Ты не один

      Допив кофе, Тони бросил в мусорное ведро одноразовый стакан и, поправив ворот рубашки, перекинул через правый локоть пальто. Возле двери он чуть было не забыл свою сумку художника, как называла её Эдит, и щёлкнув выключателем, вышел из квартиры. От вида двери напротив внутри что-то больно кольнуло, а сердце сделало предательский кульбит, но Тони мужественно поджал губы и пошёл вниз.       Вот уже полторы недели прошло с их приезда домой и объявления Грегом отдыха друг от друга. Тони старался, терпел и ждал, прекрасно понимая отстранённость Лайтмана. Тот завёл привычку звонить по вечерам в дополнение к утреннему кофе. Казалось бы, должно стать легче, но Тони просто сгорал от звука этого голоса, обладатель которого, он знал, находится в паре десятков метров от него, но недоступен.       Он с головой ушёл в работу, даже в выходные был в офисе. С учётом пропущенного времени это было на пользу — проектов накопилось много, а из-за срыва он удалённо почти ничего не успел. Сейчас сроки поджимали, но пока что Тони успевал, хоть и с трудом. Он начал совсем поздно возвращаться домой, чтобы не ужинать в одиночестве, от чего он уже так отвык; по-быстрому перекусывал в кафе напротив работы и возвращался в офис. В итоге единственная комната, которой он сейчас пользовался, стала спальня, хотя на кухне явно кто-то иногда хозяйничал. Очевидно же кто.       Засунув руки поглубже в карманы джинсов, Тони зашёл в здание компании. Да, в его отсутствие Грег приходил и готовил. Но Тони неизменно выбрасывал еду, так как аппетита просто не было, и стоически сдерживал желание остаться как-нибудь дома и поймать Лайтмана с поличным. Это было бы нарушением условий «отдыха», пусть Тони и не отдыхал, а безумно тосковал.

***

      На исходе второй недели, Тони перед уходом на работу услышал голоса из-за двери Грега. Ему показалось, что на его голове выросли кошачьи уши, и сейчас они как локаторы улавливали звуки. Да, кто-то был в квартире, причём не один! Тони так и замер, прижимаясь к стене у квартиры Лайтмана. Что ему делать? А вдруг грабители? Или Моника? Смех Грега раздался у самой двери, и Тони банально даже не успел сбежать, когда она распахнулась. Он замер с паническим выражением лица, ища выход из ситуации, а сосед озадаченно уставился на него и затих. Вот он и нарушил условия.       Вздохнув, Тони виновато понурил голову и хотел было уже молча уйти, как мужской голос из-за спины Лайтмана заставил всколыхнуться всё самое тёмное в его душе. Рядом с Грегом возник высоченный такой же светловолосый парень, чьи кучерявые волосы непослушными прядями закрывали ему обзор, а шальная улыбка цепляла. Он на чистом французском спросил что-то у Грега, а тот ему ответил. Тони захотелось завыть от собственной бездарности: учил же в школе этот язык, но уже всё забыл с концами. Он осторожно отступил на шаг назад, поджав губы.       — Кто это? — вопрос прозвучал резче, чем Тони хотелось бы, но внутри всё на мельчайшие клочки разрывала её величество ревность.       — Анри, мы учились вместе, — ответил Грег, подозрительно прищуриваясь и делая шаг вперёд.       Тони вспомнил про того единственного друга, который вызывал его зависть в школьные времена, и ещё больше насупился. Грег ему ничего не говорил про гостя! А в это время дылда снова что-то болтнул на своём языке, на что Лайтман улыбнулся. Чего это он ему лыбится?       — Ладно, не буду мешать, — буркнул Тони, рационально рассудив, что приступ ревности стоит переждать где-нибудь подальше. Он совсем забыл, что собрался на работу, и распахнул дверь своей квартиры, но закрыться ей не дал Грег.       — Ты и не мешаешь, — сообщил он, привалившись к косяку.       Тони возмущённо округлил глаза и метнул пару молний в Анри, маячившего где-то за спиной Грега. На языке вертелись ответы в стиле: «А по-моему, вы очень заняты и увлечены друг другом», но он проглотил язвительность и отвернулся. Видеть Грега спустя долгие дни разлуки было так…больно. Опять держать дистанцию и сходить с ума, а у него ещё какой-то кучерявый ошивается. И как тут лаконично и без эксцессов завершить диалог?       — Он мой друг, ты ведь помнишь? — Грег оказался ближе, чем Тони предполагал, отчего он вздрогнул и шумно втянул воздух, а затем поспешно кивнул. Пусть уходит поскорее, а то желание прикоснуться уже становилось нестерпимым, разъедающим изнутри.       — Ты ревнуешь? — Грег не уходил.       — Конечно, — с трудом выдохнул Тони, воздуха катастрофически не хватало.       — Я десять лет на отношения с тобой решался, а ты можешь предположить, что я подпущу к себе кого-то ещё? — в голосе Грега не было злости, лишь искреннее удивление и недоумение.       — А почему бы и нет? — воскликнул Тони, наконец поворачиваясь и встречаясь взглядом с льдистыми глазами. Ох, он в очках. И чёрной рубашке. Тони обожал его очки.       Грег осторожно улыбнулся и на секунду прикрыл глаза:       — Я скучал по тебе.       — Так почему не приходил?! — Тони совсем не хотел упрекать, но как иначе?       — Потому что трус, — Грег медленно пожал плечами и на французском ответил Анри, который застыл на пороге. — Хочешь, я скажу ему, что ты мой парень?       — Делай как хочешь, можешь хоть за отца меня выдать, — фыркнул Тони, продолжая сверлить этого пуделя тяжёлым взглядом.       Хихикнув, Грег взял его за подбородок и заставил посмотреть на себя. Он продлил зрительный контакт на несколько непозволительно долгих секунд и, запрокинув голову, шагнул к Тони, целуя. Тот выдохнул и чуть было не застонал прямо в поцелуй, который в ту же секунду углубил — сам напросился. Грег послушно раскрыл губы и положил руки ему на талию, а Тони, в свою очередь, прижался ещё ближе и запустил руку в блондинистые волосы. Кислород стремительно заканчивался, но он готов был и не дышать вовсе, лишь бы продолжать ощущать вполне не робкие движения языка Грега, но у того очки сползли на нос и чуть не упали. Отпрянув на секунду, Лайтман снял их и снова прильнул к Тони, отчего по спине последнего прошлась волна мурашек, которая грозила ему скорой эрекцией. Но их прервала едкая фраза пуделя, от которой Грег улыбнулся прямо в поцелуй и медленно отпрянул. Тони кинул на Анри свой самый убийственный взгляд и хмуро спросил:       — Что он сказал?       — Предложил нам хотя бы сексом заниматься в другой комнате, — перевёл Грег.       — Нет уж, спасибо, я лучше буду дрочить до конца жизни, чем на месяцы расставаться потом с тобой, — хмуро покачал головой Тони и отступил.       Грег наградил его тяжёлым задумчивым взглядом и поджал губы, а потом вздохнул и, бросив пожелание хорошего дня, вышел вместе с Анри из квартиры.

***

      Вечером Грег не позвонил, хотя утром кофе был на месте. Вздохнув, Тони оставил подношение на столе и ушёл к психологу, которого посещал уже, казалось, вечность в одиночестве. На приёмах он стабильно изливал Кларисе душу. Она уже наизусть знала, как сильно Тони скучает и т.д. и т.п. Таблетки он исправно пил, и психика заметно выровнялась, даже эти одинокие дни Тони переносил относительно «спокойно». А ещё он просил у психотерапевта помощи с Майки. Он озвучил ей своё решение почти сразу по возвращении домой, но сделать пока так и не смог. Женщина помогала ему смириться и отпустить, доказывала, что после такого длительного периода в коме люди не приходят в себя. Но всегда была возможность, то чудо, в которое Тони упорно верил. А сейчас ему надо было разрушить эту веру и попрощаться с другом навсегда.       После сеанса Тони позже обычного пришёл на работу и просидел там до вечера, но зато успел сделать всё до крайнего срока — завтрашнего дня. Бухнул три увесистые папки на стол руководителю, кабинет которого всегда оставался открытым на случай такой поздней сдачи, и поплёлся домой. На часах уже было половина одиннадцатого, а Тони вспомнил, что сегодня только завтракал. Пришлось заскочить в кафе и проглотить, не чувствуя вкуса, какой-то салат и чай. В итоге дома он был только в начале двенадцатого вымотанный и с пульсирующей головной болью в обнимку. Взгляд сразу же споткнулся о распакованный пакет с утренним кофе, значит, приходил Грег. Вздохнув, Тони захлопнул за собой дверь и стянул пальто. Он уже был на полпути в ванную, раздеваясь на ходу как всегда (по утрам он ругал себя за неряшливость и собирал разбросанные вещи), когда услышал недовольное:       — Почему ты не выпил? — ага, значит, Грег пришёл и не ушёл.       