Взгляд из прошлого

Тишина вновь была слишком громкой, чтобы обдумать дальнейшие действия. Это была чистой воды импровизация. Хоть Гермиона продумала, как ей казалось, абсолютно все, плана как такового не было. По крайней мере Драко об этом плане и не подозревал, а значит план бесполезен. Он был совершенно не продуман, рассказывать о нем Малфою глупо, ибо ужасный план будет приравнен к такому же качеству мозгов в голове Гермионы. А ей этого не хотелось. Молчание продлилось всего пару минут, на славу богам, его прервали ворвавшиеся в зал продавцы. Все были уж слишком напыщенно одеты, лицы надменны. Гермиона все так себе и представляла. — Добрый вечер, — воскликнул кто-то, — он весьма дивный, не правда ли? Все вдруг захихикали. Лишь мистер Малфой и мисс Грейнджер переглянулись, пребывая в недоумении. Их, словно не замечая, обошли человек семь и уселись, а большой круглый стол. Они начали что-то обсуждать, некоторые что-то бурно рассказывали, другие смеялись над этим. По видимому все они были пьяны. Может лишь слегка, но это произвело неизгладимое впечатление на Гермиону. «Как можно так безответственно относиться к деньгам, тем более к таким суммам?» — Никого знакомого… — с огорчением шепнул Малфой. Его теплое дыхание коснулось уха Гермионы, и на пару секунд она выпала из этого мира, «от неожиданности» — уверила она себя. — Ты прав, — кротко ответила она. — Серьезно? — Драко удивленно посмотрел на нее. — Я прав? Гермиона покачала головой, так обычно делают жены, когда их мужья ведут себя как дети. Малфой слегка улыбнулся. — Прошу прощения, господа, это все участники аукциона? — весьма учтиво проговорил Малфой, тем не менее сохраняя надменное выражение лица и манерную речь. — О нет, что вы. Кажется мистер Гарвильд опаздывает… — И мистер Брукс… — О, а как же тот мужчина с длинной бородкой… — Вы забыли и про того что с усами… Вдруг началось бурное обсуждение всех вышеперечисленных личностей, но никакой полезной информации для Драко и Гермионы это не принесло. — Прошу прощения, мистер Малфой, — консьерж слегка коснулся его рукава, — это просили вам передать. Потертая бумажка, свернутая в несколько раз быстро оказалась в руках у Малфоя. — Что это? — Просили передать… — быстро пробормотал консьерж и удалился. Драко пожал плечами и развернул её.

Здравствуйте. Мне нужна ваша помощь. И гарантии… Прошу вас встретиться со мной. Будьте здесь: *фотография* Здесь хороший вид… Думаю вам это не составит труда, мистер Малфой. Квентин…

— Почему он обращается к тебе? — Гермиона пребывала в смятении. — А тебя только это волнует? — Малфой пытался сохранять спокойствие. О хотел было спросить у Грейнджер о дальнейших планах, но не стал. С чего вообще он будет спрашивать Грейнджер? — Это ловушка, — она словно прочитала его мысли. — Мы не будем так рисковать. — Ладно, не рискуй. — Драко пожал плечами и направился к выходу в коридор. — Стой, Малфой, — Гермиона закатила глаза, но ей ничего не оставалось, как последовать за ним. — Что, боишься остаться наедине с этими… — Усмехнулся он. — Уж лучше с тобой, чем с ними, — обреченно, сама не заметив, Гермиона сделала комплимент Малфою, по крайней мере ей так показалось, от чего она разозлилась на свой язык. — И на том спасибо… Я трансгрессирую… Единственное, что успела сделать Гермиона, так это схватиться за рукав Драко. Они трансгрессировали в соседний дом. Благодаря большим панорамным окнам, они могли видеть все происходящее на приеме. Дом был заброшен. Мебели практически нигде не было. Стены были ободраны и пошарпаны, царила жуткая атмосфера. Но Гермиона не чувствовала беспокойства, впервые в жизни ей было