Воспламенение

- Сегодня мы поговорим о теории струн, - сказала мисс Джиллиан, строча что – то на доске. – Кто – нибудь из вас знает, что это такое? Как только эти слова слетели с ее губ, Мара увидела десятки нетерпеливо подрагивающих поднятых рук. Она вздохнула и отвернулась, предпочитая смотреть в окно, а не на тех блестящих учеников, пытающихся получить две секунды славы, ответив на вопрос учителя. Конечно, она тоже знала ответ на этот вопрос. Это было очень распространенным явлением, известным почти каждому человеку. Конечно, сторонний наблюдатель мало что знает об осложнениях и механике, не придерживается этой теории и, к сожалению, не понимает ее сути. Теория всего. У нее не было желания вскочить со своего места, словно бешеная обезьяна, как поступали ее одноклассники. Все они были умными студентами (иначе, зачем им занятия по физике?). Тогда какой в этом смысл? Мара была обеспокоена, поскольку ребята уж очень явно конкурировали. Их необходимость в тестостероне, даже в науке, выглядела жалко. И если ты не можешь блеснуть мужеством, как остальное население, то выделяйся в том, в чем разбираешься. Может это слабая попытка произвести впечатление на трех девушек, находящихся в классе (в том числе и на Мару). У них до сих пор этого не получалось. Мара подперла подбородок рукой и продолжила бессмысленно смотреть в окно. Это был хороший день. Она могла чувствовать, как слабый ветерок задувает в окно сквозь крошечные трещины в деревянной раме. Девушка закрыла глаза. Да, сейчас, безусловно, гораздо теплее, чем вчера вечером. Она снова открыла глаза. Прошлым вечером… Ну, прошлым вечером произошло много событий. Странных, неожиданных, утешительных, но, в основном, неловких. И «неловких» означает появление Алфи, заставшего их в таком положении и намекающего на свою осведомленность в течение всего ужина. Неловких, так как оказалось, что Алфи рассказал обо всем Эмбер, которая в шесть утра начала советовать «как нужно действовать, чтобы привлечь парня». Неуклюжих, словно гигантский слон, ведь если ты находишься в той же комнате, то обязательно будешь тем – кого – нельзя – называть - по - имени. Да, это очень неудобное развитие событий за столь короткий промежуток времени. - Что на счет тебя, Мара? Мара поспешно подняла голову при упоминании ее имени. Она моргнула. - Да? – она чувствовала, как множество взглядов буквально сверлили в ней дырки. Просто отлично. Еще один пункт для ее «неуклюжего» списка. Мисс Джиллиан вздохнула и повторила вопрос. - Я спросила, знаешь ли ты что – нибудь о происхождении теории струн? - Хм, да, знаю. Становление теории струн пришлось на 1968 год – резонансную модель Дуэля. В общей сложности было пять таких теорий. Однако, в 1990 году, их все объединили в одну, образуя М – теорию. Мисс Джиллиан выглядела удивленной. - Правильно! – прогудела она взволнованно, словно ребенок рождественским утром. – Превосходно! Я вижу, что кто – то на самом деле прочел учебник, - ее глаза замерцали. - Эм, спасибо, мэм, - пробормотала Мара, чувствуя, как горят ее щеки. Почему она не могла держать рот на замке? Теперь она будет излюбленной мишенью учителя для случайных вопросов. Девушка вздохнула про себя. Она на самом деле прочла книгу и запомнила текст. Хуже всего было то, что она впечатлила класс ботаников. Для них девушка считалась «горячей», если она разбиралась в расширенном курсе физике на одном уровне с ними. Она надеялась, что никто не начнет подкатывать к ней. Девушка уже итак натерпелась от других нормальных (возможно нормальных) парней, так что даже не хотела думать о попытке защиты от супер гениев. Она посмотрела на циферблат часов. Тридцать пять минут от урока уже прошло. Вроде она уже отмучилась. Наверное. - Мара, а ты случайно не знаешь различия между строками типа IIA и IIB? А может, и нет… _______________________________________________ Звук школьного звонка был музыкой для ушей Мары. Наконец – таки, подумала она, быстро