструкция имела разводной потолок под вертикальный взлёт и тоннели, выводящие к скалистому берегу – под горизонтальный. Потолок сейчас представлял собой нагромождение обломков, накрытых здоровенным хвостом меха-дракона и выглядел маленько прогнувшимся. Однако, похоже, ангар выдержал взрыв и падение на него этой туши.       Поразительно.       Спустившись вниз, под навес, Альберт прошел по лежащей поперек дороги двери, когда-то сорванную с петель и до сих пор не убранную. Металл шёл позади, вглядываясь в темноту, надеясь, что Вайли смотрит под ноги…       Отец двигался с подозрительно знакомым нарастающим энтузиазмом. С тем же, что один неугомонный робот загоняет в угол своих жертв. Надо ли спрашивать, в кого Квик такой? Конечно, все восемь чипов «вторых» проходили обучение на основе снимка сознания Вайли, пусть и с разным набором «наполняющей» базы из снимков других людей. Но черты характера отца у всех угадывались безошибочно.       Например, у многих наблюдалась крайняя упёртость вкупе с неумением видеть что-то дальше трех шагов впере… а, нет, не упал. И то хорошо.       – Ну что, лентяи, – гаркнул Вайли, пинком открывая дверь в конце лестницы, – проверка пришла по ваши…       Он замолчал, застыв на пороге. Металл выглянул из-за плеча отца. Встретился взглядом с Эйром. Фигура десятого номера вырисовывалась на фоне кромешного мрака ангара. Эйр стоял по стойке «смирно», вытянувшись, насколько позволял его негибкий и не особо-то антропоморфный корпус.       – Приветствую вас! – рявкнул он громогласно.       Вайли дождался пока эхо заглохнет. Сложил руки на груди, смотря на Эйра. Эйр смотрел на Вайли.       – Привет, бра… – осторожно начал Металл, но тут Альберт ожидаемо взорвался:       – Какого лешего, Эйр?! Чёртова банка! Ты прекрасно знал, что я тут, и устроил этот ураган? Ну-ка, на минуточку, ты, – он подошёл вплотную и ткнул пальцем в «нос» бота, точнее, место, где мог бы быть нос, если бы там не был обод вентилятора, – ты, гребаный кондиционер, хоть понимаешь, что…       Эйр с каменным выражением глаз – единственного, что хоть как-то замещало отсутствующую мимику – выслушал отца. До конца. «Прокашлялся»: динамик выдал невнятный звук. Только начал было говорить…       Но после первого же слога где-то наверху прозвучал дикий грохот.       – А это, – со смешком заметил Металл, когда грохот затих, – похоже, упала наша вышка. Не выдержала напора.       – Ты!.. – Вайли уже закатал рукава и готов был голыми руками вцепиться в лопасти вентилятора. – Я тебя…       – Это ещё раз подтверждает, что испытания нового погодного оружия прошли успешно! – возвестил Эйр, предусмотрительно отходя на шаг назад и держа руки за спиной.       – Какое ещё оружие?! Что ты…       – У нас всё идет по плану! – прервал бот.       – КАКОМУ ЕЩЁ ПЛАНУ?! – заорал Вайли.       – Аэроплану, – донесся из темноты голос Нидла.       – Живо, оба! – взвёлся Альберт, от которого исходили физически ощутимые волны ненависти. – Объяснение на бочку!       – Но у нас тут нет бочки, – возразил Эйр.        Прежде чем Вайли успел что-то сказать, бот убрал руки из-за спины и возвел к потолку указательный палец:       – Однако у нас есть ракеты. У нас есть инструменты. У нас есть боеприпасы. И, самое главное, у нас есть несколько прототипов и первый экземпляр нового воздушного флота!       – Воздушно… Чего?! Что ты несешь?!       Эйр снова «прокашлялся», снова убрал руки за спину, и вытянулся с видом заправского генерала.       – Итак. По порядку. Три месяца назад вы на мой вопрос отправили меня с заданием «посмотреть в сети», – начал он. – Дословно там были приказы «катиться на все четыре стороны», «делать, что хочешь», «достать, где хочешь» и прочие, включая «исчезнуть и не мешать». Поскольку одновременно на все четыре стороны покатиться я не могу, как и катиться вообще, этот приказ был опущен, как невыполнимый.       Вайли схватился за голову. Металл едва сдерживал смех, прислонившись к стенке. Он предвкушал закономерные последствия типичной отмазки с «посмотреть в сети», когда Альберту было лень объяснять что-либо.       Это от Снейка можно было ждать, что всё ограничится закачиванием огромного количества фильмов про живую природу и различных пособий по выживанию, вперемешку с мануалами по починке чего-нибудь.       Зная Эйра достаточно хорошо, Металл уже понял, что тот сделал.       – Так вот, – продолжал Эйр, и голос его звучал одновременно и официально, и вдохновлённо, и гордо: – Я посмотрел и проанализировал всю необходимую информацию в сети, как вы и приказали, а также ряд дополнительных источников. Помимо конструкторских и справочных пособий, я также перебрал всю историю Второй Мировой Войны…       Вайли смотрел по сторонам, и взгляд его бегал в поисках чего-нибудь тяжелого. Но ближайшими тяжелыми объектами были два робота, один из которых старался на отца прямо не смотреть, а другой продолжал вещать:       – …и таким образом, я пришёл к выводу, что нам нужен воздушный флот.       Металл закрыл рот рукой, чтобы не демонстрировать расплывшейся на всё лицо ухмылки.       – Так что, – сказал Эйр, не давая Вайли опомниться и отступая в сторону, – позвольте представить вам… Нидл! Включи свет!       Прозвучал звук выстрелившей иглы, звякнувшей по выключателю. Яркий свет резанул по глазам…       – Наш флот. ЭйроФлот! – ультимативно закончил Эйр. И добавил: – Пока что первый экземпляр.       Несколько секунд стояла гробовая тишина. Вайли переводил взгляд с Металла на Эйра, с Эйра на Нидла, обратно, а потом – на напичканный вооружением под завязку истребитель, похожий формой на ястреба. И снова на роботов.       Наконец, Альберту удалось взять себя в руки.       – Ну, по крайней мере, – выдавил он, – это не дракон.

Каньон Центральная станция, Блок С-19

      «Лента Мебиуса какая-то… это когда-нибудь закончится?»       Нет, Близнецы, конечно, представляли себе размеры внутренних структур, расположенных под станцией. Достаточно вспомнить, что глубина каньона превышает километр, что практически равнялось высоте современных мегаполисов вроде Монстерополиса.       Другое дело, что бот никак не ожидал, что их встретит настолько запутанная и сложная система. Помимо лифтовых шахт, вентиляционных ходов и лестниц здесь оказалось достаточно и прочих структур. Ничего не стоило заблудиться в этом лабиринте, ветвящемся во всех трех направлениях.       Вертикальный тоннель колодцем уходил вверх. «Помещение» располагалось близко к лифтовой шахте: с ближайшим подъёмником его разделяла стена, толщиной в пару-тройку десятков метров. Судя по надписям на стенах и предыдущей навигационной информации, он находился в блоке C-19.       Обозначение роботу не говорило ровным счётом ничего. Ну разве что номер был как у него самого.       Рядом шумели лопасти турбин, в некоторых местах гроздями свисали кабели. Определить назначение окружения не удавалось. Джемини быстро обнаружил, что в предустановленной базе данных вообще отсутствует внятная информация, которая могла бы помочь распознать хоть что-то здесь. Камень скалы, металлические обшивки, балки, какие-то блоки, прикрепленные к стенам…       Никакого освещения, а поврежденные сонары не позволяют оценить расстояние до объектов достаточно точно.       Двигаться приходилось очень осторожно. Не столько, чтобы не шуметь – во всём прилегающем блоке никого не было. Скорее – чтобы не навернуться вниз с перекладин. Конечно, условия были заметно лучше практически отвесной скалы, по которой несколько часов назад приходилось перебираться в сильный ветер, ливень, под обстрелом и практически вслепую. Только вот расслабляться не следовало: ситуация статуса критической не меняла.       «Ха-ха! Чувствую себя заправским разведчиком». – «До Снейка нам далеко, угомонись уже». – «Не ломай кайф».       Несмотря на всё, Джемини про себя веселился. Конечно, они и при визите на первую станцию старались не шуметь и оставаться незамеченными. По крайней мере поначалу. Теперь, когда всё стояло на грани провала, незаметность вышла на первый план. Зеркальный бот прекрасно понимал, что им с Квиком нереально повезло и их собственной заслуги в этом мало. Они допустили слишком много ошибок, и лишь по чистой случайности были живы и до сих пор не попались в руки охраны.       Как бы ни были оптимистичны все построения насчёт «добраться и вывести из строя», на деле всё было куда хуже.       DWN-019 не представлял, где находится блок управления. На первой станции была открытая уязвимость в программной защите, на которую ранее указал Флеш, со стороны Джемини требовалось только разобраться с непосредственным взломом с аппаратной части…       Так или иначе, управление могло запросто оказаться распределённым, с ограничениями доступа и внутри локальной сети, если цепи не вообще физически отделены друг от друга. Неизвестно, с какой точки можно безопасно вклиниться, неизвестно, смогут его отследить или нет. Неизвестно, хватит ли его собственных вычислительных ресурсов, пусть и в четыре потока на двух ядрах распределенных, чтобы всё точно и аккуратно вычислить.       