Лето кошмаров

Все мафиози кинулись в то место, откуда слышался истошный крик подрывника. К парням присоединились девушки, которые до этого беззаботно переговаривались и занимались готовкой на светлой кухне. Однако стоило только всем приблизиться к мансардной на втором этаже, как путь подросткам перегородил Мукуро. — Ку-фу-фу, попрошу девушек и Ямамото-куна удалиться с этого места. — Гадкая улыбка на лице иллюзиониста, но довольно-таки обеспокоенные глаза. — Наги, милая, уведи их подальше. И сама не смей приближаться к этой комнате, пока я не разрешу. — Хорошо, Мукуро-сама, я поняла. Киоко, Хару, прошу за мной, — как всегда почти безэмоционально проговорила Докуро. Она все еще слушалась своего ненаглядного Рокудо Мукуро, хотя уже и не была таким нужным проводником его души. Слабый, но прекрасный пол решил, что парни потом сами все расскажут им, а пока не стоит мешать. Хроме взяла за руки девушек, которых могла бы даже назвать подругами, и повела их назад вниз. Перед лестницей Киоко все же обеспокоенно посмотрела сторону своего братика. Однако Такеши не хотел уходить с места происшествия, пока не узнает правду. — Мукуро, пропусти меня немедленно! Что вы там нашли? — не унимался бейсболист. — Нет, Ямамото, он прав. Посиди пока где-нибудь. До окончания расследования. — Немного пошатываясь, в проеме показался и Гокудера. Его лицо было таким, словно он съел стряпню Бьянки. Что касается старшей сестры Хаято и остальных мафиози — они уже давно были в помещении и были согласны в решении не впускать бейсбольного друга, дабы не шокировать его находкой. — Да что вы там все скрываете от меня такого!!! — закричал Такеши, оттолкнул «преграду» в виде своих товарищей и ворвался в комнату под потолком. Никому так и не удалось его остановить, хотя удержать пытались три пары рук — Мукуро, Бьянки и Тсуна. Мансардная была залита дневным светом. Повсюду разбросаны подушки, мягкий пледик, игрушки. Стоял шкаф с книгами и вазочка с печеньками. Все бы ничего, но правая стена была пробита, и явно — динамитом хранителя Урагана Вонголы. Ямамото подошел ближе, дабы рассмотреть масштабы катастрофы. Но увидел он совсем иное. Там, в стене, была еще одна мини-комнатка в три шага поперек и два шага вдоль. Ее можно было бы использовать как чулан или стенной шкаф. Но Ямамото встретил лишь пустоту, многолетнюю пыль и паутину…и…труп…. Хотя трупом ЭТО называть поздно — кожи не осталось совсем; видно, что телу уже много лет. Кости переломаны и буквально собраны, как модель машины или же пазл. Это говорило о том, что скелет, скорее всего, кто-то принес сюда намеренно. Принадлежал он явно женщине средних лет, об этом говорило строение скелета. Вся эта картина заставила Такеши пошатнуться и отойти подальше от злосчастного чулана. Он не мог поверить в подобную находку в доме своей подруги детства. Но больше всего сейчас он боялся узнать, кому принадлежал труп. Он боялся слышать ответ. Мечник прислонился к противоположной стене и закрыл глаза тыльной стороной ладони. Теперь понятно, чего так испугался Гокудера. И только сейчас парень учуял запах смерти в комнате. Интересно, а до взрыва он чувствовался? Или пахло вкусным печеньем? Но от неприятных мыслей отвлекла рука, что легла на его плечо. — Мы хотели уберечь тебя от этого зрелища. Я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Но все подтвердится после экспертизы, которую хочет провести Реборн. Может, выйдешь на свежий воздух? — справа от бейсболиста стоял босс семьи — Савада Тсунаеши. Он обеспокоенно осматривал друга, как будто читая его мысли. Да и само Небо Вонголы перепугалось не на шутку. — Нет, я проверю как там ребята в зале. Их, наверно, тоже перепугал крик Гокудеры, — как-то отстраненно произнес Ямамото и пошел неуверенным шагом в сторону первого этажа.

