We Are Home

Прежде, чем они ушли, Альфис оказала им ещё несколько услуг. Прежде всего, она дала Фриск одежду, которая была у неё в запасе «на всякий случай». Это казалось немного странным, но ей выдавали подходящие вещи во всех областях Подземелья, в которых она была, так что… сейчас она полагала, что это было обычным делом. Сейчас длинные волосы Фриск были заплетены в косу, а одета она была в чёрные шорты и ботинки, которые, по словам Альфис, должны защитить её ноги от горячей земли. Фриск не думала, что та была настолько горячей, но, возможно, она просто привыкла к жару во время использования своей огненной магии. Также на ней была тёмно-красная майка с накинутой поверх жилеткой без рукавов. Жилетка была белой, заставляя её чувствовать себя слишком заметной на фоне окружающего пейзажа. Тем не менее, в целом этот комплект одежды выглядел неплохо, и был достаточно практичным для путешествия. А на то, что её ноги всё ещё болели после каблуков, она старалась не обращать внимания. Альфис также потребовалось некоторое время, чтобы проапгрейдить телефон девушки, так что теперь с него можно было отправлять сообщения. Кроме этого учёная подписала Фриск на Андернет, являющийся чем-то вроде социальной сети, объединяющей компьютеры и телефоны Подземелья. Было немного странно, но всё же приятно иметь связь. И почти сразу же её добавили к себе несколько друзей – Папайрус, Андайн и Альфис. Среди добавлявшихся были и другие, но у неё не было времени просматривать весь список и принять сразу все дружеские запросы. Возможно, позже… Воспользовавшись советом Альфис, они вышли через заднюю дверь её лаборатории. Лифты всё ещё работали неисправно, поэтому им придётся и дальше идти пешком. Фриск разочаровалась ещё больше, узнав от Санса, что с помощью лифтов добраться до ядра можно было минут за десять, а оттуда прямиком в Новый Дом. Вместо этого им пришлось идти по дороге, среди палящего жара Хотлэнда. Они шли в тишине, руки Санса – в карманах, а руки Фриск – на ремне её сумки, которая стала заметно тяжелее, заполнившись одеждой вперемешку с некоторыми предметами, захваченными из дома. Спустя короткое время они подошли к чему-то вроде пары конвейерных лент, движущихся в противоположные стороны. Фриск остановилась, с удивлением оглядывая этот механизм. — Что это такое? — О… это было сделано, чтобы ускорить путешествия… но теперь тут, по большей части, просто играют дети. Я думаю, это довольно клёво. Пойдём, — он схватил её за руку и шагнул на ленту. Та повезла его прочь, и Фриск споткнулась, не успев сориентироваться, однако он не дал ей упасть, притянув к себе и удерживая в вертикальном положении, пока они не спрыгнули на другой стороне. Оглянувшись на ленту, она рассмеялась. — Это было не так уж и плохо. Не так плохо, как твои «короткие пути». — Неужели? — протянул Санс, ведя её дальше. Казалось, его позабавило, что она считала, будто его короткие пути хуже этих транспортёров. Тем не менее, всякий раз, когда он использовал свою силу, чтобы телепортировать их, ей казалось, будто кто-то сжимал её желудок. В это время они остановились перед второй лентой, хотя сказать, что это одна лента, было бы неправильно. Здесь было несколько лент, пересекающихся друг с другом. — Там их ещё больше? — она нервно схватила Санса за руку. — Не дай этим штукам себя запутать, — подмигнул он, мягко сжимая её ладонь. Эта лента была быстрее предыдущей, но она держалась за Санса, и этот отрезок пути они преодолели быстрее, чем она могла представить. Хоть их и мотало из стороны в сторону, но всё же, это действительно было довольно весело. — Не так уж и плохо, правда? — Санс все ещё держал её за руку тёплой ладонью, когда она, наконец, улыбнулась и энергично кивнула. И, как будто этих конвейеров было мало, вскоре они вышли к нескольким вентиляторам с воздушными клапанами, путь между которыми обрывался. На