Охотник и Проклятье

"Я помню, как много лет назад Кто-то сказал мне, что следует Быть осторожным в том, что касается любви. Я так и поступал... Ты был сильным, а я - нет. Моя иллюзия, моя ошибка - Я был беспечен, я забыл о том наставлении, Да, забыл..." James Arthur - Impossible

***

Голова Магнуса нещадно болела, грозясь вот-вот рассыпаться на составляющие черепушку части. Приподнявшись и сплюнув сгустки крови, скопившиеся во рту вместе с комочками земли, мужчина закашлялся, вытерев губы рукавом разорванной рубашки. В ушах охотника свистело и жужжало, а после наступила звенящая тишина, избавиться от которой он никак не мог, как бы не старался. Магнус видел, как к нему спешит такой же взъерошенный Рагнор, держа в руке сверкающий на солнце медальон. Руки мага искрились зеленым светом, а между пальцев текла кровь. Бейн зацепился взглядом за поврежденную ногу друга, который, прихрамывая, не остановился на полпути, продолжая пробираться к Магнусу через поваленные деревья и остатки разрушенной часовни. Он что-то кричал, но до охотника не долетало ни слова, и все медленно погружалось во мрак. *** - Глупая, глупая Мариз Лайтвуд, - пропела с насмешкой ведьма, хмыкнув, и ее губы неприятно скривились, а в карих глазах отобразилось презрение к той, о ком шла речь. – Девчонка думала, что спасет своего ангелочка, что сможет оградить его от беды, но… Увы, сама же и подписала ему вечный приговор на жизнь ужасного существа. Слова ведьмы о смерти Александра подействовали отрезвляюще, только вот глубоко в груди что-то сжалось и протяжно заныло, обливаясь кровью. На сердце Магнуса появились раны, а в голове – сомнения. А вдруг эта старуха права? Вдруг его любимый… Магнус не двигался с места, продумывая план. Ему нужно было каким-то образом отобрать медальон, желательно убив мерзкую старуху в обличии юной девы, в образе которой ведьма предстала. Но Бейн не знал, на что была способна эта женщина, поэтому ему лишь оставалось надеяться, что некие идеи посетили умную голову Рагнора Фелла, поэтому охотник решил потянуть время и дать другу найти выход с желательно благоприятным для них исходом. - Я знаю эту историю, - ответил, едва сдерживая свой гнев, Магнус, стискивая до побеления пальцев рукояти саблей. – Мариз заключила с тобой сделку: ее молодость и жизнь в обмен на освобождение Александра от Небес. - И девчонка переписала Судьбу собственного сына! – захохотала высоким альтом ведьма, вскинув голову. Ее пальчики коснулись цепочки украшения, пробежавшись по потемневшей нитке подушечками. – Знаешь, я никогда раньше не использовала столь сильные заклинания. К счастью, мне оно удалось, и я заключила часть ангельской сущности ее сына в этот медальон. Таким образом, мальчишка оказался заключен моей магией в ловушку. Магнус нахмурился, отчаянно ничего не понимая. В его голове творилась настоящая сумятица, и разобраться в этой каше догадок он не мог, решив задавать наводящие вопросы: - Но как тогда медальон вернулся к Александру? Каким образом он столько времени пробыл у него в замке, и только сейчас ты смогла его заграбастать? – Магнус сделал пару шагов в сторону, что не осталось незамеченным девушкой, которая хмыкнула, прищурено взглянув на Бейна. - Ему его вернула его мать. И когда украшение коснулось груди мальчишки, кольцо заклинания замкнулось, - девушка облизала алые губы, хмыкнув. – Проклятье настигло ее сына, и мать получила то, о чем мечтала – Небеса больше не были способны забрать полуангела. Он стал монстром, чудовищем, противным созданием. Но его зАмок защищает не только темная материя. Думаю, ты и сам это ощутил, иначе бы ты и дня там не продержался, но ты не маг и не ведьмак, а вот я – да, поэтому мое же заклинание могло бы повернуться против меня. А я ждала... В медальоне – часть ангела, а ты – его сердце. Заполучив все сразу, я вновь обрету то, что много лет назад потеряла. К сожалению, Мариз Лайтвуд не дала мне столько, сколько я ожидала. - То есть, в медальоне та сила, что способна вернуть тебе молодость и магию? - Уже смогла! – радостно рассмеялась