Охотник и Проклятье

"…Просто обними меня, обними, Я не хочу быть нигде, кроме как в твоих объятьях, Забери меня из темноты, из темноты, Я не справлюсь сам, Обними меня. Окружи меня своей любовью, Я потерян, Я потерян…" NF - Can You Hold Me

***

За личиной ужасного монстра скрывался поистине чуткий и ранимый юноша, который постепенно, не сразу, невероятно медленно, но стал раскрывать Магнусу свою душу. Охотник привык к хозяину замка, поэтому перестал скучать по тому, что было за пределами холодных каменных стен, по своим путешествиям и ночам в одиночестве возле костра. Да и, собственно, что или кто его мог ждать? Семьи у Бейна не было, тех, кого бы хотелось увидеть, тоже. А вот Александру он был нужен, как воздух. Столь неоспоримую истину Магнус понял довольно-таки быстро, видя, как за ним изо дня в день внимательно наблюдает голубоглазый взгляд, словно обладатель самых прекрасных глаз боится, что пленник может исчезнуть. Но Бейн перестал заводить разговоры о своем освобождении. Александр все больше и больше времени стал проводить рядом с Магнусом. Он молчаливо сидел в библиотеке, больше не таясь в тени, и с любопытством наблюдал, как охотник переставляет книги на полках. Зверю нравилось, как тонкие длинные пальцы, унизанные неизменными кольцами, скользят по корешкам древних томов, с восторгом читая названия на замысловатых языках. В такие моменты Бейн прикусывал губу и смешно морщил нос, вызывая непонятное тянущее чувство в груди Александра, который никак не мог разобраться, как он относится к своему гостю. Но то, что чудовище не могло оторвать свой взгляд от охотника, становилось весьма очевидным. Однажды Магнус полез на передвижной лестнице к самой верхней полке, чтобы достать нечто его заинтересовавшее. И он не удержал равновесие. Взмахнув руками и, уронив книгу, мужчина коротко вскрикнул, начав заваливаться назад. Охотник не успел схватиться за перекладины, чувствуя, как падает. Ему грозил хороший ушиб, если бы в этот момент его не поймал Александр, вовремя подоспевший на крик Магнуса. Когтистые лапы сомкнулись на талии и ногах охотника, придерживая на весу. В ноздри зверя ударил ни с чем несравнимый аромат сандала и кардамона. Запахи защекотали чувствительные рецепторы чудовища, который на минуту еще глубже вздохнул, задержав дыхание, чтобы на всю жизнь запомнить, насколько приятно пахнет от Магнуса. Его тело было легким, как пушинка, но на удивление крепкое, мускулистое и гибкое. От охотника исходило человеческое тепло, по которому столь сильно истосковался зверь. Он неприлично долго затягивал с объятиями, начав даже в тайне смущать напрягшегося от неожиданности ситуации Магнуса. Но мужчина отметил, что ему вовсе не неприятны прикосновения Александра. Улыбнувшись зверю, Магнус вскоре смог ощутить твердую землю под ногами, чему был несказанно рад. - Благодарю, Александр, - весело и непринужденно рассмеялся Бейн, умело скрывая дрожь в голосе. – Иначе бы я расшиб себе голову. Чудовище лишь молча кивнуло и вернулось на свое место за столом, отвернувшись от Бейна. Он больше не посмотрел в сторону мужчины, чем сильно того расстроил. Только вот Магнус не знал, что в тот момент Александр пытался справиться с дико колотящимся в груди сердцем. Они больше не разговаривали о проклятье семьи Лайтвудов, не пытались поднять тему о том, что необходимо найти какое-нибудь решение проблемы. До поры до времени их все устраивало. Они по-прежнему проводили вечера возле камина, развалившись на подушках. Дни становились на удивление все холодней, поэтому Магнус мерз как никогда раньше. Боясь заболеть, как-то раз, набравшись смелости, он подвинулся к дремавшему на боку монстру и, коснувшись иссиня-черного меха, искренне позавидовал чудовищу. Тот явно не мерз. Пододвинувшись еще ближе, Магнус свернулся