Расколотый мир

Габриэль медленно открыл глаза, окончательно просыпаясь. Ещё несколько минут он просто лежал, разглядывая полосы света на потолке комнаты мотеля, проглядывающие из-за не до конца задернутых штор. Он не мог вспомнить, что ему снилось. Почему-то это казалось важным, но воспоминания ускользали мгновенно, едва удавалось уцепиться за какой-то обрывок. Осталось лишь ощущение чего-то мрачного и неприятного. Словно он всю ночь провел в склепе или разрытой могиле в компании покойничков. Где всласть надышался источаемыми ими божественными ароматами. Кажется, сюда даже проникли остатки запаха — тошнотворно-сладкой вони разлагающегося мяса. Габриэль резко сел на кровати, опираясь на локти. Руки слегка тряслись, в теле ощущалась слабость, хотя он проспал пять часов. Для него — достаточно много. Если не считать кошмаров, всё было просто прекрасно. Габриэль задумчиво почесал правое запястье. Опустив ноги на пол, он взял с прикроватной тумбы оставленный там с вчера пустой стакан. Затем, не обуваясь, босиком прошел в ванную. Он как всегда спал в одежде, сняв лишь обувь для приличия. Габриэль нажал выключатель, но к умывальнику успел сделать лишь пару шагов. После чего резко остановился. И чуть не выронил стакан. Зеркало над раковиной было разбито. Словно кто-то с силой саданул по нему чем-то тяжелым. Посередине была вмятина, от которой лучами расходились линии трещин. Мелкие осколки валялись в раковине и на полу. Когда вчера вечером он вернулся в мотель, то, не заходя в ванную комнату, сразу лёг спать. Скорее всего оно было разбито уже тогда. Никто не смог бы этого сделать, пока он спал. Сон у него очень чуткий. Да и от такого шума проснулся бы даже полуглухой старикан. Габриэль медленно приблизился к раковине, не отрываясь глядя в зеркало. Теперь он стоял совсем рядом, глядя на своё отражение. На месте правого глаза, где мелкие осколки осыпались вниз, сияла темная дыра. Через лицо проходили четыре крупные трещины, отчего казалось, что оно раскололось на четыре части. Хм, а это определенно добавило его отражению харизмы, хотя и выглядело малость жутковато. Кто же был в номере и разбил зеркало? Это точно не Дин. Зеркало было разбито намеренно, а приемному отцу это ни к чему. Он коснулся синяка на своей скуле. И сразу же одернул руку. Поразмыслил о том, что такие отметины украшают мужчин. Откуда бы они внезапно не взялись. Затем принялся снимать зеркало со стены. Осторожно убрал осколки из раковины и пола, выбросив их в мусорное ведро. Порезав при этом мизинец на левой руке. Зеркало он спрятал за шкаф. Проблемы с этим он решил оставить на потом. Тем не менее, он быстро осмотрел их с Дином вещи, после чего убедился, что ничего не пропало. Габриэль вытащил из своей дорожной сумки серую байку и носки, прошедшие тест на запах. Спустя пару минут он вышел из номера. Девушка, регистрирующая нового посетителя, ничего не смогла ему ответить. Вчера дежурила не она. От мотеля до старшей школы Беркнера, где он ему придется просиживать штаны ещё некоторое время, идти было минут пятнадцать. Техасский ноябрь выдался холодным. По крайней мере эти пару дней, что они с Дином здесь находились, Габриэль таскал на себе байку и куртку, что было в принципе странно для этого штата. А ведь ему так хотелось погреть свои кости. Утром было ещё прохладней, но он шел не торопясь, периодически останавливаясь, чтобы посмотреть витрину магазина, или просто куда-нибудь на что-нибудь посмотреть. Он вышел раньше, чем нужно. До начала уроков было ещё больше получаса. Не хотел торчать в номере, но и приходить в школу так рано не было смысла. Его все равно там никто не ждет. Да и он не испытывал стремления проводить время в болтовне со сверстниками. Меняя школы слишком часто из-за постоянных переездов, он просто не имел шансов завести друзей. В принципе, его всё