Добро пожаловать

— Джин-хён, тут точно какая-то херня происходит, — негодует Тэ в трубку, пока отходит на приличное расстояние от отеля. — Что именно? — Кхм… Тут, — и как ему прикажете объяснять? — Я сам не знаю, но точно не всё в порядке. Может, ты поищешь информацию? — Если ты тщательно искал, то не думаю, что найду что-нибудь новое. — Я совсем запутался. — Слушай, ТэТэ, ты на отдыхе, так успокой свои паникующие извилины и наслаждайся. И да, возможно тебе всё же стоит выключить телефон. Он отвлекает. — Ну уж нет, теперь ни за что. — Ты всё слишком близко к сердцу принимаешь, — замечает коллега и голос его становится торопливей. — Ладно, я к начальнику, отключаюсь. ТэХён никак не может сообразить, как же поступать. Он бесцельно бродит по городу, осознанно сливая свой отдых в ебеня. Да какой уж отдых, когда тебя обслуживает парень в платье, да ещё и…как обслуживает. И когда тебе подарки от «папочки» суют. Ладно, сегодня вечером всё должно проясниться, если не полностью, то хотя бы на половину. Внутренне содрогаясь, Ким разворачивается и понуро бредёт в отель, который совсем уж перестал казаться шикарным и величественным. Перед глазами стоит испуганный, возбуждённый ЧиМин, потом всплывает в памяти ЮнГи, его испарина и дрожащие руки, и ну очень уж… Они похожи… Этот помутневший взгляд. Кима осеняет, и он едва не подпрыгивает от шарахнувшей мысли: у Мина тоже…виб-вибратор, что ли? И они оба ходят с ними? Прямо ходят и обслуживают людей? Или это что-то другое? ТэХён бледнеет и ускоряет шаг, собираясь проверить остальной отель на наличие других постояльцев. Потому что, если они есть, то неужели не замечают странного поведения сотрудников? Парень влетает в холл и непременно наталкивается на каменный взгляд НамДжуна, уже протягивающего ключ от номера. Работник рентгенит его и словно чувствует, что Тэ что-то задумал, но молчит. А Ким болтать и не собирается; только лишь подавляет приступ паники и шмыгает на второй этаж, собираясь начать оттуда и надеясь встретить ЧонГука. Тишина, которая не успокаивает теперь ни черта, давит со всех сторон, но Тэ медленно и упорно крадётся вдоль коридора, прислушиваясь. Он видит боковым зрением слегка приоткрытую дверь, и любопытство играет свою роль отменно. Но лишь ТэХён заглядывает в щель, как видит на стуле сидящую девушку. Она, облокотившись на спинку, смотрит в одну точку и не шевелится, словно из мрамора изваяли. Даже когда половица под ковром издаёт тихий, короткий скрип под ногами Кима, она и не чертыхается. Совсем это парню не нравится, поэтому он негромко стучится, но, когда делает это ещё громче и девушка не реагирует опять, входит, распахивая дверь. Он подходит со словами: — У вас всё хорошо? Я мимо проходил, увидел, что у вас дверь открыта. Стеклянные, безжизненные глаза даже не смотрят на ТэХёна, а куда-то сквозь него, бледная кожа и растрёпанные волосы поистине придают ей болезненный, совершенно нездоровый вид. — Девушка, скажите хоть… — Тэ слегка касается её ледяного плеча, но тут же отдёргивает руку, а само тряпичное тело безвольно наклоняется, теряя равновесие. Изо рта вытекает немного крови. Капля катится по подбородку и падает на белоснежный ковёр. Ким еле удерживается, чтобы не вскрикнуть. Его рот только беззвучно открывается и закрывается как у рыбы, попавшей на сушу, а в глаза будто попадает что-то. Будто песок. Много песка. Ебучая Сахара. «Труп. Она труп» — лихорадочно вертится в голове, но шаги где-то издалека заставляют опомниться. Слишком быстрые и громкие, за их стуком едва различаются невесёлые смешки, что ничего хорошего не предвещает, а Тэ понимает, что бежать поздно. Он может лишь спрятаться. Парень, не соображая ничего, зарывается в шкаф, задерживает шумное, судорожное дыхание и ждёт, чувствуя сильное биение сердца. В этот момент оно, кажется, слишком уж громко стучит. Так и хочется вырвать его и поставить на беззвучку. В номер входят, и Тэ может наблюдать через дверь, сооружённую на манер жалюзи, происходящее. Двое мужчин в гостиничной униформе обступают мёртвую. Один машет у неё перед лицом, подносит палец ей под нос, но, видимо, не ощущая дыхания, делает окончательный вывод и глядит на напарника. — Эта