*** Первый этаж, зал. Сразу же после крика Гокудеры***

— Нееет! Это случилось! — первым панике поддался дворецкий. Он заметался из стороны в сторону. Но его связку ключей предусмотрительно забрал Реборн, так что возможности выбраться наружу не было. Мужчину пугало то, что сейчас перед ним три носителя фамилии Икэда. И если там, наверху, никто не умер, то где гарантия, что этим «кто-то» не станет Хамато? — Уйдите, предвестники смерти! Уйдите, иначе… иначе я убью вас! И после этого выкрика мужчина схватил за ножки довольно-таки тяжелый деревянный стул и начал махать им в сторону подростков. Гин попытался спрятать за собой сестер, которые были напуганы даже больше, чем мужчина. Азу тут же упала за диван и начала рыдать навзрыд. Хрупкая Сатоко же вышла вперед и направила в сторону мужчины маленький складной ножичек-бабочку, который вытащила из заднего кармана шорт. — Положи стул и уйди в другую часть комнаты. Иначе я могу ранить тебя. Это приказ, — как-то спокойно проговорила старшая сестра Гина и Азу. Эта холодность в голосе заставила мужчину замолчать, хотя до этого он без умолку кричал набор несвязных слов о своей жизни и проклятии. — Я сказала, поставь на место стул и уйди как можно дальше от нас! Азу все еще плакала за диваном, спрятав лицо в ладонях. А Гин все еще пытался осознать, что творит Сатоко и откуда у нее нож? Хамато вроде бы начал опускать руки с мебелью, и вроде бы можно расслабиться, но… Но тут с несвойственной для преклонного возраста дворецкого скоростью мужчина ринулся в сторону Сатоко, замахиваясь увесистым деревянным стулом на хрупкую девушку. Однако она легко уклонилась от удара и уже было хотела поразить бабочкой цель в области груди, как девушку кто-то потянул назад. Гин… брат оттянул ее назад и отбросил на диван, а сам подставился под удар. Когда же спинка из дуба достигла своей цели — головы Гина — Хамато бросил свое орудие и кинулся к дверям, стуча по ним и крича: «Выпустите! Помогите!». В этот момент Сатоко с широко открытыми глазами наблюдала, как Гин пошатнулся, притронулся к кровоточащему затылку кончиками пальцев, а затем упал навзничь, еще сильнее повредив затылок. Его глаза невидяще смотрели на потолок. И только после всего этого Сатоко будто очнулась ото сна и бросилась к брату, все еще держа в руках нож.

