Семен Семеныч!

      Не знаю, сколько я так просидел на холодном кафеле, ни о чем особом не думая, как вдруг из оцепенения меня вывел телефонный звонок. Звонил Папайрус. Чего это он, на ночь глядя?       — Алло, — пробормотал я в трубку, — Чего надо?       — Семен, — отозвался полный энтузиазма голос Папайруса, — срочно дуй в Вотерфолл в лавку Герсона. Мы с Альфой и Бетой ждем тебя там. Подробности на месте. Все, отбой.       — Э, э, э… — но ответом мне были лишь гудки.       — Ну что ж, — я кое-как поднялся с пола, — назвался груздем, так полезай в кузов. Придется тащиться к Герсону. Интересно, что они там накопали?       Я покинул лабораторию и, чтобы не тащиться через весь Вотерфолл, решил воспользоваться услугами лодочника. У него как раз остановка напротив лавки Герсона.       Добравшись до места, я обнаружил, что обычно безлюдная улица теперь кишит любопытствующими. Хорошо, над всей этой толпой как путеводный маяк возвышался Папайрус, который пытался разогнать наблюдателей фразами, типа «разойдитесь, здесь нет ничего интересного». Естественно, это лишь сильнее разжигало любопытство окружающих, и они сильнее напирали на беднягу, который и так с трудом сдерживал их от проникновения в лавку. Я решил помочь ему и громким шепотом сообщил первому попавшемуся монстру:       — Поговаривают, что недавно видели человека неподалеку от лаборатории в Хотленде. Но только это следственная тайна. Я об этом узнал только потому что стал свидетелем этого.       Как я и ожидал, все внимание тут же переключилось на меня. Многие тут же начали собираться в Хотленд, чтобы тоже побывать на месте «происшествия», и через несколько минут у лавки Герсона остались только я, Папайрус и Напстаблук, который оказался свидетелем происшествия, про которое мне так никто толком и не рассказал.       — Слушай, ты серьезно? — поинтересовался у меня Папс, когда мы зашли в лавку, где уже вовсю сновали Альфа и Бета, принюхиваясь и порой опускаясь на четвереньки, — Около лаборатории действительно был замечен человек? А почему мне ничего не сообщили?       — Потому что я это придумал только что, дабы помочь тебе разогнать толпу, — отозвался я и обратился к Бете, — Ну, чо тут у вас?       — Грабеж, при свете дня, — проскрипела старая черепаха, — Пришел, такой, в капюшоне, челка на глаза свисает, нож к горлу. «А ну, — говорит, — гони живо выручку и товар». Ну, а мне что делать? Пришлось выполнить требования, чтобы не зарезали. Потом он меня привязал к стулу, а сам вышел из лавки. Потом ко мне пришел Напстаблук и вызвал Папайруса. Ну, а затем вы ко мне явились полным составом.       — В котором часу произошло ограбление? — поинтересовался я.       — В начале девятого, — отозвался старик.       — Так, отлично, — я записал его слова в блокнот, — а вы сможете описать преступника?       — Не знаю, — покачал головой Герсон, — ты же видишь, тут достаточно темно, плюс у него был капюшон так надвинут, что лица видно не было.       — Однако ты все-таки понял, что это был он.       — Ну да, — кивнул Герсон, — у него голос был грубый, не женский, плюс он смог утащить пятидесятикилограммовый ящик крабовых яблок, а его и не всякий мужик поднимет.       — Ну, а рост можешь примерно сказать? — еще раз решил попытать счастья я, — Телосложение? Походка?       — Ну, — Герсон задумался, — ростом он примерно с Папайруса, но только потолще и помощнее будет. Ходил на прямых ногах, не сгибая их в коленях, немного горбился. А так больше ничего и не вспомню.       — И на том спасибо, — я записал описание преступника, — а во что он был, собственно, одет?       — Толстовка с капюшоном цвета индиго, — отозвался торговец после некоторого раздумья, — черные зауженные джинсы и кеды. Вот и все.       — М-м-м, спасибо, — пробормотал я, записывая все эти данные, — не волнуйтесь, мы найдем того, кто вас ограбил.       — Естественно, — кивнул Папайрус, — ведь если мы найдем человека…       — Папс, акстись, — я решил вернуть его с небес на землю, — во-первых, ты сперва его найди, во-вторых, что-то мне подсказывает, что в этом деле человек не принимал участия.       — Но… — начал было скелет, но я предупреждающе поднял руку:       — Папайрус, послушай, ты знаешь, что если на тебя надеть маску с человеческим лицом, парик и облачить тебя в куртку с капюшоном, то ты сам станешь вылитым человеком?       — Ты это сейчас к чему? — разозлился Папайрус, вновь включая свои глаза-прожекторы, — Ты хочешь сказать, что это я ограбил Герсона?! Переоделся человеком и напал на уважаемого торговца?!       — Не злись, — примирительно сказал я, — я ничего такого не подразумевал…       — А что ты тогда подразумевал? — продолжал бушевать скелет.       — Я имел в виду, что кто угодно мог переодеться под человека и не обязательно это будет человек, — отозвался я, — а что, удобно. Смотри, пока мы будем гоняться за человеком, он вполне себе может замести все следы, реализовать товар и жить себе припеваючи, — я немного помялся, но не удержался и добавил, — и я не исключаю, что наш ночной визитер, Папайрус, за которым ты гонялся в первую ночь нашего знакомства, тоже на самом деле был не человеком, а лишь замаскированным монстром, который, наверное, захотел над тобой пошутить.       — Это что же получается, — вмешалась в наш разговор Альфа, — если твоя версия окажется верной, то мы на самом деле гоняемся за воздухом?       — Получается так, — кивнул я, — но это лишь версия, так что… Кстати, что там у нас с уликами?       — Преступник оставил свой нож, — отозвался вынырнувший из-за прилавка Бета, — только он обработал его какой-то сильно пахнущей жидкостью. Плюс, как говорит Герсон, он работал в перчатках.       — Ясно-о-о, — разочарованно протянул я, — то есть, никаких зацепок? — я повернулся к Герсону, — может, у вас в последнее время с кем-то обострились отношения? Или у вас появлялись подозрительные личности? Может, кто-то интересовался, как идут дела в вашем магазине?       — Нет, — покачал головой старец, — ничего такого вроде не было. Да и никого подозрительного у нас, в Вотерфоле, не бывает. Сам знаешь, у нас тут тихо, спокойно.       — Да, тихо, спокойно… — отозвался я, — сперва все действительно тихо, спокойно, а потом магазины обчищают. Да… Стойте!       — Что такое? — обернулись ко мне Альфа с Бетой.       — Я только что вспомнил, — я сам не до конца понимал, почему только сейчас до этого додумался, — у Альфис же по всему Подземелью камеры развешены!       — И одна из них прямо напротив лавки! — воскликнул Папайрус, — Семен, да ты гений!       Альфа, Бета и Герсон тоже начали радостно вскрикивать, хлопать себя по лбу, а потом меня по плечу и говорить мне, что я гений.       — Ребят, ребят, — попытался я урезонить их, — нам же еще к Альфис нужно! А уже час поздний: без пятнадцати десять. Альфис уже, возможно, дрыхнет без задних лап.       — Это ты дело говоришь, — кивнул Папайрус, — все, все живо на выход. Идем к Альфис. Нам надо успеть, пока видеозапись не стерли.       — А что, их стирают? — удивился я.       — Ну да, — кивнул Папс, — их стирают каждую полночь, чтобы не занимали лишней памяти. Так что у нас еще два часа, чтобы просмотреть запись. Идем!       Мы последовали его совету и все дружно погрузились в лодку к Лодочнику. Герсон и Напстаблук остались, чтобы закрыть лавку. Мы же приплыли к лаборатории Альфис и тут же кинулись к двери в нее. Бета и Папс тут же начали колошматить ногами и кулаками в дверь, громко зовя королевскую ученую.       — Кто там? Что вам надо? Чего вы ломитесь? — послышался за дверью надрывающийся голос Альфис.       — Альфис, — я отодвинул ломящихся пса и скелета, — это я, Семен Семеныч. А со мной Альфа, Бета и Папайрус. Извини, что мы так поздно и вломились так к тебе… Мы, наверное, разбудили тебя?       — Д-да нет, — отозвалась Альфис, — я как раз работала над своим проектом. И вы меня прервали!       — Приношу свои извинения, но нам нужна твоя помощь, — как можно деликатнее сказал я, пресекая попытки Папайруса что-то вставить в мою речь, — нам нужно просмотреть некоторые видеозаписи, чтобы поймать преступника. Ты же нам поможешь, да?       — М-м-м, — послышалось из-за двери, — я бы с радостью, но я действительно занята, так что вам придется все просмотреть самим, — дверь открылась, и на пороге показалась Альфис, — только… Семен, ты сможешь потом… помочь мне?       — Поможет, поможет, — за меня ответил Папайрус, — дай нам пропуск в архивы.       — Х-хорошо, — Алфис протянула ему ключ-карту, — комната на втором этаже. Когда закончите, положите карту в мой рабочий стол, а ты, Семен, спустись вниз на лифте. Я буду ждать тебя там, — ящерка махнула нам на прощание хвостом и скрылась в кабинке лифта. Послышался шум мотора.       — Ну что, пошли, — поторопила нас Альфа и первая зашла на эскалатор. Мы последовали за ней.       Когда мы нашли нужный нам кабинет, я тут же уселся за комп и поднял записи с Вотерфолла за восьмой час. Сперва камера показывала спокойную улицу. Однако в 20:15 произошло кое-что интересненькое. Я заметил своего старого знакомого. Флауи, цветочек Флауи… что же ты тут делаешь? Что самое удивительное, кроме меня никого не насторожило появление этого цветочка: меня подняли на смех, когда я выдвинул предположение, что этот цветочек может быть тут при делах. Вскоре после того, как Флауи убрался из видимой зоны, появился наш клиент. Что примечательно, оттуда, куда убрался тот цветочек. Но я решил не заострять на этом внимание моих сотоварищей, которые были увлечены рассматриванием преступника.       — Я, конечно, не спец, но в принципе, я согласен с Семеном, — сказал Бета, — какой-то… ненатуральный этот человек.       — Хоть и непривычно это сознавать, — отозвалась Альфа, — но в данном случае я, пожалуй, с тобой соглашусь, — она ткнула когтем в экран, — никогда не видела, чтобы у людей были хвосты.       — Вообще-то бывают, — сказал я, — это называется атавизм.       — Но я не думаю, что хвосты у них как у кроликов, — отозвалась Альфа, — Надо бы проверить эту пушистую братию.       — Думаю, я могу с этим помочь, — сказал я: мне лично хотелось выяснить, кто это под меня подделывается, — у меня есть знакомства среди них, могу воспользоваться ими.       — Отлично, — кивнула Альфа, — ты с Папайрусом отработай кроликов, в конце-концов, у него дом в их поселке, у тебя среди них есть знакомства, так что… вам сам бог велел этим делом заняться. А мы с Бетой отработаем другие версии. Ну, а теперь я думаю, что нам пора расходиться. Завтра снова встретимся в баре «У Гриллби», может, у кого какие новые мысли появятся.       — Да, как говорится, утро вечера мудренее, — сказал я, выключая компьютер, — ладно, ребята, вы идите, а мне еще к Альфис надо, — я наградил Папайруса злобным взглядом, — сосватали меня помогать ей.       — Ну Семен, я же ради дела, — развел руками скелет, — ну прости меня.       — Хорошо, но твое «прости» в карман не положишь. Так что с тебя закусон завтра у Гриллби.       — Да без проблем, — с улыбкой отозвался Папс, — как ты говоришь, за мной не заржавеет? Ну ладно, бывай.       — До скорого.       Распрощавшись с ребятами, я пошел к лифту. Он звякнул и услужливо распахнул дверцы. Я зашел в него; лифт стал спускаться, как вдруг…