рядом с Александром клубочком, прижавшись к его боку и завернувшись в одеяло. Проснулся же мужчина в объятиях зверя, который собственнически прижал его к своей груди. Лапы чудовища покоились на животе Магнуса, удивительно мягко касаясь его тела, не карябая острыми, как бритва, когтями. Почувствовав легкое смущение, Бейн поскорей выскользнул из жаркого кольца рук, ретировавшись в свою комнату. И, разумеется, он не заметил, что Александр тогда не спал, чутко охраняя чужой сон, боясь разбудить и хоть на миллиметр сдвинуться. Могучее тело чудовища жутко затекло от лежания на одном месте, но будить сопящего и расслабленного Магнуса ему не очень-то хотелось. И вновь в груди зверя что-то заныло, заскрипело, и старая рана, поросшая ужасными корками, начала вновь кровоточить. Зверь догадывался, чтобы это могло значить, но признаться самому себе в этом безумно боялся. Ко всему прочему Магнус выяснил, что Александр бывает не только молчаливым, но и жутко упрямым (как будто раньше он этого не понимал). Бейн столько раз пытался попросить его вновь увидеть великолепные ангельские крылья, спрятанные в голубятне, но их обладатель, насупившись, твердил, что это невозможно. Причину отказа охотник никак не мог понять, однако, заставить Александра делать то, чего тот не хотел, он не мог. В один из холодных, по-настоящему морозных, дней пошел первый снег. С восторгом распахнув окно в своей комнате ранним утром, Магнус вытянул руку, ловя несколько крупных снежинок, сразу же растаявших на теплой ладони. Взглянув вниз и в который раз поразившись высоте, на которой была расположена его спальня, Магнус увидел, как голые фруктовые деревья покрыл серебристый иней, пороша собой хрупкие ветви. Бейн залюбовался шапками лесов, расположенных на склонах и тем, как над ними, словно плывя, пролетала серая пелена облаков. Спустившись к завтраку, первое, что сказал Магнус после утреннего приветствия, было: - На улице пошел снег, Александр, - и улыбка Бейна оказалась настолько обезоруживающей, что чудовище невольно забыло, что только что хотел доесть черничный пирог. - И что? – непонимающе нахмурил тот брови. - Это значит, что я в замке живу уже несколько месяцев, - Магнус присел на свое место, слушая урчание собственного живота. – Я уже давно не был снаружи, Александр. Может быть, я… - Бейн потянулся за кусочком хлеба, чтобы им обмакнуть желток, соблазнительно вытекающий из приготовленной яичницы, как весь его аппетит пропал после слов чудовища. - Нет, - ответил тот, скорчив кислую рожу. - Но почему?! – возмутился Магнус. – Ты же знаешь, что я никуда не уйду, Александр! Дай мне воздухом подышать. Я ведь не какой-нибудь зверек, чтобы меня держать на привязи, - в кошачьих глазах скользнула немая просьба, в надежде достучаться до разума зверя, но тот лишь сжал губы в полоску. - Я сказал: «Нет»! Что в этом непонятного, Магнус? – прорычал Александр, и его хвост нервно дернулся, едва не сбив собой соседний стул. Мужчина устало сомкнул веки, поморщившись. Он не хотел говорить обидных слов ранимому чудовищу, однако ядовитые слова так и рвались с губ, оседая неприятным чувством на горле. Проглотив обиду, охотник пристально посмотрел в морду чудовища, сжав в руках столовые приборы, еле сдерживая себя, чтобы не швырнуть их в собеседника. - Ты снова мне приказываешь, Александр? – медленно и внятно проговорил Бейн, выходя из себя. – Кто я, по-твоему: твоя вещь, игрушка или песик, готовый слушаться тебя и делать все, что ты хочешь? Я – человек. И ты не имеешь права удерживать меня силой там, где я быть не хочу. - Ах, так ты не хочешь быть здесь? – разумеется, Александр не мог не зацепиться за последние слова мужчины, почти взревев от досады. Его когти впились в край стола, и стул с громким стуком упал на пол, когда чудовище встало со