Охотник и Проклятье

"Когда твоя душа находит душу, которую ждала Когда кто-то входит в твое сердце через открытую дверь Когда твоя рука находит руку, которая ей предназначалась Не отпускай Кто-то вошел в твой мир Внезапно твой мир изменился навсегда Нет ничьих других глаз Что могли бы заглянуть в мою душу Ничьи другие руки не могут поднять Поднять меня так высоко Твоя любовь поднимает меня вне времени И ты знаешь мое сердце наизусть…" Demi Lovato – Heart by heart

***

- Почему все важные события должны происходить обязательно в полночь? – бурча тихо себе под нос, ворчал Магнус, направляясь в бальный зал. До назначенного времени оставалось всего пять минут, тянувшиеся, как вечность. Целый день мужчина словно сходил с ума, не находя себе места. Александр так и не появился за обедом и ужином, и по всему замку стояла глухая тишина. Магнуса начало нервировать собственное эхо шагов по пустым коридорам, поэтому он закрылся в своей спальне, нервно время от времени думая, сколько еще ему нужно было ждать. Когда по его прикидкам наступила ночь, Бейн разыскал те самые часы в одной из гостевых комнат, задумчиво посматривая на тикающие стрелки. Почему именно в этот день они завелись? Хмурясь, мужчина не нашел ответа, поэтому поспешил к Александру, с волнением переживая о том, что может его ждать. Зверь уже был на месте, нервно вышагивая по помещению. Его хвост, живя отдельной от хозяина жизнью, плавной змеей мотылялся из стороны в сторону, то вскидываясь вверх, то сворачиваясь у ног чудовища, мелко дрожа. Александр сильно волновался, и его переживания в свою очередь отзеркаливал Магнус, хмуро наблюдая за открывшейся картиной. Казалось, Александр не сразу обратил внимание на то, что он в бальном зале не один. Возможно, подумал, что Магнус вообще не придет, потому что когда он обернулся и увидел Бейна, то испустил такой вздох облегчения, что мужчине невольно совестно стало за то, что пришел так поздно и вовремя одновременно. - Александр?.. – Бейн сделал пару шагов в сторону чудища, но тот, преодолев расстояние в несколько прыжков, оказался перед Магнусом лицом к лицу, взволнованно заглядывая в его глаза. - Магнус, послушай, это очень важно, - когтистые лапы сжали плечи охотника, но тот даже не поморщился, серьезно кивая. – Ты не все знаешь о моем проклятье. Некоторые вещи я попросту не могу тебе рассказать, - зверь облизнул губы, а его взгляд забегал по лицу Магнуса, словно он переживал, что видит мужчину в последний раз. – Обещай мне, Магнус… Пожалуйста, ни при каких обстоятельствах, что бы со мной не происходило у тебя на глазах… Не трогай меня, хорошо? - Но… Что?.. – Бейн открыл рот, чтобы возразить, но лапы Александра на плечах сжались сильней, заставляя поморщиться от того, как когти неприятно кольнули кожу сквозь ткань рубашки. Видимо, гримасу боли Александр все-таки заметил, поэтому ослабил хватку, судорожно выдохнув. - Обещай мне, Магнус! – прорычал зверь, состроив умоляющее выражение. – Не прикасайся ко мне и не пытайся ничего сделать. - Я понял, хорошо, - закивал мужчина. – Обещаю, но ты… Ты объяснишь мне, что ты… - Сам все увидишь, - прошептал неожиданно тихо зверь, отступая назад на достаточное количество шагов, чтобы Магнус не смог коснуться его. Бейн непроизвольно хотел сделать шаг вперед, чтобы сократить расстояние, чтобы не находиться так далеко, но предупреждающий взгляд Александра остановил его. Сосредоточенно кивнув, Магнус вспомнил, что дал обещание, поэтому остался стоять на месте. Куча вопросов роем жужжала у него в голове, а Александр никак не хотел помогать найти на них ответы. Он был не такой, как обычно: переживающий, боящийся, даже испуганный, словно не знал, какая реакция может быть у Бейна на дальнейшее развитие событий. Разумеется, он не мог предсказать, как отреагирует охотник, но тот приложил все силы, чтобы в его глазах отразилась уверенность в том, что он не сбежит, не отступит и вытерпит все, что бы его не ждало. Магнус переживал не за себя, а за то, что может случиться со зверем. Загадочность и пугающая сосредоточенность Александра не вносили ясности. Когда часы совершили первый удар, глухо раздавшийся по всему замку, Магнус пожалел, что дал обещание Александру не двигаться. Тот со свистящим стоном, вырвавшимся из груди, упал на колени. Его голубые глаза не сводили с лица Бейна взгляда, словно ища поддержку. Мужчина сглотнул, наблюдая, как искажается болью и адским мучением морда чудовища. Он дышал глубоко и часто, а его грудная клетка вздымалась так, будто бы вот-вот готова была лопнуть. По рукам и ногам зверя прошлась судорога, сократив мышцы, буграми выступающие под кожей. Охнув, Александр громко зарычал, упав вперед на лапы, склонив голову вниз. Теперь Магнус не видел его морды, но ему открылся вид на