них были нарисованы стрелки, указывающие направление. — Мы… должны шагнуть на вентиляторы? — смиренно спросила она, гадая, безопасно ли это… но с другой стороны, она сама решила отправиться в это путешествие. Она сама шагнула за дверь. Отпустив руку Санса, она направилась прямиком к первому клапану. Сильный поток пара толкнул её вверх, направляя на противоположную сторону, где уже успел появиться Санс, поймавший её, и тем самым избавивший от приземления на место пониже спины. — Воу, осторожнее! — с упрёком сказал он, ставя её на ноги. — Тебе следовало дождаться меня, малая. — Санс, я уже говорила, что Фриск без «риск» не бывает! Скелет долго смотрел на неё, а потом засмеялся, наклонившись вперёд и прижавшись к её лбу своим. Она почувствовала, что краснеет, но не отстранилась. Казалось, что это было проявлением привязанности, будто он забыл, где они и что делают. На мгновение Фриск тоже об этом забыла. В этот момент было так легко прильнуть к нему и поцеловать, но… Она не могла позволить этому продолжаться. Она любила его. В течение долгого времени. Ей было видно, что и он любит её, и это было больно. В это мгновение она ненавидела себя. Она собиралась причинить ему боль – и ради чего? — Фриск? — его голос был едва слышен среди свиста вентиляторов. — Идём. Впереди длинный путь, не так ли? — спросила она его, на что Санс радостно кивнул. Снова взявшись за руки, они побежали через вентиляторы, кружась в воздухе и смеясь. Это было весело – это было феерично. Это было похоже на сказки, которые она читала в детстве. За исключением того, что она не была принцессой, а он не был принцем. Они просто были двумя существами из разных миров. Человеком и монстром. Наверное, со стороны это выглядело причудливо. Вероятно, это казалось странным для любого, кто видел их и знал, что они влюблены друг в друга. Знал, что такая любовь никуда не приведёт. По ходу дела Альфис писала ей, давая инструкции к прохождению встречавшихся головоломок, но Санс, похоже, и так прекрасно знал, как их все проходить. Тем не менее, было приятно знать, что Альфис заботится о них. Преодолев очередное препятствие, они оказались в месте, которое… выглядело почти как студия для проведения телешоу. Заметив это, Санс скривился. — Вот дерьмо. — А вот и вы! — казалось, из ниоткуда, выскочил Меттатон. — Добро пожаловать на семейное шоу! — Шоу? — Всё верно, красотуля! Готовка с потрясающим роботом! И сегодня мы готовим особое блюдо, не так ли, милочки? — Он подмигнул в камеру, и Фриск взглянула на Санса, гадая, всерьёз ли всё это. — Сегодня мы собираемся научиться готовить любимое человеческое блюдо. Верно я говорю, человек? Так почему бы тебе не объявить во всеуслышание для наших замечательных зрителей, что мы будем готовить! — Э-э… — Фриск буквально не знала, что сказать. — Я… — Продолжай, дорогуша. Скажи нам, любимая человеческая еда – это… — Я… э-э… — в том то и дело. Она провела не так много времени в верхнем мире, чтобы хотя бы вспомнить, что ели люди. Сложно было представить, насколько это отличалось от еды монстров. Однако у неё в голове была одна идея. — М-моя мама, она э, часто делала одно хорошее блюдо. Это был улиточный пирог. — Улиточный… пирог? — брови Меттатона сошлись на переносице. Он выглядел так, будто попробовал что-то горькое. — Это звучит… — Довольно противно, я знаю. Поверь мне, в первый раз, когда она его приготовила, я не хотела его есть, но это было просто превосходно! Меттатон встряхнул головой, и встревоженный взгляд с его лица исчез. — Хорошо, очаровательно. Тогда давай сделаем улиточный пирог и покажем всем, как надо его готовить. Приступим, красотули! Итак, Фриск объяснила Меттатону, как делать знаменитый улиточный пирог её матери. У него каким-то образом были все ингредиенты – на самом деле, она заметила, что у него было довольно много случайных ингредиентов. Некоторые выглядели