Расколотый мир

Джей проводил отправившегося в сторону мужского туалета Габриэля мрачным взглядом из-под нахмуренных бровей. — Не злись на него, Джей. Он хороший парень. Немного циничен, ехиден. Но это издержки профессии. — Он тоже охотник? — Да. Всю свою жизнь. — Дин грустно улыбнулся, вспоминая. Пока его сверстники играли в парках с водяными пистолетиками, Габриэль учился стрелять из настоящего. Каким же ещё он мог стать? Саркастичным циником, как и сам Дин. Хотя порой казалось, что с ехидством у приемного сына слегка перебор. Наверняка ему претило смотреть на привыкших к уютному житью ровесников, нежащихся в объятиях родных матерей. Презирал ли он их? В тайне завидовал ли им? Он никогда об этом ничего не говорил. Ему как будто бы все нравилось. Дин вряд ли смог бы назвать много охотников, относящихся к делу с такой преданностью. Не находилось очередное дело, Габриэль сразу же начинал скучать. Он словно жил, дышал этим. Это было смыслом его существования. Этим он был похож на него самого. И это было грустно. Джей отодвинул тарелку с недоеденной шаурмой в сторону. — Я сыт. Дин кивнул, решив не заставлять. Своё жаркое с картошкой он уже прикончил. — В это всё тяжело поверить, не так ли? — Дин посмотрел на собеседника сочувственно. Перед ним сидел совсем мальчишка. Не заслуживший всего этого дерьма. — Тебе хреново. И я тебя понимаю. — Вряд ли понимаете, — хмуро отозвался Джей. — Ещё вчера утром у меня всё было прекрасно. А теперь всё шиворот навыворот. — Его взгляд снова опустился на подаренные отцом часы. Дин печально улыбнулся, глядя на парня. — Он ничего не сказал, потому что пытался защитить тебя, Джей. — И негромко добавил: — Как и любой другой отец на его месте. Тот скривился, словно от боли. — Плохо пытался. Винчестер помолчал, кинул взгляд в окно на сидящего в импале Габриэля, на мгновение ощутив укол почти болезненной отеческой любви. — Иногда это сложнее, чем кажется. Беда не предупреждает, когда собирается навестить. — Он снова перевел взгляд на парня. — Мне было четыре года, когда моей нормальной жизни пришел конец, — медленно произнес Винчестер. — Только это был демон, а не вампиры. — Демоны. Боже, — Джей нервно рассмеялся и потер лоб, на время перестав хмурить брови. — Их не существует, — проговорил он сам себе. В ответ на его фразу Дин грустно вздохнул. — Если бы. Охотниками не становятся с бухты-барахты. Парень кивнул в сторону туалетов. — А что с ним? — спросил он, снова нахмурившись. — Кто вы ему? Отец? — прежде чем сделать предположение, Джей на мгновение запнулся. Уж слишком явно бросалась в глаза внешняя несхожесть Дина и Габриэля. Винчестер поджал губы. Говорить об этом не хотелось. Но раз тот спросил, можно и ответить. — Можно сказать, что да. Его отец был моим лучшим другом. Когда родители Габриэля умерли, я его усыновил. Хмурое выражение лица парня сменилось чуть виноватым. По крайней мере, он попытался так выглядеть. — Мне жаль. — Он помолчал. — Давно это было? — Сразу после его рождения, — просто ответил Дин. — Иди к машине, — помолчав, сказал он. — Я рассчитаюсь. — У меня есть деньги, — попытался возразить Джей. — Оставь себе, они тебе могут ещё пригодиться, парень, — Дин поднялся из-за стола. — Ценю твою самодостаточность, но как-нибудь в другой раз. И даже не думай со мной спорить. Это бесполезно. **** Оставив мужчину рассчитываться, Джей вышел из ресторана. В другое время он бы не дал незнакомцу платить за себя, словно за барышню какую-то. Но сейчас было пофиг. Он решил не ругаться с тем, кто ему помогает, из-за пустяка. Такие мелочи сейчас вообще не волновали. Передняя дверь шевроле импалы — Джей только сейчас толком