своего места. – Конечно, зачем тебе оставаться с таким, как я? Прежде чем уйти, разозленный непонятно из-за чего, Александр уронил пару блюд со стола, несколько раз резко взмахнув хвостом. Магнус впервые видел, чтобы чудовище убегало из гостевой комнаты на четырех лапах. Пара яблок с печальным стуком упало на пол, выпав из хрустального вазона. Бейн устало прикрыл глаза, услышав, как на верхних этажах рычит от досады Александр, явно отправляя в полет какую-нибудь очередную вещь. Они впервые так крупно поссорились из-за какого-то пустяка (по мнению Магнуса), и поведение Александра никак не входило в рамки адекватного. Он повел себя, как эгоистичный ребенок, не став даже слушать дальнейшее объяснение Магнуса. Они не разговаривали почти неделю. Бейн принял позицию невидимки, старательно избегая любых встреч со зверем. Теперь они завтракали, обедали и ужинали в одиночестве. Вечером камин больше не грел двух своих полуночных гостей. Библиотека тоже опустела, и в других комнатах все кричало о пустоте. Так продолжалось до того дня, пока у дверей спальни Магнуса ранним утром не появился прекрасный букет белоснежных роз, перевязанных широкой голубой лентой. Цветы стояли в вазе, но от Бейна не скрылись капельки влаги на нежных лепестках. Значит, Александр специально сорвал розы из запорошенных снегом кустов. Поразительно, что эти цветы росли на территории замка даже в холодный сезон года. Все обиды разом прошли, и на губах Магнуса заиграла счастливая улыбка, а в груди расплылось приятное горячее чувство нежности по отношению к косматому упрямцу, который спрятался где-то в глубине своего жилища, наверняка ожидая дальнейших действий Бейна. Занеся цветы в спальню, Магнус долго наслаждался ароматом благоухающих роз, представляя, как неумело срезал стебли Александр, думая о нем. Сердце мужчины колотилось под ребрами, отбивая непонятный волнующий ритм. Такого ранее никогда не было, что вызывало множество вопросов у пораженного своей реакцией мужчины. Столкнулся Магнус с Александром лишь поздней ночью, придя в бальный зал с камином. Зверь, казалось, его ждал, нервно поглядывая в сторону дверей. Первое, что он сказал, стоило Магнусу присесть на подушки рядом, было: - Я не собираюсь извиняться, - пробурчал он, внимательно вглядываясь в играющий в камине огонь. - И не надо, - таинственная улыбка застыла на губах Бейна. – Твой подарок все сказал за тебя, Александр, - мурлыкающие нотки в голосе охотника выдали, что тот весьма доволен неожиданному знаку внимания со стороны чудовища. Зверь еще некоторое время гипнотизировал профиль мужчины, прежде чем расслабленно выдохнуть. Оказывается, все это время он задерживал дыхание, переживая, как отреагирует Магнус на его слова. Широкие плечи чудовища распрямились, и он откинулся на подушки, приняв полусидячее положение. Через некоторое время Бейн подобрался к нему ближе и, решив проверить свои собственные догадки, прижался к мягкому боку Александра, чувствуя, как сильная лапа скользнула на его талию, приобнимая и притягивая к себе ближе. Неизвестно было, о чем подумал в тот момент зверь: то ли он посчитал, что Магнус замерз, то ли сам хотел нечто подобного. Но мужчина был вовсе не против, когда оказался прижатым спиной к груди мохнатого зверя. От него несло жаром, как от хорошо прогретой печи, и Магнус ощутил, как быстро согревается. Но отогревалось не только его тело, но и душа, вдруг потянувшаяся к Александру, сидящему позади. Бейн в чужих объятиях чувствовал себя до невозможности уютно, как дома, которого у него никогда не было. Магнус мог бы просидеть так целую вечность, особенно, когда ощутил обжигающее дыхание Александра возле своей шеи. С охотником происходило что-то странное, неподдающееся никакой логике. Бейн не боялся ни клыков чудовища, ни его острых