и так вполне устраивало. Жизнь на одном месте заставила бы его подохнуть со скуки. Так что в школу Габриэль всегда приходил к ровно началу первого урока, заходя в кабинет чуть ли не перед самым носом учителя. Сегодняшний день ничем не отличался от других, чтобы изменять своей прекрасной традиции. Когда Габриэль лениво вполз в здание школы, до начала урока оставалось минут пять. Многовато, но черт с ним. Он подумал о том, не прогулять ли его вообще. Проведя время где-нибудь вдали от глаз, размышляя о жизни. Но потом передумал. Всё же это была химия. Это конечно не физика и не математика. Но тоже сойдет, чтобы не уснуть. Недалеко от кабинета химии стояла группа парней, судя по всему членов местной баскетбольной команды. Их гогот и разговоры были слышны на весь коридор. Габриэль прошел мимо них. Никто не обратил на него внимании. Зайдя в полупустой кабинет, он занял первое приглянувшееся ему место у окна. — Лучше пересядь, — послышался тихий голос. Он принадлежал какому-то неприметному парню, сидящему на самой первой парте. Он производил впечатление типичного отличника-всезнайки. Только очков не хватало. Зато веснушек переизбыток. Гигантский свитер, в котором тот утопал. И невероятно грустный взгляд. «Его что, не покормили?», — подумал Габриэль. Он прищурился. — С какой стати? — спросил он. — Это место Джея Шина, — ответил парень, метнув взгляд в сторону двери, откуда доносились голоса баскетболистов. — Он король школы. Лучше не занимай, если не хочешь неприятностей. Да ладно? Настоящий король? В короне и со скипетром в руке, задом на троне, всё как положено? — Спасибо за предупреждение, — серьезно кивнул Габриэль, вешая рюкзак на крючок сбоку парты. — Буду иметь ввиду. И убегу при первой же опасности. Парень помолчал, глядя на него с явным недоумением. Габриэль подпер рукой щеку и отвернулся, скучающе глядя в окно. И слушая громкие голоса баскетболистов, доносившееся из-за двери. Как же скучно. Молчание длилось недолго. — Эм… Я, кстати, хотел сказать тебе спасибо, — вновь послышался голос парня-заучки. «Ну что ещё?» Габриэль вопросительно скосил глаза в его сторону, продолжая подпирать рукой щеку. — За что? — За то, что помог мне с… этими уродами. Ты вмешался, когда всем было плевать, — парень опустил глаза. — Извини, что тебе досталось из-за меня. Таких, как ты, редко встре… — Ты вообще кто? — перебил Габриэль, отнимая руку от щеки и уставившись на конопатого парня. Тот вздрогнул и вытаращил на него свои огромные грустно-удивленные глаза. Подобного вопроса он явно не ожидал. — Я Тим Родман, — жалобно пролепетал он. — Ты вчера спас меня от Джея Шина, когда он… — Я спас? — переспросил Габриэль, прищурившись. — Ну да, ты что забыл? — расстроено проговорил Родман. Видимо, его огорчал тот факт, что его якобы спаситель его не помнит. Габриэль окинул его внимательным взглядом. Коснулся синяка на скуле. Затем хлопнул себя по лбу. — Ну конечно! — он растянул губы в улыбке. — Конечно! Извини, приятель, не сразу вспомнил. Вчера был… тяжелый день. К тому же. Я редко запоминаю лица людей. Родман тоже заулыбался. «И почему ты сам себя не спас, идиот?» — мрачно подумал Габриэль и почесал левое запястье, вновь отворачиваясь к окну. — У тебя проблемы, дрищ? Габриэль обернулся и поднял голову. Рядом с ним стоял парень — тот самый Джей Шин. Высокий, крепкий, он возвышался над Габриэлем, как Эйфелева башня. В его внешности явственно проглядывали латинские корни. Темные волосы были стрижены под «ёжик», но не очень коротко. Черты лица правильные. Взгляд пронзительный, прожигающий. Как у человека, привыкшего подавлять. В глазах имелся намек на некий интеллект. Что необычно для школьного быдла. К которому тот, к сожалению, похоже, относился. Было неприятно смотреть на него снизу вверх. Но Габриэль не шелохнулся. — Это ты мне? — осторожно спросил он. И тихо добавил: — У меня нет проблем. Но, я так понимаю, скоро будут? Парень-латинос нахмурился. Между бровей появились складки.  — Черт! Да ты точно умник! — недобро ухмыльнулся он. Затем уже без ухмылки почти прорычал: — Ты сел на моё место, дрищ. Дрищ? С какой стати этот недоумок вообще называет его дрищом? Габриэль кинул взгляд по сторонам. Он даже не заметил, как в кабинет вошли остальные ученики. И теперь все их внимание было направлено на них двоих. За спиной Шина стоял, облокотившись о парту и не сводя глаз с Габриэля высокий здоровый блондин, под стать приятелю. Тоже в форменной одежде с эмблемой школы, только не в футболке, а в байке. Чуть поодаль ещё парочка таких же не хилых ребят. И тоже пялились на них, готовые в любой момент по указке Шина, очевидно главного в их стаде, кинуться в бой. Баскетболисты хреновы. Собрались вокруг этого буррито, как мухи на куче навоза. — Правда? Твое? — переспросил Габриэль, слегка поникая под его прямым раздраженным взглядом. — Да. А что есть сомнения? — приблизившись вплотную, Шин опёрся одной рукой о парту. — Осмелел за сутки? Габриэль опустил взгляд вниз. Затем с глубокомысленным видом почесал подбородок, якобы раздумывая над сложной дилеммой: уйти или остаться. Во всяком случае, со стороны это должно было выглядеть именно так. Совсем не хотелось уходить с насиженного места по первому приказу. Слишком явно демонстрируя трусость. Хотелось посмотреть на Шина с высокомерным презрением и послать на… куда подальше жрать свой буррито. Но… На самом деле Джею Шину может хватить одного удара, чтобы сбить его с ног. Да и его дружки подоспеют. Тут без кунг-фу не обойтись. — Ладно. Извини, — наконец пробормотал Габриэль. Наклонившись, он снял с крючка рюкзак и вылез из-за парты под испепеляющим взглядом Шина. Осуществляя эту нехитрую операцию, он умудрился больно удариться бедром о край стола. Что не прошло незамеченным от зрительского зала. Со стороны некоторых из одноклассников послышались смешки. Приятели Шина, как один, открыто заржали. Стадо коней, мать их. Габриэль поморщился и, потирая ушибленную ногу, поплелся в конец кабинета. Тим Родман проводил его сочувствующим взглядом. «Наверное, именно так и становятся националистами», — подумал Габриэль, косясь на смуглого парня. Он занял место в самом конце класса, которое уже точно никому не принадлежало. Ближе к спинке стула на крышке была прилеплена странная субстанция, подозрительно напоминавшая застарелую жвачку. Габриэль задумчиво почесал запястье, затем осторожно тронул её пальцем и грустно вздохнул, чем вызвал внимание сидящей перед ним девушки-готки. Та бросила на него презрительный взгляд и отвернулась. Габриэль аккуратно присел на край стула, стараясь не вляпаться в опасную для джинсов зону. Джей Шин кинул рюкзак на свою парту, небрежно развалился на стуле. Перекинулся парой слов с сидящим напротив приятелем-блондином. После чего не спеша достал планшет. Судя по всему, он был очень собой доволен. Чертов мудак. Прозвенел звонок, и в класс зашла учительница. Начался урок. Со своего места Габриэль наблюдал, слегка улыбаясь, как Джей Шин, следуя указаниям учительницы открыть учебник, подобно остальным однокашникам склонился над своим планшетом. **** Сегодня всю баскетбольную команду ждала неприятная новость: тренеру Харрису нездоровилось, из-за чего тренировка отменялась. Все было чертовски скверно. Первый матч был на носу, соперники не из слабых. Харрис никогда бы не отменил тренировку в такой момент из-за простого «не здоровится». Значит, случилось что-то на самом деле серьезное. Че-ерт. Вот именно этого только и не хватало. И пока Джей шел домой в компании Паркера и Гарри Рональда, их поинтфорварда*, он все больше подумывал о том, чтобы сейчас же после школы зайти к тренеру и самому узнать, в чем дело. Жил тот