засовывая вещи в сумку. Наконец физика закончилась. Это были худшие тридцать пять минут ее жизни. А у нее было много таких моментов. Один за другим мисс Джиллиан задавала ей вопросы, которые только приходили ей в голову, игнорируя остальных учеников. И, конечно, Мара знала ответы на большинство этих вопросов. Если не сказать - на все. С каждым разом вопросы становились все труднее и труднее. К концу урока учительница села на свое место и буквально светилась от счастья, глядя на Мару. Это было плохо. Очень плохо. Засунув последние книги в сумку, Мара подхватила ее и бросилась вон из класса, но прежде чем она смогла это сделать, девушка почувствовала, как с полной силой во что – то врезалась. Удар был достаточно сильный, и девушка почувствовала, как начала падать назад. Мара закрыла глаза в ожидании боли. Но она так и не наступила. Вместо этого она почувствовала сильную руку, обернувшуюся вокруг ее талии. Когда она поняла, что это было, девушка открыла глаза. Это был кто – то весьма забавный. Массивный подбородок, угловатое лицо, чувственные губы и самые прекрасные зеленые глаза, что только видела Мара. Она смотрела на парня, даже забыв, что она до сих пор находится в его руках. И он смотрел на нее. Через несколько секунд он заговорил. - Ты в порядке? - Эммм, - она кивнула, не в состоянии сказать еще что – либо. Даже его голос был сексуален. Он был таким насыщенным и успокаивающим, что заставлял пальцы Мары загибаться в туфлях. А потом Мара наконец поняла, в каком положении они находятся. - О, мой Бог! – сдавленно произнесла девушка и рванула из его рук. – Мне так жаль! Я должна была смотреть, куда иду. Я просто пыталась выйти из класса… Ох, книги упали, - она присела на корточки и принялась собирать рассыпавшиеся вещи. Ее сумка тоже упала и теперь валялась открытой. Книги, карандаши и прочая мелочь сейчас валялась на полу и люди, проходившие мимо, иногда наступали на них. Мара выругалась. Сегодня определенно феерический день. - О, ну я ведь тоже виноват, - ответил красивый незнакомец, присев рядом с ней и начав помогать собирать вещи. – Я не смотрел, куда иду. Но я знаю, почему тебе так хотелось поскорее вырваться из класса. Джиллиан. После ее выходки. Я бы поступил так же, окажись на твоем месте, - он протянул ей ручку. Мара моргнула и взяла ручку из его протянутой руки. - Ты в моем классе? Незнакомец, который видимо был в ее классе, рассмеялся. - Как не прискорбно, но у тебя в школе репутация девушки, что не замечает людей в собственном классе. Мы учимся вместе уже четыре месяца, и ты знаешь, что у тебя нет никаких оправданий по поводу того, что ты не узнала меня. Мара открыла рот, а после закрыла его. - Ладно, ты прав. Но, как правило, я ни на кого не обращаю внимания на физике. А зачем? Все равно я буду учить это самостоятельно, - это прозвучало дерзко, ног она сделала это не специально. Просто так получилось. Может, ей просто стоит заткнуться. Это может спасти ее от дальнейшего унижения. - Ну, это имеет смысл. Общаться только с учителем и смотреть в окно. Хотя кому оно нужно – общение это – когда у тебя есть книга, верно? – они оба встали, и он передал ей папку. - Ты издеваешься, да? – спросила Мара. – Это не очень хорошо. - Ну, я вроде как не очень хороший парень. - Я никогда не говорила тебе о своей жизни! Я даже с тобой незнакома. Кто ты? Незнакомец улыбнулся и протянул правую руку. - Ну, теперь знакомы. Привет, я Брендон. Я тоже занимаюсь физикой и чуть не устроил тебе сотрясение мозга в момент знакомства. Как дела? Мара хихикнула и пожала его руку. - Ну привет тебе, Брендон. Я Мара, и мне очень жаль, что я врезалась в тебя и забыла, что мы учимся вместе. Думаю, это досадный промах для школьного представителя, да? - Я бы так не сказал, но ты могла бы и лучше запоминать лица, - пошутил Брендон. – А теперь, я думаю, тебе нужно поспешить на другой урок до того, как… - его прервал школьный звонок. – Он начнется. Эээ, прости? Мара рассмеялась. - Все