Тони возник на пороге спальни в одних джинсах, устало потирая затылок, а Лайтман нашёлся именно там с бокалом вина у окна. Он не смотрел на хозяина квартиры. Злился, что ли?       — Аппетита в последнее время нет, — пожал плечами Тони, лаская взглядом такую желанную фигуру. Снова в очках, балует будто бы, в домашних штанах и тёмном свитере. Волосы слегка влажные, видимо, после душа. Тони неосознанно втянул воздух — в нос ударил запах его геля для душа. Внутренне ликуя, что именно его ванная была использована Грегом, он сам пошёл к ней. Закрывать дверь не стал, слишком вымотался, да и Лайтман его вон мыл недавно в полубессознательном состоянии, так что ничего нового он там не увидел бы.       Уже стоя под расслабляющим душем, Тони позволил себе улыбнуться впервые за эти дни. Почему-то он был уверен, что «отдых» окончен. Может, сегодняшнюю ночь Грег проведёт с ним? От таких мыслей он даже водные процедуры закончил в рекордные сроки и вылетел из ванной в одном полотенце. Лайтман так и стоял у окна с полупустым бокалом в руках. Облегчённо выдохнув, Тони прошёл к шкафу, но был остановлен — Грег перехватил его за руку выше локтя и прижал к стене. Бокал он поставил на подоконник и посмотрел Тони в глаза, отчего тот покрылся мурашками и чуть было не задохнулся от огня, пылающего в их глубине.       — Ты чего? — немеющими губами спросил он.       — И почему меня так злит твоё равнодушие к собственному питанию? — задумчиво пробормотал Грег, двумя руками упираясь в стену. Тони стало жарко.       — Скорее всего, это от того, что я любовь всей твоей жизни, — сглотнув, выдохнул он.       Грег ещё несколько секунд смотрел на него, а потом устало улыбнулся и прикрыл глаза:       — Да, похоже на то, — он запечатлел свою улыбку на щеке Тони, отчего тот снова покрылся мурашками и задышал ещё громче, отчаянно цепляясь за своё полотенце на бёдрах. Странно было вот так чувствовать себя меньше, хотя быть на полголовы выше. — Ты ведь из-за меня не ешь и дома почти не появляешься? — теперь Грег хмурился.       Тони виновато потупил взгляд. Ну что он мог с собой поделать в этом плане?       — Без тебя меня изнутри будто бы разъедает огонь, — признался он.       Вздохнув, Грег оттолкнулся от стены и взял свой бокал с вином, который осушил в один глоток, и прошёл к кровати, сняв на ходу с себя свитер. Тони шумно втянул воздух и ещё сильнее сжал злосчастное полотенце. Как же ему теперь переодеваться со стояком?! Надо было успокоиться, так что он отвернулся к окну и уставился на луну. В голову пришла забавная ассоциация с воющим волком, и он невольно фыркнул.       — Тони? — Грег приподнялся на локте и склонил голову к плечу. Тот обернулся и обомлел от сексуальности этого человека, аж дыхание перехватило. Он и правда собирался спать в таком виде? — Не хочешь ещё раз отсосать мне?       Тони подавился воздухом и ему понадобилось несколько секунд, чтобы прокашляться и вытереть слёзы, выступившие на глазах, а потом ещё немного на восстановление дыхания.       — Х-хочу, — просипел он, всё ещё покашливая. Что это, чёрт возьми, только что было?       Грег задумчиво улыбнулся, откинулся на спину и медленно провёл рукой по своей обнажённой груди. За этим жестом Тони проследил голодным взглядом и мысленно врезал себе пару раз, чтобы хоть немного вернуть трезвость мышления.       — Я тоже был бы не против, — голос Грега разрезал что-то внутри него. Очумело захлопав ресницами, Тони отступил, упираясь задницей в подоконник.       Несколько минут оба молчали, пока наконец Тони не пришёл в себя. Он уже усвоил, что нет смысла переспрашивать у Грега шутка ли это — таким он не шутил. Однако вопиющая нереальность самого этого факта выбивала из колеи и заставляла сердце скакать бешеным галопом.       — Вина больше не осталось? — наконец выдавил из себя Тони, сжимая ладони теперь на подоконнике.       — Извини, не взял с собой, не думал, что решусь предложить, — Грег медленно повернулся к нему лицом, задумчиво кусая губы. Хотя задумчиво ли? Анализируя, Тони оглядел всю фигуру Лайтмана и запнулся на нервно постукивающих по одеялу пальцах, ускоренном дыхании и лёгком румянце. Надо вспомнить у кого из них двоих больше опыта и меньше страхов в подобных вещах.       Сглотнув, Тони ещё раз глянул на луну. Ему не верилось, но в последнее время в его жизни и так было много необычного и неординарного, это уж точно. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, он подошёл к кровати, на которой замер, словно натянутая тетива лука, Грег.       — Остановишь меня в случае чего, — шепнул Тони и сел рядом. Он дождался осторожного кивка Лайтмана и медленно провёл рукой по шелковистой коже его шеи (твою мать!). Одним точным движением он опрокинул Грега на спину и навис сверху, осторожно снял с него очки, положил их на прикроватную тумбочку и поцеловал. Лайтману нравились поцелуи, это он уже уяснил. Тот сначала замер, но в следующее мгновение шумно выдохнул и теснее прижался к Тони, приоткрыв губы и запуская свой чёртов язык в его рот.       Тони обожгло осознание того, что он впервые соприкасается кожа к коже с Грегом.       Чёрт.       Дыхание сбилось, но Тони продолжал поцелуй, анализируя реакцию Грега — сейчас он делал всё в первую очередь для него. И так будет всегда, ведь только одному из них стоит быть эгоистом.       Тони осторожно провёл ладонью по груди Грега, замерев в районе бешено колотящегося сердца. Это из-за него? Отпрянув, Тони недоверчиво оглядел Лайтмана, а тот в свою очередь разочарованно охнул и потянулся за продолжением. Медленно погладив сквозь плоть и кости сердце соседа, Тони улыбнулся. Кажется, это и правда всё из-за него и для него. Он осторожно раздвинул ноги Грега, чтобы устроиться поудобнее, и чувственно провёл языком по его ключице, предварительно слегка прикусив кожу. Ему надо было выяснить — где Лайтману приятнее всего. Тот поражённо охнул и с силой впечатал кулак в одеяло, но Тони не стал отодвигаться и искать причину этого действия: в возбуждении ли или в страхе. Они договорились — Грег остановит в случае чего, но вот сможет ли сам Тони прекратить?       Полотенце размоталось и бесполезной тряпкой упало на ноги Грегу, он автоматически скинул его и как-то отчаянно ухватился за Тони. Того обожгло ощущение, что прикосновение пришлось как раз на область татуировки, он всегда подозревал, что Грегу она нравится. Улыбнувшись, он продолжил целовать и лизать его там, куда только падал взгляд. Зона последнего ребра отозвалась на покусывание волной мурашек и задушенным вскриком Грега, это пока всё, но и так неплохо.       Довольный собой Тони вернулся к губам Лайтмана, который слишком резко притянул его к себе, стукнувшись зубами. И опять кожа к коже. Тони плавился от этого ощущения. Прикосновения. Он его трогает. Трогает ледышку Грега, и он реагирует совсем не отторжением — он льнёт ближе и загнанно дышит.       Твою мать.       Под линией челюсти на шее тоже обнаружилось чувствительное место, от облизывания которого Грега всего встряхнуло. Тони довольно мурлыкнул и пошёл поцелуями вниз, пока что этого достаточно. Хорошо, что он не стал пить вино, голова уже кружилась от нереальности происходящего.       Слишком жарко.       Тони решил исполнить давнюю фантазию и вдоволь насладиться так страстно обожаемыми им запястьями. Как оказалось, чутьё его не обмануло. Он расположился между разведённых ног Грега и взял его правую ладонь в свои, а затем медленно проложил дорожку поцелуев от предплечья до кисти, а после провёл языком по вожделенной части тела. Лайтман шумно выдохнул, его серые глаза потемнели — вот оно. Победно улыбнувшись, Тони продолжил поцелуи уже тыльной стороны ладони, от которых Грег, помнится, отшатывался и, господи боже, он издал самый великолепий звук на свете — надрывный короткий полустон-полувздох.       Восхитительно.       Тони тщательно вылизал каждую линию на его ладони, а затем осторожно вобрал в рот указательный палец и слегка пососал. Он намеренно посмотрел Грегу в глаза в этот момент и чуть было не кончил от того, как тот за ним наблюдал — жадно и жаждуще, иначе этот взгляд назвать было нельзя. Разве можно поверить в подобное?       Хватит.       Шумно выдохнув, Тони выпустил изо рта пальцы Грега и порывисто дёрнул его штаны вниз. Мелькнуло осознание, что он так и не вспомнил прошлый раз, а значит официально это будет первый раз, когда он увидит… Тони даже застонал. Грег не надел бельё. Чёртов Лайтман пришёл к нему без нижнего белья! Сглотнув, Тони провёл ладонью по внутренней стороне бедра прямиком к полувставшему члену. Его приятно удивило, что частично эрекция всё же была.       