недалеко. Джею, и всем остальным членам сборной, приходилось бывать у него в гостях. Помнится, тот как-то показывал ему свои фотографии, где он, будучи ещё студентом, играл за сборную колледжа. Внезапно Джей остановился и, нахмурившись, повернулся назад. В нескольких ярдах позади них шел тот самый дрищ, что вечно попадался ему под руку уже третий день подряд. Начиная от кофейни «Старбакс», заканчивая кабинетом химии, где умудрился сесть именно на его, Джея, место. Он шел, казалось, ничего не замечая. Глядя в асфальт перед собой. Как обычно сутулясь. И взъерошенный, словно его башкой подметали пол. В правой руке он держал яблоко, не спешно кусая его на ходу. — Эй, ты! — рявкнул Джей. — Ты что, следишь за нами? Тот растерянно замер на месте, не донеся яблоко до рта. Поднял голову, хлопая глазами. И словно бы только что их увидев. Ну и тупая же у него рожа! Ещё и фингал на левой скуле. Правда, что странно, выглядит лучше, чем должен был. При таком-то ударе. Паркер и Гарри тоже притормозили, оглянувшись. — Я? — рассеянно переспросил дрищ, слабо ткнув себя пальцем в грудь. — Да нет… Просто гуляю. — Не увиливай, — бросил Джей, делая пару шагов по направлению к нему. — Ты идешь за нами с самой школы. Тот попятился, ссутулившись больше обычного. И затравленно озираясь. Словно ища путь для побега. Штаны там хоть не обделал? — Да нет же, — пролопотал он. — Просто иду домой. — Так идешь домой или гуляешь? — насмешливо подхватил Паркер. — Определись уже, придурок. — Я иду домой… гуляя, — нашелся тот. — Вот яблоко ем… — Дрищ продемонстрировал им фрукт, в мякоти которого был выгрызена улыбающаяся рожица: рот и два глаза. Он что, черт бы его побрал, издевается?! Поняв, что сморозил что-то не то и только больше разозлил собеседника, дрищ мигом спрятал яблоко за спиной. Он снова попытался продолжить путь, видимо собираясь их обойти. Хэ, насмешил. Еще бы упал и притворился мертвым. Не прошел. Джей резко преградил ему путь. Паркер, не нуждаясь в словах, почти одновременно с этим зашел дрищу за спину. Он был еще выше Джея и играл в команде за центрового**. А они всегда дылды, под семь футов ростом примерно. Все же основная задача — игра под кольцом и подбор меча как-никак. Гарри, недолго думая, стал между Джеем и Паркером. Зажатый в равносторонний треугольник парень казался по-настоящему жалким. Нда, не всем в этой жизни ума хватает понять, что для мужика качалка — штука необходимая. Хотя б для выживания. — Эм… Я могу пройти? — осторожно спросил дрищ, не решаясь обернуться на стоящего за его спиной Паркера. Его пальцы сжимали яблоко. Друзья обменялись ухмылками. Паркер и Гарри — отличные парни. Первый вообще всегда поддерживал без лишних объяснений. Хотя в них было больше разного, чем общего. Даже внешне — Джей был смуглым брюнетом, Паркер походил на Сильвестра Сталлоне, покрашенного в блондина. — Ну, разумеется, нет, — с улыбкой протянул Джей, наслаждаясь его нервозностью. Исходившее от него напряжение, казалось, было тверже бетонной стены. Какое счастье, что поблизости никого не было. Никто не помешает. — Почему? — выдавил из себя тот. Джей растянул губы в ещё большей улыбке, затем внезапно схватил его за ворот серой байки. От неожиданности тот выронил яблоко, и оно, с глухим стуком упав на асфальт, укатилось куда-то в сторону. — Знаешь, после нашей чудесной встречи в «Старбаксе», я та-ак надеялся, что мы ещё разок увидимся, — прошипел он. Улыбка исчезла с его лица. Теперь им владело бешенство. — Чтобы запихать тебе твои монетки в задницу. Но, какая жалость, я сдал их в кассу. — Прости, у меня просто не было других денег… — начал было извинятся дрищ, но Джей хорошенько встряхнул его, и тот заткнулся. — Прощу так и быть, — великодушно разрешил Джей. И тут же хорошенько врезал парню под дых. Тот согнулся, хватая ртом воздух. Но не издал ни звука. Джей