Ледяная душа | Властитель времени

      Разлепить веки, которые, казалось, смазали клеем, было тяжело. Последствие бессонной ночи. Между тем в дверь продолжали настойчиво стучать. Именно поэтому Хьюго и проснулся.       Он поднялся с постели и осмотрелся полуприкрытыми глазами, пытаясь понять, что произошло и где находится. Вчера вроде не пил, но голова гудела как с похмелья. Точно. Хьюго вспомнил: он до утра разговаривал с вампирами. Странно, что одна ночь без сна ввела его в беспамятство. Да, в прошлом он тяжело переносил бессонницу, но думал, что раз теперь не совсем человек, то она больше будет так влиять на него.       Хьюго так привык к мраку, что, пока спускался с верхнего яруса, пропустил перекладину и с грохотом упал на пол. От шума подскочил испуганный Николас. С взъерошенными волосами, торчащими в разные стороны, и внушительными мешками под глазами. Тёмные круги были больше, чем голубые глаза, распахнувшиеся от неожиданности.       — Что случилось? — сонно спросил Николас.       — Стучатся! — раздражённо бросил Хьюго и поднялся с пола, потирая ладонью ударенный копчик.       Он прошёл по комнате, шаркая босыми ногами, открыл щеколду и дверь. Внутрь тут же влетела небольшая гора снега, скопившаяся за ночь от нескончаемой бури, а следом ввалились Ева и Ванесса, отряхивая с головы снежинки. Они ещё подрагивали от морозного ветра: видимо, долго ждали, пока Хьюго проснётся. Он не ожидал их увидеть, но ещё больше его поразило, что снег засыпал все домики в лагере. Некоторые уже расчистили у входа, а у остальных не было видно даже окон.       — Девчонки, как я рад вам! — поприветствовал Николас, вставая с постели.       — Ох и долго мы вас откапывали, — жалобно простонала Ева, снимая мокрые перчатки. — Ванесса, почему ты маг льда, а не ветра?       — Чтобы жизнь сахаром не казалась, — усмехнулась та в ответ.       — Страшная буря, — заключил Хьюго.       Он вымел ногой, сколько получилось, снега за порог, но в щелях меж деревянных досок ещё осталась белая стружка.       — Когда это всё оттает? — Хьюго прикрыл дверь.       — Сейчас маги солнца собираются ставить солнечный купол над лагерем, так что, думаю, к вечеру снег сойдёт, — предположила Ева и повесила перчатки на узкий обогреватель под окном.       — А вы какими судьбами-то к нам? — удивлённо спросил Николас.       — Вас не было ни на завтраке, ни на обеде, вот мы и забеспокоились, — ответила Ванесса.       Николас вежливо помог Ванессе снять форменную куртку и повесил её на плечики в шкаф, тогда как Ева просто бросила свою на спинку стула.       — И решили принести вам поесть. — Ева, поддразнивая, пошелестела пакетом с контейнерами. — Макароны с мясом, запеканка и сок. За горячим чаем надо было самим идти.       — Это так мило. Хьюго, о нас заботятся прекрасные девушки, чем мы их отблагодарим? — весело протянул Николас.       — Отблагодарите нас денежным переводом за доставку, — подмигнула Ева.       — Мы это от души, а не за вознаграждение, простого «спасибо» будет достаточно, — предложила Ванесса.       Хьюго с Николасом переглянулись, будто у них была особая связь в голове, которая позволяла понимать друг друга без слов, и разом крикнули:       — Спасибо!       Девушки отреагировали смехом, наполнившим комнату и заставившим Николаса с Хьюго расплыться в улыбке. Давно они не слышали ничего радостного и уже заскучали по веселью.       — П-приятного аппетита, — пожелала Ева, одной рукой утирая проступившие слезинки, а другой протягивая им пакет.       За едой они разговаривали. О красоте алмазного замка, о Ледяном колоколе, который сложно искать в горах. Не только из-за большой территории, где поиски могут занять не один день, но и условий. Обледенелые подъёмы, разряженный воздух, горная болезнь. Конечно, с современным снаряжением и магией ничего из этого им не угрожало, но значительно растягивало время. А его у Хьюго оставалось не так много.       — Знаете, что меня давно беспокоит? Кто в Подводном городе подпалил ящики с бомбами? — сменил тему Николас, причмокивая трубочкой.       — Чего это ты вдруг? — У Хьюго на лбу появилась складка.       — Да просто последнее время всё больше думаю над личностью Апогея. Может, он в наших рядах?       — Это нелогично, — призадумалась Ева, почёсывая висок.       — Почему? — хмыкнул Николас.       — Потому что Апогей не маг, как он стал агентом Зенита? — рассуждала Ванесса, слегка покачиваясь на стуле.       — Значит, среди нас его сообщник. В принципе, если Апогей нанял Сов, то денег у него много и ему не проблема кого-то подкупить, — поразмыслил Хьюго.       — Эй, намекаешь, что в Зените есть продажные маги? — возмутился Николас.       Хьюго, как и Ева с Ванессой, разделял его возмущение. Никто не хотел верить, что в почётной организации водятся предатели, но выбросить из головы мысль об этом тоже не удавалось.       — Они везде есть, — вздохнула Ванесса. — И пусть отдел по борьбе с коррупцией отлавливает их, абсолютно всех всё равно не поймать.       — И кто же тогда этот предатель? — Ева поёжилась и прижалась к обогревателю.       — Ммм… Так наверняка и не скажешь, но не хочется думать, что это кто-то из нашей команды. Да и мы тут все друг друга давно знаем. С вами двумя я вообще дружу с рождения. — Ванесса с улыбкой указала на Хьюго и Николаса. — А Палладий — мой напарник уже восемь лет, к тому же он принц Орлеи. Готова поспорить, денег у него куда больше, чем у Апогея.       Хьюго мог бы ещё раз предположить, что предатель точно, нет, совершенно точно, Хассий, но Габриэль уже уверил его в обратном. Из всей команды осталась лишь Ева, на которую ещё ни разу никто не подумал, а ведь она и на демоническом пире с ними была, и в Нибо ездила. И познакомились они всего несколько месяцев назад, как раз тогда, когда начались все события с Колоколом.       — А что насчёт Евы? — Николас, скорее всего, подумал о том же. — Где ты была, когда взорвались бомбы?       — Считаешь, я — двойной агент?! — сердито буркнула она. — Я, может, не аристократка, но и не бедная, чтобы продаваться.       — Он совсем не хотел тебя обидеть. — Ванесса посмотрела на Николаса с прищуром.       