когтей, находящихся в сантиметрах от сердца, вырвать из груди которое Александру потребовалось бы всего несколько секунд. Мужчина знал, что ему ничего не грозит. Так, залюбовавшись отблесками огня на паркете, Магнус впервые со дня ссоры спокойно уснул без сновидений, слушая мягкое урчание возле уха. *** - Александр, - осторожно начал трудный разговор Магнус, кося взгляд в сторону чудовища, вальяжно развалившегося на кресле в библиотеке и смотрящего, как Бейн, сидя возле большого окна на подоконнике, любуется зимней красотой на улице. Зверь напрягся, стоило охотнику взглянуть на него немного погрустневшим взглядом. Прошло всего несколько дней после их перемирия, но, видимо, отказываться от своей идеи Магнус не собирался. – Давай вместе выйдем в сад, если ты так переживаешь, что я сбегу. Магия замка подчиняется тебе, но не мне. Меня она по твоему желанию не выпускает за пределы этих холодных стен, но… Прошу, дай мне хоть глазом взглянуть на мир! - Почему это тебе так важно? – нахмурился Александр, не понимая стремления Бейна. - Потому что я привык к свободе, - пояснил мужчина, снова повернувшись к окну, любуясь падающими с неба снежинками. – Я всю жизнь провел в странствиях, Александр, никогда не задерживаясь на одном месте на слишком долгий срок, но теперь… - мужчина взъерошил волосы, досадливо прикусив губу. – Там такая великолепная погода! Давай выйдем хотя бы на несколько минут, - прорезались в голосе Бейна просящие нотки, когда его зеленовато-золотистые глаза вновь взглянули на зверя. Чудовище долго размышляло, вперив взгляд на свои лапы, которые он сжал в кулаки. Магнус даже представил, как в голове Александра путаются мысли. С одной стороны он не хотел вновь поссориться, а с другой стороны его до дрожи пробивало одно представление, как Бейн исчезает за снежными дюнами, навсегда покидая его. Он так был похож на свою мать, которую заботили лишь ее эгоистичные желания. Возможно, эта женщина никому не хотела причинить зла, однако, в конце-то концов, из-за ее стремлений пострадали все те, кого она любила и кто любил ее. И Александр очень походил на нее, поэтому Магнус очень переживал, чтобы он не закончил так же, как и она, сойдя с ума от собственного бессилия что-либо изменить, плывя по заданному Судьбой течению. - Хорошо, - наконец, выдавил из себя зверь, устало прикрыв глаза, явно не веря тому, что сейчас только что сказал. – Собирайся. Думаю, ненадолго мы можем выйти, - ворчливо он закончил свою речь, с изумлением и каким-то детским восторгом отмечая, каким счастьем загорелись кошачьи глаза Магнуса. Охотник, подлетев к чудовищу, почти кинулся на него с объятиями, но максимум, чем он ограничился – это неожиданно поцеловал его в пушистую щеку, заглядывая в изумленные голубые глаза, в которых плескалось нечто, весьма похожее на смущение и нежность по отношению к этому необыкновенному мужчине. Магнус сам не ожидал от себя такого поведения, поразившись, как его буквально подорвало к чудовищу, но ощутив губами мягкую шерсть на щеке зверя, охотник ни о чем не пожалел, подсознательно зная, что он поступил так, как должен был. - Я пойду собираться, - прошептал вдруг охрипшим голосом Бейн, положив руку на плечо застывшего на кресле Александра. – Давай встретимся в холле через пару минут, хорошо? Зверь ничего не успел сказать, как Магнус уже умчался в свою спальню, что-то довольно мурлыча себе под нос. Чудовище медленно коснулось толстыми пальцами своей щеки, в которую пришелся поцелуй. Она горела огнем от мягких губ поцеловавшего его мужчины. Прикрыв глаза, Александр растянул губы в ухмылке, очень сильно напоминающую искреннюю улыбку. Его сердце… О, Боги, он слышал, как его давно застывшее и закаменевшее в груди сердце вновь начало отбивать нервный ритм! *** Магнус влетел на всех парах в свою