От небес до центра Земли

Луи не думал, что принц окажется настолько очаровательным, словно неограненный горный хрусталь, чистый и нетронутый течением общего галактического времени. Существо из мира со своей собственной историей и эволюцией. Кто-то, кто так сильно похож на него самого, и в то же время нечто абсолютно противоположное. В бессознательном состоянии он был словно кукла, сошедшая с витрин со всевозможными фигурками инопланетных созданий. Его кожа была идеально гладкой, точно отполированный барит, да и цвета такого же. Чем-то он напоминал людей — разрез глаз был почти таким же, хотя у астов он предполагался немного больше, но что точно было достаточно человеческим, так это губы, высеченные, словно у статуй в Земных дворцах. Луи не устоял и провел по ним пальцем, ощущая какая у этой расы холодная кровь. — Что ты делаешь? — скептично спросил Зейн, заглядывая в небольшой отсек с импровизированной кроватью, к которой и приковали юного принца. — Ну, он милашка, — небрежно хмыкнул Луи. — Ради этой милашки мне пришлось побороться с парочкой аруанцев. — Издержки нашей профессии, Зейн, зато смотри, какой у нас теперь тут экземпляр. — Найл, кажется, был немного шокирован нашей операцией, — задумчиво почесал подбородок Малик, косясь на спящего пленника. — Ты беспокоишься о Найле? Как насчет целой планеты, уже, очевидно, готовящейся к войне за своего драгоценного принца? Зейн усмехнулся, поправляя свою отросшую темную челку назад. — Мы будем на Финисе через… восемь часов, — хмыкнул он, проверяя свой передатчик, — постарайся быть милым с этим ребёнком. Но не слишком, — предупреждающе кивнул пилот, удаляясь обратно за штурвал. Луи проверил еще раз все крепления принца, и решил переложить заботу о нем на плечи Найла — из всех членов их немногочисленного экипажа тот более всего походил на милую сиделку. — Постарайся не отвечать ему и не говорить, что с ним произошло. Просто игнорируй его, пока мы не доберемся до Финиса. — Но…как это, сэр? — Ну, делай вид, что его нет. Найл задумчиво почесал затылок, но задание пошел выполнять беспрекословно, давая своему капитану возможность бесцельно слоняться по кораблю, играть на своем передатчике в глупые стрелялки и смотреть по телевизору повторы всевозможных шоу. Где-то часа через три идиллия Томлинсона прервалась грубыми и безостановочными криками из технического отсека. — Какого черта? — недоуменно спросил Зейн. — Наше Ценное Величество проснулось. Луи довольно улыбнулся, предвкушая встречу с настоящим, а не голограммным или бессознательным принцем. Войдя в комнату, первое, что он увидел — это испуганные глаза инессийца, поджимающего свой чешуйчатый хвост. — Он немного диковат, капитан, — жалобно протянул Найл. — И голос у него как у сиртены. — Сирены, Найл. Их называли сирены. — Точно, сэр. Луи хмыкнул, кивая парню выйти из отсека. Перед ним, на полу с прикованными руками и заклеенным ртом сидел принц, чьи глаза были яркими и пылающими, словно раскаленная магма. — Никогда не понимал, как вы делаете эту штуку со своими глазами. Ну, меняете их цвет, — усмехнулся Томлинсон, облокачиваясь на стену с самым нахальным видом и скрещивая руки на груди. В ответ на это он получил только пронзительное мычание, громкое, словно действительно выла сирена. У этих астов были непомерно сильные голосовые связки. — В чем дело, Ваше Величество? Вам не нравятся покои? О, или дело в том, что ваш прекрасный ротик теперь заткнут? Визг усилился, и Луи это уже начинало действовать на нервы, он присел на корточки рядом с бледнолицым принцем и мягко провел пальцами по гладкой щечке, прежде чем резко сорвать заклейку. — Ну, так чего вы хотели сказать? — саркастично вставил капитан, замечая растерянность на лице паренька. — Ту вса льнар, аль то’снараст! — выкрикнул принц ему в лицо, шипя словно змея. — Ваш аруанский заводит, но не делайте вид, что не знаете языка Земли. — Ни в одной вселенной я не быть говорить с ваш на этом грязный языке! — Но ведь говорите, — засмеялся Томлинсон. — Хотя знания ваши хромают. В ответ на это он получил устрашающее рычание и очередной всплеск ярко-красного