Красное королевство

***

      Зал совета в Красном королевстве тонул в полумраке. Тяжёлые шторы на окнах были задёрнуты — никто не хотел видеть снаружи то, что происходило последние недели. Только длинный стол, заваленный картами и свитками, да несколько масляных ламп, отбрасывающих на стены тревожные тени.       За столом сидели шестеро. Новый совет. Те, кого Андрей назначил после того, как старый… не справился. Сам король восседал во главе стола, барабаня пальцами по резному подлокотнику. Лицо его было бледным, под глазами залегли тени — последние ночи он почти не спал.       — Докладывайте, — коротко бросил он. Первым поднялся военный советник — грузный мужчина с седыми висками и тяжёлым взглядом.       — Ваше величество, ситуация на границах стабильна. После потери Анрвейра улты затихли, но ненадолго. Они перегруппировываются. По нашим данным, у них появился новый вождь — умный, хитрый. Ждите новой волны.       — Сколько у нас времени?       — Месяц. Может, два. Андрей кивнул, принимая информацию.       — Что с продовольствием? Поднялась женщина средних лет с острыми чертами лица — глава продовольственной службы.       — Скудно, ваше величество. Зима выдалась тяжёлой, запасы подходят к концу. Если не будет нового урожая, к лету начнётся голод.       — Будет урожай, — отрезал Андрей. — Если мы доживём до лета. Следующим заговорил советник по науке — сутулый старик в очках, нервно теребящий свиток.       — Ваше величество, исследования продвигаются, но… медленно. Книги, которые мы смогли достать, не дают ответов. Эринкийские тексты слишком сложны, некоторые слова мы не можем перевести уже полгода.       — А маги? — Андрей повернулся к человеку в тёмной мантии.       — Маги работают, — ответил тот. — Но без эринкийской крови наши ритуалы бесполезны. Мы не можем открыть порталы, не можем создать барьер. Всё упирается в один источник.       — Кровь, — мрачно подтвердил Андрей. — Всегда кровь. Тишина повисла в зале.       — Ваше величество, — подал голос самый молодой из советников, — может, стоит обратиться к другим королевствам? Зелёное, например… они наши соседи, у них есть маги, учёные…       — Зелёное нас бросит, — отрезал Андрей. — Как только узнает о наших проблемах. Они будут спасать себя. Как и все.       — Но если потоп действительно грядёт…       — Если потоп грядёт, каждый будет думать только о себе. — Андрей сжал кулаки. — Поэтому мы должны действовать сами. Он перевёл взгляд на женщину, сидящую в самом конце стола. Она молчала всю встречу, но Андрей знал — она ждала своего часа.       — Миори, — обратился он к ней. — Ты говорила, что есть новости. Все головы повернулись к деснице. Миори поднялась. Спокойная, собранная, с той особенной уверенностью, которая появляется у людей, знающих то, чего не знают другие.       — Есть, ваше величество, — сказала она. — И я полагаю, они вас обрадуют.       — Говори.       — Кровь эринкийца из королевской семьи скоро будет у нас. В зале повисла тишина. Потом кто-то ахнул, кто-то зашептался.       — Откуда такая уверенность? — спросил военный советник.       — У меня есть… источники, — уклонилась Миори. — И есть человек, который готов помочь. Добровольно.       — Добровольно? — Андрей прищурился. — С чего вдруг?       — У этого человека свои мотивы. Ей нужна помощь — мы поможем. Взамен на кровь.       — Алисия?       — Да. Зал взорвался шёпотом.       — Эринкийская принцесса? — выдохнул советник по науке. — Но как? Где она?       — Скоро будет здесь, — твёрдо сказала Миори. — Если всё идёт по плану. Андрей смотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.       — Ты уверена, что ей можно верить?       — Я верю, — просто ответила Миори. — А большего и не надо.       — Хорошо. — Андрей откинулся на спинку кресла. — Если кровь будет у нас, сколько времени нужно, чтобы открыть лабораторию Аэлии?       — Если верить свиткам, которые у нас есть, — подал голос советник по науке, — сам ритуал займёт не больше дня. Но чтобы добраться до Палицы…       — Доберёмся, — отрезал Андрей. — Нас там ждут. Он обвёл взглядом советников.       — Вы слышали. У нас появился шанс. Теперь вопрос — не упустим ли мы его.       — Не упустим, — твёрдо сказала Миори. — Я прослежу.       — Хорошо. — Андрей поднялся. — Тогда готовьте всё к приёму гостьи. И чтобы никто — слышите? — никто не знал об этом раньше времени. Советники разошлись. Тяжёлые дубовые двери закрылись за последним из них, и в зале стало тихо. Андрей стоял у окна, глядя на заснеженный двор. Миори осталась.       — Ваше величество, — сказала она. Он не обернулся.       — Я должна вас предупредить.       — О чём? — спросил он, не поворачиваясь.       — Алисия — не просто принцесса. Она человек, который уже многое пережил. Если вы попытаетесь использовать её силой… ничего не выйдет. Андрей усмехнулся.       — Ты думаешь, я настолько глуп?       — Я думаю, что отчаяние делает людей слепыми. Он повернулся к ней. В его глазах не было злости — только усталость.       — Я не слеп, Миори. Я просто хочу спасти своё королевство. Любой ценой.       — Я знаю. — Она кивнула. — Поэтому я здесь. Она помолчала.       — Вы думаете, я не понимаю, что вы задумали? — сказала она тихо. — Привести её силой. Запереть. Выкачивать кровь, пока не добьётесь своего. Но это не сработает.       — Почему ты так уверена?       — Потому что я знаю Алисию. Она не подчинится. Она скорее умрёт, чем позволит использовать себя. Андрей сжал кулаки.       — Тогда что ты предлагаешь?       — Уговорить её, — сказала Миори. — Добровольно.       — Добровольно? — он усмехнулся. — И как ты это сделаешь?       — У неё есть слабость, — сказала Миори. — Её отец. Он болен. Ему нужно зелье, которое может продлить жизнь. Я знаю рецепт. Я могу его сварить.       — И ты предложишь ей сделку? Кровь — в обмен на зелье?       — Да. Андрей смотрел на неё долгим взглядом.       — Ты уверена, что она согласится?       — Уверена, — ответила Миори. — Она сделает всё, чтобы спасти отца.       — А если нет?       — Тогда возьмем кровь силой. — Миори пожала плечами.