комнату, захлопнув дверь и прижавшись к ней спиной. Мужчина дышал тяжело, надрывно, словно бежал от собственной погибели, спрятаться от которой было невероятно не просто. Возможно, так оно и было. Охотник прикусил губу почти до крови, прижав ладонь к груди. О, что же он натворил, поцеловав чудовище?! Полное осознание своего поступка наступило лишь тогда, когда Магнус оказался наедине с самим собой. Нет, он не жалел, но как тогда объяснить нервную дрожь, сотрясающую тело? Ему было страшно, но от этого так хорошо, что мужчина от отчаяния вцепился пальцами в волосы, сползая на холодный пол. За всю свою жизнь Бейн не испытывал нечто подобного по отношению к другому живому существу. Да, Магнус не был юным глупцом в постели, за долгие года перепробовав все, что только было доступно и возможно. Однако влюблялся ли когда-нибудь мужчина? Нет. Охотник знал, что век смертных чудес недолговечен, а жить с мыслью, что в любой момент может потерять возлюбленную или возлюбленного, он не мог. У него были любовники и любовницы, с которыми он проводил больше времени, чем с остальными, но и они с ним не задерживались, когда понимали, что ловить на горизонте любви с Магнусом нечего. И в этот самый момент, прижимаясь к двери, Бейн осознал, каким же на самом деле одиноким он был. Пошатываясь, мужчина встал, направившись к платяному шкафу, стоявшему в самом углу комнаты. Зимние вещи давно уже висели на вешалках на перекладинах, ожидая, когда же их примерят. Волшебство замка Александра поражало. Точнее, удивляли слуги, которые всегда знали, что необходимо было их господам. Порывшись среди вещей, Магнус вытащил на свет новую белоснежную рубашку с серебристой вышивкой, свой неизменный и любимый жилет и камзол с пушниной, который отлично спасет от холодного воздуха. На ноги Бейн натянул плотные штаны, надев сапоги, доходившие до колен. Охотник поймал себя на том, что весьма долго прихорашивается возле зеркала. Замерев, мужчина нахмурился и, магией как всегда подведя черными тенями веки, поспешил вниз. С Александром Магнус столкнулся там, где они и договорились. Чудовище не стало утруждать себя лишней одеждой, лишь накинув черную накидку с капюшоном. И, правда, зачем ему что-либо надевать, когда его спасает от холода густая шерсть? Зверь оценил наряд Бейна одобрительным кивком. И тут Магнус увидел заветную дверь, которую искал долгие месяцы. Александру стоило лишь взмахнуть рукой, как в самом центре стены, как по мановению палочки, соткались из мрака железные штыри, деревянные перекладины и появилась сама дверь. Бейн остановил себя, чтобы не рвануть вперед к свободе. Взглянув на напряженного Александра, Магнусу вдруг захотелось успокоить его и сказать, что он не покинет его до тех пор, пока не найдет как снять с него проклятье. Непроизвольно потянувшись, рука Магнуса легла на предплечье высокого чудовища, пытаясь привлечь его внимание к себе. У него получилось: Александр повернул к нему голову, склонив ее на бок в немом вопросе. - Я не уйду, Александр, - прошептал одними губами Магнус, улыбнувшись. – Я буду рядом. Зверь, помедлив, кивнул и, взяв маленькую - по сравнению со своей, - ладонь Магнуса, потянул его вперед. Когда Магнус оказался на улице, он, как ему показалось, на секунду ослеп от яркости блестящего на солнце снега, переливающегося, как бриллианты при свете ламп старьевщиков. Бейн зажмурил глаза, цепляясь за ладонь Александра, как за свой единственный якорь в этом мире. Вполне вероятно, что этим же самым якорем для чудовища стал сам Магнус, поскольку тот и не собирался его отпускать, бережно перехватывая длинные пальцы, чтобы ненароком не поцарапать. Мужчина, глубоко вдохнув морозный зимний воздух, прислушался к песни ветра, запутавшегося в голых ветвях деревьев. Где-то пели птички, радуясь солнцу, впервые за