гнева в глазах мальчика. — Вас получить войну в целой Галактике, если я не быть в порядке. — Но ведь вы в порядке! — хмыкнул Луи. — Вы в тепле, относительном уюте, в хорошей компании, а если будете послушным, мы вас еще и накормим. — Что с мои охрана? — Да ничего особенного, большинство вырубилось от газа, остальные от тяжелой руки моего соратника. А еще мы оставили им маленькое сообщении о том, чтобы никто не поднимал тревоги из-за вашего похищения. Это останется только между нами и вашей правящей верхушкой, если, конечно, они заинтересованы в том, чтобы вы выжили. — Дрянь! — выплюнул принц. — Чего? — Вы! Кусок Земного мусора! Дрянь! Быть война. — Ох, бедный вы мой принц, — усмехнулся капитан. — С чего вы решили, что Совет развяжет войну лишь из-за вас, вы себя кем посчитали, Францем Фердинандом? — Кто? — недоуменно притих принц. — Совет никогда не раскроет эту историю, если им самим это будет не выгодно. А война с Корпорацией им ни к чему, к тому же, они все равно не смогут её выиграть, наша сила слишком велика, — мечтательным тоном продолжал рассуждать Луи. — Но я могу вас понять, вы надеетесь на лучший исход, а кто не надеется? Вы еще слишком юны. — Связаться мой советник, — нервно прошипел Гарри. — Нет, это вряд ли. Вы что, совсем не знакомы с культурой похищения? — усмехнулся Томлинсон. — Вы здесь не гость, и вам остается только сидеть тут и не действовать мне на нервы, пока ваши родители не примут мудрое решение и не вступят в Содружество. — Не бывать никогда, — покачал головой принц, растягивая губы в улыбке. — Аруан бороться за свою свободу всегда. — Борется.  — Что? — Правильно говорить — борется. Аруан борется за свою свободу всегда. Юный принц фыркнул, почти как маленькая злобная собачка, что была когда-то у Луи на Аджере. — Вернуть ваш помощник, — гордо выпячивая подбородок, сказал принц. — Найла? — Да. Инессийца. Он хороший вас. Не пахнуть как дерьмо. На это Томлинсон лишь усмехнулся, отправляя мальчишке воздушный поцелуй, и жест этот остался не понятым юным астом, не знакомым с людскими проявлениями чувств. В любом случае, капитан решил, что вернуть Найла и правда будет лучшей идеей, да и путешествие будет долгим, и Луи еще успеет вдоволь наиграться с их заложником. — До Финиса четыре световые минуты, — кивнул Зейн, как только Томлинсон приземлился на место первого пилота. — Мальчишка полный идиот, ты уверен, что аруанцы сделают все, ради его спасения? — В чем дело? Он не оценил твой флирт? — усмехнулся Малик. — Сказал что я вонючий земной мусор. — Не то, чтобы это не было правдой, помыться бы тебе не мешало. — А тебе заткнуться, Зейн, и взяться за управление кораблем. — Есть, капитан, — закатил глаза Малик, переключаясь на максимальную скорость шаттла. На горизонте замаячили переливающиеся розовые радиоактивные облака и безлюдная военная база Финиса. Незаметно от Зейна Луи проскользнул в технический отсек. За тонкой дверью слышались приглушенные голоса Найла и принца. Капитан добрался до маленькой аптечки, скрытой во внутреннем отделении стенки корабля и вытащил оттуда небольшой шприц с серебристой жидкостью. — Поздравляю вас, ваше Величество, мы приземлились у вашего нового замка, — произнес он, входя в отсек. Найл вздрогнул от звука его голоса, а вот на принца он никакого эффекта не произвел, разве что напыщенный засранец стал выглядеть еще более непринужденно и гордо. — Позволите вашу руку? — саркастично-покорно спросил Томлинсон, поворачивая в пальцах шприц, и аст, заметив этот жест, напрягся. Взгляд его обратился к инессийцу-механиху, словно выискивая поддержку и защиту. — Найл, не поможешь мне? — Да, сэр, — кивнул паренек. Он схватился за руку принца, пытаясь удержать ее от постоянных вырываний, Томлинсону же, несмотря на это все равно удалось исполнить задуманное. — Что вы с ним сделали? — спросил Найл. — Дал ему пару часов сладкого сна. Если он решит сбежать, пока мы переходим на военную базу, то у него могут быть проблемы, и самая малая из них это ударная доза радиации. — А самая большая? — Мой праведный гнев, конечно же, — фыркнул капитан. — Принеси-ка для него