***

      Алисия очнулась на чём-то мягком. В голове гудело, в ушах стоял звон после того оглушающего хлопка, а тело ломило так, будто её пропустили через мельницу. Она открыла глаза. Высокий потолок, расписанный золотыми узорами. Мягкий свет из больших окон. Она — в ночной сорочке, в тёплой постели. И тишина — такая, какая бывает только в очень богатых домах.       — Очнулась? — спросил он, не поднимаясь с кресла. Алисия резко села, схватившись за голову. Крайз наблюдал за ней с ленивым интересом. Не жестоко, не зло — просто отстранённо. Как смотрят на механизм, который проверяют на исправность.       — Где я? — спросила она, и голос её дрожал.       — Мои покои. Сванхельд, столица Белого королевства. — Он поднялся, но не приближался. — Ты в безопасности. Насколько это вообще возможно в сложившихся обстоятельствах.       — В безопасности? — она горько усмехнулась, обхватив себя за плечи. — Ты меня похитил.       — Я сделал то, о чём ты просила, — поправил он. — Доставил тебя в Белое королевство. И теперь даю выбор.       — Выбор?       — Да. Сотрудничество или... — он сделал паузу, — дальнейшее пребывание в качестве гостя. Я предпочитаю первый вариант. Он продуктивнее для обеих сторон. Он отошёл к окну, давая ей время осознать. Алисия смотрела на его спину, на белоснежную одежду, на ровную, спокойную осанку — и не узнавала его. Это был не тот Вальтер, с которым они часами сидели в библиотеке. Не тот, с кем целовались до потери пульса. Не тот, с кем она хотела проводить каждую минуту свободного времени. Это был кто-то другой. Чужой.       — Мне нужна твоя кровь. Для барьера, — сказал он, не оборачиваясь. — Без неё погибнут миллионы. Не потому, что я так хочу, а потому, что другого способа активировать защиту я не нашёл.       — И ты думаешь, я соглашусь? — Её голос дрожал, но в нём уже закипала ярость. — После всего, что ты сделал? После того, как ты... Она не договорила. Слова застряли в горле. Но Крайз, кажется, понял.       — Ты согласишься, — произнёс он спокойно. — Потому что корень Фратху, за которым ты шла через весь континент, нужен не Ши'ире. Алисия замерла.       — Что?       — Зелье, которое сварила бы Миори, нужно твоему отцу. — Он обернулся. — Аэлия болен. Каждый день на счету. Ты же не знала? Тишина. А потом — взрыв.       — Ты... — Алисия вскочила с кровати, пошатнулась, но устояла на ногах. — Ты всё это время... ты целовал меня, ты держал меня за руку, ты говорил, что я тебе дорога, — и всё это было ради моей крови?! Ты просчитывал каждое слово? Каждый жест? Каждый поцелуй? — Голос её сорвался на крик. — Ты хоть что-нибудь чувствовал? Или я для тебя просто... ресурс? Крайз не двинулся. Он стоял, глядя на неё, и лицо его было непроницаемым.       — Я говорил правду, — сказал он. — Всё, что я говорил тебе, — правда. Но правда и то, что без твоей крови твой отец умрёт.       — Не смей! — Она шагнула к нему, и в глазах её стояли слёзы. — Не смей использовать его против меня!       — Я не использую. Я предлагаю сделку. — Его голос был ровным, но в нём появилась какая-то новая, едва уловимая нотка. — Твоя кровь — активация барьера. Мой корень — зелье для твоего отца. Ты получаешь то, за чем шла. Я получаю то, что мне нужно. Мы оба выигрываем.       — Ты... ты чудовище.       — Да, — согласился он. — Но чудовище, которое предлагает тебе честную сделку. Алисия смотрела на него, и в голове крутились слова, которые она хотела сказать, но не могла. Слишком много всего. Слишком больно. Она хотела спросить: «А Вальтер? Тот, с кем мы были так близки, — он вообще существовал? Или это всё была маска?» Но она не спросила. Потому что боялась ответа. Крайз направился к двери.       — Ты хотела увидеть Сванхельд, — сказал он, останавливаясь. — