Ледяная душа | Властитель времени

      — Да, миссис Джонсон? — Хьюго ответил на звонок.       Писк мобильного разрушил учебную атмосферу, созданную на маленькой кухне, и Оза отвлеклась от раскрытой тетради. Она посмотрела на Хьюго уставшими глазами. Её веки потихоньку опускались, пока в конечном итоге не закрылись.       — На выходные? — переспросил Хьюго женщину. — Конечно, я не против. Да. Доброй ночи.       Парень нажал на кнопку и заблокировал телефон, а после элегантным движением положил его во внутренний карман пиджака. Хьюго больше не носил титул графа, но по-прежнему оставался им, пусть и не видел, как это выражалось в его движениях, речи, осанке и даже в глубоком взгляде янтарных глаз. Всякий раз, когда Хьюго снимал линзы, Оза видела ядовитый цвет его радужки и невольно вспоминала глаза отца, в которые она смотрела в последний раз. Тогда в них горел кровожадный огонь и отражалось её испуганное лицо. От этого кровь девочки бурлила по венам, нагнетая забытое чувство страха. Но только стоило осознать, что перед ней вовсе не волк, а человек, даже больше – маг, подаривший ей новую семью, все терзающие чувства мгновенно исчезали, и на смену им приходило ощущение безопасности.       Заметив, что Оза перестала вычерчивать на тонких белых линиях в тетради слова и уже засыпает, Хьюго прочистил горло.       — Закончила?       — Нет, осталось прописать ещё три буквы.       — Пропиши и сразу пойдём спать, — он утомлённо вздохнул и потрепал её по волосам, таким коротким и мягким. — Ты уж извини, что приходится заниматься до ночи. Работа не позволяет помогать тебе днём, а если ты не научишься писать, то будешь отставать от сверстников, и велика вероятность, что тебя решат перевести в начальные классы. А я не хочу этого.       — Почему не хотите? — тихо полюбопытствовала Оза, старательно выводя каждую букву.       — Потому что ты очень способный ребёнок и довольно быстро освоилась в школе. Немного подтянешь письмо, и всё нормализуется. Тем более, ты ведь умеешь читать? — Хьюго задумался. — Этому обучил тебя отец? — Он задал вопрос с осторожностью, боясь навредить её нежной детской психике.       — Я нашла книгу в старом шкафу, на ней была нарисована девочка с красными глазами. Мне стало интересно, и я попросила отца прочитать её, но он сказал, что я могу научиться читать сама, а он мне в этом поможет. — Оза улыбалась, когда рассказывала. — И я правда смогла. Это была сказка про Ферокса, Красноглазку и старую Колдунью.       Хьюго вдохнул с облегчением, его вопрос ничего не испортил. Ведь те воспоминания были самыми счастливыми для Озы, и она бережно хранила их в сердце.       — Твой отец был добрым?       Сначала она кивнула, а потом резко мотнула головой.       — Раньше он был заботливым и добрым. В грозу было очень страшно, поэтому он обнимал меня, целовал в лоб и говорил, что всё будет хорошо. Когда я хотела есть, то приносил разные вкусности. Однажды принёс даже печенье, такое, как готовит миссис Джонсон. Но три года назад отец вдруг изменился. Кричал, бил меня и стал пропадать на несколько дней.       Для Хьюго многое прояснилось. Эффект демонической крови ослаб в последние три года, прежде, чем её отец полностью обратился. Это ждёт и его, а если он не победит Апогея, то конец настанет ещё раньше.       — Наверное, твой отец покупал печенье у миссис Джонсон, — парень посмеялся, попытавшись перевести всё в шутку и отвлечь Озу от плохих мыслей.       Это сработало. Девочка звонко рассмеялась.       — Кстати, няня звонила, — продолжил Хьюго, — просила у меня разрешения забрать тебя на эти выходные к морю. Она едет к своей подруге. Как тебе такое предложение?       — Правда?! Здорово! А можно взять с собой Лию? — Её глаза засияли счастьем.       — Думаю, в другой раз, — уклончиво ответил он.       — А кто такая Лия?       В кухню вошёл Николас с кружкой кофе в руках. Сделал глоток.       — Это новая подруга Озы. Внучка Габриэля.       В следующее мгновение они услышали, как Николас поперхнулся.       Утром нового дня Оза сложила сменные вещи в свой любимый розовый портфельчик с болтающимся на нём брелоком в виде плюшевого медведя, попрощалась с Хьюго и Николасом и ушла с миссис Джонсон. А напарники поспешили в Зенит, где Габриэль созвал срочное совещание.       — Последнюю неделю ты в подозрительно приподнятом настроении, Нико, — заметил Хьюго, садясь в машину.       — Ну так, — с хитринкой улыбнулся Николас, усаживаясь за руль, — сегодня Фреза возвращается с задания. Они били монстров на Нэше. А перед её отъездом мы гуляли. — О, ну тогда всё предельно ясно. — Хьюго постучал по приборной панели. — Погоняй, голубок.       Дорога до Зенита была самой обычной: привычные повороты, светофоры, мост, Хьюго давно выучил каждый указатель, но сегодня всё казалось иначе. Может быть, солнце светило чуть ярче, чем обычно, поэтому в золотых лучах ванты на Клёрском мосту выглядели не так тускло, может быть, люди, которых Хьюго видел за окном, улыбались счастливее, и поэтому ему тоже становилось чуть радостнее. А может быть, это просто его сердце с самого возвращения из ада грело надежду на спасение. Да, Хьюго верил, что всё снова станет прежним, и самое главное: он останется человеком. И если бы не это сладкое чувство, всё вокруг вновь стало бы серым и унылым.       Сразу после того, как маги припарковали машину на стоянке и вошли в холл, их встретила Ванесса. Девушка нервно притопывала ногой, а как только заметила опоздавших коллег, вздохнула с явным облегчением. Сегодня на ней не был пиджак, белая блузка под ним обтягивала стройную талию, а соблазнительные округлые бёдра подчёркивала узкая юбка. Разрез сбоку неглубокий, но даже этого хватило, чтобы обнажить изящную коленку. Она выглядывала из-под ткани с каждым шагом девушки, а её каблучки ритмично цокали по мраморному полу.       — Мы опаздываем, — взволновано сказала Ванесса. — Габриэль и Вирен уже в зале. Сари тянет время, как может.       — Виноваты, — с досадой отозвался Хьюго.       Они проскользнули сквозь разношёрстную толпу из людей и магов, собравшихся в холле, затем перешли по коридору в южное крыло. В нём было необычайно тихо в это время: по пути не встретился ни один агент.       Ванесса вырвалась вперёд, она быстро нашла нужную дверь, хотя все они выглядели одинаково. Каждая была изготовлена из матового стекла приятного бирюзового оттенка. Девушка робко постучала, набрала в лёгкие воздуха и повернула ручку. Они тихо прошли в зал, так же бесшумно прикрыли дверь и оказались в полумраке помещения. Единственным источником света выступал большой экран на стене, он смутно освещал лица магов. Среди них можно было увидеть Габриэля, занявшего место во главе полукруглого стола, по правую руку от него гордо сидел герцог Вирен. На другом конце разместились старые знакомые. Вместе с Палладием находились Ева и Хассий, а также агенты Венеры, с которыми они вместе спускались в царство демонов.       Нитард ещё не отошёл от потери напарника. По его лицу всё было ясно без слов. Взгляд опущен, под глазами проступили синяки. А вот Алберт на его фоне выглядел живо: на лице лучезарная улыбка, в глазах – блеск. Его взор был обращён на Габриэля. Похоже, что парень до сих пор пребывал в эйфории после похвалы, которой его наградили сразу две главы магических организаций. Госпожа Фарелла де Лепарис часто подмечала выдающиеся способности Алберта, а вот быть замеченным самим Габриэлем де Моро означало выйти из серой массы волшебников и попасть в ряды элитных агентов.       Сари и Ирби, держа в руках небольшие планшеты, стояли у экрана.       Опоздавшие маги заняли свои места. Габриэль окинул всех присутствующих взглядом.       — Пожалуйста, — глава кивнул близнецам.       Ирби, поправив галстук, постепенно стал вводить коллег в курс дела.       — Не так давно нам удалось поднять из архива бывшего Совета Зенита записи, связанные с Ледяным Колоколом. Все они оказались зашифрованы. Тогда перед Лотосом встала нелёгкая задача: перевести манускрипты. На сегодняшний день расшифрована только одна запись, связанная с местонахождением второй части Колокола.       На лицах собравшихся застыло немое удивление.       — Нам неизвестно, — вступил в разговор Сари, — владеет ли Апогей такими же сведениями. Но он точно знал, где находилась первая часть, а значит, явится и за второй.       — Так уже прошло много времени с битвы на Нэше, почему Апогей до сих пор не показался? — спросил Алберт, покручивая в руках карандаш.       — Он действует по определённой схеме. После прошлого столкновения с ним мы выяснили, что для стабилизации артефакта Апогей использует кровь мага. И не простого, а именно стихийного. Сначала он с помощью древнего заклинания пробудил Колокол, а после затаился и ждал нас. Ему было проще достать рукоять, пока агенты Лотоса сдерживали магическую мощь. Вторая часть Колокола находится в месте, в которое не так уж легко попасть, а достать его будет ещё сложнее. — Сари провёл пальцами по планшету, и на большом экране высветилась трёхмерная модель острова.       — По полученным данным, нам известно, что Совет спрятал его в подводном городе Нибо, — пояснил Ирби. — Вход туда только один, через остров Сьерра, расположенный в Летучем океане.       — Нет, подождите, — возразил Хассий. — Я уже был в Нибо, это город, построенный на глубине в шестьдесят метров. Уже век его защищает исполинский купол, он может выдержать давление воды, но мощь Колокола ему точно не сдержать. Он падёт, и город утонет.       — Разве? — призадумалась Ева. — Если купол уже сто лет удерживает океан, он должен быть достаточно сильным.       — Хассий прав, — прервал Габриэль. — Если Колокол пробудится, то купол не устоит. Поэтому вам нужно найти часть раньше, чем это сделает Апогей. В таком случае Нибо не пострадает. Вместе с вами отправятся маги, чьей задачей будет поддержание купола в случае провала. Мы даём вам двое суток, если в течение этого времени вы не справитесь, то мы начнём эвакуацию. Всем всё ясно?       — Вас поняли! — донеслось в один голос.       — Удачи вам, — напутствовал Габриэль.       Все собравшиеся поднялись с места, отдали поклон главе и бросились к выходу. Коридор вывел из здания прямо к парковке, где их ожидали несколько бронеавтомобилей с продолговатым корпусом, выкрашенных в матовый чёрный цвет. Палладий сел в машину первым, за ним проследовали агенты Венеры, а потом Хьюго. Но как только он взялся за раскрытую дверь, его остановил Николас, окликнув:       — Хьюго, я отлучусь на несколько минут, затем догоню вас.       — Не опоздай на паром, иначе тебя сочтут предателем, — Хьюго усмехнулся.       — Если что, задержи его!       Парень развернулся на носках и поспешил назад, в Зенит. Его сердце радостно подрагивало в груди только от одной мысли, что скоро он увидит её. И когда маг поднимался по высокой лестнице, когда шёл по ко коридору к заветному кабинету, это пьянящее чувство было с ним.       Но как только Николас открыл дверь, то обомлел.       Его любимая, его дорогая Фреза целовала мужские губы, и они были отнюдь не его. Она обнимала за шею Хассия и наслаждалась поцелуями, наслаждалась прикосновениями грубых рук на своей талии. И только на миг отойдя от страсти, окутавшей их, Фреза заметила Николаса, застывшего в дверном проёме с глазами, наполненными глубоким разочарованием и неизмеримой тоской.       Хассий тоже увидел его, но остался невозмутим и всё так же прижимал к себе Фрезу, пока она сама не отошла от него, повернувшись к Николасу.       — Что ты здесь делаешь? — На лице Фрезы не отражались страх или раскаяние, а лишь толика наигранного удивления.       — Пришёл поздравить тебя с успешной миссией, но, похоже, меня опередили. Всего хорошего, — он сказал это гордо, с достоинством.       Дверь кабинета с хлопком закрылась, и парень исчез за ней.       — Николас выглядел как-то расстроено, — призадумался Хассий и посмотрел на Фрезу. — Я чего-то не знаю?       — Нико думал, что мы встречались, а теперь мечты разрушились и он встретился с суровой правдой, — Фреза не могла скрыть тень улыбки на лице. — За этим так забавно наблюдать, каждый раз словно елей на душу.       — Ты специально подлизалась ко мне, да? — Хассий вздохнул. — Боги, только этого мне не хватало.       — А чем ты недоволен? — Она подошла к нему и ласково провела ладонью по гладкой щеке. — Я такая же, как и ты. Твоя женская копия. Коллекционирую влюблённых в себя людей, а затем разбиваю их грёзы об острые скалы реальности.       — Ошибаешься. — Хассий смерил её лукавым взглядом, взял ладонь в свои руки и оставил лёгкий поцелуй на тоненьких пальчиках. — Я не коллекционирую разбитые сердца, я собираю счастливые.       