Прерывисто выдохнув, Тони устроился поудобнее и опустился ниже. За секунду до прикосновения он почувствовал руку Грега в своих волосах. Вот оно? Он посмотрел в глаза Лайтмана, но тот только всхлипнул и отвёл взгляд, а затем подкинул бёдра вверх. Намёк понят. Улыбнувшись, Тони проложил дорожку беглых поцелуев по внутренней стороне бедра, задержавшись на середине и прикусив, а после влажно провёл языком по стволу и перехватил рукой основание, осторожно оттягивая крайнюю плоть. Прикрыв глаза, он обхватил губами головку и обильно увлажнил её, вдыхая непередаваемый и всегда индивидуальный запах партнёра. Грег зашипел и рука в волосах сжалась сильнее, фиксируя, не давая отстраниться. Он пах солнцем и ананасами.       Ни за что.       Тони сглотнул, чувствуя, как кровь приливает к увеличивающемуся члену. Твою мать, Грег возбуждался от его прикосновений. Чёртов Лайтман возбуждался! Где-то внутри что-то оборвалось, когда головка упёрлась в горло. Тони даже сам приглушённо застонал и позволил члену скользнуть глубже, до самого основания. Его повело от осознания, что эрекция достигла своего апогея, а Грег протяжно застонал. Ритмично двинув головой, Тони убедился в полной и безоговорочной капитуляции Лайтмана, ощутив на языке солоноватый привкус выступившей смазки. Выпустил член изо рта он скользнул ниже и прихватил губами одно яичко. Грег дёрнулся, сжимая в одной руке одеяло, а в другой его волосы.       — Ещё, — сквозь зубы выдохнул он и задышал быстрее, когда Тони продолжил облизывать поджавшиеся яйца. Тот дал себе немного времени и вернулся к члену, заглатывая полностью. Резко, не медля. Грег подавился вдохом и выгнулся, очевидно, его вело от обилия нахлынувших ощущений. Не стоило сегодня мучить его долго. Прикрыв глаза, Тони продолжил ритмично заглатывать, а после вернулся к самой головке и пощекотал языком отверстие, слизывая новую порцию смазки. Его пьянил вкус Грега. Хотелось больше. Он же просил ещё!       Вздрогнув от особенно резкого движения вглубь глотки, Тони послушно расслабился, позволяя Грегу контролировать ритм и глубину проникновений, не прерывая зрительного контакта. Серость глаз была неразличима за расширившимся зрачком, даже почти не холодный. Тони замер на мгновение, чтобы втянуть воздух, и продолжил вбирать в себя плоть Грега, а тот тихо прохныкал:       — Быстрее, Тони, пожалуйста, — и снова его имя было произнесено с той самой интонацией.       Волна жара прокатилась по позвоночнику. Тони уже плохо соображал, просто продолжал ритмично заглатывать, одной рукой придерживая член Грега за основание, а второй лаская мошонку. Собственный член чувствительно проезжал по влажной от его же смазки простыне, отчего становилось ещё невыносимее.       В затуманенное возбуждением сознание Тони протяжный стон Грега ворвался резкой вспышкой. Вот оно. Тони успел заглотнуть ещё раз, прежде чем горло оросила горьковатая сперма. Он дал Грегу несколько мгновений и потянулся рукой к своему ноющему члену, продолжая сглатывать и ловить последние судороги наслаждения Лайтмана. Самому Тони хватило трёх резких и точных движений, чтобы перед глазами всё поплыло, а тело скрутило. Он чуть было не задохнулся, так как член Грега всё ещё не выпустил изо рта, а этот оргазм словно вышиб из-под его ног почву. Надо дышать.       Отстранившись и мешком бухнувшись на свободную половину кровати, он с сожалением понял, что даже не запечатлел в своей памяти Грега во время оргазма. Хотя тот и сейчас выглядел очень… Просто очень. Если бы были силы, то Тони обязательно слизал бы капельку пота с его груди. Мелькнуло смутное желание подколоть Лайтмана относительно короткой продолжительности всего действия, даже шея от неудобного положения почти не ныла, но потом он вспомнил, что по сути Грег-то девственник. Чертыхнувшись, Тони осмотрел того с ног до головы и хотел было уже ляпнуть первое, что придёт на ум (и всё испортить, обязательно), когда Лайтман сам его прервал:       — А ты и правда многое умеешь своим языком, — задыхаясь, прошептал он и удовлетворённо развалился на смятой постели.       Хмыкнув, Тони решил не заморачиваться и, позволив себе посмаковать послеоргазменное расслабление, уснул.

