Когда ослепляет луна

      Ухмылка.       Ее бесила эта вечная, самодовольная ухмылка на его лице. Она как-будто бы была изюминкой парня. Какой-то особенностью что ли, что заставляло многих девушек томно вздыхать. И Маринетт никогда не сможет их понять. Дюпэн даже было немного жалко тех девушек, которые не видели истинного, наглого монстра.       Адриан был невозмутим, как считала Дюпэн. Парень при любой подходящей возможности дразнил ее, сводил с ума и заставлял возмущаться до покраснения. Порой хотелось вылить на него порцию горячего супа и наслаждаться шокированным лицом парня. Да, Маринетт бы с радостью посмотрела на это зрелище, но, увы, как таковой возможности не было.       Потому что все боялись его. Маринетт не знала точной причины, но все по-своему вздрагивали об упоминании его имени. Ведь, как казалось девушке, Адриан совершенно не серьёзно относился к любой ситуации. Был, так сказать, ветреным парнем, который имел славу и деньги. Да и сама девушка не углублялась в подробности, не желая знать какую-либо информацию о нем.       А разговоры были о нем настолько часты, что Маринетт тем или иным способом узнает по три-четыре новости о жизни Агреста в день. И это злило. Безумно злило, из-за чего хотелось кричать и заткнуть свои уши наушниками, чтобы не слушать болтовню о парне. Слишком много он стал занимать времени в ее жизни, что настораживало Маринетт. Надо было держаться подальше от этого парня, потому что она не желает каких-либо проблем. Ей это не нужно.       Ведь она всегда была правильной. Точнее, была более менее правильной, нежели другие девушки. И встречалась она всего лишь один раз. С парнем, который был старше ее на год, да и в принципе, Маринетт никогда не испытывала к нему чувства. Кроме как дружбы. И проблем, да хлопот он ей не доставлял. А тут в ее жизнь врывается Адриан Агрест, с которым она и вовсе не состоит в отношениях, но парень как-то умудряется доставить ей все это.       А его взгляд. Взгляд Агреста всегда изучал ее, из-за чего она отворачивалась и немного смущалась. Он смотрел на нее прямо, иногда насмешливо, но смотрел ей прямо в глаза.       Что, в принципе, он и делал в этот момент. На лице, как обычно, красовалась ухмылка и, скрестив руки, парень облокотился на спинку стула. Агрест смотрел на нее совсем не стесняясь. И она готова была поспорить, что парень прожигал в ней огромную дырку. Они каким-то странным образом оказались наедине в пустом кабинете. Преподаватель попросила помочь Дюпэн с растениями, на что она и согласилась. Но, Маринетт и вовсе не ожидала увидеть там Агреста.       Тщательно вытирая пыль с лепесточков растений, она изредка поглядывала на него, на что непременно ловила взгляды на себе. Ее нервы, в конце концов, были не железными и она, не выдержав, грозно взглянула на него.       — Может хватит на меня смотреть! — прошипела сквозь зубы девушка, скрещивая руки на груди.       — А что, нельзя? — ухмыляется парень, затем и вовсе приподнимает уголки своих губ. — Ничего, не растаешь.       — Агрест, это очень не приятно, когда на тебя глазеют, — взмахивает руками Дюпэн и поджимает губы. — У тебя достаточно знакомых девушек, которые не сказали бы и слова.       — Малявка, неужели ты ревнуешь? — улыбается шире, проводя рукой по блондинистым волосам, заставляя девушку поморщить нос. — Сегодня, так уж и быть, я весь твой. Тем более, хочется переключиться на что-нибудь другое, новое. Недоступное, — выделил последнее слово Адриан.       — Как я уже повторила, у тебя есть множество вариантов. Так что тебе дорога в клуб и все проблемы решены, — уверенно проговаривает Маринетт, но тут же затихает, когда парень поднимается до стула.       — Маринетт Дюпэн-Чэн, ты ещё влюбишься в меня, — лучезарно улыбается, делая круги вокруг нее. Она уже была готова сказать что-то в ответ, но он продолжил. — И, осторожнее с этим, ведь ты будешь чертовски страдать.       Он ушел, просто испарился в воздухе. Девушка осталась одна, переваривая только что сказанную информацию. Мозг никак не хотел соображать, поэтому она так и осталась стоять на своём месте с жалкой тряпочкой в руках. А что ей можно было сказать в ответ? Ничего, совершенно ничего.       Но она точно знала, что этому никогда не бывать. ***       Холодно.       Ближе к вечеру подул холодный ветер, и температура в комнате резко изменилась. Окно было открытым нараспашку, из-за чего был слышен шум улиц. Он любил вот такую вот атмосферу, наслаждаясь каждой секундой. Адриан любил холод. Осень предоставляла ему это.       Время показывало ровно половину седьмого. Парень нахмурился, ведь Маринетт должна была прийти еще пол часа назад. Если бы даже у нее возникли внезапные обстоятельства, Дюпэн-Чэн обязательно бы оповестила его об этом. Запустив руку в карман на поиски мобильного телефона, парень вытащил его и набрал нужному абоненту.       «Малявка». Именно так была записана Дюпэн на его телефоне. Гудки шли, и обладательница этого номера всё никак не брала трубку. Он сжал кулаки, потому что его раздражает, что что-то может быть не под контролем. Особенно в его руках. Особенно, если это касается его семьи.       