тоже окочурилась. В подвал? — Сначала одежду сними. Нафиг она ей там нужна, — хмыкает. — Девки какие-то хилые пошли. Парни повыносливей будут. — Да что ты? А утром мы кого выносили? — Перебарщивают, — только и говорит второй. — Мне почки, чур. — Хитрый какой, выкуси. Мне почки, тебе селезёнку. — Да не ломайся. — Отвали, торгаш. Давай, помогай, не стой. А у ТэХёна в шкафу чуть ли не обморок и ноги не держат совсем, поэтому парень беззвучно сползает по стене и отворачивается, чтобы не видеть ничего. Поехал в отпуск, а приехал в ад. Действительно, добро, блять, пожаловать. Мужчины уходят, а Тэ всё сидит и пятна перед глазами считает. Его мутит. Очень сильно. Даже температура немного поднимается. Выходить так боязно, что аж живот от страха скручивает, но, если парень не выползет, будет ещё хуже. Однако только он собирается толкнуть дверь, как вновь слышатся шаги. Но неуверенные и совсем тихие. В номер не спеша входит ЧиМин, в руках держа ведро с щётками и отбеливателем. Он пристально обводит помещение взглядом, а самого аж трясёт. Немного отбеливателя оказывается на ковре, прямо на том месте, на котором красуется пара капель яркой крови, а смятый сарафан и трусики, что валяются на полу, отправляются в специальный контейнер для грязных вещей. Пока ЧиМин возится с этой жуткой уборкой, он плачет. Беззвучно, только носом хлюпает немного, но слёзы катятся беспрерывно. Кима совсем мутит от этой картины вдобавок к уже увиденной, поэтому он буквально вываливается из шкафа, чем не на шутку пугает паренька. Немая сцена и вновь тишина. Но Чим тут же спохватывается и подскакивает к ТэХёну, немного встряхивая того, чтоб не отключился. — Вам срочно нужно попить, — парень осматривается, наливает воды из графина, но, когда подносит форменное стекло к чужим губам, Ким видит отпечаток персиковой помады на стакане и теряет сознание. Приходит в себя он в том же номере, а над ним хлопочет ЧиМин, обмахивая какой-то сухой тряпочкой. — Надолго? — Около пяти минут, — жалостливо отвечает паренёк и помогает Тэ подняться на ноги. Слишком шок прилил к мозгу, поэтому ТэХён, пошатываясь, молча плетётся к выходу, держась за стену для опоры. Сил на разговоры, да на что-либо вообще нет. Хочется завалиться спать, а, проснувшись, рвать когти отсюда. ЧиМин старшего не останавливает. Оно и понятно. Любой бы пришёл в замешательство, если уж начистоту. — Далеко собрался? — слышится откуда-то сбоку, и Ким поворачивается на голос. ЧонГук в неизменной чёрной рубашке, только с волосами более взлохмаченными, чем в их первую встречу. — На третий. В свой номер, — чопорно отвечает ТэХён, слабо двигая челюстью. Лифт открывается и оба заходят. Но как только двери смыкаются, Гук нажимает на кнопку аварийной остановки. — Нельзя тебе на третий, — вдруг ядовито прищуривается он, злясь. — Там сейчас обход. — Какой ещё обход? — Ты только что был на втором. Понимаешь? Все, кто в номерах на третьем сейчас… — парнишка качает головой и приставляет пистолет из двух пальцев к виску. — Не факт, что не окажешься в пролёте. Не должен пока ещё, конечно, но кто знает, какие здесь исключения из правил? ТэХён ужасается и едва не оседает на пол в этом ебучем лифте, в котором хочется остаться и совсем никуда не выходить. Зажаться в уголке и просидеть до старости, но в такой жопе спокойно не посидишь, естественно. — Ничего не понимаю… Как ты узнал, что творится? — Я свидетель, которого не заметили. В пейнтболе мастер, так что удалось остаться целым и нераскрытым. — Твой последний день сегодня, получается, чтобы сбежать? — шевелит шестерёнками в мозгах Тэ, вспоминая их первый разговор и сопоставляя с фразами ЧиМина. Получается, здесь вроде как даётся фора в 4 дня? — Ага, и я благополучно всё просрал, — кашляет ЧонГук. — Меня уже никто отсюда не выпустит так просто. А вот тебя… Ты вроде нигде особо не светился, и время есть в запасе, так что шанс присутствует. Я могу помочь. Не себе так тебе, блин. — С-сомневаюсь, — нервно размышляет старший. — Мне тут «подарок от заведения» вручили. — Ты попал. — Пока ты не сказал, я бы и не догадался, — угрюмо вздыхает Ким. — Давай ко мне в номер. Расскажу, что знаю и, может, решим что-нибудь.