в порядке. Мне нужно на рисование. И мое первое опоздание. Но это не имеет большого значения. А что на счет тебя? Разве ты не опаздываешь? - На самом деле, - заявил Брендон, забирая у нее учебники, - у меня сейчас свободное время. Так что я могу проводить тебя на занятия. Прогуляемся? - Я не знаю… - заколебалась девушка. - Ну, давай же. Я не кусаюсь, - он хитро улыбнулся девушке. – Если только ты сама этого не захочешь. Конечно, я не кусаюсь, если только ты сама этого не захочешь. На Мару нахлынули внезапные воспоминания, и она немного покачала головой. Откуда это взялось? Может, эта неловкая встреча напомнила ей разговоры с Джеромом. Может так оно и есть… - Хорошо, - она вздохнула, признавая поражение. –Я думаю, ты не помешаешь мне. Улыбка вспыхнула на его лице. - Отлично! Пойдем. _____________________________________________ - Немедленно рассказывай мне все. Что вы делали с Брендоном Конроем? Я думала, ты встречаешься с Джеромом, - спросила ее Эмбер, как только Мара опустилась на свободное место около нее. – Ты ему изменяешь? - Что? Нет! Эмбер, объясняю в последний раз. Я не встречаюсь с Джеромом, - заявила Мара, вытаскивая планшет для рисования. – И да, это был Брендон. Я не знаю его фамилии, так что не могу сказать, Конрой он или нет. - Ой, пожа - а – а – алуйста, - Эмбер закатила глаза. – Это просто фигура речи. Всем известно, что Брендон носит фамилию Конрой. Как это можно не знать? И откуда ты его знаешь? - Гм, мы занимаемся вместе на физике. - И ты говоришь мне это только сейчас? Отличный способ держать нас в неведении, Мара, - глаза Эмбер расширились. Мара закатила глаза. - Я ничего не скрывала, Эмбер. Я только сегодня узнала, кто это. И это случилось, когда я практически упала в его объятия. - Кто упал в объятия? – спросила Патрисия, подходя к столу и держа в руках различные художественные средства. Нина маячила где - то сзади. - Мара, - уточнила Эмбер. – К Брендону Конрою. Патрисия приподняла бровь. - Правда? Конрой? Подходящий парень. Не говоря уже о его популярности. - Выпускник, - добавила Эмбер, макая свою кисть в ярко – розовую краску. - Подожди – ка, он выпускник? – спросила сбитая с толку Мара. – Правда? - О, Мара, может кто – то и считает тебя умной, но я уверена, что ты очень глупа, - сказал Эмбер, рисуя цветок на своем листке. – Даже Нина знает, кто он такой, хотя пришла только в этом году. - Кого я знаю? – спросила Нина, усаживаясь рядом с Патрисией напротив Мары. - Брендон Конрой, - сказала Патрисия, рисуя на своем листе что – то напоминающее летучую мышь. – Видимо Мара обнималась с ним. - Не правда! – запротестовала Мара. – Я падала, а он поймал меня. - Или это ты так говоришь, - предположила Патрисия. - О, высокий темноволосый чувак из футбольной команды? Ну, в той, что Мик, да? Разве он не выпускник? – спросила Нина, медленно вырисовывая глаз. – Он действительно горячий. - Вот видишь! – воскликнула Эмбер. – Даже Нина знает, кто он такой. А ты не знаешь, Мара. И он в твоем классе! Ты просто не обращаешь внимания на подходящих парней. - Разве «чувак» - это не ковбой, Нина? – спросил Мара, не обращая внимания на восклицания Эмбер. Нина остановила кисточку на не до конца прорисованных ресницах. - Ну, если воспринимать все буквально. Но в Америки мы используем это слово для описания мальчиков. Как вы говорите, мкх, парень. - О, ладно, - Мара кивнула. – Это имеет смысл. - Приве – е – е – ет, - прервала их Эмбер, махнув кисточкой. – Можем мы уже прекратим разговор о чуваках, парнях или как там еще и поговорим о том, что происходит у Мары с Брендоном? - Смотри у меня, Эмбер, - предупредила Патрисия, с опаской глядя на кисть. – Если ты хотя бы капнешь на меня, ночью я покрашу твои волосы в черный цвет. Эмбер откинула волосы за спину. - Пожалуйста, Патрисия. Ты же знаешь, что мне не идет черный. Если уж на то пошло, то я предпочитаю коричневый. - Я думала, что черный подходит всем, - перепутала Нина. – По крайней мере, я