Ты не один

      Клариса не смогла сдержать улыбку, когда Тони смущённо уселся в кресло напротив неё, а Грег, в свою очередь, вальяжно развалился в другом. Очевидно, для неё есть кое-что интересное. Кларисе нравилась эта уверенность, которую благодаря своей эгоистичной натуре, излучал мистер Лайтман; если она поможет раскрыть в нём хоть какие-нибудь положительные качества (заботу, например), то Грег будет идеальной парой для постоянно путающегося и нервничающего Тони. Но до этого ещё так долго.       — Джентльмены, — улыбнулась доктор. — Как вам фото?       — Н-нормально, — вспыхнув, пробубнил Тони, а Грег кивнул, как бы соглашаясь с ним и не видя необходимости что-либо добавлять.       — Вы ведь не настолько наивны, чтобы полагать, будто меня устроит подобный ответ? — Клариса покачала головой и снова не смогла сдержать улыбку.       Вздохнув, Тони отвернулся к окну и попытался сформулировать всё, что случилось с ними после фототерапии. Прошла уже неделя, а он до сих пор с приятной дрожью вспоминал тот день, но не решался заговорить о нём. О поцелуях и говорить-то нечего, Тони растерял всю уверенность уже на следующее утро и лишь страх перед Молли не дал ему позорно сбежать к себе. А Грег не подавал виду, что произошло нечто необычное, с одной стороны, это был хороший знак, хотя…       — Всё так запутано, — выдохнул Тони.       — Мистер Спенсер, хочу напомнить вам, что ничего и не было «распутано», — Клариса руками изобразила кавычки на последнем слове и слегка подалась вперёд. — Сегодня я хотела бы больше послушать именно вас. С мистером Лайтманом мы будем разговаривать через неделю.       Хмыкнув, Грег приглашающе махнул рукой и откинулся на своё кресло.       — А вам я бы советовала не расслабляться, а слушать и делать выводы, — грозно сверкнула на него глазами доктор, отчего парень стушевался и приготовился внимать. Удовлетворительно кивнув, женщина отпила воды из стакана, стоявшего рядом с ней, и раскрыла блокнот для записи. — Итак, мистер Спенсер, что такого выбивающего из колеи произошло за последнюю неделю?       Тони совсем сник и начал нервно теребить в руках брошюру, которую стащил в приёмной:       — Мне обязательно надо об этом говорить?       — Очевидно, что сами вы не начнёте, а мистер Лайтман кажется довольно спокойным, думаю, ему пора узнать о ваших переживаниях, — Клариса одобряюще посмотрела на пациента, постукивая по блокноту.       — М-мы, — Тони отчаянно зыркнул на блондина, но тот лишь слегка прищурился выжидая. — Я его поцеловал.       — О, — Клариса немного растерялась и выронила ручку. — И как? — невпопад брякнула она и тут же начала мысленно ругать себя за непрофессиональность.       — Очень даже здорово, — вспыхнув, признался Тони, старательно игнорируя хихикнувшего Грега. — А потом он сам меня поцеловал целых восемь раз!       — Даже так? — Доктор почти вернула себе самообладание. — И что дальше?       — Ничего, — Тони наконец посмотрел на Грега. — В какой-то момент я даже подумал, а вдруг мне всё это привиделось? Такое ведь было, да?       Лайтман медленно кивнул, проведя языком по нижней губе и, кажется, слегка покраснел.       — Тогда почему ты никак не среагировал? — удивился Тони. — В прошлый раз чуть было сознание не потерял!       — Никак не среагировал, потому что не почувствовал внутреннего отторжения или грязи, — пожал плечами Грег. — Но я не совсем понимаю, как часто могу это делать…       — Чего? — задохнулся Тони, а Клариса, уже даже не пытавшаяся держать маску профессиональной незаинтересованности, старалась только не хихикать удовлетворённо. — Как часто ты можешь меня целовать?!       Грег кивнул, смущённо отводя глаза. А Тони открыл рот, но так и не смог произнести ни слова.       — Мистер Лайтман, думаю, мистер Спенсер имеет в виду, что никаких норм в данном случае нет, то есть сколько хотите — столько и целуйте. Всё зависит от того, сколько вы сейчас сами можете себе позволить, — Клариса еле остановила себя от злорадного потирания руками. Эти двое стали для неё чем-то близким; теперь она понимала того доктора, который отчаянно пытался их свести несмотря на пагубные последствия.       Грег кивнул и закрылся, больше не желая продолжать тему. А Тони вдруг захотелось дотронуться до его руки, но он сдержался и вернулся к разговору с доктором:       — Вот видите с чем мне приходится бороться? — Возмущённо буркнул он. — Мне надо всего лишь расставить всё на свои места, а он «не хочет давать определение тому, что чувствует».       — Это и понятно, — кивнула Клариса, исподтишка рассматривая Грега, который действительно не выражал больше никаких эмоций. — Мистер Спенсер, вам стоит научиться распознавать его эмоции через призму этого панциря и нежелания рассказывать о них.       — Я стараюсь, — хмуро посмотрел на доктора Тони.       — Как вы себя чувствуете в общем? — Клариса вернулась к стандартному списку вопросов и продолжила делать записи.       — Сносно, — пациент сделал жадный глоток воды из стакана, стоявшего на журнальном столике между двумя креслами. — Голова иногда болит, и я начал замечать за собой некое подобие панических атак, если не пью таблетки регулярно.       — И всё равно пейте их курсами, как я и выписывала, никак не чаще, — Клариса сделала себе пометку подумать о замене препарата. — А как вы спите?       — Хорошо, — Тони покраснел и снова бросил на соседа красноречивый взгляд. — Мы это… вместе спим…       Клариса аж подавилась воздухом и решила, что к профессиональной сдержанности ей сегодня точно не вернуться.       — А вот когда один ночую, могу не спать вообще, — продолжал Тони.       Женщина устало вздохнула, приготовившись к долгому часу. Видимо, ей предстоит узнать ещё много нового о своих пациентах.

***

      Вернувшись с работы, Тони обнаружил Грега на своём диване с кружкой ароматного чая, который тот явно притащил из своей квартиры. Он невольно улыбнулся этой приятной картине, вспоминая о том, что сегодня Молли увезли в зоопарк, а значит Грегу было одиноко.       Сбросив сумку на тумбочку, Тони осторожно подошёл к соседу, задумчиво потирая свой мизинец. После вчерашнего визита к доктору ему стало намного спокойнее, также прояснилась некая пассивность Грега — он никогда не признает, что полный ноль в выражении своих чувств. Потому Тони осторожно обогнул диван и сел рядом, а потом легко коснулся губами волос соседа, позволив себе вдохнуть их приятный свежий аромат. Грег замер и в ту же секунду Тони отпрянул, но не успел встать, так как Лайтман поймал его в плен своих ледяных глаз. Кажется, он всё понял и даже не разозлился.       — Привет, — хрипло сказал Тони. Грег медленно кивнул в знак ответного приветствия и погладил своими изящными пальцами его по губам. Рвано выдохнув, Тони и их поцеловал, чем явно удивил соседа, который снова замер, но руку не убрал. Мелькнула шальная мысль провести языком по подушечкам или даже слегка их пососать, но Тони быстро выкинул её из головы и коснулся губами теперь уже тыльной стороны ладони Грега, который сдавленно охнул на это и порывисто одёрнул руку. Они ещё несколько долгих секунд пялились друг на друга, пока, наконец, Грег не подался вперёд. Тони только этого и ждал. Он чуть было не застонал и на этот раз не позволил просто целомудренно коснуться его губ. Среагировал он в считанные секунды, зарывшись ладонью в шевелюру Грега, осторожно языком раскрывая его губы. Тони помнил про своё правило «досчитай до десяти», но на этот раз решил увеличить до пятнадцати, так как Грег пока ещё не успел напрячься. Да, Тони не позволил себе уйти с головой в процесс или добавить сексуального напряжения, но он добился ответной реакции, а на «пятнадцати» медленно отпустил Грега и отстранился, нежно поцеловав напоследок.       — Много же всего ты умеешь делать своим языком? — открыв глаза, Грег по-настоящему улыбнулся.       — О, ты даже представить себе не можешь, — хихикнул Тони, разглядывая шальной блеск в глазах соседа; лишь благодаря этой расслабленной атмосфере он позволил себе продолжить. — Ты только скажи и я тотчас же тебе покажу максимум.       Парень не дал себе продолжить и встал с дивана, намереваясь тоже выпить чаю, а может и поесть, вдруг Лайтман принёс чего-нибудь вкусного.       — Ханна звонила, приглашала на день рождения Роберта, — бросил ему вслед Грег. — Я сказал, что мы приедем.       — Что? — Тони возмущённо повернулся. — Почему она звонит тебе? И что значит «мы»?!       — Ну она заявила, что считает нас парочкой, а значит через меня теперь можно воздействовать на тебя, — Грег задумчиво пожал плечами, снова углубляясь в работу за своим ноутбуком.       — Нет, ну, — замерев, Тони слегка прищурился и сдался, — она, конечно, права… Но почему ты согласился?       — Они ведь твои друзья, разве не так?