так, будто принадлежали к человеческим маркам. Однако они были настолько непонятными и странными, что она понятия не имела, что из них можно сделать, возникни такая необходимость. — И как долго нам нужно это выпекать? — поинтересовался Меттатон. В какой-то момент шоу он раздобыл шляпу шеф-повара, которая теперь красовалась на нём вместе с фартуком. Фриск также пришлось надеть фартук и соответствующий головной убор. Санс надел только колпак, хотя сейчас он всё равно прикорнул возле холодильника позади них, используя её сумку в качестве подушки. Однако она была уверена, что его всё ещё было видно через объектив камеры. Интересно, а смотрит ли это сейчас Папайрус… Было бы довольно забавно. — Ну, в этом я не уверена, потому что мы с мамой всегда использовали огненную магию, чтобы печь пироги. Так быстрее и меньше грязи, — за то время, пока длилось шоу, Фриск успела немного привыкнуть и сейчас вела себя как обычно. Это было довольно странно, но Меттатон располагал к себе, и Фриск не могла лгать. Он, конечно, слегка переигрывал, но это было, вероятно, тем, что монстры Подземелья любили в нём. — Хорошо, покажи нам, как это делается, дорогуша! Фриск сделала, как он сказал, и с её огненной магией пирог был готов к тому моменту, как завершилась рекламная пауза. Меттатон отрезал три куска, хотя Санс всё ещё дремал на заднем плане. Попробовав то, что получилось, робот разразился потоком похвал. Фриск подумала, что это было довольно неплохим результатом для её первой попытки выпекать без матери… хотя у неё возник вопрос, а мог ли Меттатон вообще ощущать вкус. В конце концов, он был роботом. Наконец, шоу подошло к концу, камеры отключились, и Меттатон вздохнул, поворачиваясь к ней. — Ты действительно подняла мне рейтинги, милая. Это самые высокие просмотры за долгое время. Уверена, что не хочешь быть звездой? — Пожалуй, это не моё, Меттатон, — она со смехом покачала головой, на что тот усмехнулся. Он казался намного менее… пугающим, чем в прошлый раз. Даже вёл себя с ней намного более свободно. Фриск предполагала, что это может быть связано с тем, как она ладила с Альфис. Неожиданно раздался звук, похожий на телефонный звонок – хотя он, казалось, исходил от Меттатона – и робот прикоснулся к своему уху. — Извини, дорогуша, деловой звонок! — на этих словах он отвернулся, громко разговаривая с кем бы то ни было – хотя по звуку было похоже, что это Альфис. Фриск перевела своё внимание на Санса, открывшего глаза при её приближении. — Замесили дело? — спросил он. — Пойдём, можем съесть пирог по дороге. — Хорошо, давай ускользнём отсюда, — он поднялся и потянулся, сухо щёлкнув костями. Прихватив по куску пирога, они медленно направились прочь. Меттатон помахал им, и Фриск улыбнулась, махая в ответ. — Что думаешь? — немного нервно спросила она Санса. — Должен тебе сказать, Фриск, ты улитку съела на этом рецепте, — она лишь закатила глаза, тихо рассмеявшись. Снова оказавшись на дороге, они увидели развернувшееся перед ними огромное строение, расположенное посреди озера лавы. Фриск остановилась, разглядывая его. От него исходили жуткие звуки, скрежет и гулкие удары, которые было слышно даже отсюда. — Что это такое? — Ядро, — не глядя, ответил Санс. — Оно снабжает энергией всё Подземелье. Мы идём прямо к нему. — Это… жутко. — Да, наверное, — пожал он плечами, закончив с пирогом и выбросив тарелку в лаву. Она поспешила сделать то же самое, повторив его действия. Когда Санс двинулся дальше, она задержалась, глядя на пугающее сооружение. Оно было похоже на зверя, притаившегося в лаве. Ожидающего свою добычу. Санс остановился, поворачиваясь к ней. — Всё будет хорошо, Фриск. Мы почти на месте. Она поспешила к протянутой руке, слегка сжимая её пальцами, чтобы набраться уверенности. Это позволяло почувствовать себя комфортнее. Они собирались пройти через это вместе. Иного пути не было.