думаю, что он со всем сочетается. - Подходит, - согласилась с ней Патрисия, прикрыв один глаз, чтобы лучше рассмотреть свой рисунок. – Поверь мне. - О, хорошо, - доверительно сказала Нина Маре. – Доверяй – девушке – что – всегда – носит – черный, - Мара рассмеялась в ответ. - В любом случае, вы с Джеромом встречаетесь или нет? – спросила Эмбер. - Ты встречаешь с Джеромом? – в унисон поинтересовались Патрисия и Нина. – С каких это пор? Мара обессилено уронила голову на стол. - Во имя Христа, я не встречаюсь с Джеромом! - Но Алфи видел, как вы… - начала Эмбер, но Мара оборвала ее. - Нет. - Но он… - Не – е – е – ет. - Видел… - Б - з - з - з … - Вы… - Захлопнись. - Вместе… - Нет. - Но… - Брось, Эмбер, ему показалось. Лицо Эмбер загорелось. - Но, Мара! – разбушевалась Эмбер. – Я верю Алфи, если он, конечно, не врет мне… Мара вздохнула. Она не хотела рушить их отношения своим враньем. - Нет, Эмбер, он не врал. - Я так и знала! Я была права! - Нет, не была. - Ладно, - вскрикнула Патрисия, ударив ладонью по столу. – Что происходит? - Ничего, - раздраженно ответила Мара. – Пожалуйста, Эмбер, поверь мне. Если бы что – то и было, я бы сказала тебе. - Обещаешь? - Обещаю. Эмбер улыбнулась. - Ладно! Теперь поговорим о Брендоне. Он тебя пригласил? Нина моргнула. - О чем вы? - Я не знаю, - ответила Патрисия, пририсовывая летучей мыши, что она называла искусством, красные глаза навыкате. – Но это похоже на перемирие. - Почему Брендон должен был меня пригласить, если я узнала о его существовании буквально пять минут назад? – заявила Мара, рисуя цветок. По крайней мере, она надеялась, что это именно он. Сейчас же ее рисунок выглядел, словно мутирующая веточка. – Вам не кажется странным мой цветок? - Это цветок? – воскликнула Патрисия, прищуриваясь. – Я думала, ты рисуешь палочки для еды. - Ну иначе зачем он провожал тебя до класса? – допытывалась дальше Эмбер. – Очевидно, ты ему понравилась. - Гм, может он чувствовал себя виноватым за то, что заставил меня опоздать на урок? – саркастически ответила Мара. - Спокойнее, - прервала ее Нина. – В словах Эмбер есть смысл. Я не знаю такого парня, что провожал бы девушку до класса лишь потому, что сбил ее. Чаще всего это выглядит так «О, какой кошмар. Пока». - Может здесь более вежливые парни, чем в Америке – началась дразнить Нину Патрисия. – Я имею в виду, что вы – американцы – довольно – таки грубые люди. Нина изогнула бровь. - И это мне говорит тот человек, что вел себя как полная сука, когда я только приехала сюда. - Ладно, ладно, признаю, я была сукой. Но разве меня можно винить за это? - Действительно, - рассмеялась Нина. – Я рада, что ты признала это. - Да, да, - проворчала Патрисия. – Так что же ты собираешься делать с Брендом, Мара? Мара моргнула. - А почему я должна что – то с ним делать? Три девушки кивнули: - Почему? - Потому что он такой ми – и – и – илый, - мечтательно произнесла Эмбер. – И проявляет к тебе интерес. А так как ты свободна, почему бы не согласиться? - Эй, я тоже свободна, - вставила Патрисия. – Как на счет меня? - На счет тебя? – переспросила Эмбер. - На счет тебя и Джерома? – рассмеялась Нина. – Я вижу химию между вами. - О - о - о, да! Вы были бы классной парой! – завизжала Эмбер. – Правда, Мара? - Ага, - тихо ответила Мара, - классной, - по какой – то причине она чувствовала себе неловко при мыслях о Патрисии и Джероме, несмотря на то, что они просто шутят. - И – и – у! Нет! – вскочила Патрисия. – Это сама отвратительная вещь, что я слышала! - Патрисия! – прошипела учительница рисования. – Сядь на место и замолчи. - Э – э – э, простите, мисс, - сказала Патрисия, медленно садясь на стул и бросив на девушек недовольный взгляд. – Этого больше не повториться. - Да уж, надеюсь, - мрачно пробормотала учительница. – Ох уж эти дети из Анубиса. Клянусь, они меня доканают. - Да неужели? Это потому, что мы кайфовые, - прошептала Патрисия, рассмеявшись. __________________________________________