***

      Пришлось снова брать выходные за свой счёт. Тони в своё время успел заслужить доверие начальства, так что ему было разрешено много чего делать удалённо, что позволяло не сильно страдать успеваемости по основным его задачам. Тем более Грег, в отличие от Эдит, не был поклонником езды автостопом в течение нескольких дней, поэтому они полетели самолётом и не потеряли лишнее время.       Довольно непривычно было возвращаться вместе. Очень даже непривычно. Грег всё настаивал на том, чтобы они остановились у него дома, но Тони наотрез отказался, поэтому Лайтман решил несколько дней пожить у родителей в одиночестве.       — Спенсер! Поверить не могу, что ты приезжаешь к нам второй раз за год, — Ханна радостно обняла друга, не позволив Кевину сделать это первому. — А где твой плюс один?       Кевин мягко отстранил жену и тоже полез к гостю с объятиями.       — К родителям поехал, — невнятно пробубнил тот, стараясь дышать в кольце медвежьего захвата. — Он у них остановится, не хочет лишний раз напрягать вас.       — Мило, — Ханна слегка нахмурилась. — Ну, на день рождения он хоть придёт или просто будет твоим сопровождающим издалека?       — Ханна, — Тони заливисто рассмеялся и пошёл распаковывать вещи, крикнув через плечо: — Я люблю тебя, дорогая.       — Кажется, он не так уж и плох, — задумчиво сказал Кевин, изучая друга.       — Ты прав, — кивнула миссис Фостер.

***

      Вечером Грег заехал за Тони, чего последний никак не ожидал. Свою машину Лайтман с собой не брал, так что воспользовался транспортом отца, отчего на Тони невольно нахлынули воспоминания: водитель, Чартерхаус, блондин с ледяным взглядом, приезжающий на каникулы из Франции. Неужели всё дошло до этого момента, когда они чуть ли не живут вместе? Вздрогнув, Тони крикнул друзьям, что будет поздно, и вышел за дверь, чувствуя себя как никогда счастливым.       Грег отвёз его ужинать, а потом на набережную, где они довольно долго сидели, наблюдая за закатом. И всё это было так нереально, что Тони слегка сожалел о том, что не может быть уверен в своём уме и знать о правдивости происходящего. Но он мог только довольствоваться этим, чего в принципе всегда ему было достаточно.       — Неужели за шесть лет ты научился искусству свиданий? — улыбнувшись, спросил Тони, когда последний луч солнца скрылся за горизонтом. Весь вечер они почти не разговаривали, так как оба привыкли находиться в тишине, которую не было необходимости заполнять болтовнёй.       — Я много чему научился, — Грег задумчиво глядел перед собой, отчего выглядел таким далёким.       — Надеюсь, это правда происходит, — откинувшись назад, Тони подставил лицо прохладному ветру.       — А как этого может не быть? — Лайтман отвлёкся от созерцания предметов перед собой и обеспокоенно посмотрел на сидевшего рядом парня.       — Может, — грустно улыбнулся Тони, боясь даже представить всю боль, которую он испытает, если вдруг осознает, что придумал себе последние месяцы.       Откашлявшись, Грег осторожно коснулся его плеча, обращая на себя внимание:       — Я боюсь этого, — прошептал он. — Что ты…       — Я понял, — прервал его Тони, порывисто вставая. — Я люблю тебя, Грег Лайтман, но не могу обещать тебе себя завтрашнего, лишь сегодняшнего, в этом конкретном моменте, где я тебе принадлежу, — и пошёл к машине.