***

И именно такую картину застал Ямамото, открывший дверь с той стороны: Азу сидела за диваном и все еще громко рыдала, дворецкий с перепуганными глазами замер с занесенными кулаками (намереваясь продолжить колотить дверь). Но больше всего его поразили старшие из подростков — Гин лежал на полу, в области головы и шеи уже образовалась небольшая лужа крови; Сатоко же склонилась над ним с ножом в руках и обеспокоенно смотрела на брата. — Что… что здесь произошло? — не отойдя от одного шока, Такеши вновь впал в ступор. Его голос был уставшим, а глаза — измученными. — Эта… ЭТА НЕНОРМАЛЬНАЯ ХОТЕЛА УБИТЬ НАС ВСЕХ! И ОНА УБИЛА БРАТА!!! — с неадекватными глазами кричал дворецкий, брызжа слюной. — Неправда! Это ты ударил его! — начала так же громко оправдываться Сатоко. — Они страаааашные! — подала голос из-за дивана Азу, неуверенно выглядывая из укрытия. — Так, всем нужно успокоиться. Но самое главное — оказать первую помощь Гину! А лучше — вызвать скорую. — Не надо скорую, — тихо прохрипел Гин, переворачиваясь на бок и стараясь встать. — Нужно остановить кровь — и я в порядке. Только голова болит сильно. — Гин! Гин! Братик! — девочки кинулись обнимать пострадавшего, стараясь не сильно тревожить его. — Я так испугалась! Зачем? Зачем ты оттолкнул меня? — чуть ли не плача, пропищала Сатоко. В миг, когда ее драгоценного брата ранили, вся ее холодность испарилась. — Чтобы ты случайно никого не ранила. Ребята и так подозревают тебя. Моя задача — уберечь тебя, сестренка, — тихо и размеренно говорил Гин, гладя Сатоко по голове. К тому моменту уже прибежала Азу с аптечкой и начала обрабатывать рану на голове брата. Все уселись в зале, и Такеши заставил их пересказать инцидент. Наконец, разобравшись во всем, дворецкий удалился, сказав, что ни за что не подойдет больше к этим проклятым детям. Его слова звучали обидно и задевали за живое, от чего хотелось плакать. Но хорошо, что хранитель Дождя был мягким парнем. Он вынес вердикт, что все это — несчастный случай на фоне паники. И винить тут некого. Чуть позже спустились и остальные. Собравшись все в том же зале, где уже убрали следы крови, Реборн заговорил: — В мансардной комнате, благодаря тому, что Гокудера и Мукуро повздорили, был найден потайной чердак, или комнатка — как вам угодно. Там был обнаружен скелет, я сразу предположил, что принадлежал он женщине. Благодаря реальным иллюзиям Мукуро и перевоплотившемуся Леону мы смогли создать оборудование и определить личность погибшего. Честно сказать, я надеялся, что это чей-то розыгрыш. Но увы, — при этих словах бывший аркобалено сильнее натянул на глаза шляпу — его извечная привычка. — Данный скелет принадлежал… твоей маме, Ямамото… извини. В этом последнем слове было столько боли, будто Реборн извинялся перед Ямамото за смерть матери. Будто это он был виноват, что не смог предотвратить случившееся. Глаза всех присутствующих, кто услышал это впервые, расширились от ужаса и страха. А те, кто присутствовал на «опознании», сидели как в воду опущенные. Всем сейчас было нелегко. — Этого… этого быть не может. — Азу тихо прошептала, но тишине комнаты все отчетливо ее слышали. — Мы… мы похоронили ее, как и положено. Никто и никогда бы не осквернил ее могилу. Я клянусь вам! Такеши, верь мне! — девочка буквально умоляла парня поверить ей, будто это поможет ему справиться с болью в груди. — Я верю… но позвольте мне побыть одному. После этой короткой фразы Ямамото встал с насиженного места и, не оборачиваясь пошел к выходу. И уже почти покинув комнату повернулся и впился взглядом в черные глаза Реборна. — Я хочу, чтобы вы раскопали могилу на заднем дворе. Убедитесь, что она пуста. Я буду… я сам выйду, когда посчитаю нужным. После этого он ушел… не сказав никому не слова. Азу вновь зарыдала, чем разозлила некоторых присутствующих. — Да не реви ты, надоела уже! — прикрикнул на девушку Гокудера, который уже оправился от шока. — Да, это ЭКСТРИМАЛЬНО не поможет! — добавил Рехей. — Травоядное, ты меня раздражаешь, — накинулся на Азу Кея, сверля ее злым взглядом. — Вы плохииие! Не люблю вас! — заплакала пуще прежнего миниатюрная девочка и выбежала из комнаты вслед за женихом. — Может зря мы так? Она все-таки переживает, — попытался усмирить хранителей босс Вонголы в Десятом поколении. — Некогда вам еще и между собой ругаться. Нам нужно выполнить просьбу Ямамото, если вы не забыли, — напомнил репетитор и первым выдвинулся в сторону выхода.