обратил внимание на модель машины — была открыта. Дрищ, или — как его там? — Габриэль сидел, поставив ноги на асфальт, и обрезал ногти на правой руке. Он весь сгорбился. Вид у него был и хмурый сосредоточенный до невозможности. Словно он делал что-то крайне для него неприятное. Неспешной походкой Джей приблизился к импале, затем стал рядом, опершись о багажник. Он бросил косой взгляд на дрища. Хм, да он у нас, оказывается, бедный сирота. Прям слезы наворачиваются. Недополучил в детстве материнской ласки, вот и вырос чуток с «приветом». Или не чуток… Даже очень не чуток. Вот вам наглядный пример того, что с людьми недостаток любви и внимания делает. «Потому он у вас с чокнутый?» — едва не спросил с ехидством Джей у Дина. Но вовремя прикусил язык. У него самого семья была неполной. Редкие визиты отца трудно было назвать родительской опекой. Теперь его и совсем нет. Джей испытывал противоречивые чувства. Ему было тоскливо, но не ощущалось безумного горя, которое бывает, когда теряешь близкого человека. Он почти не знал Дилана Мартиноса. Он не был привязан к нему настолько сильно, чтобы утонуть в горе. Но совсем не испытывать боли не мог. Чтобы снова отвлечься от печальных мыслей, Джей решил подумать о чем-нибудь другом. О чем угодно. Его взгляд остановился на сидящем в машине парне. Хм, интересно. Если младший Винчестер охотник, разве он не должен быть крутым парнем? По крайней мере, быть в состоянии надрать зад противнику. Но за время их знакомства Джей за ним замашек супермена не наблюдал. Даже просто мена. И как будучи таким дохляком, парень умудрялся сражаться с вампирами и прочей чепухой, в существовании которой Джей не верил, даже будучи бухим. Он? Убивает чудовищ из самых страшных людских кошмаров? Да этот дохляк небось винтовку обосрется поднять. Так что… Либо он редкий счастливчик. Либо здесь что-то нечисто. — И что, вы всю жизнь этим занимаетесь? — наконец спросил Джей небрежно. Почему бы не спросить того о чем-нибудь. Ответ его мало заботил. Просто не хотелось ни о чем думать. Тот поджал губы и, морщась, почесал затылок. — Обрезанием ногтей? — уточнил он, не отрываясь от своего занятия. В сторону Джея он даже не глянул. Джей мысленно сосчитал количество машин, припаркованных у торгового центра. Для охотника этот осёл ещё и невероятно тупой. — Охотой, или как вы её называете, — пояснил он спустя полминуты. — Ну да, — сказал дрищ как о чем-то само собой разумеющимся. Как же можно так жить? Чокнуться можно. Тут Джей усмехнулся. «Вот он и чокнулся», — подумал он, глядя, как парень морщится, срезав ноготь больше нужного. — Так ты что, тоже убиваешь нечисть? — Джей смотрел на него не верящим взглядом, скривив губы в насмешке. — По мере возможности, — сухо отозвался тот, обтирая ножницы о джинсы. — Серьезно? — Джей усмехнулся. — Думаешь, я поверю? Да ты даже ударить нормально не можешь. — Можем разубедить, подставляй лицо, — тоном стоматолога, говорящего "Откройте рот!", произнес дрищ, деловито пряча ножницы в бардачок. Джей расхохотался. — Да у тебя силенок не хватил, дрищ, — презрительно выплюнул он. — Зато ты достиг в этом совершенства. Дай угадаю, — ехидно хмыкнул тот, косясь в его сторону. — Ты оттачивал своё мастерство на тех, кого перед этим уже почти добили твои дружки? Какая, — он задумчиво закусил губу, — невероятная пре-дус-мот-ри-тель-на-я храбрость… — Заткнись, дрищ, — Джей скрипнул зубами, метнув в его сторону раздраженный взгляд. Что этот идиот вообще знает о нём? Зря он заговорил с ним. Такой ушлепок не стоит его внимания. От того, что этот дрищ помогает Дину спасти его от врагов отца, он не перестал быть полным придурком. И как старший