***

      Тони перекатился ближе к краю кровати и с трудом протянул руку, чтобы повернуть к себе часы. Его перетряхнуло — уже девять, а на работе нужно быть к десяти, сегодня же финальная сдача. Хрипло ругнувшись, парень порывисто подскочил с кровати и полетел в ванную, но на полпути споткнулся об одежду, беспорядочно лежавшую на полу. Возмущаясь на свою неряшливость, Тони подобрался штаны и запоздало понял, что это не его.       Вот же ж гадство.       Резко развернувшись, Тони вперил шокированный взгляд в Грега, который как раз проснулся от его прыжков и сонно потирал глаза. Одеяло с него съехало почти полностью, так что картина представилась вполне себе красочная. Сглотнув, Тони крепче прижал к себе штаны и приготовился к последствиям.       Вздохнув, Лайтман скатился с кровати и забрал из его рук одежду:       — Мои же, — буркнул он и натянул их на себя.       Тони заторможено проследил за этим действием, отметив, что солнечные блики на коже полуобнажённого Грега смотрятся просто сногсшибательно, а затем поёжился под его тяжёлым взглядом. И что теперь делать? Как реагировать? Победный танец явно не лучший вариант.       Лайтман зевнул и пошёл на кухню. Кстати, для него девять утра очень поздно, тоже проспал, что ли? Тони густо покраснел, когда посмотрел на свою разворошённую постель. Вот эту самую простынь Грег сжимал в кулаках и издавал тот самый протяжный стон, кончая ему в рот. Вот дела.       Покачав головой, Тони поплёлся в ванную чистить зубы, где запоздало понял, что ему бы в душ, так как кожу на животе и ладонях неприятно стягивало от собственной засохшей спермы. Пришлось по-быстрому ополаскиваться. Тони отстранённо отметил, что вечно просыпает важные разговоры с Грегом. Интересно будет ли очередной «отдых» после минета?       Натянув джинсы, парень побежал на кухню, откуда уже притягательно пахло кофе и яичницей. Откуда у него вообще эти продукты берутся? Озадаченно хмыкнув, Тони упал на стул и сразу выпил почти весь кофе. Грег недовольно прищурился, но ворчать не стал. Он так и не надел свитер, что предрасполагало к разглядыванию.       — Вечером поужинаем у тебя? — спросил Лайтман, раскладывая яичницу по тарелкам, которую Тони тут же принялся уплетать за обе щёки, только вопросительно глянул на соседа. Задумчиво щурясь, тот сел напротив и тоже приступил к завтраку. — Не то чтобы я против времяпрепровождения у меня, просто ты же с криком убежишь, когда увидишь паука-птицееда.       Тони даже подавился. Ему захотелось не то что от квартиры подальше держаться, а из этого дома исчезнуть поскорее! И за что ему на голову свалился такой любитель экзотики?       — Слушай, это всего на два дня, честно, — Грег состроил примирительно-виноватую мордочку, что для него вообще было редкостью.       — Хорошо, лучше у меня, — хрипло согласился Тони, всё ещё покашливая и подозрительно косясь на дверь, а то вдруг хищник проберётся к нему в щель?       — Только простыни сменить не забудь, — хитро улыбнулся Лайтман, делая глоток кофе.       Тони пару раз непонимающе моргнул, силой воли прекратив следить за дверью, а осознав смысл сказанного, к своему удивлению, покраснел. Пришлось с преувеличенным интересом пилить яичницу. Откашлявшись, он всё же решился прояснить один важный момент, даже позорно-розовые щёки его не останавливали.       — Так, м-м, у нас всё нормально? — вопрос вышел абстрактным, так что пришлось уточнять. — Ну, знаешь… — Тони махнул рукой, — ты, я, мой рот, твой член…       Грег даже прыснул.       — Да, всё более чем нормально, — отсмеявшись, сообщил он.       Озадаченно нахмурившись, Тони кивнул и допил свой кофе. Чего уж тут копать глубже, пусть будет нормально.

