На грани

Я вижу берег, другой берег, куда не хватит сил доплыть, если не верить... (с) Гуфи

      Солнце уже давно закатилось за сплошную линию горизонта, предоставляя всю власть темному времени суток. Лампы в окнах домов скакали световыми лучами, словно на диджейском пульте, то загораясь, то потухая в городской безмятежности. Шум машин и людской гул не затихали ни на секунду, отражая громкий уверенный голос самого мегаполиса. В отличие от центра, в жилых районах было достаточно спокойно. Во дворах по утрам и вечерам гуляли бодрые собачники со своими питомцами и новоиспеченные мамочки с колясками. Однако, вся эта идиллия лишь усыпляла бдительность перед мрачной, растекающейся по всем углам, реальностью.       Парень в мешковатых штанах и цветастой кепке пинал носком кеда пустую банку из-под пива, звук от которой разносился по всей округе. На часах на его смартфоне белыми неоновыми цифрами высвечивалось: 21.12, и ни одного непрочитанного сообщения. Да и кто ему мог написать, кроме мамы и Лены? Соцсети — это для придурков и задротов, успокаивал себя Гуфи, хотя по сути просто тяжело сходился с новыми людьми из-за своего характера и увлечений. Друзей детства или школьных приятелей у Фила не было. Он всегда жил в своем, отличном от других, мире, который сложно воспринимался большинством людей. Справедливо ли, что за это все они привыкли считать его странным? Может быть, это они странные, а он нормальный в своем проявлении? Странность всегда ведь определяется стороной или ракурсом, с которого ты смотришь на вещи. Лена тоже считала своего друга странноватым типом, но подмечала это лишь в своей компании, разыгрывая удобную для себя роль: то она стервозная блондинка с крутым парнем, то миловидный ангел, болтающий о «Сумерках», и модных журналах. Двуличная. И это всегда было ее чертой вместе с эгоизмом, струящимся буквально из каждого жеста и движения. Она постоянно пыталась затащить парня в свой собственный мир, где он проходил как ее домашний питомец. Словно маленькую карманную собачку в забавном прикиде и переносном домике блондинка таскала Гуфи за собой и держала на отведенном расстоянии, насколько считала нужным. Девушка могла удлинять поводок и укорачивать в зависимости от своего настроения, обстоятельств и окружения. И несмотря на то, что Фил понимал, какая же Лена сука, ведущаяся на внешность и бабки, он все равно хотел ее добиться. Наверное, в глубине души он верил, что люди, которые его окружают, — лучше, чем они есть на самом деле. Однако, вера — это не всегда хорошо, вера пробуждает не только лучшие качества, но и вскрывает, как вены, внутренних монстров. Парень уже начинал напевать строчки из своего нового рэпа, который только находился на стадии разработки, как его телефон завибрировал в кармане. Он аккуратно выудил его и удивился, увидев вместо ожидаемого «Лена», совсем неожиданное — «Цыпа». — Алло, это кто? — спросил Фил в своей обычной манере, прислонившись к ограде, изображая крутого парня перед выходящей из подъезда светловолосой девушкой в розовых лосинах и нежно-голубой толстовке с глупым рисунком по середине. — Это Цыпа, дебил. У тебя че мой номер не записан? — Да я пошутил. — Не смешно, Гугл. — Парень явно сплюнул и намеревался сообщить нечто важное, иначе бы просто не звонил, тем более ему. — Дело к тебе есть. Я сейчас не в городе. — С чего ты решил, что я подхожу для этого твоего дела? — Подходишь-подходишь. В общем, слушай. Мне нужно, чтобы ты через пару часиков в один квартал зарулил и человечка встретил. Адрес смской скину, он тебе отдаст сумку. Мне нужно, чтобы завтра ты ее передал мне. Все понял? — Но у меня тут… — Гуфи понизил голос, перейдя на шепот, — Лена. Она рядом со мной. — Так в чем проблема? Отмажься от нее. Все, давай, пока.       