Винчестер мог вырастить такого гавнюка? Нормальный же вроде мужик. — Габриэль, — надменно процедил тот, откладывая ножницы. — Меня зовут Габриэль. Хотя вряд ли ты запомнишь. Чего ожидать от быдла? От подобного Джей едва не потерял равновесие. — За базаром следи, умник… — прошипел Джей, отслоняясь от машины и делая шаг в сторону сгорбившегося на сиденье парня. — Думаешь, не стану бить рожу при твоём папаше? Лучше заткнись… Тот поднял голову и впервые за весь разговор внимательно посмотрел на Джея, прищурив глаза. Никакого прежнего покорства или слабости духа. Лишь презрительность и надменность. — А то что? — с нескрываемой издевкой спросил он, чуть усмехнувшись краем губ. — Что ты сделаешь? Убьешь меня? Джей нахмурился, испепеляя его взглядом, и впервые дрищ не отвел глаза. К такой внезапной перемене в его поведении Джей готов не был. Их взгляды скрестились, как мечи. — Дрищ… — процедил Джей, сжимая кулаки и улыбаясь через силу. — Лучше заткни хлебало. А то навредишь себе… — Да ну? — тот вскинул брови. — Я должен был испугаться, да? Прости, буррито, ты меня не впечатлил. В долю секунды Джей преодолел разделяющее их расстояние, сжимая кулаки и дрожа от злости. Он оказался вплотную к парню, и тот моментально, словно только этого и ждал, вскочил на ноги. Теперь они стояли друг напротив друга на расстоянии пары десятков дюймов. Джей сжимал зубы, прикидывая, куда бы врезать. Он слегка прикрыл глаза, с удовольствием отдаваясь нарастающей злости. Сейчас это было как раз-то, что нужно. Ему необходимо было отвлечься. Выместить на ком-то злость на родителей, скрывающих от него правду всю жизнь, злость на события, повлиять на которые он был не в силах. Плевать, как отреагирует Винчестер-старший на то, что он избил его сыночка! Он был зол. Как же он был зол! Дрищ смотрел на него, слегка щурясь и улыбаясь уголком рта. И как всегда, слегка сутулясь. Его лицо было близко — Джей впервые обратил внимание, что, несмотря на темные волосы и темные глаза, кожа у парня была бледной. Сильно выделялись скулы. На правой уже совсем прошел оставленный Роджерсом фингал. Под глазами залегли ещё едва заметные тени. — Ну? Что же ты застыл? — спросил он. — Боевой быдловский дух куда-то делся? Это стало последней каплей. Джей больше не мог. Он ударил быстро. Со всей силы. Дрищ потерял равновесие, по инерции отклонившись назад. Если бы не открытая дверь авто, к которой тот стоял спиной, он растянулся бы на асфальте. Но дрищ лишь откинулся на неё. Из носа хлынула кровь, стекая по губам и подбородку ярко-алой дорожкой. Это зрелище вызвало полнейшее злое удовольствие. Джей понадеялся, что парню очень больно. Но привычной в такой ситуации реакции не последовало. Дрищ вдруг тихо засмеялся. Тронул нос, поднес испачканные пальцы к глазам. Ответный удар в челюсть был столько же быстр, сколько и внезапен. Джей охнул от изумления и неожиданной боли, отлетая назад. Спина встретилась с асфальтом. Из легких вышибло воздух. Что за…? — Что, больно? — с притворным сочувствие поинтересовался его противник. — Зато бесплатно. — Он усмехнулся, слизывая кровь с губ. — Неужели ты, правда, думал, что я не в состоянии тебе вмазать, святая простота? — Ах ты дрянь! — прорычал Джей, быстро поднимаясь на ноги. Разбитая губа заставляла болезненно морщиться. И не только лишь от боли физической. Джей не помнил, чтобы его кто-либо так унижал. Он не мог поверить, что это сделал тот, кто все эти дни покорно терпел все его издевки. — Сейчас ты огребешь по полной! — О! — Дрищ снова сощурился. В темных глазах вспыхнуло странное выражение. — Ну давай. Покажи, что умеешь, храбрый парень. Секунду они смотрели один на