девушка, раскинув в стороны руки и покрутившись на месте, явно самодовольно демонстрируя саму себя. – Для полноты картины осталось лишь… убить тебя. - Но с чего ты взяла, что Александр отдал мне свое сердце? – и тут Магнуса словно прошибло насквозь чем-то незримым, а по спине поползли мурашки. Письмо… Александр ведь писал в письме, что ему показалось, что его сердце перестало биться! Вполне вероятно, что в тот момент, именно тогда, ведьма забрала медальон с шеи Магнуса. Что же сейчас творится с Александром?! - Потому что я знала, что найдется кто-то, кто сможет попасть в зАмок, кто сможет расположить к себе чудовище, кто сможет полюбить его, - ведьма вновь коснулась украшения на шее, ловя взгляд охотника, полный ненависти. – Я видела это во сне. Я видела в своем сне именно тебя, Магнус Бейн. Из всего выходило, что именно эта ведьма околдовала чудовище, наложило на него проклятье при помощи медальона. Судя по всему, когда Мариз Лайтвуд прибежала к старухе на помощь, она согласилась помочь, наложив проклятье на украшение, что в тот момент носила Мариз, пообещав ей, что как только золотая цепочка коснется шеи ее сына – заклятие вступит в силу. Так и произошло: медальон впитал в себя часть ангельской сущности Александра, не давая Небесам увидеть его, лишив самого главного – не только внешности, но и того, кем мальчик был с детства. Мариз умерла, а ведьма заполучила ее красоту и те годы, что мать Александра могла прожить. Но годы шли и шли, и ведьма начала вновь стареть, вернувшись в ближайшую к зАмку деревню, чтобы выждать момент, чтобы дождаться того, кто был предначертан Александру, чтобы спасти его. Магия зАмка, поразившая, как червь яблоко, не только самого хозяина, но и все величественное строение с ее обитателями, не пускала растерявшую силы ведьму вглубь леса. Она стала, как хищник, выжидать свою жертву, коей оказался Магнус, а потом Александр произнес то, чего ведьма так ждала: «Я отдаю тебе часть своего сердца». - Тогда почему в зАмке время течет по-другому, нежели здесь? – задал один из самых волнующих вопросов Магнус. - Потому что проклятье давно перестало мне подчиняться, - поморщилась ведьма. – Оно изменилось, подстроилось под сам зАмок, но наш разговор слишком затянулся, Магнус Бейн. Убив тебя, я решу все свои проблемы, - девушка неприятно оскалилась, ступая на несколько ступеней вниз, и вокруг нее словно воздух загустился, приподнимая подол старого платья, ткань которого захлопала вокруг стройных белоснежных ног. – Твой зверь еще дышит, но почти мертв. Избавившись от тебя, я убью и его, и тогда… О, тогда зАмок пропустит меня, и моя сила, заключенная в проклятье ангела, вернется ко мне в той мощи, в которой она находится сейчас. И Магнус не успел и рта раскрыть, как в его сторону полетел сгусток темно-алой энергии, воя и шипя раскаленной лавой. Охотник успел вовремя отскочить в сторону, но за первым шаром последовал второй, третий, четвертый, и Бейну пришлось бежать, петляя между камней, перепрыгивая их и молясь, чтобы ни один шар магии не задел его. Шепча себе под нос заклинания, охотник множество раз успел пожалеть, что оставил ведьме когда-то свой волшебный порошок, который он так и не обнаружил в брошенной лачужке. Скорее всего, ведьма неким образом использовала его, добавила к своей силе еще несколько грамм волшебства. Прыгая, прячась за стволами деревьев и, окутывая магией сабли, Магнус слышал хохот девушки, в котором притаилось несказанное высокомерие и тщеславие. Ее забавляла вся эта ситуация, а Магнус, прижав ладонь к груди, молил всех Богов, чтобы Александр был жив. Нет, он верил, что чудовище его ждет, ведь пока бьется сердце самого Магнуса – Александр не посмеет умереть, ведь и Бейн отдал чудовищу часть себя. - Трус! – взвизгнула ведьма, топнув элегантной маленькой ножкой по ступеньке, на которой она стояла, и по старому камню поползли трещины от удара. – Выходи и сразись со мной, как мужчина! - Угу, и попади под град твоих шариков, - пробурчал себе под нос охотник. – Вот уж нет. Магнусу раньше приходилось иметь дело