Дурная репутация

- Гарри, Эрика Принц умерла, - мир исчез, слившись к матовой тьмой. – Она умерла еще в середине мая, Гарри, - торопливо заговорила Гермиона. – Все думают, что девушка, которая училась в Хогвартсе все это время – не она. - Что? – безумие этих слов согнало всю тоску. – ЧТО? - Вчера в отделе переписи нашли запись о том, что Эрика Принц умерла девятнадцатого мая. Черт его знает, Гарри, как они вообще наткнулись на ту запись! Но Книга переписи не может врать – там… - Даты рождения и смерти всех магов за все времена, - глухо закончил Поттер. - Гарри, Эрику – ту Эрику, которая училась в Хогвартсе арестовали вчера, - лихорадочно продолжила Миона. – Она в Азкабане на допросах. Глаза мага широко распахнулись от ужаса услышанного. - Миа, - схватив девушку за руки, прохрипел он. – Миа, проведи меня к ней. - Гарри, но… - Миа, заклинаю, - полузадушено застонал он, уткнувшись лицом в кисти подруги. - Хорошо, - слабо ответила девушка, с удивлением наблюдая за тем, как Поттер подскочил с кресла и метнулся в спальню. Освежив себя чарами, волшебник быстро менял старую одежду на новую, на ходу запихивая себя в брюки, рубашку и мантию. Выскочив назад в гостиную, он нелепо пригладил волосы и протянул руку Грейнджер. - Идем! - Гарри, - не двигаясь с места, произнесла девушка. – Эта девушка – не дочь Северуса Снейпа. Ты ув… - Пусть хоть сама Моргана, - блеснул глазами маг. – Я должен ее увидеть. Сказав, что Гарри Поттер не любил Азкабан, нельзя было передать и тысячной доли его неприязни к этому страшному, пугающему до седин месту. Крепость, владение демонов, скрытых черными балахонами. Материализовавшаяся горечь и отчаяние, крах надежд, бездна, заполненная жаждой смерти и безумием – вот чем был Азкабан для Гарри. Сейчас он шел по коридору, старательно игнорируя когтистую, гниющую лапу дементора, свисавшую едва ли не до каменных плит. Демон вел их по лабиринту коридоров, где ориентировался только он сам и подобные ему монстры, но обычный волшебник сгинул бы. Было сыро, пахло морем и погребом. Факелы чадили и нисколько не согревали застоявшийся, холодный воздух. - Десять минут, Гарри, - останавливаясь напротив двери, на которую указал страж, произнесла Гермиона. – Я буду ждать здесь. Маг кивнул и вошел в камеру. Это была странная и даже сюрреалистичная картина: серый и черный булыжник, настоящий каменный мешок с единственным окном, зарешеченным чугунной арматурой. Подвешенная на толстых цепях «кровать» - четыре доски и набитый затхлой соломой матрас. Поеденное молью одеяло. Стоящее в углу ведро вместо туалета, в противоположном углу – алюминиевая миска с нетронутой едой. И среди этого холода и давящей на саму магию тоски – Эрика. В ярком, вечернем платье; цветное пятно, галлюцинация, видение. Принц сидела на «кровати», закинув ногу на ногу, сложив на колене ладони. Прямая спина, склоненная на бок голова. Черные, блестящие от слабого шара Lumos, висящего под потолком, кудри, белоснежная кожа и красный шелк. Поттер опустил глаза и снова посмотрел на нее – черный, белый, красный – битва контрастов на фоне серой камеры Азкабана. - Здравствуй, Поттер, - певуче поздоровалась она. Маг закрыл дверь и оперся на нее спиной – камень стен был склизким. На секунду ему стало противно – Принц хотелось не только вытащить из всего этого, конкретно сейчас Гарри жаждал выставить ее из камеры, потому что она была столь несуразна, столь глупо неуместна в ней, что становилось тошно. - Ты – не Эрика Принц, - вместо приветствия начал волшебник, припомнив, что времени мало. - Это же очевидно, - усмехнулась девушка, окинув глазами окружавшую ее мерзость. - Это камера предварительного заключения… - Я знаю. - Настоящие камеры еще хуже. - Знаю. - Кхм, - шумно выдохнул Гарри и подошел к волшебнице. – Как мне тебя называть? - Эрика. Привычно и тебе, и мне. - Кто тебе Северус Снейп? – опускаясь на одно колено, произнес Поттер. - Северус Снейп – двоюродный брат Эрики Принц, - терпеливо пояснила она. - Нет, не этому, - парень обвел рукой силуэт ведьмы, не касаясь ее. – Тебе. Принц склонилась к самому лицу волшебника и прошептала: - Поттер, что ты несешь? – жалостливо глядя ему в глаза. Непроглядно черные, глухие, темнее, чем сам Азкабан, страшнее, чем