одного. А в следующее мгновение, как по команде, кинулись друг на друга. **** Дин медленно отсчитал наличку, кладя её к чеку. Через плечо глянул на улицу, где Джей подошел к импале и стал в стороне о Габриэля. Оба делали вид, что друг друга не замечают. Не этого он ожидал. Узнав, что сын Мартиноса — сверстник Габриэля, он надеялся, что может быть парни поладят. У Габриэля совсем не было друзей. Постоянные переезды просто не оставляли ему шансов. Да и, как Дин заметил, тот не особо стремился к этому. Винчестер сам прошел через подобное. Но у него был Сэм. Габриэль же одинок. Это не может идти ему на пользу. Парень все больше превращается в замкнутого циничного одиночку, со взглядом волка в овечьей шкуре. Изо всех сил пытается сливаться со сверстниками, притворяясь обычным человеком. Дину все чаще казалось, что тот их втайне ненавидит. За то, что не может быть одним из них, обреченный вечно прятать свою суть. А Дин ненавидел самого себя за то, что приходилось постоянно напоминать приемному сыну о важности не выделяться. Стоит лишь кому-то догадаться. Стоит об этом узнать охотникам. На него начнётся настоящая травля. Дин был охотником, и прекрасно понимал, как поведут себя такие же, как он, если им станет известна настоящая природа воспитанника. Ведь сам когда-то отреагировал ненамного лучше. Сейчас было стыдно об этом вспоминать. Но к счастью, Габриэль об этом никогда не узнает. Может, о чем-то и догадывался. Но знать и предполагать — разные вещи. Дин Винчестер был охотником. Он был против его рождения. — С этим нужно что-то делать, Сэм, — сказал он как-то своему брату. Это было спустя буквально несколько дней с того замечательного вечера, когда он услышал от своего крылатого друга превосходную новость. Он сидел на кровати в их номере мотеля. Рядом на небольшой темно-коричневой прикроватной тумбочке стояла пара пустых бутылок из-под пива и пустой бумажный пакет от фаст-фуда с ближайшей закусочной за углом. Винчестер опустил подбородок на ладони, уперев руки локтями в колени, и хмуро смотрел в пол. — Это нельзя оставить вот так и просто наблюдать со стороны. Если Кас не собирается ничего делать, то должны мы. — Что именно мы должны сделать? — отозвался брат от стола, за которым сидел, поглощая очередную траву для любителей здорового питания. — Выследить Мэг и убить её? — в его голосе послышался скепсис. — Не знаю, может быть, — Дин вдруг понял, что действительно не знает. Пока не знает. — Не думаю, что Касу это понравится, — ответил Сэм. — Касу стоило подумать башкой, прежде чем… — Почему-то мне кажется, что о таком исходе он не помышлял. Дин. Ты сам-то как думаешь? Ты мог себе представить, что у ангела и демона может быть ребенок? Это же невероятно! — Ты говоришь об этом так, словно это невесть какое чудо света! И всё должны быть счастливы до безумия! — Дин, не гони. — Сэм отодвинул от себя зеленую субстанцию на одноразовой тарелке. — Я сам прекрасно осознаю… — Не факт, что это вообще его ребёнок! — взмахнул руками Дин. — Эм… — Неизвестно, где эта шалава вообще могла его нагулять! — Ты спятил, — спокойно ответил ему брат. — По-твоему, Кас не в состоянии почувствовать, его ли это ребёнок? Дин зло поджал губы. Он знал, что скорее ошибается. Но уж больно заманчивым и удобным был такой исход. Ребенок не Каса. Просто и легко. Тогда от него можно избавиться и дело с концом. Но всё было гораздо сложнее. — Он вообще не может толком его просканировать. Может, потому что, черт возьми, он наполовину демон, не знаю. — Дин шумно выпустил воздух через нос. — И черт знает, каких сюрпризов стоит от него ожидать! — Он наполовину ангел, Дин, — раздался голос позади него. Дин