Любовь хорошего волшебника

Прошла неделя, прежде чем Панси наконец отвела Гарри в сторону и попросила встретиться с ней и Минервой в выручай комнате, напомнив ему еще раз, чтобы он захватил с собой Тома. — И что я должен ему сказать? — резко спросил Гарри. Он был на взводе и утомлен. Его режим сна был весьма хаотичен. Если он не сидел на кровати Тома с заглушающими чарами вокруг них обоих, пока другой мальчик переживал свои кошмары, то его собственные сны были очень… запутывающими. Он часто просыпался в жаре и лихорадке, лишь со смутными воспоминаниями о том что ему снилось. Он понимал, что его кошмары канули в прошлое или, скорее, в будущее. — Просто скажи, что мы встречаемся для послеобеденного чая, — пожала плечами Панси. — Почему так долго? — мрачно спросил Гарри. — Если ты не заметила, я тут немного тону. — О, я заметила, — улыбнулась Панси. — Но я хотела купить кое-что для тебя, и на это потребовалось время. Тебе понравится мой подарок. — Ты купила мне подарок? — удивился Гарри. — Не совсем, — уточнила Панси, собирая сумку. — По школе прошел слух о самом увлекательном классе по Уходу за Магическими Существах, — ухмыляясь сказала она. — Это навело меня на кое-какие мысли. Ладно, мне пора бежать на лекцию, но я не прощаюсь. Прежде чем Гарри успел спросить что-то еще, девушка исчезла в коридоре. Он вздохнул и отправился на поиски Тома, ощущая, что все больше и больше волнуется о затее Панси. Прошли слухи? Что все это значит?

***

Минерва с Панси стояли, прислонившись к стене, когда подошли Гарри и Том. Девушки выглядели слишком довольными собой, и Гарри это абсолютно не успокаивало. Он помнил заявление Панси на прошлой неделе, что она собирается во что-то его впутать. Внезапно ему захотелось, чтобы эта встреча поскорее закончилась. — Входите. Мы настроили комнату, — сказала Минерва. — Домовые эльфы в любой момент принесут чай и пироги. Девушки вошли в комнату, не дожидаясь их. Гарри заметил, что Том стоит перед дверями, закрыв глаза и глубоко вдыхая. — Что ты делаешь? — спросил он. Вдохнув еще пару раз, Том быстро улыбнулся. — Очищаю мысли. У этой комнаты есть раздражающая манера цепляться за случайные мысли и подстраиваться под них, — он покраснел и отвел взгляд. — Иногда это очень смущает. — О, понимаю, — сказал Гарри, задумавшись, о каких же мыслях так беспокоится Том, но это не его дело. В комнате громко засмеялась Минерва, и когда ребята вошли, то поняли, почему. Панси плюхнулась на один из двух маленьких, но смехотворно пухлых фиолетовых диванчиков, и ее маленькая фигурка почти утонула в нем. Эти диванчики были такими крошечными, что там едва хватало места для двоих. — Почему здесь только два кресла? — усмехнувшись спросил Гарри. — Это — не кресла, — объяснила Минерва. — Это — диванчики на двоих. — Девушка прикинулась, что не замечает румянец Гарри. — Они сделаны для двух человек и, как вы можете убедиться, чрезвычайно удобны. Минерва усмехнулась, заметив, как Панси лениво потягивается. Внезапно Панси сфокусировалась на Томе. — Иди, присядь со мной, Том. Здесь вполне хватит места, — она похлопала по крошечному пространству рядом с ней и призывно посмотрела на него сквозь ресницы. Гарри недоверчиво уставился на нее, ощущая, как его шею заливает жар, и сглотнул. Посмотрев на Тома, он заметил, что парень тоже чувствует себя весьма неудобно. — Хм, спасибо, Панси, — нерешительно ответил Том, подходя к ней. Глаза Панси искрились при взгляде на Тома. Она подобрала поближе серую шерстяную юбку и откинулась на спинку диванчика, якобы давая ему больше места, но, при этом, весьма ясно подчеркивая, как идеально красная ткань обтягивает ее грудь. Гарри был в ярости. Что она вытворяет, так нагло предлагая себя Тому? Он резко моргнул. А чем он занимается, злясь на это? Конечно же, он не мечтал о ней. Именно для этого они здесь и были, в конце концов. Гарри с трудом разжал кулаки и попытался расслабиться. Минерва наблюдала за ним с