Костя отключился, и через мгновение на экране высветилась иконка пришедшего сообщения. Там было всего две строчки: адрес и время. До сомнительной встречи оставалось полтора часа, а как отделаться от девушки, — он просто представить не мог. Блондинка в легком спортивной одежде на свое изящное тонкое тело была настроена на бодрую вечернюю пробежку и уже стояла в выжидающей позе с претензиями. Фил попытался из себя выдавить извиняющуюся улыбку за долгий разговор, но вышло как-то коряво. Лена двинулась по тротуару, а парень последовал за ее виляющими бедрами. Девушка снова болтала о какой-то ерунде, много жалуясь на Тима и его поведение. Это стало уже таким привычным, что Гуфи ее почти не слушал. Из всего разговора он понял лишь то, что они снова конкретно поссорились, и лидер банды укатил с ребятами в какой-то особняк за городом, забыв о своей подружке. Так тебе и надо, думалось Гуфу, хотя в данный момент большую часть его мыслей занимала предстоящая встреча. Раньше пацаны особо не впутывали его в свои дела, за исключением стрелки и взорванной с Цыпой машины. Что если в этот раз он впутает его в еще большие проблемы? Доверять этому парню не стоило.       Фил не знал, сколько времени они бежали и какое расстояние преодолели, но икры и ступни болезненно потягивало да и жажда давала о себе знать. Времени также было в обрез. — О чем задумался? — Голос Лены прорезался сквозь прострацию, возвращая в темную холодную, освещенную фонарями, реальность. — Что? Да ни о чем. Так, ничего интересного. — Ну, ладно, — согласилась блондинка, пожав плечами и остановившись, заглянула парню в глаза. — Устал? — Нет… то есть да, да. Очень устал, день такой длинный был. — Тогда домой? — Девушка наклонила голову в бок, немного игриво улыбнувшись в своей привычной манере и развернувшись, двинулась в обратном направлении.       Большинство фонарных столбов перегорело. Улочку освещали лишь блеклый лунный свет и неоновая вывеска дешевой забегаловки на углу. По обе ее стороны — почти ни души. Изредка проезжавшие машины да дворовые собаки нарушали повисающую в воздухе тяжелой пустотой тишину. Людские голоса раздавались только тогда, когда кто-то выходил на воздух перекурить или переброситься парой слов наедине. Гуфи шел, не останавливаясь и постоянно оглядываясь за спину, как будто его кто-то преследовал. По сути он каждой клеточкой ощущал, как Страх непрерывно дышит ему в спину; хотелось как можно скорее убраться отсюда подальше, а еще лучше — оказаться в своей теплой безопасной комнате. Парень в капюшоне, появившийся словно из ниоткуда, с бледным лицом, четкими скулами и безобразным шрамом на пол-лица, зацепился за плечо, отчего Фил вздрогнул, а душа чуть не ушла в пятки. Этот неизвестный перебросился ключевыми фразами: «Цыпа», «передать» «меня не видел» и завел его в мелкий переулок. Фил уже несколько раз успел попрощаться с жизнью и послать Цыпу на все стороны и ко всем, кого он только вспомнил. Проблема Гуфа всегда была в том, что он не умел отказывать. Будь это домашняя работа по французскому или соучастие в подрыве дорогой шикарной тачки. Когда кто-то начинал давить — всегда проще было согласиться, главное, чтобы это не стоило тебе жизни. Умирать, правда, особенно не хотелось, тем более девственником и в грязном переулке от рук какой-то дворовой шпаны. Фил в голове стал читать строки и еще крепче сжал в кармане серебряный столовый нож, прихваченный с кухни. Ты — музыка Шекспира, вдохновение — для Пикассо. — Да расслабься ты, — сказал этот тип, слегка ударив по плечу. — Че такой напряженный? Я не собираюсь тебя убивать здесь, я просто курьер. — Не похож на курьера, — рэпер сглотнул комок и указал свободной рукой на сумку, явно подразумевая содержимое. — Ну, особенный курьер. А че какие-то проблемы? — спросил парень, сузив глаза и вызывающе смотря прямо в лицо. — Нет, нет. Все в порядке. Я ничего такого не имел ввиду, — Фил сразу стал запинаться, комкая слова и отступая на несколько шагов. — Да шучу я, проблем нет, и меня тоже здесь не было.       Неизвестный кинул сумку и, отступив в тень, растворился в ночи, слившись с домами и с городской улицей в целом. Это все было дико странно, но Гуфи всем своим нутром чуял, что надо быстрее валить отсюда, пока не появились новые проблемы.