***

Они не успели отойти далеко от сцены Меттатона, стоны ядра всё ещё наполняли воздух, когда зазвонил телефон Санса. Он проверил его, увидев, что это был Папайрус, и вздохнул, будто зная, что случится, когда он ответит на вызов. — САНС! — голос Папайруса был достаточно громким, чтобы Фриск тоже его слышала. — Почему ты не сказал мне, что собираешься встретиться с Меттатоном! И пойти на его кулинарное шоу! Фриск протянула руку к телефону, и Санс пробормотал: — Притормози, бро, — протягивая ей телефон. — Извини, Папайрус, — обратилась она к младшему из братьев. — Оба раза, когда мы встречали Меттатона, это происходило случайно. Мы этого совсем не ожидали. — Однако тебе так повезло повстречать его! — произнёс Папайрус. — Он действительно великолепен, правда? Как личность, я имею в виду? Может ли это быть…? Был ли Папайрус его фанатом? Фриск почувствовала, как её губы растягиваются в весёлой улыбке. Она предполагала, что Меттатон был популярен, и сомневалась, что в Подземелье было много звёзд. Может быть, Меттатон вообще был единственным? — Да, Меттатон довольно блистателен, — ответила она ему. — Ваушки! — против воли она рассмеялась. — Как ты думаешь… смогу я когда-нибудь с ним встретиться? — Ну конечно, — но прежде, чем Фриск смогла сказать ему что-то ещё, Санс протянул руку за телефоном, и она вернула его обратно. — Слушай, бро, в следующий раз, когда мы встретим Меттатона, мы позвоним тебе, — сказал ему Санс. Он помолчал, слушая, что ответит ему Папайрус, однако Фриск этого не слышала, потому что Санс слегка повернулся. Она не думала, что он сделал это нарочно, в конце концов, он просто пытался сосредоточиться на том, что говорил его брат. — Я думаю, у тебя будет полно времени, чтобы добраться сюда. Не волнуйся, Папс. Ты справишься. Как я и говорил, я маякну тебе, когда мы снова встретим его, — ещё одна пауза. — Неа, бро, ты самый крутой. Было так мило слышать это, и Фриск обнаружила, что не может сдержать улыбку. Кратко попрощавшись с братом, Санс повесил трубку, запихнув телефон в карман. Затем он перевёл взгляд на девушку. — Ну что, идём дальше? — спросила она его. — Да. Впереди будет больше головоломок. Хех, может, нам следовало позвать его с собой. Это как раз по его профилю. Это было хорошей мыслью, иметь больше друзей рядом с собой. Но она знала, что так быть не должно. Да даже Санса не должно было быть здесь. Ей следовало пройти через это в одиночку. Но всё же она была рада его компании. — Тогда не будем медлить. Идти ведь ещё долго? — На самом деле мы уже почти на месте. Пожалуй, лучшая новость за последнее время. Это придало ей решимости продолжать двигаться вперёд. Они шли вместе, направляясь к ядру, и она всё ещё слышала его стенания, исходившие, словно бы, от огромного зверя, ожидающего её с открытой пастью и готового проглотить. Она нервничала. Вот и почти настал конец всего этого. Дело было почти закончено. Ей просто нужно было продолжать идти, оставаясь решительной до самого конца.