История его пороков

      Какой день Артур не появлялся дома? Третий? Может, пятый? Денис совсем сбился со счёта. Он перестал волноваться за него в такие моменты ещё после первого подобного загула, когда Артур не появлялся дома больше недели. Денис понимал, что Артур как кот: нагуляется — вернётся. По-любому вернётся, ведь идти ему больше некуда, да и кому он нужен, кроме Дениса? Но сердце всё же с замирало от каждого шороха за входной дверью.       «Боже, как любящая жена…» — насмешливо чмырил себя Денис.       Не стук, а громкий удар в дверь отвлёк Дениса от чтения. То были не соседи и не очередные назойливые люди из различных фирм с предложениями о починке труб или пластиковых окон. Неужели! Вернулся блудный чёрный кот. Опять нетрезвый, голодный и холодный. Денис вновь почувствовал себя молодой супругой, обязанной уложить спать пьяного «мужа», накормить и согреть его. Он невольно поёжился.       Ещё один сильный удар заставил Дениса отложить книгу и пойти открыть дверь, в которую секунду назад сделали два тяжёлых удара.       «И зачем ему ключи? Всё равно он не в состоянии ими пользоваться после такого количества спиртного», — ворчал Денис про себя.       По привычке посмотрев в глазок, он ничего не увидел, кроме зелёных стен пустого подъезда. Упал, может? Дверь открылась легко.       В углу предбанника, где квартира Дениса уживалась с соседними, Артур жадно мял упругую женскую грудь в жёлтой майке с глубоким вырезом. Молодая девка с удовольствием отвечала на грязные поцелуи Артура. Кораллово-красная помада размазывалась по лицу и оставалась на губах Артура. Девушка медленно гладила его торс, сминала футболку, пытаясь пробраться проворными пальчиками к брюкам Артура. Мерзко пахло дешёвым алкоголем и приторными до тошноты женскими духами с нотками ванили.       Денис поправил на переносице очки для чтения и наиграно громко кашлянул, чтобы привлечь внимание увлечённой друг другом пары. Девушка встрепенулась, удивлённо ойкнула и тут же начала глупо хихикать, теребя в руках непромытые пряди красных, сожжённых химией волос. Она была много пьяней Артура. И одета как девушка лёгкого поведения из восьмидесятых: поношенная майка, заправленная в джинсовые короткие шорты с высоким поясом, чёрные колготки с мелкими зацепками. А макияж её и вовсе ужасал ядовитыми цветами.       — Знакомься, это Алла, — пробормотал Артур и оперся о стену, к которой была прижата его пассия. — Уо-о, давно не видел тебя в очках — тебе идёт.       — Какая нахрен Алла? — спросил Денис и за шиворот оттащил Артура от девушки, которая держалась на ногах только благодаря стене за спиной и Артуру, прижимающему её к ней.       — Арту-ур! — захныкала юная леди, потянув руки, как маленькая девочка, у которой отобрали любимую куклу.       Но её пальцы упёрлись в руку Дениса. Она рассеянно посмотрела на него снизу вверх и снова тихо ойкнула. Он казался ей огромным широкоплечим великаном, необъятной стеной, хоть и был ненамного больше неё и выше всего на голову.       — Девушка, вы свободны, — тихо с натянутой улыбкой сказал Денис.       — Арту-у… йи… ой… — она замолчала, словно собираясь с мыслями, а затем  невнятно пробормотала: — А вы его брат?       — Да, именно брат. Всё, идите домой, — Денис медленно выталкивал плохо соображающую девушку из квартиры, и когда она оказалась за порогом, тихо сказал: — До свидания, — и закрыл дверь, оставив Аллу одну шататься на тонких ножках в полном недоумении от всего происходящего.        Схватив Артура за шкирку, как непослушного котёнка, он со всей силы, что была в теле, зашвырнул его в прихожую. Артур тихо крякнул, чуть не врезавшись лбом в стену, но всё же устоял на ногах. Денис запыхтел, как бык, увидевший красную тряпку, но лицо оставалось спокойным.       Артур самодовольно улыбнулся. Мол, вот он — самец!       — Что за хрень? — громко отчеканил Денис.       — Алла… — сменив нахальное самодовольство на нарочитую отрешённость, тихо бубнил Артур.       Он был прижат к стенке, что вызывало у него огромное недовольство. Артур демонстративно громко фыркал и отворачивал в сторону голову, будто бы не обращая внимания на Дениса, нависшего над ним.       Денис снял очки и кинул их на тумбочку — так, что они стукнулись об неё с громким треском, чудом не разбившись. Он растерянно качал головой, массируя переносицу.       — Ей восемнадцать-то хоть есть? — выдохнул Денис.       Артур лишь незаметно пожал плечами, очередной раз фыркнув. Он выглядел как хулиган-старшеклассник, которого только что оттащили от соперника в драке: весь растрёпанный, как мокрый воробей, он подпирал спиной стену и обиженно косился на Дениса, поправляя серую ветровку, сползшую с плеча.       Денис стоял с озабоченным видом, потирая тупой подбородок — он молча наблюдал за Артуром, пока тот медленно «стекал» вниз по стене.       — Помоги вста-ать, — протянул Артур, когда его пятая точка коснулась пола. — Ой, да ладно тебе. Ну с кем не бывает? Помоги мне лучше… М? — он потянул руки вверх.       Денис присел на корточки и заглянул в глаза человеку перед ним. В них блестела ребяческая хитринка. Артур был пьян, но прекрасно всё соображал и вполне владел собой и своим телом. Дешёвый спектакль.       — Ты меня за идиота держишь? — спросил Денис.       — Тц, больно надо…       Артур сам встал, оперевшись о стену. Его даже почти не качало, но он продолжал играть неубедительную роль. Денис медленно закипал от разыгрываемой глупой сценки.       — Я спрашиваю, ты меня совсем дураком считаешь? — продолжил Денис. — Какого хрена ты делаешь?       — А ты мне папка, что ли, чтобы отчитывать? — огрызнулся Артур. — Что хочу, то и делаю. В конце концов, ты же мне даже не любовник.       Как не самый меткий, но чертовски удачливый стрелок, Артур попал прямо в яблочко. У Дениса заходили желваки.       — Слушай, ты… — Денис взял его за шиворот и притянул к себе. — Ты только и делаешь, что жрёшь, пьёшь и гуляешь за мой счет. Ты живёшь в моей квартире и спишь в моей постели. Ты пользуешься здесь всем за просто так, потому что я тебе разрешил. Понимаешь? Я! Где бы ты был сейчас, если бы не я? Тебе же всё сходит с рук! Но это моя квартира! И таскать к себе всяких шалав и другой сброд я тебе не позволю. Ты и так чересчур много себе позволяешь! — Денис не кричал — даже наоборот, иногда переходил на громкий рычащий шепот.       — Пф… Вот и закончилась твоя «доброта»? Да? Показушник, — сказал Артур и резко отвернул голову, сильно зажмурив глаза.        Всё тело напряглось в неприятном секундном ожидании, которое, казалось, растянулось на несколько часов. Он ожидал удара. Ждал. Но его не последовало. Денис, громко выдохнув, отпустил ухваченный кусок ткани на груди Артура и недовольно цокнул языком. Он считал, что пускать кулаки в разборки — дело неблагодарное и в данном случае абсолютно бесполезное.       Денис сделал шаг назад. Он не мог закричать или ударить. Не хотел показывать обиды — не Артуру. Он лишь напрягся всем телом, сильнее сжав кулаки.       «Люди, которые постоянно улыбаются, по статистике если не самые несчастные, то точно что-то скрывают, — сказал Артур Денису в начале их знакомства. — А ты улыбаешься абсолютно всегда, как на тебя ни глянь. Что-то плохо верится в твой бескрайний оптимизм».       Артур раскусил образ Дениса на раз, чем, наверное, и заставил влюбиться в себя. Но где же сейчас тот проницательный Артур? И был ли он вообще?       Денис медленно отошёл от него, открыл гардероб, достал сумку, с которой Артур около месяца назад пришёл к нему, и спокойно бросил её на пол посреди прихожей.       — Выметайся.       