спокойно рядом с Малфоем — он уверенно держал палочку и был готов атаковать в любую секунду, но атаковать не Гермиону, а того кто может угрожать ей. И сам Драко заметил некую привязанность к Грейнджер. В его голове крепко засела мысль о прощании с гриффиндорской заучкой. Он понимал, что после раскрытия дела их пути разойдутся, возможно навсегда. Находясь рядом с Гермионой он практически не думал об Астории. Нет, безусловно не из-за каких-то чувств к Грейнджер, думал он, а исключительно из-за её нотаций и скептических, но в тоже время неуклюжих взглядов — это его веселило. И как бы трудно не было, он все же признался себе — по Грейнджер он будет скучать. — Мистер Малфой, — подавленный голос раздался откуда-то сбоку. — Это я, Квентин. — Стой, — строго скомандовал Драко. Он поднял палочку и крепко сжал её в руке. — Ты безоружен. — Мистер Малфой… — Руки! Покажи руки, — он говорил уверенно и твердо. Гермиону это удивляло, её сердце билось словно птица в клетке. Она никогда в жизни не испытывала такого волнения. Возможно дело в Малфое и она не уверена в нем. Но нет, пару минут назад её это не смущало. Дело в худощавом и с виду безобидном молодом человеке? Наврятли… Тогда в чем? Гермионе казалось, что должно произойти что-то плохое… — Прошу, мистер Малфой, это не я. Я не трогал своего брата. Магнус… — Магнус? Но он… — Это не он. — охрипший голос парня, казалось вот-вот сорвется. — Он позвонил мне и сказал, что у него есть идея. Дядя Арчибальд сказал, что будет лучше, если я возьму и Джеймса тоже. Я приехал в офис, а там мой брат и еще кто-то. Этот кто-то достал палочку, а затем… Я не помню, в меня отскочило заклинание. Очнулся я уже в Азкабане. — Почему мы должны тебе верить? — Гермиона вдруг почувствовала уверенность. — Это правда, прошу, Драко, ты же знаешь. — Кого ты подозреваешь? — холодно спросил Малфой. Вдруг Квентин рассмеялся, его смех был похож на смех сумасшедшего. — Я подозреваю? Я уверен, уверен в том, что это дядя… — Мотив? — хором воскликнули Драко и Гермиона. — Деньги, — усмехнулся он. — На каком основании ты… — Он там, — Квентин, перебив Гермиону, кивнул в сторону окна. Все трое подошли к нему. Из окна был виден зал встреч аукционеров. — Продает вещи моего отца, — с презрением произнес Квентин. — У нас нет оснований. — Я докажу, у меня есть план, просто ждите здесь. — Нет! — крикнула Гермиона, но парень уже испарился. — Почему ты не забрал у него палочку? — А почему этого не сделала ты? — со странным безразличием произнес Драко. Малфой подошел еще ближе к окну, из которого легко можно было разглядеть Мистера Арчибальда. Он бродил среди гостей выжидая своего племянника. За ним хвостиком ходила его охрана. Как предположил Драко, вряд ли он является сильным волшебником, поэтому всегда рядом крутятся его верные «псы». Вид был завораживающим, помимо соседнего дома открывался вид и на ночной Лондон. Машины, фонари, огни домов… Гермиона подошла к Драко и начала вглядываться в бесконечный набор мерцающих огоньков. Она представила, как сейчас, где-то в одном их тех домов, Рон и семья, которую он выбрал и создал, проводят вечер за какой-нибудь магловской настольной игрой. Хьюго как всегда горит желанием победить, поэтому взрослые ему поддаются. Роза делает колкие замечания по этому поводу. Рон с большой вероятностью уплетает последний кусок пирога, приготовленного его новой женой. Именно так Гермиона и видела обычный вечер пятницы счастливой семьи. Она же, не сумев построить такую семью, стояла рядом, с когда-то ненавистным однокурсником, в холодном и темном помещении, чувствуя некий страх одиночества. С большой вероятностью, став