отпустил его, предоставив самому пытаться сохранить равновесие. Джей глянул на Паркера, затем на Гарри. Первый смотрел на парня со смесью веселья и пренебрежения. Второй со скучающим равнодушием. Это его стандартное выражение лица. Для показухи, что ему на все начхать. Паркер схватил парня за плечо, рывком заставляя выпрямиться. — Да стань ты уже ровно, чмошник, мля! — буркнул он. Тот честно попытался выполнить указания, но получалось у него это плохо. Он переминался с ноги на ногу, хватая ртом воздух и морщась. Гарри надоело на это смотреть, и он на мгновение перестал изображать из себя презрение ко всему миру. Ловко подставил дрищу подножку, отчего тот мгновенно грохнулся на спину. Выглядело это нелепо. Все трое хохотали от души. Парень не успел подняться на ноги, когда Джей от души врезал ему ногой по почкам, заставив со стоном снова свалиться на землю, хватаясь за живот. Джей не стал ждать, когда тот очухается, и повторил удар. Паркер последовал его примеру. Но слишком усердствовать не стал, ограничившись парой пинков. Калечить этого придурка в их планы не входило. Парень лежал на земле, закусив губы и прикрыв глаза. Мда. Ну если уже и это не втолкнет ему в голову здравые мысли не лезть на рожон, в пору будет открывать новую главу в книге «Гинеса» за самую сильную деградацию головного мозга. Паркер наклонился к дрищу и деловито поинтересовался, не больно ли ему случайно. После чего снова от души рассмеялся. Джей хмыкнул, глядя на веселящегося друга. Затем перевел взгляд на лежащего на боку говнюка, и его улыбка пропала. Он наклонился вниз к парню, так, чтобы тот его хорошо слышал. — Слушай сюда, дрищ недоделанный, — проговорил он, буквально шипя каждое слово. — У меня для тебя два вариант, плохой и очень плохой. Выбирай: либо мы каждый будем выбивать из тебя всё дерьмо… — Не надо… — поспешно пробормотал тот едва слышно. — К-кажется, я понял свою ошибку. — …а в тебе его, гляжу, завались… Либо ты до конца своей ущербной жизни стараешься делать всё, чтобы больше не попадаться мне на глаза. Ты меня понял? — Да… — выдохнул он. Видимо, все ещё было больно. Джей выпрямился, кивнул друзьям. — Идем. — Сходи в качалку! — со смехом кинул Паркер напоследок. — Недоделок. **** Тренер жил на Ридж Ок Драйв. Его дом был таким же, как и десятки других в Ричардсоне: средних размеров, двухэтажный, на заднем дворе небольшой бассейн. Внутри очень уютным — у его покойной жены был отличный вкус. Дверь открылась, когда Джей уже собирался уходить, решив, что, либо никого нет дома, либо тренер спит. Он потоптался на крыльце, рассматривая окна верхнего этажа, где находилась комната Харриса. Тот жил в ней после смерти жены. На мгновение ему показалось, что в одном из окон дернулась занавеска. Словно кто-то пытался осторожно выглянуть на улицу — проверить, кто звонит. Джей присмотрелся к окну внимательнее, но больше ничего не заметил. Он уже начал думать, что ему привиделось. И постояв немного, он развернулся спиной к дому. Джей успел сделать несколько шагов, когда за спиной послышался звук открывающейся двери. Джей собиравшийся с порога с улыбкой поприветствовать тренера, уже открыл было рот. Но слова застряли в горле, а улыбка моментально сползла с лица. И он лишь негромко пробормотал что-то вроде «Добрый день», подходя ближе. Тренер выглядел откровенно дерьмово. Казалось, с того вечера, что они виделись в «Старбакс» минул не меньше десяти лет. Лицо осунулось. Бледность с мешками под глазами не заметить было сложно. Видимо, он действительно сильно болен. Но было ещё что-то. Какое-то странное непривычное выражение в его глазах. Усталость? Пожалуй, да. Но не только. Что-то ещё… — Джордан Шин? — пробормотал тренер, вскидывая брови. Джей нахмурился. Он не любил, когда его называли полным именем. Но вспомнив, что болеющему тренеру не до соблюдения