Артур посмотрел на него с таким негодованием, будто его выгоняют из своей же квартиры. Кривая недоумённая улыбка растянулась на его лице.       — Ха, да чего ты? — залепетал он. — Шутка же! Ха…       Артур как никто другой знал, что если Денис что-то для себя решил, то ничто не в силах изменить его мнения.       — Я сказал, уходи, — голос был глубоким и холодным. Казалось, будто ни одна мышца не дёрнулась на лице Дениса, когда он произносил эти слова.       — Да ты чего, Дениска? — Артур припал к нему и, сдавив в ладонях голову Дениса, начал целовать его шею и лицо, продолжая лепетать: — Я же люблю тебя. Ну! Я не со зла… Я знаю, какой ты у меня хороший.       — Артур, убирайся, пожалуйста…       Денис был непоколебим. Расчётливой жестокой уверенностью сквозило каждое его слово. Его твердолобость всегда раздражала Артура. И даже сейчас он не понимал, почему Денис так жесток с ним. Он же его любит! Любит… Но Денис больше ничего не хотел слушать — он был прям и горд, и лишь сердце застучало в груди чуть быстрее, чем обычно, а губы незаметно дрогнули.       — Артур, я всё сказал.Убирайся. Или я тебя ударю…       Секундное молчание. Артур так и замер, прислонившись пересохшими то ли от волнения, то ли от долгих разговоров губами к шее Дениса. Но тут же отстранился.       — Ну и пошёл ты… — полушёпотом сказал Артур. — Больно надо! Ты что думаешь, я без тебя не проживу? Пф… Нужен ты мне. Слишком много о себе возомнил!       Артур горделиво задрал голову и направился в сторону двери. У выхода он развернулся, одарив спину Дениса злым взглядом.       — Кто кому тут ещё нужен!       — Я думаю, что вполне смогу прожить без регулярного секса, — отрезал Денис, не поворачивая головы. — А как ты поживёшь без крыши над головой, еды и денег — мы посмотрим.       Губы Артура задрожали, и казалось, что сейчас он расплачется, как малый ребенок. Денис даже не повернулся к нему: ему не стало вновь жалко Артура, он не захотел его остановить. Он не видел его печального лица, а значит, он спокойно сможет с ним попрощаться.       — Увидим! — вскрикнул Артур. — Ещё посмотришь! Иди ты знаешь куда?! — Артур показал спине Дениса средний палец и со всей силы хлопнул входной дверью.       Стены задрожали, а по подъезду прошло громкое эхо, словно от пушечного выстрела. Какой-то чересчур любопытный сосед даже высунул свой нос на лестничную площадку. Люди чуяли бытовые интриги и поводы для новых сплетен.       Денис долго не оборачивался. Замер, как каменное изваяние. Но вскоре, громко цокнув языком, тихо выругался себе под нос и с особой озлобленностью задвинул дверной замок.       — Посмотрю-посмотрю, — огрызнулся он на уже ушедшего Артура. — Вот же…

***

      Артур вышел на улицу, что-то зло, как ведьма, приговаривая себе под нос. Он не знал, куда идти, да и некуда ему было податься: Денис выгнал, Софья тоже, родители вообще отказались от такого «позора в семье», знакомые, которые знали про Артура, теперь лишь только ехидно посмеивались над ним, а которые не знали — шипели и плевались ядом. Хороших друзей он никогда не имел. Другом был только Денис, но он теперь к нему больше никогда не вернётся! Это Артур решил твёрдо.       Он сам не заметил, как дошёл до места, где часто бывал в последний год. Маленький паб, который не пользовался большой популярностью или хорошей репутацией в городе. Не самое презентабельное заведение: хотя здание и выглядело довольно прилично, располагалось оно в малолюдной подворотне, являлось любимым баром местных фриков, торговало палёным заграничным пойлом, продавая его за полцены, и ходили слухи, что там распространяли запрещённые вещества — так же по дешёвке. Насчёт последнего доказательств не было, потому это так и осталось лишь городской сплетней.       