спину чудовища, которая изгибалась во все стороны. Казалось, что позвоночник зверя ломается изнутри, и Бейн мог лишь представить, какую боль при этом испытывал Александр, тихо поскуливая, не справляясь с той агонией, что пронзала его тело. Подобного молящего о снисхождении звука Магнус никогда прежде не слышал, и он едва сдерживал себя от порыва кинуться к чудовищу, чтобы хоть как-нибудь помочь. Сжав руки в кулаки, Бейн продолжил молча наблюдать за трансформацией Александра. Подобные преображения Магнус раньше видел у оборотней, но они никогда не проходили у них с такой болью и так долго. С каждым ударом часов в теле зверя что-то менялось: втянулись длинные когти, и пальцы больше не карябали паркетный пол; рога исчезли, и волосы стали значительно короче; плечи чудовища уменьшились в ширину, а шерсть и хвост начали исчезать. Казалось, зверь уменьшился в размерах, а его кожа побледнела. Рубашка повисла на груди чудовища обвисшей материей, сшитой не по плечу. Один лишь медальон, печально мотылявшийся из стороны в сторону остался неизменным, кидая блики золота в свете горящего камина. Александр, громко вскрикнув, вскинул голову, уставившись на Магнуса, который от страха боялся даже вздохнуть. Голубая радужка чужого взгляда превратилась в маленький кружок вокруг расширенного черного зрачка. Бейну почудилось, будто Александр не видит его, смотрит сквозь, но все-таки знает, что охотник рядом, что не испугался неожиданного преобразования. Морда зверя тоже менялась: черты стали значительно тоньше, клыки втянулись в пасть. Грубые линии лица сменились плавными мазками, словно умелый скульптор, недовольный своей работой, решил исправить недостатки. На двенадцатом ударе за спиной Александра появилось странное густое облако, и тот снова выгнулся, громко простонав уже человеческим голосом. В его спину снова воткнулись иглы, и Александр, скребя человеческими руками между лопаток, прошептал что-то себе под нос. Магнусу на секунду почудилось, что он слышит треск костей, а когда все закончилось, Александр уже расправил два огромных белоснежно-золотистых крыла. Несколько перьев опало к ногам представшего перед Магнусом парня. Он оказался старше, чем тот, что был изображен на портрете в библиотеке, но Бейн не смог бы не узнать, что это именно тот прекрасный юноша предстал перед ним. Александр тяжело дышал, и его крылья мелко дрожали, пока не сложились вместе, застыв за спиной Лайтвуда. Магнус не знал, можно ли ему теперь двигаться, но, поскольку больше ничего не происходило, Бейн поспешно подошел к склонившемуся парню, почти падая перед ним на колени. Дрожащие руки Магнуса запутались в короткой густой шевелюре, пропуская сквозь пальцы прядки шелковистых черных волос. Не веря чуду, сотворившемуся у него на глазах, Бейн двумя ладонями обнял лицо Александра, медленно поднимая его голову, чтобы тот взглянул на него. Небесные глаза, - настолько пронзительные, настолько манящие, - посмотрели в лицо Магнуса с теплотой и благодарностью. Губы мужчины задрожали, когда он увидел, как обессиленный Александр попытался ему улыбнуться, коснувшись своими широкими прохладными ладонями рук Бейна, покоящихся на его щеках. Казалось, само время замерло вокруг. Никто из них не мог поверить, что они пережили нечто подобное вместе. Перед Магнусом сидел ангел, и тот не представлял, что может сказать ему, как выразить ту бурю чувств, которую мужчина испытал. Он так переживал за зверя, так боялся, что с ним может произойти нечто ужасное, нечто такое, что Бейн не сможет ему помочь. Но когда перед ним предстало прекраснейшее из созданий, Магнус потерял дар речи. Он лишь жадно вглядывался в лицо Александра. Лайтвуд взмахнул широкими крыльями, обдавая Магнуса потоком воздуха. Он притянул мужчину в свои объятия, закрывая его в кокон ангельских перьев. Бейн ткнулся носом в шею бывшего зверя, цепляясь за его плечи, чтобы не упасть. Ладони соскользнули с щек Александра, а тот переместил руки на талию охотника, прижимая к себе так бережно, так боязливо, будто бы тот может раствориться в его объятиях. - Спасибо, - прошептал хрипловатым, но очень мелодичным голосом Лайтвуд. Мелкая дрожь сотрясала тело ангела. Он все еще не мог отойти после трансформации. Магнус же, притиснутый к груди Александра, способен был лишь жадно вдыхать чужой аромат, впервые не находя нужных слов. Из словарного запаса вечно говорливого и красноречивого мужчины выпали все подходящие случаю предложения. Например, можно было сказать: «Вау, Александр, почему ты мне раньше не говорил, что можешь превратиться в человека?». Или: "Знаешь, твои крылья настолько прекрасны"… Магнус молчал. И это молчание было понятней и прекрасней любых слов. В мягком коконе, чувствуя за спиной Лайтвуда мощные крылья, касаясь кончиками пальцев