It was a Sin

Когда дом Дживона был полон, а люди настолько веселы, что вовсе не замечали того, что тут уже куда больше людей чем с одного потока, Намджун ловко маневрировал среди пьяных студентов, выискивая одного определенного. В руке был стакан с коньяком, в который ранее был любезно подмешан наркотик. Ким тщательно подбирал нужный, ему нужно было опоить парня, но так, чтобы он не отключился и не стал нести бредни. Выбор пал на Спрута. Хорошо известный препарат, сложно раздобыть и потому цена у него высока, но если есть связи, то возможно все. Сам же наркотик имел такое название из-за того, что под его влиянием из принимающего можно было веревки вить, сделать что не попроси, расскажет все что не спроси. Он словно щупальца впивался в мозг принявшего его и неведомой указкой вынуждал слушаться того, кто будет рядом в момент начала действия и естественно, способный давать команды. Именно из-за подобного эффекта с этим наркотиком правительство давно борется, он почти пропал с рынка после инцидента с одним из Кардиналов в Ватикане, когда под действием этого наркотика была попытка убийства Папы Римского. Но у Намджуна всегда есть свои связи, свои ниточки, свои коридоры и двери, в которые он знает, как стучать и когда. Стакан с редчайшей отравой для организма был любезно подсунут Чимину вместо его, пьяный парнишка даже не заметил разницы и стоило ему допить алкогольное пойло, как через пару минут его аккуратно повели в сторону ванны, не позволяя оборачиваться и лишь шепча на ухо низким баритоном о том, что тот должен слушаться. Пак был пьян настолько, что лишь улыбнулся, заслышав низкий голос у уха, доверчиво шел ведомый чужими руками и таял от низкого тембра, пока фантазия учтиво рисовала образ Тэхена. Голос такой же глубокий, как у рыжеволосого парня, пальцы такие же тонкие и длинные, горячо касаются талии разливая по телу сладкую негу от чего дурман становился еще сильнее. В ванной было темно, Чимин пьяно шлепнулся на коврик, который застилал плитку и тихо хихикал, пытаясь сесть на колени и пальцами пытаясь нащупать штаны, как ему казалось его парня. - Ты говорил, что не придешь, врунишка. Ладонь поднимается вверх по бедрам и сжимает пах, Джуну мягко отсраняется и уже привыкшее к темноте зрение, позволяет ему более четко видеть где же находиться маленькая пьянь. Сама же пьянь, издала какой-то обиженный стон и вновь упала на пятую точку. - Чимин, давай сыграем. Вновь низкий шепот, но такой, чтобы Пак слышал и не мог различить, что низкий тембр все же отличается от того коим обладает сам Тэ. Мальчишка может и был пьян и под действием наркотика, но слух у него точно был острый и чуткий, а потому рисковать нельзя было. В туалете вновь раздался смешок и озорное «давай» в ответ. Джун решил начать с далека, прощупывая таким образом почву и само состояние Пака. - Я тебе нравлюсь? Казалось бы совсем нелепый вопрос, но так, Ким мог понять то насколько глубоки отношения между хористом и рыжим. - Мы же любим друг друга, - обиженно пробубнил Чи и легонько шлепнул блондина по ноге - Тогда, что насчет Чонгука? Я знаю, ты с ним флиртуешь. Ноги старшего тут же коснулось разгоряченное тело, обнимая руками и потираясь при этом щекой об бедро. - Прости папочка, я не хотел тебя обидеть, - слышиться жалобный всхлип и тренее щекой становится сильнее. – Он просто такой милашка когда возбужден, мне так нравилось когда мы занимались сексом, - ладонь вновь ложиться на пах, а челюсть Намджуна буквально клацает от того с какой силой он ее сжал, попутно впиваясь ногтями в свои же ладони. Они с Чонгуком не встречались, не договаривались ни о какой верности, да и сам Намджун имел секс с другими, но одно дело, когда это ты, а другое, когда это твое неприкаянное. Он ясное дело подозревал, что Чона с Паком связывают отнюдь не платонические отношения, но все же услышать это в живую это как позволить исполосовать свою душу острым лезвием. На лоскуты ее пустить. И все же, нужно держать себя в узде иначе все пойдет крахом. Пока Ким глубоко дышал, пытаясь сдержать порыв гнева и острой ревности, Пак воспринял такие движения как попытки унять возбуждение и потому продолжил. - Я все время пытался убедить его вновь сделать это втроем, мне так жаль папочка, что получилось лишь дважды. Я тебя подвел. Слова лились из хориста нескончаемым потоком, на удивление довольно связным, но при этом все больше доводившие терпение старшего до грани и лишь чудо спасало младшекурсника от тяжелого удара головы об какую-нибудь поверхность потверже. Нужно было играть дальше. - Мы ведь сможем повторить еще