Артур общался с тамошним барменом и по совместительству не последним человеком в баре — Дашей, которая в прошлом была его одноклассницей. Неказистая девушка, с округлым лицом, блестящими, всегда румяными щеками и широким приплюснутым носом. Её неизменно яркий макияж создавал контрастное сочетание с короткой искусственно высветленной рваной стрижкой, уложенной набок, и выбритым виском с узорами, сделанными самыми дешёвыми и виртуозными парикмахерами.       — Какие люди в столь ранний час! Только ушли, а уже вернулись! — по полупустому залу разнёсся грубоватый голос девушки, так что малочисленный народ начал оглядываться по сторонам в поисках нарушителя спокойствия.       Даша стояла за широкой дубовой барной стойкой и потирала прозрачный стакан белым полотенцем. Не менее округлая, пышная фигура её скрывалась под мешковатой кофтой с яркими принтами в виде то ли бабочек, то ли птиц.       «Дикий» образ прекрасно сочетался с неугомонным нравом Даши. Сколько Артур её помнил, она всегда была такой: бойкая толстушка с огромным желанием выделяться из толпы. Даша мало, что говорила о себе, зато много чего знала об Артуре по его рассказам и почти всегда старалась помочь советом, чем Артур часто был недоволен. Она же не настаивала, считала, что это не её дело.       Артур, не ответив и даже не поприветствовав девушку, сел на высокий вращающийся стул перед ней с лицом, омрачённым то ли грустью, то ли злостью. Бросив на него короткий оценивающий взгляд, Даша вздёрнула бровь.       — Лимонов объелся? — усмехнулась девушка. — Рассказывай, чего хмурной такой?       Артур молчал как рыба, плотно сжав губы.       — Угу… — продолжала Даша. — давай-ка я угадаю, — наигранно подумав, она щёлкнула пальцами и сделала жест «эврика». — Денис?       По нервно дёрнувшемуся лицу Артура Даша поняла, что попала в точку. Больше ничего говорить и спрашивать она не стала. Что опечаленную душу тревожить? Захочет — сам расскажет.       — Слушай… — неловко начал говорить Артур. — У тебя пожить нельзя будет некоторое время?       — Хо-хо-хо! — Даша громко ударила стаканом, который вытирала, о стойку и взяла следущий. — То есть, что случилось, ты рассказать не хочешь? Хех… Ладно… Дай-ка подумать… Не, Артурка, извини, самой бы кто дал пожить! Ты меня знаешь, я бы тебе не отказала, но у самой большие проблем-с с этим сейчас, — она помолчала. — А чего случилось-то?       Артур ей рассказал. По привычке. Последнее время он рассказывал Даше обо всём, что происходило в его жизни, потому что нуждался в заинтересованных слушателях: они придавали ему уверенности. Ему казалось, что Даша как раз тот человек, который вроде бы был неравнодушен к нему, его проблемам, к его жизни. В последнее время происходило слишком много — и плохого, и хорошего. Он не мог держать всё в себе, но в то же время не хотел рассказывать близким, которых на данный момент, как он сам думал, и не осталось. Поэтому Даша была бесстрастным судьёй в его жизни — судьей, защищающим одну сторону — его, при этом не загружая своими проблемами.       — Мда… — протянула Даша, прослушав всю историю от начала до конца. — Извини, но с жильём я тебе правда помочь никак не могу. Но, — она задорно вознесла палец к небу. — напою чем хочешь за счёт заведения. Хотя ты и так нас по-жёсткому объедаешь, троглодит проклятый. Могу ещё предложить переночевать где-нибудь в каморках паба если только — больше ничего на ум не приходит, — она облокотилась на стойку, с тоской посмотрев на Артура.       — Ну чё, герой-любовник, чего пить будешь? — Артур отрицательно покачал головой. — О-ой! Всё это время бухал, как лось, а тут, видите ли, не будет! Поздно, Артурка, поздно одумался! Ну ничего… Я тебе сейчас замучу чего-нибудь послаще да покрепче! — Даша поставила на стойку один из своих начищенных стаканов и обернулась к подсвеченному тусклым жёлтым светом стеклянному стеллажу с разноцветными бутылками.