Коллекция зимних железяк

      Тони отхлебнул из кружки кофе, поставил её на стол у ноутбука и нажал на значок вызова. Пока звучали гудки, он потянулся, разминая затёкшие мышцы шеи.       Целый день с самого раннего утра — на самом деле всего-то с одиннадцати часов, — он, как заведённый, изъездил чуть ли не весь Чикаго вдоль и поперёк, побывал на семи деловых встречах, заключил два контракта и нашёл трёх инвесторов.       Чёртов экономический форум. И сдался он Тони? Конечно, нет.       Зато вот Пеппер сдался. Она ещё за три месяца до его начала прожужжала все уши о важности этого события, о том, как положительно скажется присутствие там на росте акций.       Ну вот как ей отказать? Тем более Тони пугала перспектива быть забитым её десятисантиметровыми шпильками. Это, между прочим, больно. Он уже не раз в этом убедился.       К тому же Пеппер умела обижаться так, что даже Тони становилось совестно: вроде бы она вела себя как всегда, не ругалась, только вздыхала устало, и этот её взгляд — разочарованный, осуждающий и блёклый, — да и едва проскальзываемое напряжение в голосе…       Это заставляло Тони чувствовать себя ужасным человеком. А это очень неприятно.       Поэтому вместо того, чтобы начинать причитать на свою нелёгкую жизнь, Тони лишь зевнул и поправил сползший с плеча джемпер.       Наконец, гудки прекратились, и на экране Тони увидел Баки. Тот сидел на диване, кажется, в гостиной. На заднем фоне слышались звуки телевизора и чьи-то голоса, а ещё грохот посуды. Видимо, команда поужинала и теперь, как и всегда, под предводительством Стива убирала за собой.       Тони усмехнулся и сел за стол, обхватывая прохладными после душа ладонями кружку.       — Привет, куколка, — улыбнулся Баки.       — Привет. — Тони замолчал и с нежностью рассматривал лицо Баки, поняв только теперь, как сильно успел соскучиться. — И как это тебя Стив освободил от мытья посуды?       — Ну, просто он знает, что если я не поговорю с тобой сейчас, то расстроюсь. А после такого Стиву становится совестно, ты же знаешь эти его приступы. — Баки негромко рассмеялся, и Тони наслаждался его смехом.       — Почему бы ты расстроился, м? — Он знал ответ, конечно же знал, ведь и сам бы не находил места, если бы не смог позвонить и услышать голос Баки. Но хотелось подтверждения, да и Тони надеялся таким образом его чуть смутить, что удавалось весьма редко.       — Потому что очень скучаю, — выдохнул Баки, и пусть он ещё улыбался, в глазах его Тони видел тоску. Точно такая же наверняка была и у него.       — Это правда! — встрял Клинт, оказываясь сбоку от Баки. — И это невыносимо! Я абсолютно серьёзно. Мы все тут надеемся, что ты скоро вернёшься, иначе будем вынуждены изолировать твоего парня. Он нам тут настроение портит грустными глазами!       — Не говори за всех, Бартон, — донёсся голос Сэма. Какое-то время они ещё препирались, пока Баки не швырнул в Клинта подушку. Тот начал возмущаться, но на помощь пришла Наташа и увела его подальше.       Тони никак не мог успокоиться и продолжал тихо посмеиваться.       — Вот как, значит. Портишь настроение грустными глазами? — довольно ухмыляясь, спросил он. И вот теперь-то Баки точно был смущён, его щёки порозовели, и губы украшала неловкая улыбка.       — Ох, заткнись, — ответил Баки, опуская взгляд и потирая щёки. — Ты ведь мне долго будешь об этом напоминать, да? — Он тяжело вздохнул и снова посмотрел на Тони.       — Совсем чуть-чуть.       Потом они говорили о произошедших событиях. Тони узнал, что Фьюри назначил собрание на завтрашнее утро, тему которого держит втайне (на этих словах и Тони, и Баки оба закатили глаза), что Тор съел весь запас мороженого, а Клинт — печенья с кусочками шоколада за просмотром «В поисках Немо», во время которого они пару раз пустили слезу (но это, разумеется, секрет). И ещё много разных мелочей. Тони рассказывал, как прошёл его день, как и всегда во время подобных разговоров став раздражительным и немного нервным, и Баки его понимал. Бумажная волокита и дела компании любого выведут из себя. Именно по этой причине Баки и боялся Пеппер почти так же, как и Наташи, и стыдного тут ничего не было: все боялись Наташу и побаивались Пеппер, пусть и молчали об этом.       За беседой прошёл час, может, и больше. Тони уже откровенно хотел спать и зевал каждые пять минут, но упрямо продолжал сидеть и слушать Баки. Он и правда соскучился и не представлял, как продержится ещё целые сутки вдали от него. Так хотелось обнять, уткнуться чуть холодным носом в шею Баки, вдохнуть глубоко-глубоко его запах, почувствовать тепло его тела и крепкие руки на спине, взъерошить волосы и просто быть рядом. Чтобы и миллиметра между ними не было.       — Ты сейчас уснёшь прямо за столом, — усмехнулся Баки. — Ложись. У тебя был трудный день, тебе нужно отдохнуть.       — Всё нормально, — промямлил Тони и тут же широко зевнул. Баки скептично посмотрел на него и покачал головой. — Ну и ладно, — скривился он и показал язык, а потом улыбнулся. — Надеюсь, ты мне приснишься.       — Я тоже надеюсь, что приснюсь тебе, — подмигнул Баки. Тони на это только рассмеялся, после потянулся и начал через силу подниматься. — Погоди-погоди, — остановил его Баки. — Это что, мой джемпер? А я думал, куда он делся.       Тони смутился и скрестил руки на груди, пытаясь прикрыться:       — Правда? Наверное, я случайно его положил. — Он старался не смотреть Баки в глаза, чувствуя, как по щекам расползается жар. А ведь совсем недавно радовался, что смог заставить Баки смущаться, вот и получил ответ…       — Случайно, ну конечно, — протянул Баки и нагло ухмылялся. — Я всегда подозревал, что ты таскаешь мои вещи, — довольно добавил он, наверняка намеренно растягивая слова, чтобы Тони было неловко. — И вот теперь убедился.       Тони молчал, не зная, что ответить. Он на самом деле любил носить одежду Баки, особенно если уезжал куда-нибудь, чтобы всегда рядом была его частичка, чтобы можно было закутаться в рубашку или худи, улавливать его запах, ощущать фантомные прикосновения. Так было проще переносить разлуку.       Но признаться в этом вслух… Тони не стыдился, совсем нет. Скорее, стеснялся. Впервые за много лет он и правда стеснялся.       — Эй, куколка… — прошептал Баки. — Знаешь, я даже рад, что это так. Ну, что ты таскаешь мою одежду. Мне так… спокойнее, что ли: знать, что я в каком-то смысле сейчас с тобой. И мы можем больше не поднимать эту тему, если… — Тони поднял взгляд из-за того, каким заговорщицким стал тон. — Если ты забудешь про грустные глаза, что скажешь?       Тони сощурился, словно взвешивал все «за» и «против».       — Идёт.       — Отлично. Тогда спокойной ночи, Тони, — с нежностью пожелал Баки. — Я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю. Сладких снов. — Тони нажал кнопку окончания связи, закрыл крышку ноутбука, выключил свет и перебрался на кровать, натягивая ворот джемпера на нос и вдыхая знакомый запах.       Он точно знал, что сегодня его не будут мучить кошмары, ведь Баки отгоняет их незримым присутствием.