защитный костюм и маску. Найл тут же подорвался с места, не решаясь задавать вопросы. Когда они оба не без труда полностью снарядили принца в защитный костюм и маску, то сделали то же самое и для себя. Луи подхватил увесистое тело принца, проклиная комплекцию астской расы, и вышел из корабля в сопровождении Зейна и Найла. Безлюдная военная база встретила их одинокими ветрами и раскаленными песками, из-за близости к Третьему Солнцу Пустотной галактики. Редкая красота, такая опасная и болезненная. Чем дольше люди проводили здесь, тем мучительнее умирали, от накопленной радиации, сохранившейся в их теле. Но что они могли поделать - такова была цена за освоение Галактики. Луи, Зейн и Найл прошли небольшой путь от хранилища для космолетов до станции пребывания, полностью оснащенной так, чтобы ни одно живое существо не смогло пострадать от неприветливой атмосферы этой планеты. — Как долго мы здесь пробудем? — спросил Найл, как только они спустились в убежище под толстым саркофагом. — Зависит от того, насколько расторопными окажутся родители нашей светлости. Хотя, Луи подумал о том, что при надобности они вполне смогли бы провести здесь куда больше времени. Военная база хоть и была военной, но жили здесь тоже люди (и не только), и условия для их существования были вполне приемлемыми. Луи бы сказал, что на Аджере какое-то время его семье жилось куда хуже, особенно в тот год, когда начался метеоритный дождь и экономика планеты заметно пошатнулась. Здесь же, в связи с рисками для жизни, условия были куда приятнее обычных — все спальни военных были одноместными, лучшие запасы еды хранились в таких количествах, что хватило бы на десяток поколений, и даже телевизоры ловили большинство каналов. Луи заметил, что Найл вводил сообщение на своем передатчике, и капитану оставалось лишь закатить глаза. — Найл, ты ведь знаешь, что не обязан каждые пять минут сообщать все Генералу? Техник вздрогнул, отрываясь от гаджета, и пристыжено посмотрел на него. — Но это моя работа. — Как тебе такая работа — надо перетащить милашку принца в отдельную спальню, лучше в ту, которая запирается. — Вообще-то я чиню корабли, сэр...Луи. — Знаю, но ты ему больше приглянулся, — усмехнулся Томлинсон, подмигивая. — Просто я немного знаю аруанский... — Что? — воскликнул капитан. — Откуда? — О, ну, я однажды был знаком с девушкой-асткой, с Аруана. — Прелесть какая, — фыркнул он, похлопывая парнишку по плечу. — Вот и займись теперь нашим новым другом. Вся забота о нем на тебе. — Но, сэр, разве не вы должны убедить молодого принца повлиять на его родителей, если вдруг они свяжутся? Вы лучше меня знаете, как обращаться с пленными. — А ты хитер, Найл, — сузил глаза Луи. — Ладно, но до спальни ты его потащишь. — Но вы с Зейном куда сильнее. Блондин инессиец сверкнул хитрым блеском глаз, и от былой простоты мальчика не осталось и следа, хотя пыл его уверенности заметно поутих, как только в комнату вошел Зейн со своей привычной суровостью, наделяющей его перламутрово-золотистые глаза. Они переглянулись и от Луи не утаилось то, как смущенно Найл отводил глаза от надзора второго пилота, то ли от страха, то ли от чего-то еще. Конечно, Зейн был похож на тот тип людей, которые внушают тревогу, но, черт возьми, Луи было немного обидно — это ведь он капитан корабля, и это он один из главных преступников и контрабандистов почти в половине существующих галактик. Он тоже заслуживал хоть немного этого трепета перед его персоной, а не ехидные насмешки и задушевные разговоры, будто между старыми приятелями, разве нет? Хмыкнув, он подхватил обмякшее тело принца и направился в дальний конец коридора к лучшим спальням военных, где мягкая постель и должная пилюля уговоров, возможно, склонили бы непреклонного ребенка к правильным решениям. А если нет, то всегда был более тяжелый путь - холодных оружий, приставленных к вискам, и пыток, пострашнее, чем в Третью Мировую. В любом случае, если Луи и что-то не поддавалось в этом безграничном пространстве тысяч вселенных, то только неустойчивость черных дыр, а мальчишки с далеких планет, как ни скажи, явно посговорчивее.