раз, - голос блондина прозвучал немного холоднее чем он того хотел, но судя по всему это дало нужный эффект, ведь Пак буквально заскулил, вжимаясь в ногу парня и начал без остановки лепетать извинения и то, что после той ночи, младший даже Чимина сторонится. - А что такого случилось той ночью, расскажешь папочке, порадуешь? - на последних части фразы Джун делает ударение, явственно намекая, что игра продолжается и парню у ног нужно просто подыгрывать и тогда все будет отлично. Чимин на это активно кивает забывая, что они в темноте и его не видно, пальцами нащупывает пряжку ремня и пытается расстегнуть ту. - Мы вновь спали, втроем, так было хорошо чувствовать вас двоих в себе и так сладко было, когда Чонгук после держал во рту мой член. Я буквально ощущал, как ты толкался в него. Его губы плотно сжимались на моем члене пока ты говорил, как занимался сексом с Намджуном. – об стенки ванны ударился приглушенный смех. – Если бы я знал, что он так среагирует на то как нашему отличнику нравится трахаться, то попросил бы рассказать тебя об этом еще раньше, еще в первый раз. Он весь буквально дрожал и это было так приятно, особенно когда ты кончил в него. - Значит, я рассказал ему только то, как Намджуну нравится заниматься сексом и все? – Ким нагло перебил парнишку, уточняя то что было жизненно необходимо. Хотелось придушить эту суку что сидит в ногах и пытается справиться с поясом, но так нельзя было. Хотелось уничтожить эту парочку, закопать как можно глубже и даже креста не оставить на их могилах, чтобы никто не знал, что покоится в земле, а после о них и вовсе позабыли, но все же, так действительно нельзя было. Снизу послышался писк подтверждающий, что было сказано лишь о предпочтениях в сексе и после вздох облегчения, когда пряжка ремня наконец-то поддалась, а за ней и сама застежка на штанах. Чимин трется щекой об член сквозь белье и после аккуратно вынул тот и тут же обхватил губами полностью беря в рот. У Намджуна мелькнула мысль, что если Пак действительно работал в борделе и среди клиентов были мужчины, то определенно шлюхой он был одной из лучших, ибо то как мастерски губы скользили по плоти просто выбивало воздух из легких. Это не сравнится с тем как некогда делал минет Чон, аккуратно, пробуя и смакуя то, что доселе было неизведанное, от губ Чонгука земля уходила из-под ног и казалось, что рай вот уже наступил. С Чимином было иначе, язык юркий и скользкий, а глотка казалось была чертовски глубока, иначе как получалось так глубоко заглатывать и не давиться. Хотелось так же, но с Куки и при этом не хотелось, чтобы брюнет подобным мастерством владел, ибо это могло значить лишь одно – опыт, а в Намджунее впервые пробудилась некая жадность и потому наличие опыта у младшего могло бы сильно огорчить. Несмотря ни на что, пока обладатель контратенора университета, ловко орудовал языком по твердой плоти, надавливая на все чувствительные места, Ким плотно глаза зажмурил и представлял сейчас на коленях совсем другого человека. Как только по телу начала идти дрожь, а узелок внизу живота стягивался плотным узлом, Джун за волосы оттянул Пака, тут же пачкая спермой лицо младшекурсника, на что тот издал тихий стон и легко ощутимая дрожь, исходившая от мальчишки передалась в пальцы старшего. Это означало лишь одно, Пак только что кончил. Блондин ухмыльнулся, отпуская волосы и наскоро поправляя свою одежду, тут же включая яркий свет в туалете, освещая комнату и позволяя Чимину увидеть, кто же на самом деле перед ним. Ужас что отобразился на лице парня был непередаваем, он нервно попятился назад, отползая и при этом пытаясь вытереть сперму с лица, брезгливо стряхивая ту на пол. - Скажи Пак Чимин, какого это отсосать и кончить от парня, которого всем своим естеством ненавидит твой возлюбленный? Наверное, просто ужасно. Ты ведь знаешь Тэхена, он тебе это не простит. У Чимина глаза заметно мокреют, пальцы судорожно хватают собственные плечи, которые заметно подрагивают в предстоящей истерике - Ты..Ты обманул меня! Ты выдал себя за Тэ! Жалкая попытка оправдаться и схватиться за соломинку утопающему - Никто тебя не обманывал, я же не говорил тебе своего имени, а ты не спрашивал. Я просто позволил тебе делать то, что ты хотел. Уверяю тебя, Тэхен не поймет, возможно, даже отомстит и покалечит. Впрочем, разрешаю тебе сохранить это в секрете и спасти свою жалкую тушку, я ему не скажу. На этих словах Ким выходит из ванны, громко хлопая за собой дверью оставляя биться в истерике одного маленького разбитого хориста, который понимал, что старший прав – Тэхен не простит.