министром магии она окончательно замкнется в работе. Дома ее будет ждать бутылка вина, фото родителей, а так же фото счастливых гриффиндорцев образца 1994 года. Изредка её будут спасать сплетни Анджелы, редкие посещения Гарри и Джинни, возможно, она купит себе кота, а может двух, еще не решила… — Мы даже не знаем вернется он или нет, — вдруг Драко резко заговорил, выдернув Гермиону из раздумий. — Он придет. Ради Кати и ребенка он сбежал, сбежал для того, чтобы доказать свою невиновность. Гермиону поразило резкое изменение Драко. Еще несколько минут назад, он спокойно «отпустил» его, а теперь возмущается. — Ты так уверена в нем? — усмехнулся мужчина. — Что если он просто сбежал? Дал нам наводку, а чтоб мы не арестовали его вновь, соврал, что имеет план. — А ты такого плохого мнения о людях? — Гермиона усмехнулась в ответ. — А ты разве нет? Я думал именно у тебя максимализм до сих пор сохранился. Каков критерий отбора? Как ты выбираешь кого защищать? Это был не серьезный спор, он был скорее прощальным. Никто из них не воспринимал его всерьез. В их бурном обсуждении всплыло и ГАВНЭ, и кошка Филча, и «жесточайшее» избиение Малфоя на третьем курсе. Когда темы для разговора закончились, повисла гробовая тишина. Гермиона старалась дышать как можно тише, дабы не нарушать устоявшийся какой-никакой покой. Хотя и Грейнджер и Малфой обдумывали множество мыслей. Оба чувствовали недосказанность. И это было глупо отрицать. — Так… — Гермиона решилась прервать тишину, — почему вы живете в мире маглов? Этот вопрос её мучал с первого дня работы. Странно, чтобы сам Драко Малфой, сын Люциуса Малфоя жил среди маглов. Драко тяжело вздохнул, пару раз окинул взглядом ночной Лондон, и ответил кратко и ясно: — Астория этого хотела… И вновь тишина. Гермионе стало неловко. Это словно начать говорить о розыгрышах с Джорджем. Она чувствовала себя очень глупо. — И-и-и… — вдруг протянул Драко, — как так получилось, что Уизел променял тебя, — последнее слово он выделил, — на ту… ну не лучший вариант в общем-то, — непринужденно проговорил он. — Во-первых, хватит его так называть, во-вторых… — Секундочку, я называю его по фамилии. — Драко вскинул бровь. — Ты же знаешь, что у него другая фамилия. — Разве? Как неловко, — наигранно протянул Малфой. Гермиона улыбнулась, впервые в своей жизни Драко пошутил стояще, подумала она. — Нет, ну, а что, Грейнджер, нужно во всем искать свои плюсы, — Драко был добр. В действительности добр. И ему этого хотелось. Он хотел, увидеть её улыбку вновь, потому что её улыбка была очень искренней, её вечно уставший, но задумчивый взгляд в сочетании с этой улыбкой казался Малфою чем-то весьма привлекательным. И самая ужасная мысль посетила голову Драко: он заметил это не сегодня, и не два месяца назад… Он заметил это еще тогда, на первом курсе, когда она в конце года обрадовалась дополнительным очкам Гриффиндора. Сам же Малфой был слишком расстроен, чтобы тогда заметить это чувство, но с каждым годом, проведенным в Хогвартсе, он вбивал себе в голову «заучка Грейнджер может только зубрить заклинания». — И какие же плюсы здесь могут быть? Просвети меня, — она смотрела на него очень внимательно, свет с улицы освещал уставшее лицо Драко. — Ну… ты не должна Хогвартсу за вазу, и мне не должна, вот Уизел должен, — все еще наигранно рассуждал он. — Спасибо, — медленно проговорила Гермиона, её голос был мягким и спокойным. — Грейнджер, — усмехнулся мужчина, — я вообще-то издеваюсь над тобой, сейчас ты должна сломать мне нос, по старой памяти. — Малфой поджал губы. Чертов Салазар, как же он был красив. Глупо было это отрицать. Малфой никогда и не был