кошмары всех его обитателей. Завораживающие, колдовские глаза. Проглотившие самого Поттера. Эрика заметила, как он всматривается в нее, скользит вниз по черным туннелям, стремясь забраться так далеко, куда даже она сама не хотела и никогда не заглядывала. - Глаза – всего лишь часть внешности, Поттер, - язвительно усмехнулась она, распахнув веки шире, словно предоставляя ему полную свободу в странствиях по этой холодной черноте. - Глаза – зеркало души, - негромко ответил маг, понимая, что перед ним опустили заслон. - Мне сказали, что ты не хочешь сотрудничать. Принц промолчала. - Ты же не убивала ту Эрику? Девушка закусила губу и сморщила нос. - Не уверена, - просто ответила она. - Эрика, - взяв волшебницу за руку, зашептал он, словно шепот мог скрыть его слова от слуха неуязвимых стражей крепости. – Как мне тебе помочь? Принц встала и отошла от мага. - Ты хочешь, чтобы я созналась в том, кто я и зачем все это, а всемогущий Гарри Поттер вступится за меня в суде, спасая от каторги? - Нет, - маг оборвал начинающую полыхать гневом речь. – Нет. - Тогда что? - Хочу, чтобы ты выбралась отсюда. Даже если мне придется занять твое место. Ведьма захихикала, а потом и вовсе расхохоталась. - Поттер, - она стерла стекающую по щеке слезу. Но Гарри почему-то казалось, что она появилась не от смеха. – Неужели ты все еще не… - Я люблю тебя, - кивнул мужчина и поднялся. Ведьма закатила глаза. – Не Эрику Принц. Не это лицо. Не это тело. Тебя. Ведьма напряженно выпрямилась. Очевидно было, что слова Гарри неприятно отзываются у нее в сердце, но ранят ли они ее или раздражают – Поттер не мог понять; все тонуло в черном тумане ведьмовских глаз. - Ты бы любила меня? Если бы я с самого начала знал, кто ты, верно? - Не вкладывай в слова, сказанные из сострадания, слишком много смысла. Маг замолчал. - Визенгамот пустил меня сюда, надеясь, что ты что-нибудь скажешь. Или что мне удастся убедить тебя заговорить. - Прошу, - она даже чуть поклонилась. – Убеждай. Поттер покачал головой и приблизился к совсем непонятной и такой знакомой колдунье. - Осталось четыре минуты. Не хочу больше тратить время на бесполезную чепуху. - Что ж, тогда, - она отошла, чтобы пропустить его к выходу. – Благодарю за визит. Поттер. И когда его фамилия слетела с побледневших без помады губ, Гарри ее поцеловал. Обхватив за шею, прижав к холодной, противной стене, придавив всем телом, не позволяя вырваться. А Эрика вырывалась. Она осточертело колотила Гарри по спине и плечам, сжатыми в кулаки руками; брыкалась и пыталась отвернуться. Но Поттер – хоть и был ниже ее ростом – все же был молодым мужчиной, а значит – был сильнее. Оторвавшись от ее губ, он укусил Эрику за шею, зная, что нервная волна пробежит у нее по позвоночнику и хоть на секунду, но ослабит сопротивление. - У меня осталось меньше трех минут. Пожалуйста, - нежно проведя кончиком носа по шее и линии челюсти. – Не отбирай их у меня. Он дождался ее тяжелого, хриплого вздоха. Принц сделала шаг от стены, избавляясь от пробирающего до костей холода, и обвила шею мага руками. Невесомо, нежно девушка целовала его закрытые глаза, лоб, скулы, виски. Тонкие пальцы на несколько секунд зарылись в волосы на загривке, потянули, вынуждая Гарри запрокинуть голову, и она поцеловала его. Целовала так, как не было в Хогвартсе, где ведьма была уступающей стороной. Целовала не поддаваясь и не противясь, целовала жадно, отчаянно. Больно. Поттер прижал девушку к себе, отвечая почти яростно, как обиженный, озлобленный ее упрямством любовник, как мужчина, имеющий на нее все права. Дверь открылась, и Эрика разорвала поцелуй, прижавшись лбом ко лбу Гарри. Маг слизнул с губ ее горячее дыхание, не желая отпускать. - Иди, Поттер, - не разрывая крепкие, болезненные объятия, прошептала она. – Время вышло. Гарри разжал пальцы, но тут же схватил кисть Эрики и нежно поцеловал. Пальцы, казанки, запястья, ладонь, пальцы. - Гарри, - встревоженно позвала Гермиона, отвернувшаяся сразу, как только дверь распахнулась. - Уходи, - нехотя отняв руку у волшебника, произнесла Принц. – Не создавай подруге проблем. Поттер скинул мантию и укрыл ею худые плечи волшебницы. - Полюби меня, - на прощанье прошептал он. – Полюби! Совсем немного. Эрика не ответила.