улыбкой, но когда появился домовой эльф, занялась столом. Том тем временем присел на краешек дивана рядом с Панси, и, не глядя на нее, попытался подвинуться так, чтобы сохранить хоть миллиметры свободного пространства между ними. Гарри понял, что стискивает зубы только тогда, когда челюсть начала болеть. Чувствуя себя необычайно разъяренным, он промаршировал к другому диванчику и уселся напротив Панси и только тогда обнаружил что Панси наблюдает за ним с торжествующей ухмылкой. — Чуть не забыла! — Панси потянулась к сумке и вытащила небольшую продолговатую коробку. — Просто небольшой сюрприз для тебя, Гарри. Я знаю, как ты их любишь. Девушка собиралась выбраться из груды фиолетовых подушек, окружавших ее, когда Том быстро выхватил коробку из ее руки. — Не вставай, пожалуйста, Панси! Я передам ее Гарри, — галантно предложил он и быстро сбежал к другому мальчику. Том молча устроился на диванчике рядом с Гарри с едва подавленным вздохом облегчения. Гнев Гарри моментально спал и сменился пониманием того, как близко они сидят. Он начал мысленно проклинать коварную Панси, ощутив, как бедро Тома прижалось к его ноге. Мерлин, они были так запиханы, что он чувствовал запах любимого травяного мыла Тома! Попытка отодвинуться привела к тому, что он только сильнее терся о бедро Тома. — Прости, — пробормотал он. — Глупые диванчики. — Не волнуйся, — ответил Том. — Просто устраивайся поудобнее. Гарри впился взглядом в Панси, которая в данный момент была весьма довольна собой, понимая, что Том сбежал от нее очень неделикатно. Гарри поднес коробку к глазам и заметил, что в ней проделаны крошечные отверстия. — Здесь кто-то живой? — спросил он у Панси. — Просто открой ее, болван! — бодро предложила Панси. Минерва налила им чаю и поставила две чашки перед Томом и Гарри, а так же тарелку с пирожными. Затем она пошла к Панси и вручила ей чашку чая перед тем, как сесть рядом. Садясь, она толкнула Панси в бок так, что девушка чуть не пролила чай, но они лишь улыбнулись друг другу. — Хорошие диванчики, — мягко сказала Минерва. — Угу, — промычала Панси, потягивая чай и поглядывая на Минерву поверх чашки. Когда Гарри взвизгнул, она от неожиданности стукнулась зубами о чашку и, зашипев, повернулась к нему. Выражение его лица было бесценным, да и Том казался не менее впечатленным. — Кто это? — спрашивал Гарри, извлекая крошечную змейку из коробки. — И не говори мне, что это — змея, потому что это — не просто змея. Да, и к тому же, я — не болван. Панси закатила глаза, а Минерва захихикала. — Мог бы меня одурачить. Том наблюдал, как Гарри с восхищением разглядывает бледно-золотое существо. Змейку окружал эфирный свет, отмечая ее, как волшебное создание. — Это — лунная змея, — мягко сказал он. — Вот это — наш Том. Знает все и обо всем, — засмеялась Минерва. Том улыбнулся в ответ. — Я много лет хотел увидеть хоть одну из них вживую. Ты прекрасно знаешь это, Минерва. — Да, я знаю, что ты одержим змеями, — она поставила чашку на маленький столик. — Похоже, ты теперь не одинок в своем увлечении. — Минерва кивнула в сторону Гарри, который пристально с обожанием разглядывал маленькую змейку, шипевшую и ползавшую по его ладони. — Спасибо, — выдохнул Гарри и посмотрел на Панси. — Честное слово, спасибо. Он очень красив. Панси пожала плечами так, словно покупка редкой волшебной змей была ничуть не грандиозным событием. Затем она сообразила, что сказал Гарри, и подняла бровь. — Откуда ты знаешь, что это — «он»? — Он сам… — начал Гарри. — Так сказал, — закончил Том и уставился на Гарри во все глаза. — О, Мерлин, — выдохнул он. — Гарри, ты, … Но ты не можешь быть! — Змееустом? — спросил Гарри, и Том кивнул с сияющими волнением глазами. — Я — змееуст. Не знаю, почему, — солгал Гарри. — Я всегда умел разговаривать со змеями. — Он покраснел и посмотрел на змею. — Ты ведь понимаешь меня? Почему бы тебе не сказать ему? — Мой хозяин говорит на моём языке. А ты? — зашипела змея