Сопротивление (Resistance)

      Джон стоял под мягким навесом закусочной, и грея в карманах руки, смотрел на льющиеся с неба потоки дождя. Те весело танцевали по тротуару, игнорируя пристальное внимание доктора. Напротив которого, опустив к промокшему тротуару свой вездесущий зонтик, стоял Майкрофт.       — Я полагаю, вас интересует, как дела у Шерлока, — произнес Джон.       Он устал от этих встреч. Если Майкрофту хочется что-то узнать о своем брате, пусть придет в 221Б и сам с ним поговорит. "Холмсы никогда ничего не делают, как нормальные люди, — подумал он, целенаправленно продолжая смотреть на падающие капли, а не на высокого чиновника. — И я этой шарадой сыт по горло ".       — Все верно, — легко ответил Майкрофт.       Уголком глаза Джон заметил, как тот глянул на свои дорогие часы и раздраженно сжал губы. Хотя ведь это Джона побеспокоили, а не Майкрофта. Джон возвращался из "Теско", когда рядом притормозила майкрофтовская машина без опознавательных знаков.       Тем не менее, он сделал глубокий вдох и ответил:       — С Шерлоком все в порядке. Настолько, насколько можно этого ожидать. Он стал другим с тех пор, как... как он вернулся домой, но это вполне понятно.       — И?       — И он ест, если вас это интересует, — добавил Джон, уже начиная раздражаться. — Он все так же занимается экспериментами, берет дела и все такое прочее. Он в порядке. Слушайте, если вас это действительно интересует, вы можете прийти к нам и лично убедиться.       Майкрофт хмыкнул себе под нос, словно такое предложение его позабавило, и несколько раз стукнул зонтиком по тротуару.       — Было бы любопытно. Но нет, я думаю, что не стоит, доктор Ватсон. Вы же знаете, мы с ним не ладим.       На этот раз Джон все-таки посмотрел на него — на этого лишенного красок человека среди бесцветных струек дождя. На самом деле, Шерлок со своим братом, в принципе, как-то ладили — во всяком случае, они друг с другом разговаривали, а значит, Майкрофт вполне мог бы прийти на Бейкер-стрит. Эта внезапная дистанция встревожила Джона. Но он знал, что любопытствовать не стоит. Пока.       — Что-нибудь еще?       — Нет, — сказал Майкрофт. Он поднял зонтик, нащупал защелку и раскрыл его. Купол затенил его лицо, погрузил черты в сероватую полутьму. — Будьте осторожны, доктор Ватсон. Мы же не хотим, чтобы вы заблудились в этом безумном мироздании.       С этими словами он быстро шагнул под дождь, а Джон, часто моргая, уставился ему вслед. Что это было?       Майкрофт только процитировал ему троиловские "Труды об Иво"?       Несколько часов спустя, так и не сумев выбросить из головы эту раздражающую почти-цитату, Джон взял с дивана свой ноутбук и открыл его. Он уже собирался набрать в поисковике имя Троила, но внезапно, словно громом пораженный, остановился.       Онлайн ничего искать нельзя — Майкрофт, разумеется, мониторит его интернет-активность. И если он еще не знает, что Джон Иво, то наверняка что-нибудь заподозрит по его внезапному интересу к этим древним текстам. Джон захлопнул ноутбук, и сжав губы в тонкую линию, невидящим взглядом уставился на забитые, переполненные книгами полки.       Что-то крушивший на кухне Шерлок вошел в гостиную. За ним потянулся длинный дымок серы.       — Уже не пользуешься? — уточнил он, нагибаясь, чтобы забрать ноутбук.       Джон позволил Шерлоку забрать компьютер, его собственные мысли по-прежнему занимал Майкрофт.       Джон не хранил дома никаких текстов Троила; для этого он был слишком осторожен: никогда не брал эти труды в библиотеке и не покупал в букинистических лавках. Ему приходилось полагаться только на свою память, и он не мог точно вспомнить тот отрывок, который, как ему показалось, процитировал Майкрофт. Шерлок безусловно знал все наизусть, но Джону не хотелось спрашивать его здесь, в квартире.       Шерлок стучал по клавишам ноутбука и, сведя брови, смотрел на дисплей. Джон окинул его взглядом.       Друг сидел, прислонившись спиной к стене, на нем была рубашка с длинными рукавами и запачканные серой брюки; взъерошенные кудри торчали во все стороны, словно их неделю никто не причесывал — причиной этого была привычка Шерлока в состоянии раздражения запускать руки себе в волосы.       Продолжая на него смотреть, Джон подумал, что Шерлок пребывает в этом состоянии с того самого момента, как вернулся домой.       — Как насчет того, чтобы прогуляться? — спросил он, выдергивая себя из размышлений на эту тему. Ему до сих пор было слишком болезненно о ней думать — слишком больно вспоминать серую пустоту, поселившуюся внутри после того, как не стало Шерлока. Не совсем не стало — как пропал без вести. Умер. Умер во всех смыслах этого слова, кроме одного, самого важного.       — Куда? — поинтересовался Шерлок, не прекращая печатать.       