предпочтений его подопечного, он вернул своему лицу приветливое выражение. — В школе сказали, вам плохо. Я пришел узнать, как вы. Тренер Харрис чуть усмехнулся. Вышло это как-то хило. — Переживаешь за приближающийся матч? — поинтересовался он. -Я не… — скрывать было бессмысленно, в том числе и от себя. Он больше переживал за игру, чем за здоровье тренера. Но признавать это в слух как-то не хотелось. — Не нужно оправдываться. Это хорошо, что тебя беспокоит судьба команды. — Как вы? — Джей предпочел сменить тему. — Я? — он уставился перед собой. Затем снова посмотрел на Джея и поспешно закивал. — Хорошо. Отлично! Все было хреново. — Когда вы вернетесь? — Вот что. Если ты действительно жаждешь победы, иди домой и проведи вечер, тренируясь. И это всё? Все, что тренер мог по этому поводу сказать? Джей нахмурился. — С вами точно все в порядке? Тот кивнул. — Да. Конечно. Вышло почти убедительно. Почти. Но все же не. Нда. Вот сейчас нужно что-то сказать типа «Мне жаль, поправляйтесь», «Скорейшего выздоровления» и так далее. Как же он ненавидел эти банальные тупые фразы. Джей никогда не умел разговаривать по душам. Может кто-то другой на его месте смог бы подобрать нужные слова, кроме самых типичных. Влезть в душу и смочь заставить тренера рассказать, в чем дело. Но не он. Не Джей Шин. Вся это трепотня с долгими выслушиваниями чужого дерьма не для него. Поэтому он лишь молча наблюдал, как за тренером Харрисом закрывается дверь. В принципе, самое главное он узнал. Тренера скоро ждать не стоит. Отходя от дома, он обернулся. В окне на первом этаже дернулась занавеска. В пять Джей уже был дома. Мать ещё не вернулась с работы. Пройдя к себе в комнату, он плюхнулся на кровать, кинув рюкзак рядом. Со старого слегка потрепанного плаката, аккуратно приклеенного скотчем к стене напротив, на него смотрел Дуэйн Уэйд. Атакующий защитник «Майами Хит», позже — «Чикаго Буллз». Трехкратный чемпион НБА. «Невероятно талантлив в нападении. Взрывоопасный бомбардир. Отличная координация. Выдающийся баскетболист. Хороший блокер, цепкий игрок. Не заменим в концовках. Дуэйн Уэйд — суперзвезда НБА» — вот что писали про Уэйда. Джей зарыл глаза. Часто, в минуты неудач он представлял себе, что это пишут про него. Он представлял себе это, когда его не сразу взяли в школьную сборную, записав лишь в junior varsity. И тогда он вспомнил, что до Дуэйна Уэйда комбогард*** не имел успеха. Джей играет в сборной на позиции камбогарда. И уже никто не смеет сомневаться в его умении. Вытащив из кармана сотовый, Джей обзвонил команду, предложив парням завтра самостоятельно собраться на тренировку к шести утра. Работы в «Старбакс» сегодня не было. И остаток вечера он провел, бросая мяч в корзину на заднем дворе дома. Особенно тщательно отрабатывая трёхочковый. **** Джордан Шин обернулся, и Харрис убрал руку от шторы, отпрянув от окна. Хотя на мгновение он захотел броситься за ним вслед, крича о помощи. Хотя чем ему мог помочь семнадцатилетний пацан? Тот уходил все дальше от его дома, Харрис продолжал стоять на месте, глядя тому вслед. Это точно был Джордан Шин, хотя поначалу Харрис сомневался. Решив, что это какой-то новый фокус жуткого существа. Он не сомневался: оно может принять любое обличье. Когда монстр пришел в первый раз, Пол Харрис ещё не знал, какой ужас его ждет. И зачем тот пришел. И почему. Пару дней назад он просто появился в его комнате. Харрис проснулся посреди ночи. Возможно от скрипа стула. Возможно от ощущения присутствия. Либо просто потому, что тому так захотелось. Он — или оно? — сидел на стуле возле компьютерного столика. Боком к столу и боком к кровати, на которой много лет в одиночестве спал Харрис. Лунный свет из не завешенного окна очерчивал его профиль. Он был похож на призрака. На вампира. На любое сверхъестественное существо из книг или