развернувшись к Тому поднялся на хвосте. Том моргнул. — Да, я тоже говорю. Мне очень приятно познакомиться с тобой. Твой вид — очень редкий. — Спасибо, — прошипел змеёнок и кивнул в приветствии. Чашка Минервы дрожала в ее руках, и внезапно Панси очень обрадовалась, что заранее предупредила девушку о том, что Гарри — змееуст. Когда Минерва повернулась к ней, Панси поняла, что чашка задребезжала не из-за опасения. — Мерлин! — выдохнула Минерва. — Я много лет не слышала, как Том разговаривает на парселтанге. Тогда это казалось всего лишь интересным. Видишь ли, мы тогда были маленькими. Панси захихикала. — Я не слышала разговора Гарри с двенадцати лет. Тогда он говорил во время… игры с… другом. С тех пор он больше не говорил на перселтанге публично. Люди были напуганы. Она посмотрела на Тома с Гарри. Они шипели маленькой змейке, которая что-то счастливо шипела в ответ. Ее головка вертелась то к одному, то к другому по очереди. Это было очень похоже на оживленный разговор, и это казалось… это казалось… — Это похоже на бесконечное шипение, словно им даже не надо вдыхать воздух для этого. От этих звуков на ум приходят весьма грязные мыслишки, правда? — невнятно пробормотала Минерва. Панси подавилась чаем, но попыталась приглушить кашель, не желая нарушать сцену. — Интересно, понимают ли они, как сексуально это звучит? — прошептала она, прижимаясь ближе к Минерве, словно для того, чтобы не говорить громко. — Ах, не думаю, что они делали бы это перед нами, если бы понимали, — прошептала в ответ Минерва, прижимаясь щекой к волосам Панси. — О, Панси, посмотри! — выдохнула она. — Гарри кладет его к Тому в ладони. Панси чуть не задохнулась, пытаясь подавить смешок. Она очарованно наблюдала, как крошечная змейка завернулась вокруг пальца Тома и что-то шипела улыбающемуся Гарри. Девушка оттянула воротник свитера и подула внутрь, пытаясь охладиться. — Не знаю, как ты, Минерва, — пробормотала она, — но мне сейчас хочется немного секретности. — Да, мне тоже, — хрипло согласилась Минерва. При этих словах в комнате появилась плотная штора, разделившая помещение на две части. Девушки уставились друг на друга. — Хм… Панси, Минерва? — позвал Гарри из-за шторы. — Почему здесь внезапно появилась большая штора? Минерва захихикала, и Панси последовала ее примеру, хватаясь за девушку, чтобы не упасть с диванчика. — Не обращай внимания, Гарри, — ответила она. — Мы только… — Панси, задыхаясь, быстро попыталась что-то придумать. — Мы говорили о… — Об интерьере, — закончила Минерва. — Комната, наверное, неправильно поняла. Нам вообще-то надо поговорить, поэтому пусть всё так и остается. Если вы не возражаете. — Да, — согласилась Панси. — Продолжайте заниматься своими делами. С нами всё будет хорошо. — Угу, — выдохнул Гарри. — Я уверен, что с ними всё хорошо, Гарри, — сказал Том и продолжил чуть громче. — Должно быть, это одна из тех беспризорных мыслей, которые так опасны в этой комнате. Панси прикрыла рот ладонью, а Минерва мягко фыркнула от смеха. — Хорошо, я рада, что они не совсем невинны, — сказала она. — Я, вообще-то, не думаю, что Том когда-либо… ну, ты понимаешь. — Она усмехнулась. — Но я думаю, что теперь он планирует. Никогда не видела, чтобы он смотрел на кого-то еще так, как смотрит на Гарри. — Я полагаю, что те планы не учитывают аудиторию, — вздохнула Панси с фальшивым сожалением. Минерва прищурилась, и ее голубые глаза засверкали. — А ты — развратница. Мне нравится это в девушках. — Правда? — покраснела Панси. Минерва кивнула, взяла чашку из ее рук и поставила рядом со своей, затем протянула руку и погладила Панси по розовой щёчке. — Ты знаешь, я счастлива, что Том не обращает внимания на девушек, — мягко сказала она. — Или здесь были бы двое ревнивцев. Панси усмехнулась. Минерва запустила пальцы в ее волосы и обхватила затылок, наклоняясь к девушке. Она нежно коснулась губами губ Панси. Девушка приоткрыла рот и обняла Минерву за талию, когда