уродцем. В отличии от нее — Гермионы Грейнджер с ужасными волосами. Она смотрела на него и не могла отвести взгляд. Ей было необходимо это сделать, но она не могла. Вдруг Драко посмотрел на неё. — Что? — усмехнулся он. Гермиона вопросительно вскинула брови. — Да ты что, Грейнджер… — он подошел ближе к ней. — Любуешься? — Еще чего! — между ними оставалось пару десятков сантиметров. Гермиона смотрела в голубые от лунного света глаза. Она могла поклясться, что они не были теми холодно-серыми безразличными глазами. Они были теплыми… Настолько теплыми, что даже глаза Рона не сравнились бы. Все это время Гермиона, как и Малфой, стояла с легкой ухмылкой на лице. Драко очень медленно, не теряя зрительного контакта, наклонялся ближе к Гермионе. Сердце её было готово выпрыгнуть из груди и врезаться прямо в Малфоя, а сама она была готова сделать шаг навстречу к Драко. «Но…» — у Грейнджер всегда было это «но». И из-за этого «но» она была готова отпрянуть от него, была готова побороть себя. К счастью, Малфой сам решил прервать их ностальгический порыв эмоций. — Чертов аукционер исчез! — вскрикнул он, резко повернувшись к окну. «Как он заметил?» — пронеслось в голове у Гермионы. Вдруг где-то за стеной раздался хлопок. Грейнджер и Малфой быстро сорвались с места и побежали на звук.

***

— Чертов мальчишка, ты затащил меня в это убогое место, для чего? Чтобы отомстить? — противный голос раздался за дверью, Гермиона и Драко были готовы в любой момент ворваться в комнату, где, по их предположению, находился Квентин и его дядя. — Хочешь мстить за своего брата? Но это не я его убил, — наигранно, с сожалением проговорил мистер Арчибальд. — Это ваша вина! — Моя вина лишь в том, что вы с братом дожили до своих лет, — ехидная улыбка расползлась по лицу мужчины. — В каком смысле? — хриплый голос юноши срывался на каждом предложении. — Жаль что вы не сдохли со своими родителями! — Это ты сделал! — закричал Квентин и резко бросил в него парой заклинаний. Мистер Арчибальд легко отбился, не пойми откуда взявшейся палочкой. — Может нам стоит вмешаться? — саркастично прошептала Гермиона. Драко кротко кивнул и через доли секунды толкнул дверь. — Какой сюрприз! — истерично засмеялся мистер Арчибальд. — Вы арестованы по обвинению в организации двух убийств. — отчеканила Грейнджер. — Подслушивать не хорошо… — разочарованно проговорил он. — Тебе некуда бежать, сдавайся. — Драко начал подходить к нему. — Я не отправлюсь в Азкабан! — вдруг вскрикнул мужчина. Из конца его палочки вырвался луч света. Гермиона не успела ничего понять, с её уст лишь сорвалось: Петрификус Тоталус. Зато, в отличии от Грейнджер, Малфой успел увидеть все, словно, в замедленной съемке. «Драко приближается к Арчибальду, а тот тем временем выпускает заклинание. Грейнджер стоит слева от Драко, а заклинание летит куда-то влево. А там стоит Квентин. «Что за желание у человека всю семью перебить?» — даже об этом успел подумать Малфой. Но проблема не в этом. Проблема в том, что в сознании Малфоя появляется желание прыгнуть перед Квентином. «Приведем все «за» и «против» пожалуй: первое — у него скоро будет ребенок, у тебя, Малфой, нет. Второе — твои дети взрослые, о них есть кому позаботиться, у Кати и Квентина нет никого… Третье — Астория, стань для неё мужем о котором она всегда мечтала, стань смелым, благородным. Даже Грейнджер оценит… Грейнджер — она — четвертая причина, причина чтоб помочь человеку? Да скорее всего. «Как тебе такая цель в жизни, Малфой». Заставь Грейнджер считать себя героем. Весьма неплохо… Но Грейнджер… Как тебе, Малфой, Грейнджер, как причина жить? Слишком поздно… Я прыгнул.