Он отпустил её, чуть отошёл и грациозно поклонился.       — Прощайте, миледи.       Хассий сверкнул белоснежной улыбкой и вышел. Ему удалось догнать Николаса, когда тот уже садился в свою машину.       — Постой, Николас! — он окликнул его, но тот даже не думал останавливаться.       Пикнул брелок автомобиля, щёлкнул замок. Парень сел за руль, но не успел закрыть дверь, как на неё небрежно облокотился Хассий.       — Просил же подождать.       Николас промолчал, лишь поднял на него взгляд. Пустой.       — Оправдываться не буду, честное слово. — Хассий поднял ладони, будто сдавался. — И с чужими дамами сердца я дел не имею.       — А зря, вы идеально подходите друг другу, — съязвил Николас.       — Послушай, — Хассий вздохнул, — если Фреза тебе дорога, то вернись к ней. Но я не советую этого делать.       — Спасибо за заботу, — огрызнувшись, парень потянул дверь на себя. — Мне пора, не хочу, чтобы из-за тебя меня посчитали дезертиром.       — Фреза не твой человек, Николас. — Хассий настойчиво удерживал дверь. — Для неё любой мужчина подобен трофею. Не позволь и себя поставить на полку, будь выше этого. Она ведь питается твоей обидой, как вампир — магией. Конечно, дело твоё, но я к ней больше не подойду, обещаю.       Николас молчал, закусив губу. Он прекрасно понимал, что стал очередной добычей её нежных рук, он знал, что вины Хассия здесь нет, и случившееся только раскрыло ему глаза на очевидные вещи. Однако благодарить его Николас тоже не собирался, поэтому просто кивнул, закрыл дверь, когда тот наконец отошёл от машины, и уехал, скрывая в сердце тлеющие угольки ненависти, оставленные пожаром обиды.       В порту пахло морем. Не то чтобы никто из агентов, будучи жителями Плиссе, никогда не чувствовал этот запах, просто в городе зачастую морскому бризу было нелегко пробраться сквозь смрад выхлопов. А здесь, на пристани, им веяло отовсюду. Лишь голубое небо, а под ним море кристальной воды.       Хьюго стоял на самом краю, вдыхая полной грудью воздух, который ему так нравился. Солёный, свежий, живой. А когда он смотрел в недосягаемую даль, то чувствовал себя по-настоящему свободным. На задний план уходили все проблемы, все переживания и поражения. Хьюго старался ни о чём не думать, а в полную меру наслаждаться этим моментом, потому что скоро ему придётся вернуться из нирваны в реальную жизнь. И это произошло, как только к нему подошёл припозднившийся Николас. Парню не понадобилось много времени, чтобы найти друга. Хьюго держался в стороне от толпы магов, собравшейся на пристани ради спасения Нибо.       — Скажи, что такое любовь? — Николас облокотился на железные леера рядом с другом. — Разве это не влюблённые взгляды? Не ласковые слова? Не прикосновения рук? Не щемящее чувство в груди при виде той самой?       — Я сам не до конца понимаю, что такое любовь и зачем она нужна, — Хьюго вздохнул и успокаивающе похлопал друга по плечу. — Рассказывай, что стряслось.       — Я застал Фрезу лобызающей Хассия.       При упоминании этого имени у Хьюго непроизвольно задёргался глаз.       — Какой же он всё-таки мерзкий. Сначала пострадал от него я, а теперь ещё и ты. Как он мог так поступить?! — возмутился Хьюго.       — Дело не в нём, Хассий не знал, что мы встречаемся. Никто не знал, кроме тебя. — Николас не старался защитить этого мага, он спокойно говорил правду. — Хотя я сейчас уже сомневаюсь, что у нас с ней вообще были какие-то отношения. Душенька Фрезы оказалась гнилой.       — В каком смысле? — Хьюго вздёрнул брови. — Хассий просто соблазнил её!       — Скорее наоборот, — парень попытался улыбнуться, но выглядел подавленно. — Пока ехал сюда, узнал о ней побольше. Оказывается, у Фрезы было много других мужчин, один даже покончил с жизнью после расставания. Мне остаётся только признать, что я стал очередным… трофеем.       Хьюго мог винить Хассия в мировых катаклизмах, в загрязнении окружающей среды и войнах, поэтому его крайне разочаровало, что ещё один повод у него безжалостно отобрали.       — Я надеюсь, что ты не хочешь покончить с жизнью? — мягко спросил друга Хьюго.       — Ерунда. Фреза не была моим смыслом жизни, — Николас вздохнул. Протяжно и глубоко. — Но с ней мне было радостно и как-то спокойно. Когда я летал на крыльях любви, то жить становилось легче, а когда я целовал её, то ничего вокруг уже не имело значения.       — У меня сердце кровью обливается, когда смотрю на твоё грустное лицо. — Он потряс парня за плечо. — Ну хочешь, я поговорю с ней?       — О боги, сколько по-твоему мне лет, мамочка? — Николас закатил глаза, но всё же тихо рассмеялся.       — Тогда найди новый предмет пламенного обожания.       Хьюго задумался, потом окинул взглядом коллег, что-то бурно обсуждающих, сбившись в кучку. Его взор лёг на девушку с густыми волосами, цветом точно воронье крыло. Она стояла рядом с Палладием, держа спину как королевская особа. А когда волшебница краем глаза увидела Хьюго, то повернулась к нему и одарила улыбкой.       — Помнится мне, в школе тебе нравилась Ванесса. Ты всё вздыхал, когда она проходила мимо, — вспомнил Хьюго.       — Ванесса была моей первой любовью. — Николас обернулся, чтобы узнать, на что друг так пристально смотрит, и тут же отвернулся, когда их с девушкой взгляды встретились. — Вплоть до того момента, как я узнал, что она твоя невеста.       — Да брось, это был уговор наших с ней родителей. Хелион ведь был помешан на всей этой ерунде с чистотой магической крови, — пробубнил Хьюго. — А в связи с его смертью уговор больше не действителен. Я как граф даже отменил его официально, чтобы не мучить Ванессу этим бременем.       — Признаться, в глубине души я до сих пор её люблю, и знаешь, это чувство отличается от того, что я испытывал к Фрезе. Кажется, я тоже использовал её, чтобы забыться. — Николас почесал светлый затылок. — Спасибо, мамочка, ты помогла мне понять, что такое любовь.       — Ты хочешь в детдом? — Хьюго нахмурился. — Не называй меня так больше.       — Почему? — Николас посмеялся в кулак. — Ты ведь у нас молодой отец.       — Отец, да? Я не знаю, как быть отцом. Базово забочусь об Озе: даю ей крышу над головой, еду и образование. Больше ничего. Не думаю, что это тянет на звание отца.       — Ты безнадёжен, — Николас шумно вздохнул. — Так ты разрешаешь мне любить Ванессу?       — Чушь какая. Не спрашивай у меня, лучше спроси у неё.       — Она откажет мне, это очевидно.       — Ты так уверен?       — Она любит другого человека.       — Да? Откуда ты знаешь? — Хьюго неподдельно удивился.       — О боги, ты действительно безнадёжен.       Николас улыбнулся живой, искренней улыбкой, и его глаза приобрели блеск, который сиял в них всегда. Теперь его лицо действительно выглядело счастливым. Даже в тот момент, когда он наблюдал за Ванессой, что украдкой любовалась Хьюго.       — В общем-то не важно. Если ты разрешаешь, тогда я начну упиваться любовью к Ванессе, может быть, чего-нибудь и добьюсь, — Николас подмигнул ему.       — Странный ты какой-то. Но да, всё не важно, раз это делает тебя счастливым.       Он ещё раз похлопал друга по плечу до того, как Палладий, прочистив горло, обратился к коллегам.       — Прошу всех подняться на борт!       Хассий успел вовремя и смог пройти на корабль самым последним.       На палубе быстроходного парусника с красноречивым названием «Надежда» собрались агенты разных магических организаций. Форму базальтового цвета гордо носили посланники Венеры, а бирюзовая ткань украшала волшебников Лотоса. И только одежда магов Зенита была окрашена в едкий синий, которого наблюдалось больше остальных. На высокой мачте реял флаг. Белая хризантема на полотне не только служила символом Зенита, но и была его знаменем правды. На языке цветов она означала «Вайзтем», а это в свою очередь переводилось в простую, но много значащую для всех волшебников фразу «Вверь мне!». На доверии друг к другу строился весь принцип организации. Без него не было бы стольких побед, без него не существовал бы Зенит вовсе. Каждый агент бросается в бой с верой в своего товарища и в себя. Они уверены, что среди них не водится предателей. И Хьюго откровенно задумался об этом, наблюдая за волнами на развевающемся флаге.       