***

Мысленно возвращаясь к тому вечеру, Джун понимал насколько идеально он играл все это время. Чимин не разболтал о произошедшем, а Намджун старательно изображал из себя человека подавленного и угнетенного, позволяя Тэ радоваться этой картиной. Но сейчас, сидя напротив Чонгука, играть эту роль надобности не было и Чон отлично понимал, что это лишь хорошо поставленный спектакль. За это блондин и любил младшего. Он был проницательным, видел глубже чем другие, понимал намного больше. Всего нутро было сплошным радаром, он целиком состоял из мыслей, а острый ум позволял быстро реагировать и анализировать, делая верные умозаключения. И сейчас, Намджун уверен, что его младшенький догадался о том, что вся эта напускная хмурость была ничем иным нежели обманом и он терпеливо ждал, когда брюнет, сидящий напротив задаст волнующие его вопросы. Чонгук не ожидал, что старший вызовет в нем столько волнения одним своим взглядом, он понял, что не так-то просто сломить этого человека. А также понял, что какую бы правду, а Чон был уверен, что Ким врать не станет, ему сейчас не сказали, он все равно не перестанет восхищаться старшим. - Ты встречался с Тэхеном? Голос брюнета звучит немного осипшим, он сам не понимает причины этому и кажется, внезапно для самого себя, осознал, что он немного, совсем самую малость боится, что Тэ не солгал и даже не приукрасил. Намджун отрицательно кивает на этот вопрос, от чего Чонгук облегченно вздыхает, но тут же замирает словно каменное изваяние, ибо Ким продолжает: - Мы с ним спали. Это не была любовь или даже симпатия, это было просто любопытство. Возможно, я был не прав, когда решил использовать ради своего интереса нашего рыжеволосого друга, тем более, я не стану врать и говорить, что не знал о его чувствах к себе. Чонгук на это кивнул, вновь отмирая и, казалось бы, принимая такой ответ. - Он..- Чон немного запнулся, словно пытаясь найти в себе силы продолжить то что уже и так было не остановить. – Он рассказал некоторые нюансы, то как вы это делали, то - То как мне нравится, - Намджун продолжил за пареньком, таким образом спасая его от тех слов, что, казалось бы, могут ранить если их произнесет младший. И вновь кивок со стороны брюнета. - И тут я врать не стану, он сказал правду, - ведомый тем, что Чимин как на духу выложил всю информацию, Джун не видел смысла опровергать или допытывать подробности. Ему хотелось максимально облегчить тягость этого разговора для парня, что сидел сейчас напротив него. - Но послушай, я знаю о том, какие отношения были у вас, - на этих словах Чон вздрогнул и посмотрел немного виноватым взглядом на старшего. Казалось, что не Намджун тут сейчас объясняется, а Чонгук, будто он провинился, как нашкодивший котенок и сейчас его за это хорошенько отчитают. Тем временем старший продолжил: - Конечно, это немного запутано, но все равно, это не означает, что допустим, то что делали вы за закрытыми дверями, тебе будет нравится с другими. Если тебе нравится есть яблоки, это ведь не значит, что ты станешь их добавлять в любую свою еду. Так, к примеру, ты ненавидишь их в салате с клюквой. Так же и со мной, то что происходило с Тэхеном не значит, что произойдет и между нами. Вы совсем разные и это совсем другой вид отношений. Чонгук понимал, что пытается донести до него блондин, да и пример был довольно явственный и все же зерно сомнений все еще теплилось где-то внутри. - А какие они, наши отношения? - вопрос совсем не тот, что хотелось задать, но он вырвался раньше чем Чон осознал это. Ким немного нахмурился, буквально прожигая своими глазами в младшем дырку. Он смотрел прямо, взгляд был словно целая тонна по весу и при этом казалось стал еще темнее прежнего, где-то там, внутри, казалось, виднелись демоны. В голове Куки внезапно тяжелым грузом осела мысль о том, что это не демоны вовсе, а дьявол. И прямо сейчас, этот дьявол смотрит в душу и медленно забирает ее себе. Старший корпусом вперед поддается, руки аккуратно складывает перед собой и медленно касается ладонью ладони брюнета, не отводя при этом взгляда. - Такие, что я сломаю и заставлю ползать по земле любого, кто тебе навредит. И у Чонгука нет сомнения, Намджун ему не врет, он действительно сломает, растопчет и уничтожит. Душа только что была отдана Дьяволу, без права на возврат и кажется младший даже не против такого расклада.