долгое время выглянувшего из-под туч. Магнус сделал шаг, почти утонув в снегу, доходившего до середины голени. Бейн, привыкнув, распахнул веки, с восторгом выдохнув, любуясь открывшейся красотой. Взмахнув свободной рукой, из его пальцев сорвались искры, и снег сыпучей лавиной разошелся в разные стороны, создавая нечто вроде площадки, чтобы можно было погулять вдоль деревьев. - Твоя магия красивая, Магнус, - вдруг прошептал, порыкивая, Александр, заставляя Магнуса взглянуть на него с мягкой улыбкой на губах. – Искры… Волшебные. - Спасибо, Александр, - поблагодарил мужчина, освобождая свою ладонь из лапы зверя. – Могу я… - Бейн кивнул в сторону деревьев. Чудовище на секунду прикрыло глаза, и кивнуло, ласково подтолкнув Магнуса в спину рукой, давая свое одобрение. Все было больше похоже на то, как хозяин дает одобрение щенку на первую прогулку без ошейника и цепей, но Бейн отмахнулся от своих сравнений. Какая разница, когда он добился того, чего хотел? Бейн, сделав пару шагов вперед, раскинул руки в разные стороны, глубоко вдыхая морозный воздух, который забрался глубоко в грудь, замораживая отвыкшие легкие. Свобода покалывала кончик носа, а снежинки оседали на ресницах. Но Магнус не побежал, не метнулся в сторону кованых ворот, видневшихся не так далеко, как ему казалось при первом появлении на территории замка. Ведь мужчина дал обещание, сдержать которое он намеревался весьма твердо, понимая, что без него Александр сам не справится. Зверь не сдвинулся с места, наблюдая за ребячеством Магнуса, который с восторгом собирал в ладони снег, наблюдая, как ладони розовеют от прохлады. На его смуглых щеках проступал едва заметный румянец, а в волосах оседали снежинки, почти сразу тая. Весь образ Бейна вызывал некую бурю чувств в груди чудовища. Если бы Магнус не был тем, кем является, Александр бы подумал, что рядом с ним живет самый настоящий ангел, который, не имел крылья, но владел такой же чистой и незапятнанной душой. Но зверь знал, что это не так: за видимой хрупкостью и беззащитностью скрывался по-настоящему сильный мужчина, способный убить любого, даже глазом не моргнув. И тут в морду зверя неожиданно прилетел снежный клубок, слепленный ловкими пальцами хохотавшего Магнуса. Шокировано распахнув глаза, Александр уставился на развеселившегося Бейна, спрятавшегося за деревом, выглядывая из засады и сверкая своими изумительными изумрудными глазами. - Ну же, Александр, не стой истуканом! – крикнул Магнус, махнув рукой. – Неужели ты никогда не играл в снежки? Порадуйся же зиме вместе со мной. Клыкастая улыбка расплылась на губах чудовища, который хитро сощурил голубые глаза, хмыкнув. И кто тут еще ребенок? Они играли, валяясь в снегу, как маленькие дети, впервые увидев зимние красоты. Магнус весь промок, но почти не замечал этого. Зарядив в Александра очередной снаряд, воспользовавшись магией, Бейн увернулся так, чтобы тот его не заметил. Когда отфыркивающийся, довольно порыкивающий зверь распахнул глаза и не заметил Магнуса, все внутри него покрылось холодной коркой льда. Испуг, настоящий и такой искренний, отразился на морде зверя, заозириавшегося в поисках исчезнувшего охотника, не находя его следов. И только, когда сверху на плечи зверя навалилось что-то тяжелое, тот расслабился, охнув. Запах и тепло Магнуса он бы ни с чем не спутал. Мужчина захохотал возле его уха, но чудовище не удержало равновесия, упав в сугроб, потянув за собой Бейна. Боясь, что придавит своей массой хрупкое тело, зверь повернулся и, скинув с себя Магнуса, упал на спину, а мужчина навалился на него сверху, приложившись о его грудь. Ткнувшись носом в шею чудовища, Бейн довольно хохотал, издавая какие-то булькающие звуки, слушая ответное довольное рычание Александра, который оказался очень рад, что охотник не сбежал от