та приступила к серьезной задаче сцеловывания этой плутовской ухмылки с ее губ. По другую сторону шторы Том наблюдал, как змеёнок сполз с его ладони и направился к запястью. Обвившись вокруг него, змеёнок сообщил, что, если его хозяин не будет возражать, он с удовольствием считал бы хозяином и Тома. Юноша посмотрел на Гарри с мягкой улыбкой. — Тебе решать. Гарри улыбнулся в ответ. — Ничуть не возражаю. — Он прошипел змеёнку согласие, и тот вытянулся от руки Тома и щелкнул кончиком языка по подушечке большого пальца Гарри. Юноша насмеялся. — Щекотно. — Прости, — прошипел змеёнок и скользнул обратно на ладонь Гарри, одновременно зацепившись хвостом за палец Тома. Он тянул Тома, пока его палец не улегся на ладонь Гарри, и пальцы так там и остались, даже тогда, когда змеёнок отпустил. Гарри вздрогнул, закусив губу. — Хозяин взволнован, — услужливо доложил змеёнок, лизнув ладонь Гарри. Том приподнял бровь. — Правда? — прошипел он, разглядывая покрасневшее лицо юноши. — Что? Нет! — запротестовал Гарри, посмотрев на Тома, но быстро об этом пожалел. Том покраснел, и впервые, благодаря этому дурацкому диванчику, Гарри был достаточно близко, чтобы заметить, что его глаза не тёмные, а серые, очень тёмно-серые. Они были красивы и смотрели на него с выражением голода. Рот Гарри пересох, а сердце начало лихорадочно колотиться. — Ох! — пискнул он. Звук разнесся по комнате эхом. Гарри быстро посмотрел, на месте ли штора, а затем вновь посмотрел на Тома. — Оба хозяина взволнованы, — флегматично сообщил змеёнок, скользивший все это время между их запястьями. Он переполз на руку Гарри, забрался под свитер и завернулся вокруг его локтя, как драгоценный браслет. Это оставило Тома без оправданий для того, чтобы продолжать держать руку Гарри. Он легонько надавил большим пальцем на ладонь юноши и прикусил губу, когда веки Гарри прикрылись, и дыхание участилось. — Гарри, — прошептал Том. Во взгляде Тома нельзя было ошибиться, но он должен был так смотреть на Панси. Гарри сообразил, насколько был слеп. Неудивительно, что Панси высмеивала его! Он попытался выдернуть ладонь, но длинные пальцы Тома крепче сжались на ней, и Гарри снова вздрогнул. — Не бойся меня, — попросил Том. — Я не боюсь! — выступил Гарри. — Но я не… я не… — Не любишь мальчиков? — сомнительно спросил Том. — Или меня? — Да, я имею в виду, нет, — запинался Гарри, проклиная себя за то, что не видел заранее всей этой ситуации. — Я не могу! Мерлин, абсолютно — нет! Он снова дернул ладонь, и, на сей раз, Том отпустил. Гарри прижал ее к груди так, словно она была поранена. Он дрожал всем телом от гнева на Панси за то, что держала его в темноте, на себя — за то, что был больше возбужден, чем испуган, на Тома — за… за… Том нервно прочесал пальцами волосы. — Прости, Гарри. Я не буду давить на тебя. Я понимаю, что для тебя это что-то вроде шока. — Я… — Гарри сглотнул. — Ладно. — Он мысленно пробежался через слова Тома, внезапно понимая, что Том не отступил окончательно. Он нахмурился. — Подожди, что ты имеешь в виду? Том извиняюще улыбнулся ему, но когда он заговорил, голос был спокойным и решительным. — Я, знаешь ли, не собираюсь отступать Он наклонился вперед, и Гарри, вскрикнув, отшатнулся на спинку дивана. Они не замечали, что занавес исчез, и взъерошенные девушки заинтересованно наблюдают за ними. — Я волную тебя так же, как и ты меня, — прошептал Том на ухо Гарри наклонившись ближе. — Мы связаны. Мы нуждаемся друг в друге. Я сразу это почувствовал. — Том вдохнул аромат кожи Гарри и со вздохом прикрыл глаза. От этого вздоха по шее Гарри поползли мурашки. — Ты тоже это чувствуешь. Но если я должен доказать это, что ж, пусть так и будет. Том неохотно отстранился, встал и, ни с кем не прощаясь, выскочил из комнаты. Гарри откинулся на спинку диванчика и отдышался. Затем он впился взглядом в Панси. — Наверное, мне придется убить тебя, — прокаркал он. — Или себя. — Добавил Гарри посмотрев на дверь.