Может ли он считать себя предателем? В его теле спят клетки ферокса, существа, некогда положившего начало Клёрской войне и разрушившего мир. Дымные волки погубили половину человечества. И как только вирус начнёт прогрессировать, он обратится зверем и, возможно, нанесёт вред своим товарищам. О каком доверии может идти речь? Эта мысль поглотила Хьюго, и он не заметил, как к нему подошла девушка. Так бесшумно, словно она совсем не касалась пола. Облокотившись на леера, незнакомка осмотрела краем глаза Хьюго с ног до головы. Её губы дрогнули в улыбке.       — Не помешаю, граф де Бордо? — мелодичным голосом спросила незнакомка.       Только тогда парень обратил на неё внимание и понял по форме, что она относится к Зениту.       — Вы меня с кем-то путаете. — Хьюго старался остаться невозмутимым. С важным видом он поправил галстук, давивший шею, и больше не смотрел на неё.       Впрочем, девушку это не остановило. Она развернулась спиной к леерам и поставила ногу на натянутую цепь позади, отчего разрез на юбке обнажил кусочек её татуировки в виде цветка подсолнуха.       Волосы отдавали лазурным оттенком, будто море, отражающее небесную синеву. Косы на висках были так туго затянуты, что пространство между ними казалось начисто выбритым. Остальные локоны свободно ниспадали до лопаток и колыхались на ветру. Форма сидела на ней изящно. Пиджак скрывал широкие плечи и делал акцент на необычайно тонкой талии, которая приковывала к себе взгляды прохожих мужчин. И женщин, что с долей зависти поглядывали на грациозные изгибы.       — Я считаю, что не ошиблась, — продолжила девушка, не спуская с Хьюго глаз. — Вас, граф де Бордо, я узнаю из тысячи.       — Сегодня чутьё подвело вас, — Хьюго шумно вздохнул, — я не граф и вряд ли когда-то им был.       — Даже сейчас вы держите идеальную осанку, ваш костюм тщательно отутюжен, а взгляд так и вторит: «поскорее бы покинуть общество простолюдинов».       Наверное, это была шутка, потому как незнакомка приглушённо рассмеялась.       — Оглянитесь, — призвала она, — большинство здесь не заботятся о своём внешнем виде и горбятся, лишь бы было удобно стоять под палящим солнцем, — девушка усмехнулась и пожала плечами. — В наши дни знати почти не осталось. Мир меняется, всё больше семей отказываются от титулов. Интересно, добьёмся ли мы однажды равноправия…       Хьюго прошёлся взглядом по агентам. Действительно, если приглядеться, то можно различить в толпе Палладия, держащего спину с королевским величием, Ванессу, все движения который были лёгкими и изящными, будто она лепесток розы на ветру, Николаса, давно потерявшего титул, но не манеры, что чувствовались в каждом его слове. И такими были все волшебники, воспитанные аристократами. Можно отнять титул, но нельзя отнять душу, а душа у Хьюго графская.       — Возможно, в чём-то вы правы, — согласился с ней Хьюго и только сейчас посмотрел на незнакомку.       Она выглядела моложе его самого, он бы не дал ей больше двадцати двух. Черты её лица мягкие. Соболиные, слегка изогнутые брови расположились дугой над раскосыми серыми глазами, которые девушка старательно выделила ярко-чёрной тушью. На левом крыле округлого носика красовался след от прокола. Шею же, подобную лебединой, украшала цепочка, а на ней беззаботно болтался кулон в виде альстрёмерии. И хоть ярой поклонницей магических Цветков её было сложно назвать, атрибутика так или иначе прослеживалась.       — По-другому и быть не может, — нескромно согласилась незнакомка.       — Как вы там, говорите, вас зовут?       — А я и не называла имени, — она рассмеялась в ответ. — Попробуете угадать?       — Я что, похож на гадалку? — наиграно удивился Хьюго.       Девушка в одно мгновение изменилась, посерьёзнела. Она поставила ногу на палубу, и её каблучок глухо стукнул о дощечки, а край татуировки скрылся под юбкой.       — Вижу, вы уже познакомились.       К ним подошёл Палладий, рядом с которым находился другой молодой волшебник, довольно высокий. Чтобы увидеть его глаза, Хьюго даже пришлось чуть поднять голову. Незнакомец точно так же, как и большинство агентов на корабле, носил форму Зенита. Только Хьюго видел его впервые, в чём он бесспорно был уверен. Такую яркую рыжую макушку невозможно забыть. Длинные волосы парень собирал в хвост и чем-то напоминал Палладия. Не столько причёской, сколько надменным видом и неким величием во взгляде.       — Надеюсь, Герцина не доставила вам проблем, господин де Бордо? — поинтересовался незнакомец. — Моя напарница иногда бывает очень надоедливой.       — Значит, Герцина? — Хьюго просиял улыбкой и протянул девушке руку для пожатия, но та не сразу заметила её. Сначала она то и дело смотрела на напарника, пришедшего с Палладием, и только потом, опомнившись, приняла жест и пожала ладонь в ответ.       — Очень приятно, граф де Бордо.       — Я же говорил, что не граф, забудьте этот титул, госпожа Герцина, — сухо бросил Хьюго.       — Для меня вы навсегда останетесь графом, — она мельком подмигнула ему. — Лиру, что-то случилось?       — Мы пришли за вами, чтобы ещё раз обсудить план эвакуации города, — ответил тот.       Хьюго кивнул, и они все вместе направились к носовой части корабля, где уже собрались остальные агенты, но тут их окликнул тоненький женский голосок.       — Господин Палладий, можно вас?       Ева светилась. То ли виной тому было счастье, то ли слишком яркое солнце, отражающееся в начищенном бронзовом значке с эмблемой Лотоса, который она с гордостью носила на сердце.       Палладий остановился, кивнул остальным, чтобы шли дальше, и развернулся к девушке. Тогда морской бриз донёс до него пряные нотки её духов.       Он стоял выжидающе, прожигая Еву вопрошающим взглядом, а она не могла начать. Отводила взор. Закусывала губу. Краснела.       — Что вы делаете сегодня вечером?       — То же, что и вы, мисс Зурих, ищу Колокол. — Он сложил руки за спиной.       — Просто я слышала, — Ева теребила карамельного цвета локон, — что в Нибо красивые рестораны. Из самого популярного открывается панорамный вид на купол и весь город. Можно…       — Мисс Зурих, вы не отдаёте себе отчёта о важности миссии. В случае провала все ваши рестораны и целый город с его жителями канут в морскую бездну. И сейчас вместо того, чтобы обсуждать план эвакуации, вы тратите своё и моё время на пустую болтовню. Я разочарован в вашей компетентности до глубины души.       Ева не смогла ответить, и Палладий ушёл. Ей хотелось плакать, но ни одна слезинка так и не выступила на васильковых глазах.       «Надежда» остановилась вблизи острова, и до берега агенты добрались уже на шлюпках. Там их встретил весьма солидный мужчина в возрасте чуть больше пятидесяти лет, с небольшой пролысиной и большим животом, скрытым под торжественной рубахой без рукавов. Рядом с ним стояла охрана. Высокие мужчины в чёрных очках и костюмах с эмблемой Венеры выглядели неприветливо. Хмурые лица, и на лбах испарины от жаркой одежды. Они были наняты ещё давно правительством Нибо, чтобы охранять город от разбойников.       — Я ждал вас, гости дорогие! — поприветствовал их незнакомец и раскинул руки. Так как первым шёл Палладий, мужчина тут же заключил мага в крепкие объятья, и тот выпучил глаза от неожиданности.       — Я мэр Нибо, — продолжил мужчина, выпуская Палладия из кольца рук, — Косе Бальза, к вашим услугам.       — Кхм. — Палладий поправил галстук и шумно выдохнул. — Господин Бальза, мы прибыли сюда не гостить. Над городом нависла опасность, и наша задача её предотвратить. Господин мэр улыбался во все зубы и не прекратил даже после заявления агента.       — Конечно-конечно, прошу за мной.       Он развернулся и направился вглубь острова, куда бежала широкая дорожка, выложенная белым кирпичом. Вдоль неё стояли невысокие фонари, ночью светящие ярче звёзд всеми цветами радуги. Дальше находился густой лес, заросший массивными корнями деревьев, что были покрыты мхом, и всевозможными кустами. А под конец кирпичной тропы возвышалась скалистая гора, к входу которой и направлялся невысокий мужчина с пролысиной.       — Вперёд-вперёд, не отставайте, — с необычным задором сказал он и нырнул в гору. За ним проследовала вся колонна, а трое охранников остались снаружи.       Хьюго шёл не так далеко от начала их строя, посему с любопытством наблюдал за мэром и удивлялся, как такой низенький человек с объёмным животом ловко прыгал по ступенькам вниз, улыбался до ушей и каждый свой шаг сопровождал каким-то воодушевляющим словом или историей пещеры, по которой они спускались. Она была глубокой, уходила под море на добрых шестьдесят метров, и в ней отнюдь не было тускло: на стенах проглядывали встроенные в камень софиты, не хуже солнца освещающие путь. Только вот пещера оказалась слегка тесноватой, по лестнице бок о бок могли идти только два человека, и поэтому с Николасом ступал Хьюго, а тот в свою очередь смотрел то на мэра, то на выделяющуюся из толпы голову Герцины. Девушка сильно заинтересовала его.       — Дамы и господа, добро пожаловать в Нибо! — торжественно возгласил Бальза.       Покинув пещеру, они оказались на песчаном бугре. Отсюда было отчётливо видно город, он казался бескрайним, так что его границы размывались голубым горизонтом. Невысокие белоснежные домики теснились друг к другу, образовывая почти идеальный овал.       Но завораживали взгляд далеко не они, а исполинский купол, раскинувшийся над головами. Абсолютно прозрачный. Сквозь него виднелся океан, в котором плыли множество рыб, от акул до экзотических морских коньков. Зрелище напомнило океанариум.       — Вторая группа, оцепите периметр, третья группа займётся укреплением купола, четвёртая, подготовьте горожан к эвакуации, проверьте наличие шлюпок, пятая, на вас охрана пещеры, вход в Нибо только один, значит, Апогей явится отсюда, — командным голосом отдал приказы Палладий. — Остальные отправляются на поиски Колокола. Всем всё ясно?       — Так точно! — ответили агенты в один голос и разбежались, выполняя задания. Герцина ушла вместе с третьей группой до того, как Хьюго успел остановить её и задать интересующие вопросы.       — Что же это? Как же так? — негодовал мэр. — Вы разве не расслабитесь сначала, не поселитесь в гостиницу? Мы уже всё подготовили к вашему приезду. А завтра у нас пройдёт ежегодный фестиваль.       — Мы приехали делать свою работу, господин мэр, прошу простить. — Палладий кивнул и тоже поспешил заняться делом.       Агенты разбрелись в разные стороны, но Хьюго остался в паре с Николасом, и вскоре к ним присоединились Ванесса с Евой, и, как будто назло, Хассий.       — Ева, что это? — поинтересовался Николас, рассматривая странный прибор в руках девушки.       — Он реагирует на магический фон, когда Колокол будет рядом, то мы услышим писк, — поведала она. — Я припасла такой для всех, только Палладию забыла отдать. — В её голосе прозвучали еле скрываемые из-за произошедшего на корабле нотки грусти.       Ева вытащила из тряпичного портфеля с волшебными порошками ещё несколько таких же приборов, внешне похожих на детские рации, и отдала агентам.       — С чего начнём поиски? — спросила Ванесса.       — Я бы начал с какого-нибудь кафе, — ответил Хассий и засмеялся, когда остальные посмотрели на него странным осуждающим взглядом. — А что? Я один голодный, можно подумать. Мы четыре часа только плыли сюда.       — Вот и прохлаждайся в какой-нибудь забегаловке, а мы займёмся делом, — буркнул Хьюго, так ни разу и не посмотрев на брата. — Мы с Нико пойдём в южную часть Нибо, удачи в поисках.       — И вам, — пожелала Ванесса.       В городе царила суета. По улицам сновали люди с разным цветом кожи, среди них можно было встретить человека с совершенно чёрным лицом и даже с красным. В некоторых местах играли музыканты, и девушки в длинных юбках подтанцовывали им, занимая всю дорогу, так что торгаши с большими телегами жаловались на них. Хьюго с Николасом вышли на рынок, где не смолкали крики. Каждый продавец звал к себе как можно больше покупателей, завлекая якобы редчайшим жемчугом, самым сладким в мире фруктом или одеждой из нежнейшего шёлка.       Внимание Хьюго привлекла женщина, торгующая заколками. Ему понравилась та, что была с большим красным бантом, и он уже хотел купить её для Озы, только в последний момент вспомнил, что состриг ей волосы, и взял другую, поменьше, в форме луны, что вся отливала розовым жемчугом.       Расплатившись, он отошёл от лавки и почувствовал сладкий аромат гортензии, такой знакомый. Он уже чувствовал его раньше. Хьюго обернулся в поисках источника, прошёлся взглядом по толпе и понёсся сквозь неё, будто туда его тянула невидимая сила.       — Хьюго, ты куда? — Николас поспешил за ним.       Друг его не слышал, он мчался по улице, даже не заметив, как по другую сторону дороги прошла женщина с девочкой, что когда-то он спас от ферокса.