него. Приподнявшись, Магнус привстал на руках, удерживая ладони на груди зверя. Взглянув светящимися от счастья кошачьими глазами в морду чудовища, Бейн оскалился, довольно проворчав: - Я взял реванш, Александр Лайтвуд, - голосом победителя объявил он, чувствуя на своих бедрах лапы зверя, который придерживал Магнуса, чтобы тот не свалился. – На этот раз победил я! Александр фыркнул, совершенно потеряв голову, любуясь красотой раскрасневшегося от холода и снежной забавы Магнуса Бейна, нависшего над ним. Их глаза встретились, и оба замерли, застыли, ощущая нечто, что пробило изнутри дрожью, опаляя лавиной жара. Магнус приоткрыл рот, чтобы сказать нечто остроумное, но слова застряли поперек горла, выходя наружу тихим выдохом. С его пальцев сорвались голубые искры, а ладони невольно сильней сжали насквозь промокшую рубашку зверя. Сам Александр не знал, что сказать. Если бы он был человеком, то Бейн давно бы любовался ярким румянцем смущения, что расцвел бы на его щеках. Магнус попытался улыбнуться, но вышло довольно-таки плохо. Его рука невольно скользнула к зверю, сначала огладив ветвистые рога, выглядывающие из-под густых черных растрепавшихся волос. Затем трясущиеся пальцы коснулись морды чудовища, трепетным движением пройдясь от скулы до массивного подбородка, замерев возле угловатых губ. Пока Магнус впервые настолько свободно касался его, Александр не сводил с лица мужчины внимательного голубоглазого взгляда, думая, что найдет отвращение к себе, которое заметил впервые, когда они только встретились, но ничего подобного не отразилось в широко распахнутых кошачьих глазах с расширившимися зрачками. Магнус еще ниже склонился над зверем, уже двумя руками поглаживая влажную шерсть на его щеках. Александр потянулся на немую просьбу Магнуса, но тут на них сверху с дерева упал снег, скопившийся на голых ветвях. Момент был разрушен отфыркивающимся Бейном и трясущимся от смеха Александром, который с восторгом ребенка залюбовался видом насквозь промокшего Магнуса. - Ты замерзнешь, если мы не вернемся в замок, - охрипшим голосом произнес Александр, поднимаясь и утягивая за собой мужчину, ставя того на ноги. Увидев, как на лице мужчины отразилась печаль, зверь сам погрустнел, но все-таки, пересилив себя, пробормотал: - Мы еще погуляем, Магнус, - и когда мужчина взглянул на него, чудовище ободряюще улыбнулось. – Обещаю тебе. Охотник довольно кивнул. И тут произошли две вещи, которые Магнус никак не ожидал… Из голубятни, находившейся с другой стороны замка, вылетело множество птиц и, совершив пируэт, они крылатым вихрем пронеслись мимо Бейна и чудовища, который застыл, вдруг с силой сжав ладонь Магнуса, покоившуюся в его руке. Охотник поморщился, но промолчал, не понимая, чем вызвано столь странное поведение зверя. И тут внутри замка гулко забились старинные часы, ритмично отбивая двенадцать раз, оповещая наступление полудня. Мужчина удивленно приподнял брови. Но ведь часы никогда не работали! Магнус столько раз пытался их завести, но стрелки даже при помощи магии не сдвинулись с места. - Что происхо… - Бейн не успел договорить, как зверь уже потянул его в замок. – Александр!.. – охнул Магнус, когда за их спинами со скрипом запахнулись двери, исчезая в потоке магии, словно ее и не было в помине. - Я… Магнус, - чудовище обернулось к Бейну, схватив его за плечи, сжимая и заглядывая ему в лицо. – Приходи сегодня в полночь в бальный зал. Прошу тебя, именно в полночь, хорошо? Бейн хлопнул несколько раз глазами, не понимая, почему Александр в одно мгновение стал таким серьезным и обеспокоенным. Былая веселость исчезла из голубых глаз, оставляя после себя лишь легкую тень. Но Магнусу ничего не оставалось, как кивнуть, ошарашенно наблюдая, как нервный зверь поспешно от него скрывается, удаляясь в свои покои.