***

      Тони хмурился, закинув руки за голову и разглядывая офисный потолок. Перед глазами всё всплывали события прошедшей ночи. Как такое вообще возможно, чтобы Грег позволил ему такое? От одной только мысли становилось жарко. Тони был слегка шокирован, так как буквально вчера он вспоминал, как всё было сложно раньше. Хотя чего от греха таить — сейчас тоже не лучше, но шесть лет назад Лайтман, помнится, бегал от него и мог наговорить всякого дерьма, лишь бы не открывать своих искренних чувств. А что сейчас?       «Ты любовь всей моей жизни»       М-да, Тони смущённо зарделся. Да, прогресс налицо. Просто Тони как-то не задумывался раньше о возможности такого продвижения их отношений в сексуальном плане. То есть он не был возмущён, типа, как посмел этот подлец предложить мне минет?! Нет, конечно. Просто его вполне устраивала даже эмоциональная открытость Грега, которая когда-то давно была для него несбыточной мечтой. Ведь Ханна всегда в школе говорила, чтобы он завоевал своего на тот момент сводного брата, а он отвечал, что у этого ледяного чурбана точно нет никаких чувств. А теперь вон оно как оказалось.       Грег его нашёл. Спустя столько лет нашёл и ворвался ледяным вихрем в жизнь, всё такой же эгоистичный, но в то же время совсем другой. Впервые Тони было спокойно, он действительно доверился Лайтману, как своему якорю. Может, всё дело в новом препарате, прописанном ему доктором Кларисой. А может в том, что несколько лет назад он сбежал от Грега именно из-за его патологического нежелания открываться и уважать чувства другого человека. Тони отлично помнил этот день.       «Тебе пора повзрослеть. Я устал биться об эту стену, Грег. Учти, я уйду и больше не вернусь, если ты сейчас меня не остановишь»       Парень вздрогнул. Он помнил, как ему тогда было горько, как он сбегал с пустой головой и как после впервые столкнулся со своим безумием лицом к лицу. А ведь тогда Грег тоже признал, что они в отношениях, но сделал всё это так по-другому. Тогда он был грубее и сторонился его. И Тони наконец признался себе, что Лайтман повзрослел, а сам он влюбился в него из-за этого ещё сильнее.       — Чего опять так поздно здесь делаешь? — хмуро окликнул его начальник.       Тони от неожиданности вздрогнул и чуть не свалился со стула. И правда, что он тут делал? Грег ведь ждал его дома с ужином. От этой мысли где-то в груди потеплело. Так что парень поспешно собрал свои вещи и побежал к выходу. Он уже закрывал на ключ дверь офиса, когда в кармане завибрировал телефон. Хмыкнув, Тони поспешно достал его, неужели Грег его потерял и...       Незнакомый номер.       Сглотнув, Тони ответил, скрывая разочарование от того, что это не его… парень. Даже в мыслях называть пока что не получалось.       — Мистер Спенсер, да? — приятный женский голос поприветствовал его.       — Это я, — подтвердил Тони, медленно двигаясь в сторону выхода и щёлкая выключателями. Начальник наверняка задержится сегодня, но он часто забывает погасить свет перед уходом.       — Я звоню вам по поводу пациента нашей больницы мистера Майкла Доналдсона, — Тони замер на месте и шумно сглотнул, вмиг вспотевшей ладонью он сжал телефон и постарался не упасть. Неужели ему не придётся самому отключать Майки, а он уже..? — Дело в том, что вы в его карточке указаны как контакт…       — Ближе к делу, пожалуйста! — рявкнул Тони, чувствуя гулкое биение сердца в ушах.       — Вчера вечером нами были замечены проблески мозговой активности, мистер Спенсер, — поспешно объяснила девушка. — А несколько часов назад ваш друг пришёл в себя.