подскочил на кровати, как ошпаренный. — Проклятье! — выругался он. — Сколько можно подкрадываться! Ты что, подслушивал? — хмуро спросил он. — Думаю, нам не стоит принимать поспешных решений, — Кастиэль посмотрел на Дину. — Или действий. «Иди речь о чужом ребенке, ты был бы более решительным», — зло подумал Дин, но вслух не сказал ничего. Люди часто меняют своё мнение. Сейчас Дин надеялся, что недопонимание, вызванное разницей в характерах и образе жизни Джея и Габриэля, все же как-нибудь сгладится. Когда парни лучше узнают друг друга. По крайней мере, он на это надеялся. Надо быть оптимистом. В них гораздо больше общего, чем они оба думают. С такими мыслями он, улыбнувшись, вышел из «Грик Грил». И тут же так и застыл на ступеньках при виде открывшейся ему картины. Прямо возле его ненаглядной детки. На виду у людей. Габриэль и Джей самозабвенно мутузили друг друга. Нижняя губа Джея была разбита. У Габриэля из носа текла кровь. Рядом уже собралась парочка любителей поглазеть. Копов пока не было видно. Но это ненадолго. — Я тебя прибью!!! — рычал Джей, явно будучи уже в не себя от бешенства. — Ты покойник, дрищ! — Ну давай, попытайся… — с нескрываемым злорадством отвечал ему Габриэль, презрительно щурясь. Если Джей едва ли не кричал, багровея от злости, то он, наоборот, говорил тихо и с нескрываемым ехидством. В одно мгновение Дин оказался возле них. Малолетние засранцы! Что за гребаный мордобой они здесь устроили?! — А ну прекратили оба! — рявкнул он, становясь между парнями. — Пока я вас обоих не убил! Габриэль опомнился сразу же. Выпустил ворот спортивной куртки Джея, трепетно пригладил его напоследок, не удержавшись таким образом от последней издевки. Шин опустил руку, занесенную для удара. На его лице было нарисовано отвращение. — В машину, — скомандовал Винчестер. Джей, окинув Габриэля последним взглядом, сел на заднее сиденье импалы, громко хлопнув дверью авто. Дин задержал воспитанника за плечо. — Что ты творишь? — зло спросил он. — Меня не было от силы минут пять. Что произошло, что вы подрались? Твоя задача присматривать за Шином, а не калечить. — О чем ты? Никто никого не калечит, — насмешливо спросил Габриэль, трогая нос, и тихо добавил: — Барана. — С хрустом он ввернул сломанный нос в нормальное состояние, заставив Дина невольно поморщиться. — Габриэль. Что за детские выходки? Лицо приемного сына резко стало серьезным. Он наклонился к Дину. — Понимаешь, дело в том… — парень понизил голос, затем с таинственным видом оглянулся в сторону импалы, где сидел Джей Шин. — Я по-испански всего два слова знаю, — он по очереди поднял вверх указательный и средний пальцы, — «буррито» и «сомбреро». Может, поэтому у нас с ним такое недопонимание?.. — Он сделал жалостливые глаза. — Габриэль! — процедил Дин раздраженно. Ему было не до шуток воспитанника. Тем более, что тот прекрасно знал испанский язык. У него был талант полиглота. Видимо, достался от отца. — Чтобы больше такого не было, ясно? — Угу, — отозвался парень с кислым лицом, недовольный тем, что его шутка не была оценена по достоинству. — Не слышал? — холодно произнес Дин. — Понял, — отчеканил он уже серьезно. Мигом забыв про всякие шуточки. — Молодец, — кивнул Дин. Недовольно окинул взглядом выпачканное в кровь лицо приёмного сына. Поджал губы, отведя глаза. Черт. «И почему он всегда в крови? Словно карма какая-то». — Вытри лицо. — Отпустив плечо воспитанника, Винчестер обошел импалу и сел на место водителя. В дальнем конце улицы он увидел парочку полицейских. Блин. Едва успел. Ещё бы пару минут, и этих воинственных двоих разнимал бы уже не он. Дин не очень любил общаться с сыном приказным