365 сказок

Под утро постучался ко мне беглый отравленный сон. Он походил на странное животное — то ли собаку, то ли кошку, то ли лисицу — и весь дрожал. Быть может, если бы сам я спал, то не обрадовался бы такому гостю, но сну повезло и я его впустил. Он забился под стол на кухне и таращил на меня дикие многоцветные глаза, поскуливал, видимо, нутро его было обожжено. Отказался от чая и молока, уныло уложив крупную голову на когтистые лапы. Мне не слишком хотелось, чтобы сон вот тут умер от яда. Но лечить таких диковинных существ я не умел, пришлось выходить в коридор и там обращаться к признанному мастеру. Среди миров не было возможности телефонной или какой-то иной механической связи, но стоило только правильно прошептать истинное имя, и его обладатель тут же понимал — к нему обращаются. Однако далеко не всякий сразу же мог примчаться на зов. Мне понадобилось выждать почти четверть часа, когда в холле наконец-то отворилась дверь, которой раньше там не было. Сновидец-сноходец, Сонный лекарь шагнул в мой дом и прищурился. — Где он? — На кухне, — отозвался я, кивая в ту сторону. — По всей видимости, отравлен. — Это по весне случается, — мой гость оглядел холл, его дверь растворилась в тенях. — Пожалуй, сначала вымою руки. Мы прошли в ванную, где он так тщательно и осторожно намыливал кисти, так аккуратно смывал пену, что это само по себе походило на постановку. Далеко выставив блестящие от влаги ладони, он проследовал на кухню и опустился на корточки, заглядывая под стол. — Что здесь у нас? Сон заскулил, вытаращился на него и вздохнул. Даже до меня донеслись отголоски меланхолии и ещё какой-то дряни, похожей на апатию. — Такое бывает, если внезапно приснишься не тому человеку, — посетовал Сонный лекарь. Сон согласно забил хвостом, тот у него был длинный, нечто среднее между змеиным и драконьим, даже с шипом на хвосте. Шип с деревянным стуком опускался на пол, оставляя едва заметные царапинки. — Отчего же это происходит? — я уселся у окна, чтобы понаблюдать за тем, как Сонный лекарь исследует беднягу, ощупывает и рассматривает, находя какие-то одному ему ясные признаки заболевания. — Перепутал, молодой он, — Сонный лекарь оглянулся на меня. — Сны ведь тоже бывают молодыми. Некоторые и не доживают до чего-то большего. — А этот? — А этот выживет. Нужно только немного его подлатать… Там остался мой чемоданчик. Я послушно прошёл в холл, хотя никакого чемоданчика не помнил, но тот, конечно, сразу отыскался — он стоял посреди комнаты, чёрный-чёрный, и поблёскивал серебряными замками, точно подмигивая. Несмотря на скромный размер, он оказался тяжёлым, и я дотащил его до кухни, с облегчением опуская у стола. Сонный лекарь тут же щёлкнул пальцами — чемоданчик послушно открылся. Он весь был заполнен диковинными штуками и пробирками с чем-то переливающимся и клубящимся. Разнообразные предметы, кажущиеся почти неуместными в такой маленькой сумке, привлекали внимание, но я постарался не выказывать излишнего интереса. Пусть уж это останется тайной профессии. Сонный лекарь между тем отыскал длинную чуть светящуюся иглу и похлопал сон по животу, отчего тот доверчиво вытянулся на спине, раскинув лапы. Стало ясно — напротив его сердца дыра. Да такая большая, что через неё видно плоть сна, чуть розоватую, чуть фиолетовую, пронизанную искорками. — Вот сюда яд и прошёл, — Сонный лекарь вылил на рану что-то сияюще-голубое. Сон тихонько заскулил. — Ничего, это на самом деле ничуть не больно. Уж получше ощущения, чем от разъедающей меланхолии, — и он вдел в иглу едва заметную нитку. — Сейчас заштопаем. Я молчал, стараясь ничем не помешать. Сон прикрыл глаза и распахнул пасть, фиолетовый в крапинку язык вывалился на пол дрожащей змеёй. — И больше не полезешь в такое болото. Там сны поопытней нужны, — бормотал Сонный лекарь, накладывая стежок за стежком. Постепенно в комнате, да и во всём доме, становилось заметно спокойнее. Сон, видимо, задремал прямо во время операции, и это было удивительное зрелище. Спящий сон. А вот лекарь не отвлекался, зашивая аккуратно и чисто, чтобы не осталось ни малейшего рубца. Наконец он поднял голову и снова глянул на меня. — Ну вот, скоро он придёт в себя. — И что тогда с ним делать? — Ничего, — Сонный лекарь усмехнулся. — Он сам найдёт выход, отыщет и того, к кому должен был прийти. — А что было с тем, к кому он не пришёл сегодня? Сонный лекарь уселся за стол, и я тут же подскочил, чтобы сделать ему чай. Гость мой молчал так долго, что я уже решил — он не станет отвечать на такие вопросы, но, сделав пару глотков, Сонный лекарь всё же заговорил: — Ты и сам знаешь, порой никак не уснуть. Что ни делай, даже когда в голове ни единой мысли, а что-то не позволяет, не пускает переступить грань, погрузиться… Это потому, что твой сон не пришёл. Или молод слишком, или запутался в чужом сознании, или ещё какая-то напасть приключилась. Сны хрупкие твари… Он снова потянулся к чашке, на кончиках его пальцев ещё поблёскивали искорки, может быть, это была материя сна? Отчего-то Сонный лекарь не стал мыть рук после операции. Но ведь и сны созданы совсем не из того же, что все остальные. — Но хуже, если сон всё-таки придёт, но окажется заражённым или вот таким — отравленным, — Сонный лекарь кивнул на спящего страдальца. — Тогда тебе видятся кошмарные картины. — Разве кошмары сами по себе всегда нездоровы? — Ну, иногда они просто очень стары, — согласился Сонный лекарь. — Вот только чаще, особенно по нынешним временам, они пронзительно простужены, насквозь проболели… И несут в себе заразу, — он поднялся. — Не успеваю за всеми. — А что же помощники? Сонный лекарь пожал плечами. На этот вопрос ответа у него не нашлось. Он ещё проверил чемоданчик, потрепал сон за ухом, последний раз поднял чашку, допивая залпом, хоть чай был горяч. — Мне пора, уже зовут к новому молодому и глупому сну. — Что ж, до встречи… И дверь открылась, поглощая Сонного лекаря так быстро, так цельно и так внезапно, точно он мне привиделся. Я посмотрел на сон, тот уже пробуждался, неловко егозил под столом, семенил лапами и подёргивал хвостом. Понадеявшись, что он теперь не станет ходить не к тем людям, я принялся отмывать чашки и убирать со стола. Скоро сон истаял, сбежал из обычного мира в свой, и я остался совсем один. Где-то за городом начинало светлеть небо, подступал рассвет. Этой ночью мой сон не пришёл. Может, заблудился, может, запутался в чужих силках. Мне оставалось верить, что с ним не случилось ничего страшного. Или что Сонный лекарь успеет подлатать его вовремя.