В расчёт включались и другие факторы. Охрана. Поднятая тревога. Повреждения: задета часть датчиков и провода залило пластмассой оплавленного корпуса голографического модуля. Напарник, заставляющий сомневаться в его адекватности. И некоторые проблемы с тем, чтобы быть незаметным.       С другой стороны, несмотря на огромный список «но», который можно было продолжать и продолжать, бот чувствовал детский восторг, подкрепляющийся мыслью, что они справятся. Первое действительно серьёзное задание. Его надо выполнить. Они смогут.       Снейк бы справился – и они справятся. Обязаны справиться. Может, хоть это докажет, что они не во всём хуже.       Оптимистично-радостный настрой первого слота, впрочем, быстро был подавлен вторым.       «Хоть бы посмотрел сводку, “разведчик”», – недовольно огрызнулся Близнец. «Там же полная выкладка по всем станциям в этом каньоне». – «Но мы же смотрели, нет?» – «Наискосок, ага. Я кое-что интересное в ней вижу…»       В общий поток было закинуто несколько солидных кусков информации, дополненных комментариями. Вывод сводился к одному предложению: тут всё очень легко взлетает на воздух. На всех станциях была заложена система самоуничтожения.       «Охраняемый стратегический объект. Если мы не управимся быстро, они могут просто эвакуироваться и взорвать здесь всё к чёрту. Люди не любят, когда их убивают, сечешь?» – «Но я…» – «Да-да, знаю. Мне как-то наплевать, я жить хочу. А ты можешь и дальше оправдываться, только пошевеливайся уже».       Далеко внизу раздались чьи-то шаги и голоса, в темноте замелькали фонари, рядом по стене пробежал кругляш прицела.       Бот проворно метнулся в сторону, скрываясь в щели между двумя блоками в стене. Чуть не свалился, не заметив провала под ногами. Что-то противно звякнуло, внизу на платформах всполошились.       «Они же не доберутся сюда?» – попытался успокоить Джемини себя. И тут же возразил: «Есть куча способов. Если не считать того, что они видят тепловое излучение от нашей батареи». – «Да тут что угодно имеет тепловое излучение!» – «Мы сидим прямо под вентиляцией и… у них снаряжение есть для того, чтобы сюда добраться». – «Да ладно, они же не откроют стрельбу здесь, правда?..»       Откроют. А ещё поднимут тревогу.       Чертыхнувшись, Джемини бросился прочь из ненадежного укрытия, одновременно пересоздавая копию: двойник, ещё только что проверявший другой тоннель, материализовался на том месте, где только что был настоящий бот. И сразу кинулся в другую сторону. Две оставшихся копии до сих пор прочесывали другие ветки «лабиринта», но связь с ними грозила вот-вот оборваться из-за толстых перекрытий и глушения.       Снять задачу. Бот переключил оба вторичных потока на обсчёт текущей ситуации.       Выстрелы прошли совсем близко, один задел голограмму. Яркий всплеск – бот едва смог быстро пересоздать копию, надеясь, что никто не обратил внимания. Чуть не получил пулю сам – только запоздало дернулся, когда в стену прямо перед носом попал выстрел. Короткая замешка: свап слотов. Теперь настоящим телом управлял второй, пока первый взял на себя голограмму. Что Джемини удавалось хорошо, так это разыгрывать спектакль.       Именно этим копия сейчас и занималась, пока второй двойник шел в тылу у людей, оставаясь незамеченным.       – Ну и живучая мразь, – донесся голос одного из охранников. – Я же его задел!       Тем временем другие пытались подстрелить хотя бы одну из двух мишеней. Большинство патрульных до сих пор паниковали и вздрагивали от каждого звука, памятуя о недавней кровавой бане, и не рисковали подбираться близко. Но вот кто-то радостно крикнул: видимо, выстрел попал.       Видно было очень плохо, но противник, похоже, стал двигаться иначе и чуть медленнее, тем не менее, легко балансируя на перекладинах и по-прежнему уворачиваясь даже от прицельных выстрелов, будто бы предугадывая их. Заметив, что бот не отстреливается, киборги немного осмелели.       Однако нервы играли против них же – они не замечали деталей.       Постепенно, при виде удирающей без оглядки одиночной цели, холодящий ужас стал сходить на нет. В людях просыпался азарт охотников, загоняющих дичь. Почуявшие уязвимость раненной «добычи», подстегиваемые стремлением отомстить за убитых товарищей, киборги двигались все уверенней и уверенней, загоняя жертву – как заметил кто-то знающий – в глухой угол, в тупик.       