Он скривился тому, что увидел на экране (что-то про шоколад для гурманов, заметил Джон краем глаза), порывисто вздохнул и захлопнул ноутбук. После чего посмотрел на Джона, и его светлые глаза скользнули по лицу доктора, считывая все: подрагивающие веки, изгиб рта, чуть нахмуренный лоб.       Джон спокойно посмотрел на него в ответ. Со времени своего возвращения Шерлок стал "сканировать" Джона взглядом значительно чаще; еще одна вещь, к которой Джону пришлось привыкнуть.       — Я понял, — коротко сказал Шерлок, и Джон не сомневался, что так оно и есть. Друг скинул ноутбук на подлокотник дивана. — Только захвачу пальто.       Они спустились к реке и остановились на заросшей сорняками отмели; сумрачный холод заставил их поплотнее завернуться в свою одежду. Джон смотрел на проплывающие в синеватой воде опавшие листья и прочий плавучий мусор. После утреннего дождя река здорово поднялась. Стоявший справа от него Шерлок вытащил из кармана зажигалку и стал крутить ее в длинных пальцах. Он снова пытался бросить курить.       — У меня сегодня снова была встреча с Майкрофтом, — произнес Джон.       — И он сказал тебе что-то, — Шерлок щелкнул зажигалкой, посмотрел на танцующий огонек и снова ее загасил. Он еще дважды повторил весь процесс, и Джон смотрел, как его пальцы стремительно порхают над серебристой защелкой. — И теперь ты выведен из равновесия.       — Кажется, он процитировал мне Троила. "Труды об Иво". — Джон переглотнул. — Самый конец одного известного отрывка — что-то насчет "безумного мироздания".       Шерлок уронил зажигалку в карман, и его взгляд потерял свою остроту, стал "стеклянным".       — А. "Я умоляю сыграть мнѣ пѣсню, дабы утишить ужасный гулъ, но мірозданія невыразимо безумна".       Джон отметил его идеальное произношение: все эти грубые согласные и короткие гласные.       Шерлок откашлялся и повторил фразу уже на современном английском.       — "Я умоляю сыграть мне музыку, чтобы заглушить жуткий шум — или звуки, но мир полностью обезумел". Или "совершенно безумный". Зависит от интерпретации.       Джон кивнул.       — Именно. Я хотел поискать...       — Но ты этого не сделал, и это хорошо, — прервал его Шерлок, голос которого звучал словно издалека. Он скрестил руки (непривычный жест, который он тоже "подцепил" за время своего отсутствия), и уставился на воду, явно со всех сторон обдумывая информацию.       Джон ждал.       Шерлок спросил после паузы:       — А больше он ничего не говорил? Может, было еще что-нибудь необычное?       — Нет, — сказал Джон. — По-моему, нет.       — Тогда нам остается только ждать, — Шерлок опустил руки и склонил голову набок. Этот жест — Джон узнал его; то был сигнал, что шестеренки в голове Шерлока работают на полную мощность, и совсем скоро друг сложит все в единый безумный, возмутительный план.       — Или мы можем его как-нибудь подтолкнуть, — сказал он.       Шерлок снова вынул зажигалку, вытащил откуда-то сигарету и зажег ее. Джон с сомнением посмотрел на него.       — Шерлок, — заговорил он, — я думал, ты...       — Я пытаюсь бросить, — подтвердил Шерлок, зажимая сигарету уголком рта. — Но я не сомневаюсь, что мой брат за нами наблюдает, и лучше иметь хорошее объяснение, зачем ты меня сюда притащил в такой ветер. Покажи, что ты злишься. Это не так трудно. Видишь, я курю?       Шерлок сделал длинную затяжку. Джон закатил глаза (без гнева — только неодобрительно) и мстительно глянул на своего друга. Потом повернулся к нему спиной и размашисто зашагал прочь, всем своим видом выражая неудовольствие.       — Да, — тихо проговорил Шерлок, двинувшись следом и яростно попыхивая сигаретой. — Ты только что устроил мне хорошую выволочку за возвращение к вредной привычке. Именно поэтому мы провели здесь столько времени, а я мрачно смотрел в пространство. Поторапливайся. Ты топаешь слишком медленно.       — Я не топаю, — полусердито-полуудивленно возразил Джон. — Ну, давай. Собственно, я должен сделать тебе выволочку. Не могу поверить, что ты снова взялся за сигареты. А как же все твои никотиновые пластыри?       Всю дорогу до дома они спорили, поддерживая задуманную иллюзию, а в довершение Шерлок для правдоподобности хлопнул входной дверью. К этому моменту он уже потерял энтузиазм выкидывать сигарету, и Джону пришлось ткнуть ему в лицо пальцем и даже пригрозить конфискацией эксперимента с серой — только тогда Шерлок, надувшись, все-таки ее выбросил.       Два часа спустя в 221Б не осталось ни одной сигареты (часть забрал Джон, а часть полетела его же стараниями в окно). Шерлок вышагивал туда-сюда по гостиной, заложив руки за спину и изредка возводя глаза к потолку. Но в основном он смотрел невидящим взглядом в пространство. Он думал.       Зазвучал сигнал валявшегося на диване мобильника детектива — раз, другой, третий, но Шерлок его проигнорировал. На экране читалось Майкрофт Холмс, но потом табличка с именем потускнела и растворилась — звонки прекратились.       Шерлок все так же продолжал шагать по комнате.       Свет фонарей на улице подернуло слабым туманом.