***

      Девушку Роберта звали Джен. Тони не мог сказать, что она была привлекательна, однако, он не смог проигнорировать её очаровательную улыбку и мелодичный голос, которые отвлекали внимание от невзрачной внешности.       — Я очень рада наконец с тобой познакомиться, — пропела девушка, когда следующим вечером пожимала руку Тони. — Роберт много о тебе рассказывал, ты столько значишь для этих ребят.       — Они меня переоценивают, — Тони осторожно улыбнулся и поправил галстук, он всегда смущался, когда посторонние люди пытались комплиментами заслужить его расположение.       Покачав головой, Кевин увлёк друга вглубь комнаты и налил немного виски, чтобы он расслабился. День рождения отмечали у Роберта в доме, который он снимал вместе с Джен. Из гостей было несколько человек, которых Тони видел впервые, видимо, они были с работы или друзьями Джен.       — Как-то не предполагал, что здесь будет столько незнакомых мне людей, — поёжился Тони.       — Ничего, друг, завтра обязательно выберемся куда-нибудь все вместе, чтобы отметить в своей компании, — хлопнул того по плечу Кевин.       — Тони! — это снова была Джен, вынырнувшая из-за угла. — Я бы очень хотела побольше о тебе узнать, не убегай от меня.       — Она настойчива, — шепнул Кевин и бесстыдно бросил друга.       Поморщившись, Тони допил свой виски и попросил налить себе ещё двойной. Забрав свежий бокал, он прошёл к одному из аккуратных столиков, которые были расставлены по гостиной, и сел. Джен опустилась напротив, попивая свой коктейль.       — Итак, ты знал, что Роберт был влюблён в тебя какой-то период времени? — напрямую спросила она.       — Нет, — Тони искренне удивился.       — Поэтому мне важно превзойти тебя, а ты знаешь его намного лучше и…       — Тебе не надо пытаться стать лучше меня, просто будь собой, — перебил девушку Тони. — Да и меня не так уж и сложно задвинуть в дальний угол, поверь мне.       — И всё же, согласись, первая любовь — это не шутки, — покачала головой Джен. В комнате зазвучала лёгкая музыка и Тони протянул ей руку. Сглотнув, девушка согласилась потанцевать, а напитки пока оставить на столике.       — Ты права в одном — я достаточно хорошо знаю Роба, так что он не был влюблён в меня, поверь, — Тони осторожно приобнял Джен за талию и плавно повёл в танце. Вблизи она казалась совсем крошечной, так как доставала ему до середины груди от силы, но Роберту такую и надо — он был невысоким.       — Однажды он спросил у меня про однополую любовь, а я сказал ему, что не испорчу нашу дружбу ни за что, — Джен приглушённо охнула, когда Тони крутанул её вокруг своей оси и продолжил танец. — Он был заинтересован во мне и не более того. А всё лишь потому, что я вроде как с самого начала с ним флиртовал, чтобы добиться расположения самого умного парнишки в школе.       — Так ты негодяй? — Джен удивлённо приподняла правую бровь.       — Есть немного, — Тони грустно улыбнулся, наклоняя девушку. — Но потом он сам меня очаровал. Я вообще не планировал заводить себе таких друзей, а получил огромный подарок.       — Обворожительный негодяй, — кивнула Джен. — Я была удивлена, что вы смогли на протяжении долгого времени поддерживать отношения.       — Не ты одна, — Тони вздрогнул и отпустил девушку, заметив приближающегося к ним Грега. — А вот сейчас познакомлю тебя со своим главным кошмаром, из-за которого и уехал.       Джен начала заинтересованно озираться по сторонам. Первой она заметила Ханну, которая и привезла Лайтмана.       — Привет, Спенсер, — миссис Фостер помахала другу и поиграла бровями. — Я тут доставила кое-кого.       — Спасибо, Ханна, — Тони хотел было коснуться Грега, но потом передумал. Глупо с его стороны было бы пытаться демонстрировать что-то на публике. — Джен, познакомься, это Грег Лайтман.       Девушка уже несколько секунд находилась в плену ледяного взгляда, так что она немного потерялась и не сразу отреагировала на то, что ей представили таинственного новичка. Кивнув, Грег взлохматил свои волосы, а Тони невольно залюбовался им. На него снова нахлынули воспоминания: одиночество и темнота, серые глаза, бутоньерка в верхнем шкафчике прикроватной тумбочки. Да, Лайтману ну очень шли зауженные пепельные рубашки.       — Так это твой парень? — разбила затянувшуюся тишину Джен.       — Нет, но я влюблён в него по уши, — снова вернув своё внимание девушке, ответил Тони.       Сбитую с толку Джен, Ханна подхватила под руку и повела к бару, чтобы избежать дальнейших неловкостей, а Тони вернул себе виски, который оставил на столике, и пошёл за ними. Всё же Джен права — им нужно узнать друг друга получше. Друзья очень на этом настаивали. Поэтому Тони был намерен провести вечер в её компании.       Он узнал, что Джен работает фотографом и много рисует, а также что с Робертом она познакомилась, когда фотографировала, так как он умудрился случайно испортить ей ценнейший кадр. Где-то на середине разговора к ним подсел хмурый Грег. Тони краем глаза заметил, что он медленно пил что-то типа шампанского. Он не участвовал в разговоре, но, казалось, внимательно слушал.       Под конец вечера Тони уже сделал для себя вывод, что Джен очень хороша, но они с Робертом не будут вместе долго. Скорее всего, её неуверенность перерастёт со временем в сильную ревность, которая убьёт их отношения. Хотя он мог и ошибаться.       — Я приглашён на ваш завтрашний корпоративчик? — спросил Грег, когда они остались одни у бара.       — А ты бы хотел? — Тони не удивился, Ханна вполне могла ему рассказать.       — Не знаю, — Лайтман пожал плечами, осушив третий по счёту бокал, и нетвёрдой походкой поплёлся к одному из диванов. Тони подорвался за ним.       — Просто, ты, наверное, и не в курсе, как я обычно отдыхал здесь, — объяснил он, садясь рядом. — Это может тебя слегка шокировать. Да и место будет довольно людное.       — Я не невинная овечка, — фыркнул Грег. — И уж поверь, как ты «отдыхал» я представляю, — он осторожно погладил тазовые косточки Тони, где под рубашкой красовались шрамы от окурков. Тот вздрогнул и согласно кивнул; если остальные будут не против, то он возьмёт Лайтмана с собой в «Викинг»‎.

***

      Никто против не был, поэтому следующим вечером все вместе переступили порог бара, даже Джен пошла с ними. Правда, она не собиралась долго задерживаться, но это все так сначала говорили. Грег отказался от выпивки, так как вчерашнее шампанское его мучило до сих пор, а ограничился содовой с лимоном. Он затравленно разглядывал саму обстановку, слегка морщась от звуков музыки, которая хоть и была негромкой, но явно раздражала его больную головушку.       Кевин и Ханна почти сразу же ушли на танцпол, а Роберт с Джен заказали себе по коктейлю и расположились вместе с Грегом за столиком. Как ни странно, именно с Робом Лайтман смог найти общий язык, наверное, они оба были немного двинуты на всякой экзотической живности или ещё на чём. Фыркнув, Тони тоже оставил их и пошёл танцевать, правда, не так-то просто выпускать пар, когда пара серых глаз то и дело поглядывает на тебя. Невольно вспомнилось, как Эдит буравила его взглядом, а он игнорировал её и развлекался. Игнорировать Грега не выходило, но он не выглядел злым или недовольным, скорее он периодически проверял местоположение Тони, чтобы убедиться в его шаговой доступности. Поэтому, в конце концов, он расслабился.       В общем, вечер проходил намного лучше, чем Тони ожидал. Да и вся эта поездка ему даже понравилась. Он впервые выбрался куда-то с Грегом, и впервые он настолько спокоен рядом с ним. Может, он наконец принял черепашью скорость развития их недоотношений?       Но Тони никак не ожидал, что когда он будет стоять возле столика и спорить с Робертом о том, стоит ли ему тоже идти с ними танцевать, его резко развернут к себе и влепят звонкую пощёчину. Охнув, Тони отступил, поражённо хлопая глазами. Так неожиданно, что даже не спасла приютская реакция.       — Джейн, — выдохнул он. Теперь понятно, почему он не успел среагировать. Из толпы появились обеспокоенные Ханна с Кевином, а Роберт уже несколько секунд стоял у Тони за плечом. Где был Грег, ему видно не было.       — Здравствуй, вишенка моя сладенькая, — процедила девушка. Она почти не изменилась с их последней встречи. — Я очень надеялась, что смогу встретить тебя как-нибудь и хорошенько врезать.       — Ты это из-за того раза? — нахмурился Тони. Не могла она так долго хранить обиду.       — Ага, ещё скажи, что это из-за всех разов, что ты мне изменял, — Джейн покачала головой, а Тони невольно прокрутил перед мысленным взором некоторые моменты из их общего приютского прошлого. — Нет, дело в Майки.       Тони замер и отступил ещё на шаг назад, впечатавшись в кого-то, стоявшего за спиной. По запаху он понял, что это был Грег, который осторожно положил руку ему на поясницу, давая понять, что он рядом.       — Что ты имеешь в виду? — хрипло спросил Тони, ощущая, что ему сложно дышать.       — То и имею, ублюдок ты конченный, — Джейн зло ткнула его пальцем в грудь. — Это всё из-за тебя случилось!       — Нет! — воскликнул Тони. — Я не…       — Да-да, никакой аварии, когда он забирал тебя откуда-то или ещё чего, но ты виноват во всём, что произошло с Майклом, — Джейн уже кричала, но из-за громкой музыки почти никто не обращал внимания на эту разборку. — Ладно, когда мы были моложе, я сама ему пыталась насолить и затащить тебя в постель, но мне казалось, что ты повзрослеешь. А что сделал ты? Променял человека, который любил тебя больше всего на свете, на это? — девушка презрительно мотнула подбородком в сторону Лайтмана, стоявшего за его спиной, на что тот сильнее сжал руку, лежащую у Тони на пояснице.       — Это не твоё дело, Джейн, — рыкнул Тони.       — Ты не давал ему спокойно жить, а сейчас не даёшь умереть, как это называется, по-твоему? — прошипела та, а Тони задохнулся от резкой головной боли. Эти слова набатом начали повторяться в его мозгу и юноша почувствовал, что реальность уплывает от него. Последнее, что он запомнил, стали глаза Майки, когда он впервые понял, что Тони влюблён в тогда ещё своего сводного брата.

***

      Голова просто раскалывалась, а руки будто бы налились свинцом. Застонав, Тони постарался перевернуться на кровати, что с трудом у него получилось. На тумбочке стоял стакан воды, который он тут же осушил до дна и поморщился от солнечного света из окна.       — Зашторить? — послышался голос Грега откуда-то из угла комнаты.       Согласно промычав что-то, Тони снова упал на кровать и глубоко вздохнул. Что произошло? Почему он… А где он? Уже более осознанно открыв глаза, Тони проследил за тем, как Грег зашторивает окно в своей, мать его, комнате. В комнате в особняке Лайтманов!       — Что за… — Тони хотел тут же подскочить и убежать отсюда подальше, но головная боль лишь усилилась, стоило ему постараться шевельнуться, так что он снова застонал и больше не рискнул сопротивляться.       — У тебя был срыв, — Грег сел у изножья кровати, покусывая нижнюю губу.       — Срыв? — Тони шокировано распахнул глаза, вспоминая вчерашний, наверное, вечер. Бар. Танцы. Джейн. Майки. — Ооо, — устало протянул он. Его прострелила резкая головная боль.       — Я ненавижу тебя! Ненавижу, слышишь? Я хотел бы никогда не знать тебя, Грег Лайтман, тогда я был бы счастлив!       — Тони, прошу тебя, пойдём отсюда, тебе нужно поспать.       — Лучше бы ты умер, а не он!       Вздрогнув, Тони посмотрел на Грега и медленно сел на кровати. Тот выглядел помятым, не спал наверное. Неужели всю ночь с ним был? Лайтман устало протёр глаза и съехал с кровати на пол, а голову откинул назад. Очевидно, ему пришлось несладко. Закусив губу, Тони постарался вспомнить ещё хоть что-нибудь.       — Знаешь, сколько раз я хотел придушить себя за то, что не люблю его как тебя? Ты хоть раз об этом задумывался, бесчувственная ты скотина?       — Да, я такой, — Грег кивал и упорно тянул его куда-то. — Пошли, я умоляю тебя.       — Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ, Господи, как же я тебя ненавижу за всё…       Да уж, стоит ли вспоминать дальше? Тони рвано выдохнул и снова поморщился от головной боли, благодаря которой кусочки вчерашнего вечера всплывали в его сознании. Неужели он настолько не мог себя контролировать?       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Грег, теребя в руках листок бумаги, сложенный вдвое.       — Хреново, — Тони продолжал смотреть на него и страшился того, что наговорил вчера, ведь половины он даже не вспомнит. Парень продолжал выискивать в облике Грега эмоции, которые тот испытал ночью.       — Твоё блядское существование отравляет мне жизнь! НЕ встречаемся мы, ага! — Тони орал на всю улицу, а где-то сзади слышались отчаянные возгласы Ханны, которая хотела ему помочь. — У меня больше ничего не осталось из-за тебя, а ведь я мог быть с тем, кто любит меня, кто сделал бы меня счастливым!       — Тони… — Грег как-то странно сглотнул и снова потянул его куда-то.       — Я плохо помню всё, что было, — хрипло сообщил Тони, покрываясь холодным потом уже от небольшой части того, что позволило ему вспомнить воспалённое сознание.       — И не надо, — Грег качнул головой и затравленно посмотрел на него исподлобья. — Это было жутко.       — Просто сдай меня в психушку, это самый быстрый способ, потому что к этому всё и идёт! — Тони не понимал, где он, но ему было мокро. Дождь? — Брось меня, не мучай меня больше.       Его припечатало к стене, судя по расплывчатой обстановке, это было уже возле дома Лайтманов. Грег так ощутимо приложил его к стене, что перед глазами появились звёзды. Сам блондин локтём прижал Тони к камню и заставил прекратить дёргаться.       — Пошли спать, тебе надо уснуть, мать твою! И не смей так говорить, я никогда тебя не отпущу!       — Прости, — Тони уже ощущал заволакивающее его целиком чувство стыда за сказанное. Нет-нет-нет, он так никогда не думал, не винил Грега в потере Майки и в самом факте своей в него безусловной влюблённости, это же глупо. — Боже, Грег…       — Не надо, — тот покачал головой и вдруг, поднявшись с пола, пересел к нему поближе и крепко обнял. — Я так испугался, что ты не вернёшься, я помнил, что главное уложить тебя и станет легче…       — Я без тебя не смогу, понятно тебе, Тони? — Грег проорал это ему прямо в лицо, чтобы слегка вразумить, но бесполезно. Он видел, что во взгляде его уже несколько часов нет никакой осознанности. — Не смей оставлять меня, слышишь?       — Ненавижу тебя и всех Лайтманов… — осипшим голосом выдавил из себя Тони.       — И я тебя…       Тони окаменел в объятиях самого дорогого для него человека и ощутил, что по щекам покатились слёзы. Это уже слишком, он не мог настолько потеряться. Последнее его выпадение из реальности было когда Грег только приехал, но тогда он, по крайней мере, не успел наговорить такого и вообще…       — Чшш, не надо, не вспоминай, — снова попросил Лайтман, поглаживая его по спине. Тони пугал сам факт подобной несвойственной заботы, неужели он настолько напугал Грега?       — И что ты будешь делать? Подвал для меня оборудуешь, чтобы не орал слишком громко? — сипел Тони, а Грег только сильнее прижимал его к стене. — Я сумасшедший, слышишь? Мне нельзя доверять, зарезать во сне могу!       — Ну так зарежь, всё что угодно сделай, но я не сдам тебя никуда, понял ты?       Грег осторожно поцеловал висок Тони и снова успокаивающе погладил его по спине.       — Поверить не могу, что ты всё это вытерпел и был рядом, — всхлипнул тот, теперь сгорая от стыда не только за своё вчерашнее поведение, но и за нынешнее расклеивание.       — Я же тебе обещал, или ты забыл? — Грег мягко отстранился и заглянул Тони в глаза.       — Совсем не похоже на эгоистичного козла, — улыбнулся тот.       — Взрослею, — пожал плечами Лайтман.       — Лучше бы ты сдох после этого блядского изнасилования от потери крови и мы никогда не встретились!       — О ужас… — Тони вздрогнул, сжимая в кулаках одеяло. — Из того, что я смог вспомнить… Я не думаю так!       — Я знаю, это был не ты, — Грег кивнул поднимаясь. — Тебе надо поесть, я сейчас разогрею и принесу.       — Ты сломал мне жизнь! Сломал меня!       — Грег! — Тони постарался подскочить за ним, но потерял равновесие и плюхнулся на пол.       — Эй, ну, я же сказал, что сейчас вернусь, — воскликнул Лайтман, помогая ему подняться и укладывая обратно.       — Ты, правда, не злишься на меня? — Тони вцепился в его руку железной хваткой.       — Злюсь, но я заслужил всё сказанное, — Грег прокашлялся и мягко забрал свою руку из захвата. — Пользуйся тем, что я переживаю за тебя сейчас и забочусь, что угодно просить можешь.       Тони вяло улыбнулся, оценив попытку развеселить себя.       — Тебе правда надо поесть. Я принесу, а ты будь в кровати, пожалуйста, — Грег дождался утвердительного кивка соседа. Он смотрел совершенно по-другому. Что могло измениться за одну ночь? Что Тони дал ему понять? — А потом я обязательно поигнорирую тебя и позлюсь, просто сейчас я испытываю ещё более сильные эмоции, чем злость. Я кое-что написал тебе ночью… Прочитаешь?       Лайтман протянул Тони тот самый сложенный вдвое альбомный лист, который всё это время держал в руках. Нервничая, парень осторожно развернул его: «Я сейчас смотрю на то, как ты спишь, и мне очень страшно, что ты не проснёшься. Я не согласен жить без тебя, и я не хочу пытаться заменить тебя в своей жизни. В силу своей упёртости и тугодумия я, наверное, никогда не смогу этого сказать, потому что не умею говорить правильно. Ты ведь помнишь, когда я приехал и пытался перед тобой извиниться? А ведь я очень старался, но я просто этого не умею. В общем, Тони, пожалуйста, будь рядом со мной столько, сколько ты и я сможем прожить. Как это называется — пока смерть не разлучит? А я приложу все усилия, чтобы больше никогда не навредить тебе. Просто знай — ты любовь всей моей жизни. Всё что у меня есть — весь я целиком — это всё принадлежит тебе. Навсегда (видишь, даже пустое обещание из меня в итоге выманил)».       Тони забыл как дышать. Он так и смотрел на слово «любовь» несколько десятков секунд, чувствуя, как в ушах зашумело, а сердце сначала подскочило к самому горлу, а потом ухнуло куда-то в район солнечного сплетения.       — Это невозможно, — шепнул Тони, дрожащими руками проводя по тексту.       — Пф, ну тогда я забираю и… — фыркнув, Грег постарался выдернуть листок у Тони, но тот сжал его из последних сил и наконец посмотрел на Лайтмана.       — Поверить не могу! — воскликнул он, ища во льдистых глубинах насмешку или что-то ещё, указывающее на неискренность. Но Грег был закрыт, возможно, из-за ночных событий ему сейчас сложно позволить себе показать хоть толику переживаний или что он там испытывал. — Быть такого не может, — Тони покачал головой и ещё сильнее сжал пальцы на листке, продолжая копаться в мимике Грега.       Вздохнув, тот опустил листок (который Тони теперь в рамочку повесит, не иначе) и отвёл взгляд:       — Придётся поверить, — с трудом выдавил из себя он, прикрывая глаза.       — Не смей оставлять меня, Тони! Не надо, я ведь…       — Что? Что ты? Бесчувственная ты скотина!       — Грег… — Тони отбросил очередной обрывок воспоминаний и прижался к спине нервничающего Лайтмана. Тот осторожно сжал его руку и хрипло откашлялся.       — Не бесчувственная скотина я, и больше ей не буду, обещаю, — сколько же раз он его так называл прошлой ночью?       — Хорошо, — Тони чувствовал, что для него слишком много стыда и счастья в одном флаконе, но не мог именно сейчас отпустить Грега, который слегка расслабился и медленно поглаживал его пальцы. — Поможешь мне отключить Майки от системы, когда мы вернёмся?       — Ты уверен? — Грег снова окаменел.       — Да, ему пора, — шепнул Тони, сдерживая снова подступившие слёзы. — А сейчас можно я ещё посплю? Еду я всё равно не смогу в себе надолго задержать.       — Д-да… — Грег повернулся и напряжённо разглядывал соседа. — Я принесу тебе таблетки, как проснёшься, выпьешь.       Кивнув, Тони упал на подушку, прижимая к себе лист бумаги с первым в его жизни признанием в любви от Грега Лайтмана, которое он ещё не успел переварить. Да и реально ли это всё?