The legend of 12

Двенадцатый оказался на удивление общительным и разговорчивым парнем, которого звали Чондэ. Он родился и вырос в городе Мастеров, где большая часть жителей зарабатывала на жизнь каким-нибудь ремеслом. Его отец был кузнецом. Чондэ с удовольствием с самых малых лет был подмастерьем и целые дни проводил в кузнице среди жара и плавящегося металла. Отец старался передать ему все свои знания, и парень быстро учился, в тайне мечтая научиться заковывать и усмирять свою силу, рвущуюся наружу. Двенадцатый хотел приносить пользу людям своего города, но отец отчего-то категорически запрещал кому бы то ни было рассказывать о том, что парень умеет ловить молнии руками. Так продолжалось до тех пор, пока на городок однажды не обрушилась буря. Ливень хлестал, заливая факелы и заставляя тухнуть даже масляные лампы. Порывы ветра были настолько сильными, что сломали несколько заборов и оторвали ставни некоторых домов. От грохота грома закладывало уши, и люди всерьез начинали думать, что настал Конец Света. А потом ударившая молния подожгла церковь. Чондэ с трудом вырвался из крепких рук отца и выбежал на улицу. Он не мог позволить стихии уничтожить город, который любил. К тому же, зная, что способен помочь. Отец не смог остановить его, и парень, взобравшись на крышу кузницы, начал манить к себе молнии, нацеливавшиеся в другие здания. Он превратил самого себя в живой громоотвод. Люди выбегали из домов, пытаясь понять, что происходит, и останавливались в немом шоке. Когда буря начала утихать, отец затащил Чондэ в дом и начал быстро собирать сумку в дорогу. Почти обессиленный парень не мог толком понять, почему отец складывает вещи и, кажется, плачет. А потом услышал громкий стук в дверь, закрытую на тяжелый засов, и требования жены пекаря отдать колдуна, чтобы отправить его к Императору. Отец попросил его бежать как можно быстрее и как можно дальше, стараясь не попадаться имперским. Он вывел Чондэ через черный ход и сумел провести дворами к окраине города, где попрощался с сыном навсегда. Буря следовала за двенадцатым по пятам, наполняя его тело электричеством, пока он не свалился без сил на той поляне, где его нашли Лухан и Исин. До сих пор периодически между его пальцев проскакивали искры и маленькие разряды, но они не причиняли никому вреда. К тому моменту, когда Верховный и целитель появились у кострища, остальные уже ввели Чондэ в курс дела, а Кай рассказал им о камнях стражников. Все ждали только Лухана и его слов по поводу дальнейших действий. А он молчал, жуя яблоко и не спеша поднимать взгляд от земли. Исин, сидящий рядом, почувствовал на себе пристальный взгляд Тао и поспешил отвернуться к Чонину, подпихивая тому свой лук, чтобы парень посмотрел, все ли с оружием в порядке. Спустя десять минут тягостной тишины, Верховный заговорил: – Сегодня мы покинем это место и вряд ли когда-то вернемся. Пришло время переходить к решительным действиям. Демоническая сила не остановится ни перед чем, и мы должны сделать все, чтобы предотвратить это. Но сейчас я все же спрошу у вас, хотите ли вы и дальше следовать за мной? – все удивленно переглянулись, а Ифань незаметно хмыкнул. – Здесь вы находитесь в безопасности, и я пойму, если захотите остаться. Вы не обязаны погибать. Я не говорю о том, что поведу вас на верную смерть, но наш путь может быть очень опасным, и нельзя быть уверенным, что все обойдется без потерь. Поэтому я спрошу еще раз. Вы пойдете дальше за мной или останетесь здесь? Снова повисла тишина, маги переглядывались, тихо переговаривались и выглядели озадаченными. Лэй же исподлобья изучал лицо блондина. Целитель сразу решил, что будет следовать за ним, куда бы судьба их ни забросила. У него не было больше никого, за кем он хотел и мог бы пойти. Он был уверен, что пойдет Тао, пойдут Сехун с Каем, Чанель, возможно, если Бэкхен решит идти. Насчет остальных сказать было сложно. – Да какого черта?! – Кенсу вскочил на ноги. – Тут и думать нечего. У меня нет никого в этой жизни, кроме вас. И если я и умру, то хочу быть рядом с вами в этот момент. – Я тоже не готов терять вас добровольно, – подал голос Минсок. – Пусть мы не так давно знакомы, вы спасли мне жизнь, и я вас не оставлю. – Лухан, ты иногда говоришь такие глупые вещи, что я не понимаю, как ты вообще мог быть избран стать Верховным, – серьезно проговорил Чунмен. – У многих из нас не осталось семей, а тем, у кого где-то и есть родные люди, все равно некуда возвращаться. Мы изгнаны этим миром и одновременно избраны им же. Наша судьба – держаться вместе, а ты предлагаешь выбрать сомнительную безопасность и отказаться от товарищей. Как уже сказал Кенсу, я готов умереть только рядом с вами. – Так когда и куда мы выдвигаемся? – спросил Кай, ставя своим вопросом жирную точку в обсуждении. Идти безоговорочно были готовы все, и сложно было сказать, доволен ли этим Верховный. – Наш путь лежит на юго-восток к Рассветному ущелью, и нам придется огибать столицу. Думаю, в этом самая большая сложность, – Лухан нахмурился. – Я знаю один хороший обходной путь по южной стороне, а дальше пойдем вдоль гор, – Ифань поднял с земли ветку и начал рисовать на песке. – Нам могут встретиться пара патрулей или торговцев, но это будет намного меньше, чем если бы мы сделали вот такой огромный крюк через северную границу. К тому же у нас нет столько времени. – Было бы чудесно, если бы ты объяснил, зачем мы туда идем, но я не настаиваю, – Тао слегка улыбнулся и поднялся на ноги. – Давайте собираться, к вечеру нужно покинуть лагерь. Не тащите много вещей, скорость – наш главный приоритет. Лучше позаботьтесь о том, чтобы у всех было хоть какое-то оружие. Если имперские все-таки найдут этот чертов камень, блокирующий наши силы, и, не приведи Господь, мы их встретим, придется защищаться голыми руками. Мы должны быть готовы. Все поднялись со своих мест и направились в разные стороны, на ходу распределяя, кто какие ресурсы понесет. Лухан вместе с Тао пошел в свою хижину, и Исин дернулся было за ними, но остановился. Он чувствовал, что все еще не допущен настолько, чтобы знать больше остальных. И одновременно был готов и не готов с этим мириться. Потому что с одной стороны, повелитель времени был лучшим другом Верховного на протяжении многих лет. А с другой – целитель мог бы сказать, что знает о прошлом Лухана чуть ли не столько же. Однако один вопрос так и оставался без ответа. Знал ли он при этом самого блондина?