Тот громко кашлянул в кулак, по всей видимости обдумывая сказанное и подбирая правильные слова.       — Не хотел! Да и Апогей мог подкупить чем-то ещё, помимо денег.       — Я была с Палладием! Он подтвердит мы сидели в засаде у Вечного дерева.       — Извини! — Николас поднял ладони, как будто сдавался, но Ева даже не посмотрела на него. — Ева-а-а, ну не обижайся, прости!       — Ладно, я не в обиде, твои подозрения обоснованы. Всё-таки я новенькая.       Хьюго раскрыл шелестящую упаковку и втянул из трубочки сок. Рот наполнился терпко-сладким вкусом клюквы, которую он не особо-то любил, но это было всяко лучше крови Асемии, предложенной вчера. Чистокровная вампиресса… Мысли о ней напомнили Хьюго, кто здесь на самом деле изменник. И сегодня он снова наведается к вампирам. Хотя настоящим предательством это трудно назвать: верой и сердцем Хьюго, несомненно, служил Зениту, но любопытство брало верх над здравым смыслом.       Скорее всего, богиня Судьбы устала слушать мрачные размышления Хьюго о себе и решила отвлечь его, подослав в дом Палладия.       Он вошёл с надменным, как всегда, лицом и утомлённым взглядом: возможно, и у него ночь прошла бессонно. За ним никого не было, но дверь сама закрылась, как по волшебству, и на полу следом появилась вторая дорожка снежных отпечатков.       — Добрый день, Палладий, — смело заговорил Николас, первым нарушив тишину. — И тебе, Анйо.       Он, казалось, поздоровался с пустотой, но скоро на том месте и правда возникла Анйо с волчьей маской. Вместо приветствия она лишь коротко кивнула в ответ.       — Вы что, весь день спите? — Палладий вскинул брови, заметив на столе колоду карт. — Мы сюда не играть приехали.       — Больше такого не повторится, — заверил Хьюго.       Уж лучше пусть думает, что они до утра играли, чем узнает о ночных похождениях Хьюго. Да и Николасу точно влетит, если вскроется, что он не доложил об этом.       Палладий потёр переносицу и встал посередине комнаты, чтобы его все видели. Анйо держалась левее. У неё в руке Хьюго заметил лист бумаги.       — Я пришёл сюда отчитать этих двоих, но рад, что застал всех в сборе. Утром Олефин созвал собрание, там обсуждали план штурма Инурских гор и делились на команды.       — Почему нас не позвали? — задал вопрос Николас.       — Потому что их планы нас не касаются. — Палладий выдержал небольшую паузу. — Не так сильно, по крайней мере. У нас разные миссии: они идут в горы убивать вампиров, а мы — искать Колокол. Анйо, пожалуйста, расскажи им.       — Прогноз обещает, что буря стихнет послезавтра. Значит, через два дня на рассвете выдвигаемся в горы. Магов разделили на десять групп по семь человек. Вот схема восхождения.       Анйо отдала Николасу листок, и остальные подтянулись к нему поближе, чтобы рассмотреть. Хьюго вытянул шею. Чёрной краской на бумаге напечатали фигуры: ромбики с номерами команд, расставленные вокруг Инурских гор. Одна группа поднимается с севера, другая — с юга и так далее. Участников расставили на один-два километра друг от друга, чтобы охватить всю местность.       — Также будет поддержка с воздуха, — продолжила Анйо. — Первая команда, встретившая вампиров, немедленно оповещает других по рации, в бой не вступаем. В горах непросто сражаться, нужно выманить их оттуда. Лучшим местом для битвы будет южный пляж, он находится совсем близко.       — Это план Олефина, чтобы вы знали. — Палладий сложил руки на груди. — Мы тоже разделимся и пойдём за ними, чтобы не мешаться. Помните, они сражаются, мы — ищем. Конечно, это не значит, что нужно игнорировать вампиров. Встретите хоть одного — оповещайте других и выманивайте на пляж. Вопросы есть?       — Да, — отозвался Николас. — Может, им тоже дадим приборы для поиска Колокола? Их больше, чем нас.       — У нас нет столько устройств. Ещё вопросы? Нет? Тогда делимся. Ванесса, ты со мной, Хьюго с Николасом. На этом всё.       — Подождите! — обратила на себя внимание Ева. — А я?       Палладий завёл руки за спину и сцепил кисти в замок. Он совсем немного повременил с ответом, похоже обдумывая, как лучше сказать, что хотел.       — Мисс Зурих, я считаю рискованным брать вас в горы. Операция сложная, а вы недавно выписались из больницы.       — Всё нормально, теперь у меня есть кёльт.       — Вы ещё не прошли подготовку.       — Я справлюсь!       — Сомневаюсь.       — Если так переживаешь за Еву, почему бы тебе не потренировать её? — предложила Ванесса, подняв уголки губ в невинной улыбке.       — Я переживаю за любого, на мне ответственность за ваши жизни, — уточнил Палладий. — Но будто бы у меня других дел нет, чтобы учить каждого.       Ева опустила плечи и отвела взгляд в сторону. Хьюго заметил, как она сжала пальцами край подоконника.       — Мисс Зурих, вам действительно стоит пройти подготовку, — подтвердила Анйо. — Многие маги получили кёльты только вчера, поэтому сейчас они усиленно тренируются. Это не то оружие, которое долго осваивают, пары уроков хватит. Если хотите, я вас запишу.       — Да, хочу! — оживилась Ева. Искры надежды засияли в васильковых глазах. — Господин Палладий, я не собираюсь быть обузой. Я покажу, на что способна! С кёльтом я снова могу летать и больше не упаду.       — Вот это настрой! — поддержал Николас.       — Молодец, Ева, — согласился Хьюго.       — Мы в тебя верим, — подмигнула Ванесса.       — Раз всё решено, нам с Анйо нужно идти.       — Занятие через час на крытом стрельбище, вы легко его найдёте, — сообщила Анйо и устремилась к выходу.       Палладий замер у самой двери, взявшись за ручку, и обернулся, внимательно посмотрев на Еву.       — И, пожалуйста, не переусердствуйте.       После напутствия он выскользнул из дома, а Анйо, вновь растворившись, закрыла дверь. Выглядело так, как будто её захлопнул сквозняк.       — Нам тоже пора, — сказала Ванесса.       Она встала со стула и хотела подойти к шкафу, но Николас оказался быстрее. Он снял с плечиков куртку и помог Ванессе одеться, не переставая лукаво улыбаться. Хьюго собрался помочь Еве, но та уже застегивала молнию.       — В б-о-о-о-й! — победно выкрикнула Ева и подбежала к дверям.       — Встретимся на ужине, — сказала напоследок Ванесса, и они с Евой вышли.       Остальное время Хьюго и Николас провели за игрой в карты и разговорами ни о чём: ни о важном, ни о глобальном. О погоде, предполагая, закончится ли буря через два дня или продолжится ещё неделю. Об особняке Шартье, решая, нужно ли Хьюго нанять дворецкого или горничных, потому что без миссис Джонсон дом совсем запылился. Да и убирать такие просторы в одиночку пожилой женщине не удавалось: всегда блестело лишь одно крыло — то, где они проводили всё время.       Николас напомнил, что при живых графе и графине Шартье всегда был наполнен прислугой, вычищен до основания и в нём часто бывали гости. Хьюго же парировал, что новый хозяин дома не любит гостей и когда вокруг него крутится много народу.       В семь часов они отправились на ужин. Улица к тому времени оттаяла под солнечным куполом, который не только согревал, но и защищал лагерь от яростной бури.       После еды они не стали задерживаться и сразу вернулись в дом. Хьюго хотел залечь в кровать и обдумать визит к вампирам: всё-таки нужно было как-то улизнуть, чтобы Николас не заподозрил, но тот не дал ему полежать.       — Соскучился? — спросил Николас, показывая кобуру с хорошо известным Хьюго кёльтом.       — Нет-нет-нет, убери это, — он сразу отмахнулся. — Не хочу.       — Ты забыл уже, что должен носить его? И не отворачивайся. Сейчас будем работать над твоей фобией.       Хьюго искоса подглядывал за Николасом, пока тот делал что-то непонятное. Он оттащил на середину комнаты стул, ловко вытащил из кобуры кёльт и положил на сидение, а затем повернулся к Хьюго.       — Представь, что это не оружие, а водный пистолет.       — В чём разница?       — Хорошо. Тогда это шоколадная фигурка.       — Психолог из тебя так себе.       — Ну знаешь, я вообще-то целитель, а этот способ в книге вычитал.       — А-а-а, ты теперь ещё и читаешь? Растёшь. — Хьюго многозначительно кивнул. — Только вот плохую книгу выбрал.       — Не переводи тему. Ты должен убедить себя в том, что кёльт не опасен.       — Не в этом проблема, Нико. — Хьюго разочарованно вздохнул.       — В чём тогда?       — Я сам не знаю, но смерти от кёльта я точно не боюсь. Возможно, тут всё сразу: обида на родителей и Хассия, непринятие себя…       Николас потёр кулаком губы, сопровождая это долгим мычанием.       — Помнишь, ты сказал мне, что готов бороться ради Озы. Уже передумал?       — Нет, просто всё оказалось сложнее, чем я представлял.       — И поэтому даёшь заднюю?       Хьюго глубоко вдохнул и шумно выдохнул, прежде чем встать напротив кёльта. Он сосредоточил взгляд на рукояти с изображением цветка, в честь которого назвал Озу. И постарался почерпнуть силы сражаться ради неё дальше.       — Я попробую.       — Если что, я на подстраховке. Ты не один. — Николас посерьёзнел.       Не один… Верно, Николас всегда рядом. Интересно, Хьюго когда-нибудь благодарил его за это? Казалось, лишь подводил и разочаровывал. Пришло время отплатить за доброту действиями.       Хьюго чуть согнул спину и медленно потянул руку к кёльту. Для начала бы коснуться. Просто потрогать сталь, ощутить пальцами холод. Ещё совсем немного. Он всё больше и больше думал об Озе, воображал её смеющейся и такой счастливой. Она в безопасности, благодаря Хьюго ей ничего не угрожает. Потому что он пересилит себя. Потому что защитит её. Потому что сможет…       Ладонь легла на рукоять. Счастливая Оза вмиг сменилась призрачным Хелионом, держащим дуло у виска.       «Прости, Хьюго», последнее, что он тогда сказал.       А затем призрак отца выстрелил, но пуля будто оказалась настоящей и попала в Хьюго. Тот свалился с ног, опрокинув стул. Кёльт отлетел под кровать.       — Что происходит, Хьюго?! — спохватился Николас и упал рядом на колени. — Держись, ох, пожалуйста, держись!       Хьюго сам не понимал, что происходит. В один момент все чувства превратились в ярость. Жгучая обида хлестала по груди раскалённым прутом.       Николас перевернул Хьюго на спину, попытался дотронуться до лица, но тут же отдёрнул руку.       — Кожа как кипяток, — ужаснулся он.       — Я вспомнил, вспомнил, что отец сказал перед смертью, — говорил Хьюго, задыхаясь.       — Не думай об этом. — Николас шепнул заклинание и поднёс светящуюся ладонь ко лбу Хьюго, не касаясь.       — Он извинился, попросил прощения. Как я могу его простить?! У него был выбор. Он мог не спускать курок!       От излучаемого светом тепла стало хуже. Хьюго выдохнул пар, почувствовал, как по лицу скатились капли пота.       — Мне нужно окунуться в сугроб. — Хьюго отвёл руку Николаса. — Жарко.       — Сейчас принесу снега!       — Нет, этого мало. Мне нужен сугроб.       — Я не могу тебя отпустить… Если станет хуже?       — Станет лучше, уверяю.       — Но…       — Николас, отпусти меня. Я вернусь, обещаю. Всё будет хорошо.       — Тогда я с тобой.       — Опасно, — прохрипел Хьюго, с трудом поднявшись с пола.       — Не страшно!       — Не глупи. Я монстр, мне буря нипочём, а ты, к счастью, человек. Прошу тебя, отпусти.       Николас сжал ткань штанов на бёдрах, стиснул зубы до скрежета и опустил голову.       — Иди, — через силу разрешил он и поднял встревоженный взгляд на Хьюго. — Но обещай, что вернёшься. Клянись!       — Вайзтем, — проговорил Хьюго.       “Верь мне”.       — Возьми. — Николас положил телефон ему в карман. — Пропустишь хоть один звонок — я пойду тебя искать.       Хьюго кивнул напоследок и выскочил на улицу, оставив браслет Клаудии на дверной ручке. Он так жаждал ощутить прохладу, что совсем забыл про купол, создавший в лагере настоящее лето. Избегая встреч с магами, Хьюго петлял меж домов, пока наконец не выбрался за пределы ограждения. В тот же миг вспотевшее лицо обдало морозным ветром и тело расслабилось.       Он побежал вперёд, не оглядываясь, скрываясь за снежной пеленой и пушистыми елями. Чуть дальше показался большой манящий сугроб, в который Хьюго нырнул без промедления. Снова снег, как в прошлый раз, зашипел и расплавился, соприкоснувшись с горящей кожей. А Хьюго постепенно провалился глубже. Мысли об отце улетучились. Чувства охладели. Они не исчезли, но спрятались в сердце, где всегда сидели.       