тоном. Очень сильно в такие минуты напоминая самому себе своего отца. Но порой выбора не оставалась. Охота — это почти та же война, война с миром зла. А на войне обсуждение и уж тем более нарушение приказов не допустимо. Теперь он понимал Джона Винчестера, как никогда ранее. Пусть Дин не служил в армии, но, как оказалось, муштровать умел не хуже отца. Винчестер завел мотор, боковым зрением наблюдая, как Габриэль садится в машину, достает из бардачка пачку салфеток. Он никогда не обижался на приказной тон. Давно привык, когда нужно, молча выполнять указания. Как солдат. Как сам Дин когда-то. У Габриэля не было иного выбора, но Дин все равно не мог оправдать себя за то, что парень живет такой жизнью. Другой бы ему просто не дали. **** — Джон, ты меня слышишь? — Да. — Голос был слабый, вырвался крипом из горла. Он едва шевелил губами. — Ты понимаешь, почему оказался здесь? Мгновение пациент рассеянно смотрел перед собой, водя взглядом по потолку. Затем чуть заметно кивнул. — Зачем ты напал на Дэвида Бэрри, Джон? Он поджал губы, хрипло кашлянул, пытаясь вернуть способность контролировать собственный голос. — Я не… — Он внезапно замолчал. Затем просто пожал плечами, прикрыв глаза. Доктор Мерфи нахмурился, вздохнув про себя. — Как ты себя чувствуешь? — решил он задать другой вопрос. Пациент открыл глаза. Он больше не казался неуверенным, по крайней мере ловко пытался скрыть свою потерянность. — Замечательно, — он улыбнулся краем губ. — Вот только пятка на левой ноге чешется нестерпимо. Вы бы не могли оказать мне одолжение и почесать её? Ну или просто отвязать меня, и я как-нибудь сам? Доктор Мерфи усмехнулся в ответ на попытку пациента выглядеть непринужденно. Его с виду беззаботная улыбка на измученном исхудалом лице выглядела гримасой. Сейчас, привязанный к кровати, Джон выглядел жалко, почти так же как в день своего появления в больнице, и вызвал бы приступ сострадания у любого. С фото, сделанного при поступлении, растерянно смотрел широко распахнутыми больными воспаленными глазами, измученный до невозможности человек. До того, как попасть сюда, он почти не спал и совсем перестал есть. Черты лица заострились, щеки запали, почти вплотную очертив скулы. Глаза покраснели, под ними залегли тени. Он походил на смертельно уставшего больного человека с диким взглядом. Не тяжелым, не злым. А потерянным. Он был болен. Вот только заметили это уже поздно. — Вы не подумайте, что я жалуюсь, доктор, — тем временем продолжал пациент. — Здесь вполне себе неплохо. Кровать удобная. Да и сама больница ничего так… Отдельная комната, кормят неплохо… Сестрички симпатичные. Особенно одна. Амбер. У неё такая классная… — Он нахмурился, глядя в лицо доктора Мерфи. — Как думаете, доктор, она отсосёт мне, если я очень попрошу? Доктор лишь улыбнулся. Правда была такова, что лежащий перед ним на кровати молодой человек не стал бы просить сестру Амбер об этом, даже представься ему такая возможность. Он вряд ли этого хотел. Вряд ли он вообще мог кого-то хотеть. — У меня болят запястья, — вдруг рассеянно прошептал пациент. — А… В голос из шутливо-озорного вдруг стал испуганным. Он сглотнул, затем дернулся в путах, глядя в потолок расширившимися глазами. Бледное худое лицо исказилось, словно от боли. — Джон? — П-помогите мне… — прошептал он. Но всё прошло так же внезапно, как и началось. Взгляд Джона сделался каким-то стеклянным. Доктор Мерфи нахмурился. Но прежде чем он успел что-то сказать, тот снова посмотрел на него и уже спокойно произнес: — Я принял Дэвида не за того человека. Это вышло случайно. Простите. Доктор Мерфи покивал головой, проводя пальцами по гладко выбритому подбородку.