с ведьмами, но не с такими сильными и не с такими старыми, как та, чья душа была заключена в теле молодой и с виду беззащитной девушки. Злость пропитывала хрупкое тельце с ног до макушки, и Бейн сомневался, что без помощи сможет справиться. Где вообще этот чертов Рагнор Фелл?! Выбежав из укрытия, Магнус вовремя уклонился от электрической молнии, врезавшейся в ствол дерева, за которым мужчина прятался. Но бегать вечно Бейн не мог, как бы приятным не было бесить ведьму. Чтобы подобраться к врагу, нужно было заманить ее на более ограниченную территорию. И Магнус рискнул - он, обойдя кругом часовню, метнулся к ее полуразрушенной задней стене, в противоположной стороне от того места, где разбушевалась ведьма. Она лишь расхохоталась, когда увидела, как тень Магнуса скользнула внутрь здания. Часовня изнутри напоминала нечто между склепом и пристанищем для всяких бродяг: повсюду валялись кости животных и перья птиц, а также многочисленные склянки, хвостики мышей, сундучки и прочая ерунда, рассматривать которую у Магнуса не было времени. Высокие толстые колонны, полуобвалившиеся, кое-как все еще поддерживали крышу здания. За одной из них охотник и спрятался, для удобства убрав одну саблю за пазуху, решив, что одного оружия может хватить. Ему нужна была свободная рука, чтобы тоже творить, хоть и не сильную, но магию, способную хотя бы залечить те раны, что он может получить из-за схватки. Магнус достал кинжал из наруча, прикрывая глаза и взвешивая холодный металл в руке, совсем не надеясь, что сможет попасть в ведьму. Когда та вошла в часовню, Магнус на удачу кинул в нее острый клинок, но девушка, хохоча, играючи отмахнулась, и оружие отлетело в сторону, врезавшись в стену. - Ты что, думал, что этой детской игрушкой сможешь ранить меня? – фыркнула ведьма. - Нет, а вот этим – да! – Бейн возник перед ней совсем неожиданно, выдувая ей в лицо синие искры собственной магии. Ведьма вскрикнула, махнула рукой, и колонны задрожали от натиска чужой энергетики. Камни протяжно заныли и застонали, как древние исполины, которых посмели потревожить. Пыль и каменная крошка посыпались вниз с потолка, но Магнус уже заносил клинок для удара по мечущейся и на время ослепшей ведьме. Сталь оружия коснулась лишь чужого бедра, разрывая ткань и плоть. Алая кровь окрасила лохмотья ведьмы. Взвизгнув, она ни на шутку разозлилась, закричав, словно банши. Из ее ладоней хлынул настоящий поток энергии, отшвырнув Магнуса к дальней стене. Столкнувшись с холодным камнем, Бейн выпустил из легких остатки воздуха, чувствуя, как перед глазами темнеет. Магнус не ощущал боли, которая пришла к нему чуть позже. В его крови играл адреналин, заставивший вскочить с места, доковыляв до ближайшего укрытия, поскольку ведьма вновь начала бушевать, кидая потоки волшебства везде, докуда могла дотянуться, не беспокоясь, что разрушает часовню. Здание долго бы не выдержало, и охотник, укрывая голову от летящих сверху кирпичей и камня, придумывал план отступления, пока в какой-то момент краем глаза он не увидел зеленоватые искры, заплясавшие на полу отсветами в лучах прободающего тьму здания солнца. Подняв голову и выглянув из-под укрытия, он увидел разыгрывающуюся битву двух волшебников. Рагнор появился как раз вовремя, опутывая ведьму зеленоватыми путами, что стягивались вокруг нее подобно змеям, обхватывая щиколотки, но девушка, шипя и ругаясь, не оставалась в долгу, швыряя в Рагнора алые молнии, предназначенные для убийства, для того, чтобы смертельно ранить, а не захватить, к чему стремился Фелл. - Магнус, ее не убить только магией! – донесся до охотника крик друга, который перекрикивал шум рушащегося здания. – Забери медальон! Охотнику не нужно было повторять дважды. Приглядевшись, он увидел, как двух магов окружает некий слабенький серебристый купол, созданный явно ведьмой для защиты от летящих камней и черепицы крыши. Охотник кинулся вперед прямо к двум сражающимся. - Не смей! – прошипела ведьма, замечая приближение Магнуса. – Если я умру, то и умрет твой драгоценный монстр! - О, я рискну! – хмыкнул