Хьюго прикрыл глаза и пролежал так, пока жар окончательно не спал. Нужно было скорее идти к Асемии, чтобы Николас не ждал долго. Хьюго стыдился признаться, что использовал недуг как предлог наведаться к вампирам, но другого шанса не появится.       Путь к дому Асемии он успел запомнить, стоило один раз по нему пройти. Хьюго переступил барьер и очутился внутри. Тихо. Никто не встречает. Его и не должны были ждать так рано, ведь договорились они на полночь. Но чем таким заняты вампиры? Да, точно. Хьюго припоминал, что Шамиль говорил про какую-то там работу. Непонятно.       Хьюго вновь увидел на стенах загадочные картины. Корабли с чёрными парусами бороздили море. Он поднимал взгляд выше и выше, скользя им по изображениям, пока не запрокинул голову. Хьюго округлил глаза. Сверху на него смотрела корма ещё одного корабля, нарисованного на потолке. Огромные чёрные паруса выглядели точно крылья. Как он не заметил его в прошлый раз? Хьюго невольно подумал, что у этой семьи странный фетиш на судна.       Хьюго дёрнулся: колокол на медных часах пробил восемь раз. Может, в доме всё же кто-нибудь есть? Хьюго заглянул в обеденный зал, но там было пусто и даже свечи не горели. Тогда он прошёлся по первому, совсем короткому этажу. На нём находилось всего четыре комнаты. И какую бы дверь он ни дёрнул — все оказались заперты. Поэтому Хьюго поднялся выше. Здесь помещений было больше, а коридор длиннее. Стены без окон покрывали не бордовые, а тёмно-зелёные обои, и опять на них висели те же картины. Похоже, вампирам не нравится солнечный свет.       И тут все двери заперты… Кроме одной, что была слегка приоткрыта. Хьюго из любопытства одним глазом заглянул в щель и услышал знакомый голос.       — И тогда вампир громко заплакал...       Шамиль лежал на просторной кровати с розовым балдахином. Рядом с ним по обе стороны теснились тройняшки и увлечённо слушали рассказ.       — Почему он заплакал, папа? — спросила Зэла, лежавшая на плече Шамиля.       — От радости, что выжил, и немного от горя, ведь больше не будет так, как раньше, а сам он теперь не человек. Его пугала неизвестность, но прекрасная королева вампиров показала ему красоту новой жизни и он больше не горевал. Потом и вовсе влюбился в вампирессу.       — А дальше? Что дальше? — с заворожёнными видом пролепетала Чала.       — Королева тоже полюбила его, и у них родились три чудесные принцессы. — Шамиль заботливо погладил дочь по волосам.       Хьюго догадался, про кого эта сказка. Он бы и не сказал, что Шамиль умеет плакать и вообще испытывать какие-либо эмоции, кроме гнева. Но глядя на то, как он ласков с тройняшками, Хьюго понял: Шамиль злой только с ним. С семьёй он, наверное, любящий и обходительный. Да, когда рядом нет Хьюго.       Фира, словно почувствовав его присутствие, соскочила с кровати и толкнула дверь, застав Хьюго врасплох. Он не знал, что делать, поэтому застыл на месте. Между тем взгляд Шамиля изменился с нежного на сердитый. Пока Хьюго раздумывал, Фира взяла его за рукав и потянула в комнату.       — Король! — радостно крикнула Зэла.       — Ура! — подхватила Чала. — Мы скучали!       Девочки слезли с кровати и облепили Хьюго, обнимая за пояс.       — Что ты натворил? Они почти заснули! — грозно бросил Шамиль.       — Да, конечно, я видел, — парировал Хьюго, поглаживая светлые макушки тройняшек. И всё же они были обычными детьми. Почти.       — Вот теперь сам их укладывай.       — Расскажите нам сказку! — попросила Чала и подняла на него умоляющий взгляд.       — Пожа-а-а-алуйста-а-а! — протянула Зэла.       Фира ограничилась одним лёгким кивком, подтверждая, что и она бы не отказалась послушать историю от короля. И под натиском просящих взглядом Хьюго сдался. Почти.       — Я ищу Асемию.       — Она ещё не вернулась, время есть. — Шамиль отрезал путь к отступлению.       У Хьюго постепенно кончалось драгоценное время. Бездумно тратить его он не мог.       — Когда она будет здесь?       — Я уже предупредил её, что ты пришёл, скоро вернётся. Садись и рассказывай сказку.       — Ладно, раз так.       Услышав согласие, девочки что-то прокричали и запрыгали, радуясь победе, а затем суетливо забрались назад к отцу. Шамиль лёг с краю, а сёстры, теснясь друг к другу, замерли в ожидании на подушках.       Хьюго приметил низкий диван напротив кровати и сел, сильно подогнув колени. Комнату освещал ночник — достаточно, чтобы разглядеть разбросанные по полу рисунки. На каждом были изображены какие-то люди. Нет, вампиры, похожие на тех, что Хьюго встретил вчера. Нельда в фартуке, дед с крючковатым носом, подросток, любящий смолу, имя которого он плохо запомнил. Кажется, Дорош. Ещё несколько вампиров и, конечно, же, Шамиль с Асемией. Обычная семья. Почти.       Хьюго заметил раскрытые шторы с бабочками. Хоть где-то было окно. Хьюго перебирал в голове несколько легенд, что помнил наизусть, и пытался выбрать, какую из них рассказать.       — Ну? — поторопил Шамиль.       — А про что вы хотите услышать?       — Про любовь! — без раздумий сказала Чала. — Счастливую, как у мамы с папой.       — Вечно ты всё про любовь и про любовь, — хмыкнула Зэла.       — А что в этом плохого? Когда-нибудь я тоже встречу такого же вампира, как папа, и мы полюбим друг друга. — Чала мечтательно прикрыла глаза.       — Обязательно, капелька, — горделиво произнёс Шамиль.       — Любовь — это скучно, — вступила Зэла. — Хотя про родителей я готова слушать вечно.       — Я знаю не так много сказок, но есть одна легенда, которую когда-то рассказала мне мама. Она о сотворении нашего мира. И начинается так… Где-то высоко, дальше неба, за звёздами, существует царство. Человеку просто так до него не добраться, сколько бы ракет он ни построил. Ни одна не долетит. Не потому, что далеко, а потому что врата царства скрыты от глаз живых, их видят лишь мёртвые. А точнее, души. Но не все, а те, кто при жизни творил добро и никому не причинял зло. Только для таких откроется проход в царство под названием Обетование.       — Значит, после смерти я попаду туда? — спросила Зэла.       — Да, — уверил Хьюго.       — Нет, — вставил Шамиль, — ты вампир и будешь жить вечно. А если кто-то попробует отнять у тебя это — я его разорву.       — Продолжим. В Обетовании живут боги.       — Богов не существует, — фыркнул Шамиль.       — Может, мне уйти?       — Нам интересно! Очень! — отозвалась Чала.       — Ладно, помолчу. — Шамиль сложил руки на животе.       Хьюго вздохнул.       — Жизнь в царстве протекает совсем беззаботно, там нет грусти и страха. Боги постоянно устраивают пиры, вечно веселятся, а кроме этого почти ничего не делают. Поэтому однажды богиня земли Фалена заскучала и сбежала из Обетования, но, как только за ней закрылись врата, она оказалась в объятьях тьмы. Это бог ночи Нуар подготовил для неё ловушку. Он втайне любил богиню Земли, поэтому заточил её в ночи и не хотел отпускать, чтобы она всегда была рядом с ним. Фалене ничего не оставалось, как блуждать в темноте. Через несколько лет она устала и легла отдохнуть, но стало холодно, поэтому она насыпала на том месте земли, чтобы согреться. Со временем вокруг распустились цветы, зазеленела трава и выросли деревья. Фалены не было так долго, что другие боги забеспокоились и пошли её искать, но тоже оказались в ловушке. Бог Солнца разгневался, разогнал тьму и тогда увидел Фалену, спящую в цветах под деревьями. Она проснулась, стоило лишь лучам коснуться её век. Бог Воды сотворил озёра, чтобы она напилась, и море, чтобы искупалась. Так появился материк, на котором мы живём. Фалена полюбила своё творение и решила не возвращаться в царство. Узнав об этом, Нуар попросил у неё прощения и набрался смелости признаться в чувствах. Фалена не таила обиды, но и любви к богу Ночи не испытывала. Нуар принял её ответ и ушёл за море. Там из тьмы он обосновал новый континент, откуда по сей день наблюдает за Фаленой в надежде, что однажды та его полюбит.       Хьюго закончил, когда заметил, что заснули не только тройняшки, но и Шамиль, обняв дочерей рукой, чуть слышно посапывал. Хьюго накрыл их тонким одеялом и бесшумно вышел из комнаты.       — Хорошо постарался, — похвалила Асемия, поджидающая снаружи. — Даже мне с трудом даётся уложить их.       — Извини, что рано.       — Не страшно. Пойдём.       Асемия провела его в конец коридора и нырнула в одну из комнат. Хьюго зашёл следом. Скорее всего, это был чей-то очень тёмный кабинет. Окно здесь занавесили длинной бархатной шторой. Асемия включила светильник на столе и жестом предложила Хьюго устроиться в кресле. Она пододвинула второе и присела напротив, не облокачиваясь, но поддерживая ровную осанку. Красотой и ухоженностью вампирессу было сложно отличить от человеческой аристократки, выдавал её, как и всех, неестественный цвет глаз. В остальном — идеальная царица, будто сошедшая с портрета. Даже платье у неё было подобающее, богато украшенное россыпью блестящих камней.       — Что-то не так? — спросила Асемия, заметив, что её рассматривают.       Хьюго смутился, мигом увёл взгляд и зацепился им за статуэтку парусника на полке.       — Красивое платье.       — Правда? — Она просияла в улыбке. — Его сшила Нельда. Она сказала, что королеве не пристало ходить обнажённой.       — Обнажённой? — Хьюго в изумлении посмотрел на неё.       Асемия тихо хохотнула, прикрыв губы ладонью. Хьюго про себя отметил, что её когти превратились в самые обычные человеческие ногти.       — Тебя это удивляет? Меня ничуть не смущают голые тела, но в вашем мире всё иначе. Нельда обучила меня манерам, правилам, этикету. Столько всего рассказала. Раньше она была гувернанткой в Алмазном дворце.       — А что с…? — проговорил Хьюго, взглядом указав на руки.       — Ты про когти? — уточнила Асемия и погладила тонкие пальцы. — Я их спрятала. Сейчас они не пригодятся.       — Вы и такое умеете?       — И даже больше. Скажи, Хьюго, у тебя что-то случилось? Аура всё выдаёт.       Хьюго прикусил губу.       — Я чуть не потерял контроль. Никогда ещё не чувствовал такого сильного жара, казалось, он вот-вот вырвется из груди и уничтожит лагерь. Если честно, стало так страшно.       — Чего ты опасаешься?       — Навредить другу и… товарищам.       — Правильно боишься.       — Что? — Хьюго свёл брови.       — Жар с каждым разом становится сильнее, да? В какой-то момент ты перестанешь управлять им и тогда всё. Он поглотит тебя. Ты обратишься и убьёшь всех, кем дорожил. Конечно, если они не прикончат тебя раньше. Разве этого ты желаешь?       — И что ты предлагаешь?       — Останься со мной.       — Тогда я превращусь в ферокса.       — Ты в любом случае обратишься, потому что не сможешь взять кёльт. Аура не врёт, ты не готов и вряд ли когда-нибудь будешь. А друзья в силах справиться с тобой? Привести в чувство? Не дать волку захватить разум и свести с ума? Мне кажется, нет. Я более чем уверена, что они просто убьют тебя. Ну, или если ты им всё же дорог, то они сошлют тебя на остров, пока ты там сам не умрёшь от магической болезни. В твоих же интересах примкнуть ко мне. Я обучу контролю, сделаю из тебя могущественного ферокса. Истинного короля нечисти.       — Не понимаю… Ты зовёшь меня с собой, но зачем я тебе нужен?       Асемия опустила голову и стала разглаживать складки на юбке.       — Знаешь, Хьюго, я ведь неудачница. Чистокровная, которой не повезло. Я расскажу тебе свою историю, в ней ты найдёшь ответы.       Она откинулась в кресле, выдержала паузу, постукивая ногтями по подлокотнику. Похоже, Асемия ворошила в памяти старые дни или просто томила его ожиданием.       — С моего дня рождения минул уже целый век, а я до сих пор помню его так же ясно, как вчерашнее утро. Люди появляются на свет из других людей, а меня породила тьма. Я очнулась в ней, когда услышала зов. Такой родной и знакомый, словно нас всегда связывали невидимые узы. Я пошла на него и оказалась здесь.       — На острове?       — Верно. Меня единственную из чистокровных по чей-то злой шутке занесло сюда тогда, когда сородичи собрались на Фалене. Вместе с фероксами. Знаю, тебя интересуют подробности Клёрской войны, но я не застала её. Пытаясь пересечь море, несколько раз чуть не утонула и… сдалась. Упала на песок и провалялась так часами, плача и жалея себя.       Хьюго слушал с невозмутимым, серьёзным видом. Чистокровная, казалось бы, безжалостная убийца, что пришла в мир сеять хаос, по рассказам и поведению выглядела обычным человеком. Были её слова правдой или ложью, он не знал, но вампиры удивляли его всё больше и больше. Хьюго общался с ними достаточно, чтобы понять, что они совсем другие. Более человечные, нежели те, с которыми он встречался до этого. Может быть, на Асемию повлияло то, что её не втянули в войну.       — Ты сказала, что вышла из тьмы. А знания? Ты понимала, кто ты?       — Я ничего не знала о людском мире до встречи с Шамилем, если ты об этом, а вот про себя, королей и нечисть — абсолютно всё с самого начала. Как будто в разум кто-то загрузил данные и пробудил меня. Так подумал Шамиль, когда узнал, однако всё иначе. Узы, что связывали меня с королями, и были источником знаний. Я чувствовала, что должна следовать за фероксами, защищать их и служить им. Понимала, что они создали монстров, заполонивших землю. Хотя, конечно, цели королей мне неведомы.       Хьюго запустил пальцы в волосы и почесал затылок. Ответы вампирессы порождали лишь ещё больше вопросов.       — Допустим. А что случилось дальше? Ты снова попробовала плыть?       Она отрицательно покачала головой.       — Я… услышала странный гул. Повернулась к лесу и увидела парящих над ним железных птиц.       — Что? Железных птиц?       — Ну, потом я узнала, что у людей это называется вертолёт. Не смейся, — обиженно буркнула Асемия, когда Хьюго хохотнул. — Тогда мне было неважно, что это, главное — они летали, а значит, на них я могла пересечь море.       — Понимаю.       — Я решила пойти туда, откуда они прилетели. На другой конец острова. Наивно полагала, что дойду быстро, но Ванерхем огромен. В итоге я скиталась по лесу, наверное, неделю, прежде чем… — она чуть слышно вздохнула, — в голове появились новые образы. Я мысленно перенеслась на поле боя в каком-то городе. Повсюду разруха и огонь. Я видела, как фероксы сражаются с магами. — Асемия с силой сжала кулаки. — Чувствовала ту боль… Королей сжигали, топили, резали, рвали. И как ещё только маги не мучили их.       Хьюго догадывался, что Асемии совершенно точно тяжело это вспоминать, но не сопереживал ей. Маги обошлись с фероксами беспощадно, но, как бы то ни было, войну начали не они. Короли первыми убивали людей, оттесняя человечество к грани вымирания. Чудища получили по заслугам, пусть и обошлись с ними жестоко. Озвучивать мнение Хьюго не стал.       — Я хотела помочь, защитить их… Но была слишком далеко. Хотя, наверное, одна чистокровная всё равно бы ни на что не повлияла. Магов было больше, чем королей, а с силой, дарованной демонами, они почти сравнялись с фероксами. Просто никчёмно оправдываюсь...       — Ты права, одна чистокровная ничего бы не изменила. Судьба фероксов решилась, как только люди получили магию. Бессмысленно винить себя.       — Я не могла не винить. Когда последний король умер, мой мир потерял смысл и я отчаялась. Мне больше не к кому было стремиться, некого защищать. Поэтому я бесцельно бродила по Ванерхему. Иногда мне встречались монстры, иногда — обширные пожары. Разрушенные деревни, где никого не было. Окровавленные тела. А потом я случайно вышла к Алмазному дворцу. Помню, как он сверкал в алом лунном свете.       — Кровавое полнолуние? — опешил Хьюго.       — Да, алая луна после моего рождения всходила каждую ночь целый месяц.       — А теперь раз в полгода…       Асемия пожала плечами.       — Мне нравится такая луна. В ту ночь она сияла непривычно ярко. Алмазы на дворце переливались заревом. Я бы хотела, чтобы однажды ты тоже увидел эту красоту. Хотя дворец почти полностью разрушили. Уцелели крыша и левое крыло. Мне стало любопытно, как там внутри, и я зашла. Прогуливаясь по мраморному залу, встретила их.       — Кого?       — Кучку выживших, но обречённых людей. Они лежали на полу и тихо молились. Не все, один плакал.       — Шамиль? — предположил Хьюго.       Асемия умилённо улыбнулась.       — То ли от боли, то ли от страха. Мне кажется, первое наиболее вероятно, потому что он зажимал рану на животе и всхлипывал. Когда я подошла ближе, он, на удивление, не испугался, а заворожился. Наверное, потому что я была голая.       Вампиресса сделала такое блаженное лицо, что Хьюго хмыкнул.       — Если честно, мне стало их жаль, поэтому я и предложила им бессмертие. Для тебя это, конечно, не покажется спасением, а у них другого выбора не было. Хотя они всё равно сомневались. Сразу согласился только Шамиль. Потом уже он воодушевленно уговорил их перейти на мою сторону. Я обучила их контролю, помогла приспособиться. И постепенно… Нет, я с самого начала знала, что они — мой новый смысл жизни. Поэтому и обратила их, чтобы защитить. Поэтому и хочу помочь тебе.       — Ясно. — Хьюго понимающе покачал головой. — То есть я лишь способ искупить вину?       — Нет. Не совсем. Я правда хочу спасти тебя. Хьюго, ты не заслуживаешь такого бесславного конца. Никто из королей не заслуживает.       — А что насчёт Шамиля? Мы с ним не уживёмся.       — Со временем, надеюсь, всё изменится. Шамиль просто ненавидит людей.       — Люди-то тут причём? — фыркнул Хьюго. — Он должен ненавидеть фероксов, которые уничтожили мир.       — Но это не они нас бросили. — Шамиль показался на пороге, совершенно бодрый. — Так защищаешь дружков, а сам ничего о них не знаешь. Догадываешься, наверное, но принимать истину не желаешь. Люди — сволочи. Все поголовно. И чем они богаче и влиятельнее, тем сволочнее. Знаешь, кем мы раньше были? Я — обычным архитектором, Нельда — гувернанткой, дед Хинш — вообще садовником, а Дорош и Матия работали прислугой. Все мы служили в Алмазном дворце. И, может быть, только короткими приветствиями, но мы общались со знатью, а нам всегда улыбались в ответ. А как только в Мариль вторглись чудища — они сразу похватали монатки и улетели на вертолётах. Целый город бросили. Не только они, военные тоже после пары часов обороны отступили. О людях никто не заботился.       — Простые военные не справились бы с натиском монстров. Маги еле справились! — возбуждённо парировал Хьюго.       — Считаешь, я этого не понимаю? — буркнул Шамиль. — Одолели бы или нет — какая разница. Они людей бросили. Даже не пытались эвакуировать, просто улетели. Дар Асемии стал для нас спасением, а ты свой дар отвергаешь! Поэтому я презираю тебя.       Хьюго резко подошёл к Шамилю и ткнул пальцем ему в грудь.       — Я не такой, как ты! Я не был на грани и не молил о спасении.       — Уверен? — Шамиль схватил Хьюго за запястье и небрежно оттолкнул. — Твоя аура говорит совсем иное. Ты всегда хотел, чтобы тебя спасли, ещё до встречи с фероксом. Потому что тебе надоело жить в вечной обиде и затворничестве, не так ли? Из-за этого ты ведь и отправился на тот праздник? А что потом? Струсил! Струсил меняться и вернулся в особняк. Ферокс — самое настоящее спасение для тебя. Именно он вывел тебя из зоны комфорта, чтобы ты хоть немного изменился. Только вот обиженный на папочку мальчик всё ещё управляет тобой.       Хьюго замахнулся кулаком, но Шамиль отклонился в сторону, и вмятина осталась на стене. Вампир, воспользовавшись секундным замешательством, носком ударил Хьюго под коленную чашечку, и тот упал. Выругался и поднялся, чтобы врезать ещё раз, но Асемия встала на пути.       — Успокойтесь! Шамиль, выйди.       — Слабак, — бросил тот, прежде чем хлопнуть дверью.       — Отойди! — рявкнул Хьюго и сделал шаг.       Асемия выставила руку и серьёзно посмотрела на него.       — Ты опять потерял контроль. Ничего не видишь, кроме гнева. Если будешь так легко воспламеняться — позабудешь человеческую сущность и превратишься в монстра. Пожалуйста, Хьюго, приди в себя и успокойся.       Хьюго искривил губы. Вампиресса говорила правду, которую Хьюго не хотел слышать. От которой он так старательно убегал последние месяцы. Нехотя пересилив себя, он выдохнул накопившийся гнев, и стало легче.       — Вот, так лучше? — Асемия снисходительно улыбнулась.       — Я всё равно не могу остаться с тобой. Не могу бросить дело, которое мне поручили.       — Отыскать артефакт, правильно?       Хьюго оглядел её с подозрением.       — В ауре вычитала?       — Нет.       Асемия скользнула по комнате, закружилась, словно красовалась перед ним, и вдруг остановилась перед занавешенным окном.       — Ты ведь знаешь, что вампиры не колдуют? Но при этом мы живём в роскошном доме внутри скалы за защитным барьером. И у нас есть всё, чего мы только пожелаем. Уже догадался?       Она раскрыла шторы, и Хьюго увидел водопад, находящийся так близко, что множество струек стекали по стеклу. Тогда он окончательно убедился, что всё вокруг было иллюзией. Магической иллюзией. И если вампиры от природы не колдуют, это, несомненно, означало лишь одно.       — Верно. Артефакт, что ты ищешь, у меня, — с нотками игривости в голосе подтвердила Асемия.       — Невозможно!       — Почему? Вот же он. — Асемия потянула за цепочку и вытянула из-под воротника длинную голубую палочку.       Язычок. Судьба всего мира. Третья и последняя часть Ледяного Колокола всё время висела у чистокровной на шее. Хьюго сглотнул.       — Как ты совладала с его силой?       — Не знаю. Может, он просто посчитал меня достойной и поэтому решил немного поделиться магией? Я нашла его на склоне горы лет девяносто назад. Хочешь, я отдам артефакт, а ты взамен останешься со мной?       До этого момента предложения Асемии не имели такого веса, как сейчас. Обучиться контролю, стать королём — всё это ничто по сравнению с победой над Апогеем. Вампиресса, вполне возможно, лгала, но Хьюго почему-то доверял ей. Может, успел проникнуться человечностью, которой в ней было больше, чем в нём самом.       Так или иначе, теперь настало время определиться с выбором. Хьюго понимал, что пока Асемия владеет хоть и малой, но частью мощи артефакта, с ней не справится штурмовая группа. Не потому, что вампиресса сильная, а потому, что их логово никто не найдёт. По крайней мере, не завтра и не через полгода. Чтобы обыскать просторы Инурских гор, потребуется много времени, которого просто не было. К тому же, вход в пещеру защищён барьером. Он не пропустит неугодных вампирам магов.       Хьюго и не хотел, чтобы кто-то нашёл их, чтобы им причинили вред. Он признался себе в этом не без труда: как может агент Зенита защищать нечисть? За обычных тварей, убивающих людей, Хьюго бы не переживал, однако эти были иными. Совсем не такими, как все остальные. Они не потеряли рассудок и сохранили разум. Сохранили в себе невинных людей. Когда Хьюго вместе с другими магами сражался за Ванерхем, на них не напал ни один вампир. Наверное, вместо войны они продолжали тихо жить в Инурских горах. И среди них были дети. Маленькие вампирессы, да, но такие же разумные, как и их мать.       — Допустим, я соглашусь. И что мы будем делать дальше? — спросил Хьюго после недлительных раздумий. — Останемся на острове под носом у целого лагеря магов?       — Мы уплывём.       — А?       — Отправимся в Обетование.       — Это просто легенды.       — Не совсем. — Асемия одарила Хьюго хитрым взглядом. — Я покажу тебе кое-что. Следуй за мной.       Она вывела его из логова и спустилась с горы. Хьюго не отставал ни на шаг, пробираясь сквозь море снега. Боялся, что если отдалится, то упустит из виду, ведь на фоне бури Асемия казалась белым пятном, что легко потерять среди сугробов. Они шли через хвойный лес, обрамляющий Инурские горы, всего несколько минут, но Хьюго уже перестал ориентироваться. Они шли то ли на север, то ли на юг. И в какой стороне лагерь, он тоже не знал. Повсюду одни безмолвные деревья и снег, хлопьями оседающий на ресницах.       Асемия замедлилась, сравнялась с Хьюго и с некой любознательностью спросила:       — Ты не устал ходить за мной?       — У меня нет выбора.       — Выбор есть всегда. Во всяком случае, ты давно мог напасть и силой отнять артефакт. Или рассказать магам о нашем логове. Ты ничего из этого не сделал. Почему?       — Потому что не хочу.       — И всё?! — Асемия надула щёки. — Так просто?       — Лучше скажи, куда мы идём?       — На пляж.       — Не самое лучшее время для прогулок ты выбрала.       — Хьюго, что значит Обетование для людей?       — Ну, это царство, где живут боги, — ответил он и добавил чуть тише: — которых никто никогда не видел.       — А ещё это место, где нет страха, где одно счастье и кругом царит мир. Где никто не умирает и друг с другом не воюет. Поэтому туда так стремятся попасть люди после смерти, верно? У вампиров тоже есть обетование. Только наше царство, где мы будем в безопасности.       — Нигде нет такого места.       — Мир ведь огромен. Сколько существует континентов?       — Один. Фалена.       — А как же второй? Нуар?       — Мы давно потеряли Нуар. Фероксы призвали нечисть по всему миру, но из-за того, что магия зародилась на Фалене, очищать её тоже начали первой. И на это ушло почти сто лет. Лишь спустя столько времени мы смогли добраться до Ванерхема. Нуар полностью кишит нечистью уже целый век. Там нет жизни.       — Для людей, — поправила Асемия. — А для нас это настоящее Обетование. Как было здесь, пока не вторглись маги. Нечисть нас не трогает и тебя не тронет, ты под моей защитой.       Покровительство чистокровной ничуть не радовало Хьюго. Было бы лучше, если в первую ночь на острове он заснул и не просыпался до самого утра. Тогда бы он не встретил Асемию, ему бы не пришлось выбирать и никого не предавать. В особенности Николаса. Что с ним будет, если Хьюго вот так исчезнет? Он не хотел объяснять Николасу причины, не хотел, чтобы тот пытался его остановить. Всё равно не получится. Хьюго не мог отказаться, иначе Колокола им не видать. Асемия сказала, что выбор есть всегда, но сама же нещадно отняла его.       — И как вы планируете добраться до Нуара? — Хьюго призадумался.       — Сейчас увидишь.       Очень скоро деревья расступились, выпуская их из хвойного плена и передавая новому месту. Они оказались на маленьком пляже заледенелой лагуны. Отсюда и до границы открытого моря воду сковало толстым слоем льда. Совсем неудивительно при таких морозах. А вот стоящий у берега внушительный корабль заставил Хьюго изогнуть брови в немом удивлении. Это вампиры построили? Вот о какой работе говорил Шамиль.       Когда они подошли вплотную, Хьюго чуть вытянул шею, осматривая деревянный нос корабля, вырезанный в виде устрашающей морды ферокса. Как же серьёзно они подошли к деталям: чётко были видны и шерстинки, и клыки. Хьюго поднял взгляд выше и на трёх мачтах заметил сложенные чёрные паруса, совсем как на картинах в вампирском логове.       — Красивый, правда? — Асемия отвлекла Хьюго от созерцания. — Его мы закончили вчера. Осталось лишь собрать еды в дорогу, и сразу, как только буря закончится, поплывём в Обетование.       — Еды? Зачем она вам?       — Чем, по-твоему, питаются вампиры?       — Кровью, — выпалил Хьюго. — Ой, то есть, жизненной энергией, которая в ней содержится. У вампиров она не вырабатывается, они же мёртвые.       — Да, укушенный человек умирает, а потом возрождается. В этом, кстати, отличие вампиров от всех остальных. Когда ты обратишься, Хьюго, жизненная энергия из тебя не уйдёт. Но у меня она тоже есть, потому что я чистокровная. Да, Хьюго, я живая, и мне нужно питаться людской пищей. Тем же запечённым голубем. Поэтому я могу родить детей, и они тоже будут живыми. Поэтому я кормлю семью своей кровью, ведь в ней есть энергия.       Хьюго кивнул. Он не стал говорить, что скоро у него голова пойдёт кругом от обилия информации о всевозможных тварях, в частности вампирах.       С корабля по трапу, придерживая руки на животе, сошла Нельда, следом показался дед Хинш. Дорош перепрыгнул леера и легко приземлился, но тут же утонул по колено в снегу и тихо, наверное, чтобы Нельда не услышала, ругнулся. Через секунду оттуда же спрыгнула Матия и перевернулась в воздухе, как акробатка, только вместо снежной перины она решила опуститься на плечи Дороша. Тот под её весом провалился в снег чуть глубже и ухватил Матию за ноги, когда она села ему на шею.       — Ну да, конечно, на мне же удобнее всего, — проворчал Дорош.       — Тр-р-р, лошадка, — передразнила Матия, сжимая в ладонях кудрявые локоны Дороша, как поводья.       — Как дети малые, — упрекнула Нельда. — В присутствии короля ведите себя подобающе.       Хьюго специально громко вздохнул. Тема с королём начинала ему надоедать. Здесь собралась почти вся семья, не хватало дочек Асемии и Шамиля. Хьюго не хотел видеть его после перепалки, но тот, конечно же, появился из леса и остановился рядом, смеряя Хьюго недобрым взглядом.       — Хьюго поплывёт с нами, — торжественно объявила Асемия.       Матия не скрывала радости, взвизгнув громче всех. Дорош ревниво посмотрел на неё исподлобья, но затем поддержал воплем. Дед Хинш хлопнул в ладоши, а Нельда сдержанно улыбнулась. Шамиль не стал возражать и бурчать, но и не промолчал.       — Продолжим нашу драку на Нуаре, — сказал он будничным тоном.       — Так я вам и позволила, — вступила Асемия.       — Значит, отправляемся сразу, как стихнет буря? — уточнил Хьюго.       — Именно! — подтвердила Матия. — Скорее бы слинять с этого треклятого острова.       — Я должен вас предупредить. — Хьюго помедлил, набираясь смелости. — По прогнозам снег прекратится послезавтра, и тогда же маги начнут штурмовать горы. Вампиров постараются заманить на Южный пляж.       Вот и всё. Пути назад больше не было. Он окончательно стал предателем, рассказав врагам планы Зенита. И более не имеет права называться агентом.       — Мы их опередим. Пока они будут искать в горах, мы уже уплывём. Спасибо, Хьюго.       Хьюго не желал слушать благодарностей. Он пропустил мимо ушей поощрение его предательства. Пусть и вынужденного.       — Решено. — Асемия кивнула сама себе. — Семья, скоро наши муки закончатся! — Она вскинула кулак к небу. — Чёрные паруса унесут нас в Обетование!       Вампиры взвыли ещё громче, чем раньше. Даже сдержанная Нельда и Шамиль обнажили клыки в радостном крике. А Хьюго не знал, куда ему деться. Он чувствовал себя заключённым в клетке выбора, ключ от которой у него нещадно украли. А между тем в кармане зазвонил телефон.