нежных золотистых перьев, Бейн сгорал от любопытства узнать, что случилось с тем монстром, коим был Александр пару минут назад. - Раз в год, - вдруг заговорил ангел, по-прежнему не выпуская Магнуса из рук, перебирая складки рубашки на его талии, - в тот день, когда злая ведьма наложила на меня проклятье – я могу вернуться в свой первоначальный облик. Магия замка в этот день ослабевает, дает мне вспомнить, что я все же человек, а не монстр. И все-таки… Лишь до рассвета я могу прибывать в своем человеческом облике. С первыми лучами солнца я вновь стану зверем. - Почему во всех сказках обязательно так? – недовольно пробормотал Магнус, отстраняясь и заглядывая в глаза Александра. – Почему прекрасный принц должен вновь исчезнуть? Почему не может быть счастливого конца без мучительных минут? - Потому что конец от этого становится прекрасней, разве нет, Магнус? – мягко улыбнулся Лайтвуд. – Но мы, к сожалению, не в выдуманном писателями мире. Когда наступит рассвет, я… Бейн попросил Александра замолчать, накрыв его губы ладонью. Мужчина покачал головой, давая понять, чтобы с губ парня не сорвалось больше ни одного слова. - Если это не сказка, то я не хочу жить в этом мире, Александр, - в кошачьих глазах мелькнула хитрая искорка. – Поэтому давай хотя бы на эту ночь сделаем вид, что все, что с нами происходит – это настоящее. А завтра… Завтра мы проснемся… Лайтвуд прикрыл глаза, соглашаясь с решением мужчины. Крылья Александра распахнулись, сложившись за его спиной. Тот встал и, потянув Магнуса за собой, увлек в сторону привычно раскиданных на полу подушек. Бейн сел на мягкий ворсистый ковер, не выпуская ладони рядом присевшего Александра. Магнус боялся выпускать прохладные пальцы из своего цепкого захвата. А вдруг прекрасный ангел исчезнет? Вдруг ему снится замечательный сон и если он отодвинется от Лайтвуда, то дымка сновидения растворится, заставляя проснуться в жестоком настоящем? - Почему ты не мог раньше обо всем рассказать? – нарушил молчание Магнус, рассматривая красивые длинные пальцы Александра, переплетающиеся с его. - Потому что не мог, - Лайтвуд уставился в огонь, повторяя свои слова. Александр прикрыл глаза, из-за чего на его щеки в свете огня упали тени от ресниц. - То есть, существует нечто, о чем я также не знаю? – догадался Магнус, дожидаясь, когда Александр кивнет, что тот и сделал, сжав губы в упрямую линию. - И даже не пытайся спрашивать меня, что именно, - Александр перевел взгляд на Бейна, не сдержав мягкой улыбки, что расцвела на его красиво очерченных губах. – Я все равно не смогу ответить. Бейн усмехнулся, качнув головой. Он и не сомневался, что услышит именно это. Невольно на Магнуса нахлынули воспоминания об их первой встрече, о днях одиночества, когда Александр не показывался перед ним, об их мелких ссорах и вечерах, наполненных теплотой огня. Казалось, прошло времени всего ничего, но пролетели месяцы, за которые Магнус успел привязаться к своему зверю… Покатав на языке последнее словосочетание, Бейн почти довольно промурлыкал. Если бы кто-нибудь из старых знакомых взглянул сейчас на Магнуса, то никто бы его не узнал, настолько счастливым и одухотворенным тот выглядел, думая о чудовище, которое нЕкогда собирался убить. Мужчину больше не волновало, где спрятано его оружие и волшебный порошок. Ему было все равно, что с важными некогда вещами сделал Александр. В сердце Магнуса все трепетало от непонятного чувства, больно похожего на нежность и легкую влюбленность, испытывать которую прежде мужчине никогда не приходилось. Решив подтвердить свои мысли, Магнус потянулся к ангелу, вновь вставая на колени перед ним. Александр удивленно наблюдал, как пальцы Бейна ласково касаются его шеи, пробегаясь по выступающим ключицам. Мужчина задержал дыхание, исследуя белоснежную кожу, сдерживая себя в странных порывах прикоснуться к ней губами, оставить на них хоть какой-нибудь след своей принадлежности. Магнус мог лишь думать о том, что у них есть всего пара часов до первых лучей солнца, что Александр вновь станет монстром с приходом проклЯтого рассвета. Отчаяние вдруг такой сильной волной накрыло сердце Бейна, что он с силой сжал зубы, чтобы сдержать рвущиеся с губ печальные слова. Мужчина не хотел расстраивать Александра своими речами о том, что он не хочет наблюдать обратную трансформацию, что лучше бы ему и правда снился сон, в котором они могут быть вместе, нежели потом разочарованно видеть, как крылья ангела исчезают, сменяясь рогами и хвостом. Но Магнус промолчал, глотая горькие слова. Он придвинулся к Александру, видя, как тот неожиданно покраснел. Его кожу окрасил очаровательный румянец, и он лишь успел прошептать: «Магнус, что ты делаешь?..» А потом его уста накрыл ласковый и трепетный поцелуй дрожащих губ охотника.