себе под нос Бейн, зная, что старуха может блефовать. Когда магия Рагнора обвилась вокруг шеи девушки, Магнус вовремя подлетел к ней, и сабля почти по самую рукоять вошла в стройное тельце, вырвав из груди ведьмы хрип. Карие глаза с золотыми прожилками широко распахнулись, наблюдая, как по подолу расплывается кровь мерзкими пятнами. Хмыкнув, ведьма хохотнула, подняв взгляд, полный ненависти и сумасшествия, на охотника. Их лица разделяли сантиметры, и Магнус не щадя врага, поворачивалась в теле ведьме оружие, проталкивая как можно глубже. - Обычная сабелька меня не убьет, Магнус Бейн, - ее зубы, оказавшиеся вблизи желтыми и острыми, оскалились. - Ага, если только оно не пропитано магией, - прошипел охотник в лицо ведьме, чувствуя, как собственные руки мараются чужой кровью, хлынувшей из нанесенной раны старухе. - И если настоящий колдун не помогает, - длинные зеленые пальцы Рагнора оплелись вокруг шеи ведьмы, которая сложила губки в букву «О», хватая ртом исчезающий из легких воздух. – Ты оказалась проблемной дамочкой. - Вы еще пожалеете, - прошипела ведьма, пронзая взглядом Магнуса насквозь. – Ты не успеешь… к своему… Александру. Как только… Я умру… Его часы сочтены. - А твои минуты на исходе прямо сейчас, - и когда под ладонями Рагнора заструилась магия, пропитывая тело ведьмы, Магнус рывком достал саблю из женского тела, чтобы через мгновение пронзить чужую грудную клетку, пробивая ее и нанизывая на острый конец прогнившее начисто сердце. Девушка изогнулась, захрипела, и ее глаза потухли. Купол магии вокруг них замигал и исчез, и камни полетели на них. Рагнор продолжал держать тело ведьмы, что-то крича Магнусу, но тот уже ничего не слышал, потянувшись к женской шее, чтобы снять медальон, но его пальцы не дотянулись. Только они коснулись почерневшей от злой магии крышечки, как тело старухи, принявшее свой прежний дряхлый облик, изогнулось, забилось в руках Фелла, а через мгновение Магнус уже летел из часовни, видя, как на глазах обваливается крыша здания, погребая за собой друга. *** - Нет уж, Магнус, приходи в себя! – по щекам охотника кто-то изо всех сил начал бить, отвешивая пощечины и приводя мужчину в чувства. Первое, о чем спросил охотник, стоило ему распахнуть глаза – это был медальон, который Рагнор зажимал в руке. Цепочка легла на пальцы Магнуса, а украшение, став золотым, красиво легло в ладонь, и на глазах Бейна вдруг заблестели слезы. - Он холодный, - разбитыми губами прошептал Бейн, стискивая вещь, глядя на друга потерянным взглядом. – Ведьма была права: раньше я ощущал в медальоне частичку Александра, но сейчас… Фелл сжал плечо охотника. Магнуса огрела магия друга, залечивая многочисленные ранки, что украшали его тело. Жар окутал Бейна теплом, и на глазах разбитая губа залечилась, и во рту исчез привкус железа и земли. Зеленые искры вычистили Бейна с макушки до пят, даже умудрившись починить одежду. Устало выдохнув, Рагнор сел рядом с Магнусом, привалившись к его плечу. Волшебства Фелла не хватило на двоих: он истратил последние крупицы на шокированного таким поступком охотника. - Зачем ты?.. – Магнус повернулся к другу, видя, как тот смотрит на него внимательно, пронизывающе, словно что-то говоря без всяких слов. Зеленые пальцы коснулись сжатой ладони Магнуса, доставая на свет медальон. Расцепив замочек на тоненькой цепочке, Рагнор повесил украшение на шею Бейна, защелкивая застежку. - Иди к нему, - прошептал ослабевший Рагнор. – Я не чувствую ноги, и при всем желании не смогу пойти вместе с тобой, Магнус. Иди, ему ты нужней. - Но ты ведь… - взгляд охотника скользнул по телу друга, замечая каждую рану, украшавшую тело мага. - Я сильный и справлюсь без тебя, мой дорогой друг, - усмехнулся Рагнор, пихая Магнуса в плечо, намекая, что тот должен поспешить. – Иди. И без него не возвращайся, хорошо? Охотник медленно кивнул и встал, ощущая, как в крови бурлит волшебство Рагнора, подбадривая и придавая сил, забирая с собой всю боль и страх. Магнус все еще верил. Кидая взгляды на разрушенную часовню, Бейн все еще продолжал верить...