В какой-то момент люди и боты, продвигающиеся вверх, потеряли из поля зрения обоих. Оставалось только пробраться наверх: как минимум одна из двух мишеней физически не могла находиться в другом месте.       – Сколько их? – спросил один из охранников, взбираясь.       – Ранее зафиксировано четыре цели, – отозвался синтезированным голосом соседний Джо. – Первый отряд также докладывал о четырех целях. Возможно наличие у противника голографических систем.       – Ты ещё мне скажи, – процедил охранник, – что голограммы могут обманывать тепловизор…       Никто, похоже, даже не догадывался обернуться, все смотрели наверх, максимум – проверяли фланги.       – В условиях наведенных помех и окружения вероятна некорректная работа тепловизора.       – Голова у тебя некорректно работает, жестянка, – сплюнул человек. – Почему эти ублюдки из управления не могут включить свет? Я ничего не вижу даже с подсветкой.       – Оптимальное решение – отключение поля ЭМП, – отозвался робот, взбираясь следом. – Не оказывая существенного влияния на системы противника, помехи нарушают работу систем союзников, – он указал на механизированный корпус киборга, – ваше оборудование в большинстве, и мозговые импланты в частности, не адаптированы к электромагнитным помехам, как и наши системы. Всё крыло ДБ-74 докладывает о нарушениях работы…       – Заткнись уже!       Завывала тревожная сирена. Кто-то из Джо вскарабкался вверх по тросу, перемахнул через балки… и тут же полетел вниз с прожженной лазером грудью.       – Ха! Он тут! – гаркнул кто-то. – Всё, сука, попался!       С ликующим воплем киборг кинулся в ту сторону, откуда пришёл выстрел, ловко перебираясь по перекладинам. Он практически увидел противника: робот зажался в тень и, похоже, был подбит. Открыть огонь, просто уничтожить эту мразь, пока она не пальнула в ответ…       Внезапно к тревоге добавился новый визг сигнализации, сквозь шум в передатчиках раздался истошный крик:       – Нарушитель в блоке А-10! Повторяю, нарушитель в А-10! Это…       – Та тварь! – раздался второй голос. – Мы пы…       Связь захлебнулась какофонией звуков, поверх которых через несколько секунд задержки через помехи раздался отчётливо-синтезированный холодный голос:       – Плохо пытаетесь, – после чего в эфире повисла тишина.       Ещё через секунду сквозь грохот выстрелов наверху в C-19 раздался чей-то громкий крик, за которым последовал взрыв и вспышка света, озарившая половину этажа.       Первый слот, только что контролировавший голограмму, пребывал в состоянии лёгкого шока: вообще не ожидал подобного разворота событий, как и внезапного уничтожения голограммы. Однако имитирующие сенсорные системы в голографическом модуле попросту оглушило. Оригинал вцепился мертвой хваткой в перекладины: его только что чуть было не снесло вниз, когда дошла ударная волна.       «Идиоты», – вынес вердикт второй слот, смотря на огонь внизу. Первый медленно приходил в себя: «Что это было?»       Горело ярко, освещения хватало, чтобы различить, что там происходит. Что-то с грохотом обрушилось вниз. Пламя зацепило ещё один блок… последовал новый взрыв, заставивший невольно сжаться. Судя по всему, там сейчас всё превратилось в огненный ад, и вряд ли в живых кто-то остался. Такой взрыв должен был просто в куски разнести всю группу.       В очень хорошо прожаренные и нафаршированные куски мяса.       Стало не по себе. Несмотря на практически отсутствующий опыт общения с людьми, по-прежнему остававшимися для него какими-то чужими существами, боту становилось очень плохо от этой мысли. Если на трупы, которые оставлял за собой Квик, ещё можно было постараться не обращать внимания, закрывая глаза и не думая о том, что их нельзя восстановить, как роботов, то здесь…       AFL сжималась предупреждающей электрической удавкой. Он же не мог знать, что те блоки, между которыми пряталась прикидывающаяся подбитым оригиналом копия, настолько взрывоопасны…       Не он же в них стрелял!       «Я В ЭТОМ НЕ ВИНОВАТ!»       Рядом что-то коротнуло. Надо было держаться подальше от кабелей: похоже, теперь весь «колодец» после повреждения стал подобен электрическому капкану. Новая вспышка внизу, сопровождаемая осколочным грохотом, заставила очень резво полезть наверх. Надо было срочно искать, как убраться из этого сектора, пока тут что-нибудь ещё не рвануло, а то и вовсе не обрушилось.       Снять задачу. Снять задачу. Снять задачу!       Думать о чём угодно, лишь бы мысли не возвращались к тому, что только что произошло внизу.