Девушка, после некоторого времени, все-таки ответила. Её голос. Он был тихим, очень тихим, что ему показалось, как-будто явно что-то произошло. Дюпэн бросила короткое «Да?», даже не подозревая, что общается с Агрестом. Он представился, затем отчитал её за опоздание, в ответ получив объяснение всему этому.       Адриан попросил номер её матери, на что она явно не так отреагировала. Потому что он отчетливо слышал, как она упала. Ну, или что-то упало. Чертыхнувшись, девушка отказала парню и бросила трубку, совсем не подозревая, какими последствиями это обернется.       Адриан злостно выдохнул. Еще никто так нагло не бросал трубку при разговоре с ним. А эта девчонка. Эта малявка делает все по-своему, совсем не слушаясь его. Все это было так по-новому, что Адриан и не предполагал что делать: оставить эту девушку в покое, забывая о ее существовании, или же хорошо проучить и показать, кто тут хозяин? Он привык, что все всегда подчиняются ему, слушаются. Агрест настолько привык к этим фальшивым маскам, к ненастоящим людям, что совсем забыл об искренности. Да и в этом мире сейчас она была бесполезна.       Однако, Дюпэн всегда считала иначе.       Она была загадкой для него. Пусть даже девушка была чистой и открытой, но имела свои особенности. Свои тайны, которые Адриан никак не сможет разгадать и понять. Да и впрочем, зачем ему это? Неужели нельзя оставить все как есть? Ну, а парень просто любит загадки, поэтому и не отступиться.       Он знал. Он верил, что где-то в глубине души у нее сидят дьяволы. Что где-то в голове топчутся черти. И, что она не такая ванильная, не такая правильная, как кажется всем. Он видел её насквозь. Ведь люди не могут быть такими. И она не исключение.       Адриан чувствует её настоящую. Со всеми желаниями. Ведь дьяволы в её душе не могут врать. Они желают его. И он, в конце концов, убедился в этом сегодня. Дюпэн однозначно хотела его. Но какая-то сторона мешает ей это сделать. Он сорвет маски, овладеет ею и успокоится. Тогда-то все и станет на свои места. Его притягивало всё недоступное, запретное. Маринетт была именно такой. Однако, и зацикливаться на этом парень не собирается. Пора бы уже девушкам понять, что он временный и непостоянный.       Завтра он будет вести себя по-другому. Пора бы уже перестать церемониться с Маринетт и осуществить свои планы. Хоть она и была загадкой, но прежде всего являлась девушкой. А Адриан знал к ним подход. Надо будет обязательно проучить эту малявку, сорвать маску правильной-невинной-девочки и доказать себе в который раз то, что все женщины одинаковые. ***       На следующий день Адриан как-то странно смотрел на Маринетт. И она несомненно чувствовала, что все это неспроста. Она ощущала каждый взгляд, холодных, прямо-таки ледяных глаз. И вздрагивала, ощущая каждым миллиметром кожи мурашки. И она каждой клеточкой кожи чувствовала на себе просто проживающий, просто жадный взгляд.       И ей, разумеется, становилось не по себе. Хотелось бежать куда-нибудь подальше от тех жгучих, зеленых глаз и спрятаться. Как трусишка. Потому что в голове возникало множество мыслей. И все, абсолютно все смешались в кучу и мешали думать.       Маринетт оповестила Алью об уходе в уборную, на что та одобрительно кивнула. Быстро пробежав длинный коридор, Дюпэн-Чэн буквально вбежала в туалет и облокотилась о раковину, шумно дыша. Набрав в ладони ледяную воду, она аккуратно приложила руки к красным щекам и выдохнула. Как-будто бы полностью остыла.       Пробыв там всю перемену, Маринетт сначала не осознала это, но, зная, что хорошим это не обернется, она вышла из уборной и направилась к нужному кабинету. К сожалению, дойти до кабинета ей не удалось, так как в ту же секунду девушка была прижата к холодной стене.       Она почувствовала только дикий страх. Тело задрожало, а сердце от резких действий незнакомца билось с такой бешеной скоростью, что Маринетт абсолютно была уверена, что когда-нибудь оно да и выскочит. Широко распахнув свои глаза, она увидела перед собой того, кого хотела избежать с самого первого урока. Адриан смотрел на нее прямо, уверенно и даже как-то по-своему дерзко. Она чувствовала его горячее дыхание у себя на губах, и то, как он был напряжен.       Маринетт внимательно осмотрела его лицо и ждала, покорно ждала, когда он что-нибудь скажет. Ведь в такой тишине, абсолютно одни было стоять жутко неловко. Показывать своё недовольство было совсем неуместно, потому что девушка не знала, что придет в голову этому Агресту. А помощи никто не окажет.       Он облизнул свои пухлые губы, и Дюпэн-Чэн уже точно знала, что хорошим это не закончится. Слишком уж долго она смотрела, на теперь уже влажные губы и, на автомате, так же поступила со своими. Агрест ухмыльнулся. Ухмыльнулся и прикусил ее мочку уха, из-за чего девушка тяжело выдохнула. Маринетт попыталась оттолкнуть его и попросить отпустить, но парень лишь сильнее прижал её к стене и улыбнулся.       — Дюпэн-Чэн, с этого дня все изменится.

«Ведь я любимец твоих дьяволов».