фильмов. Но только не на человека. Он выглядел чем-то потусторонним. Харрис навсегда запомнил невольно пробежавший по спине холодок. — Кто ты? — спросил он. — Как ты сюда попал? Что он здесь делает? Ночью? Как вошел в дом? Что ему нужно? Тот ему не ответил. Вместо этого он уставился перед собой. Сгорбился. Положил руки на колени. И принялся раскачиваться на стуле. Взад-вперед. Взад-вперед. Взад-вперед. Стул противно скрипел. Именно этот скрип услышал Харрис сквозь сон. Взад-вперед. Взад-вперед. Это выглядело жутко. Похлеще любой картинки из фильма ужасов. С вырванными кишками, кровью, стонущими призраками и снующими туда-сюда тенями. Взад-вперед… Он смотрел перед собой бессмысленным взглядом пластмассового манекена. Глаза были стеклянными. Губы шевелились, но слов было не разобрать. Харрис хорошо видел это, полусидя на кровати. — Эй, ты что здесь делаешь? — наконец придя в себя и сбросив возникшее было наваждение, снова спросил Харрис довольно грубо. Он все же был не из робкого десятка, и, чтобы заставить его дрожать от страха, ещё нужно было потрудиться. Тот не ответил, продолжая что-то шептать. Но шепот усилился. Боковым зрением Харрис увидел, как под столом блеснула пара кошачьих глаз. Хьюго, его старый, пушистый серый кот забился под стол и тихо шипел. Харрису это не понравилось. Внутри поднялась тревога. Появилось желание поискать что-нибудь тяжелое. К примеру, дубинку. На всякий случай. — Эй! Я с тобой говорю! — Харрис начинал злиться. Чтобы кто-то вот так запросто без его ведома ввалился посреди ночи к нему в дом, в его комнату заниматься какой-то чепухой. — Я сейчас вызову полицию! Ты…! Тот не отреагировал, продолжая тихо говорить сам с собой. — Элай… — расслышал Харрис среди неясного бормотания. — …ты помнишь, что я… спиной… — Да что с тобой? — зло прошипел Харрис, повышая голос. Стараясь отбросить в сторону недоброе предчувствие. Вытянув руку, он включил настольную лампу на прикроватной тумбе. — Умолкни хоть на секунду. Тот вздрогнул, вжав голову в плечи и сгорбившись ещё больше. Словно испугавшись резкого постороннего звука. И стал раскачиваться ещё быстрее. Ещё быстрее и забормотал себе что-то под нос. — Чёрт, что с тобой?! — потерял терпение Харрис, сбрасывая одеяло и вскакивая с кровати. С единственным желанием — вышвырнуть незваного гостя из дома пинком под зад. Когда Харрис уже протянул руку, чтобы тронуть его за плечо и хорошенько встряхнуть, тот внезапно резко остановился, опустив голову, стиснув её руками. И весь сжавшись. Харрис так и стал с протянутой рукой, глядя на его затылок. Его плечи напряглись. Голова дернулась судорожно дернулась вправо, склонившись к плечу. Потом его плечи расслабились. И он вдруг обернулся к Харрису. На лице была легкая улыбка. В глазах — детская непосредственность и искренность. Внезапно замелькала и потухла настольная лампа, заставив Харриса дернутся от легкого испуга, а кота жалобно взвыть и забиться ещё дальше под стол. — Ну что? — негромко проговорил он, глядя на Харриса снизу вверх открытым искренним взглядом. — Боишься меня? Харрис опешил. — Чего? — переспросил он хмуро. А в следующую секунду он отпрянул назад в диком ужасе. Лишь с трудом подавив истошный крик. Так начался его персональный кошмар. Ужас наяву. Это поначалу он решил, что это просто страшный, до невозможности реалистичный сон. На самом же деле той ночью к нему в дом пришел монстр. ____________________________________________________________________________ *Пойнтфорвард — неофициальная позиция игрока в баскетбольной команде. **Центровой — позиция игрока в баскетбольной команде. Самый высокий игрок, основная задача которого — игра под кольцом, подбор мяча. ***Комбогард — баскетболист, сочетающий в себе навыки атакующего и разыгрывающего защитников, но не полностью соответствующий стандартам этих позиций.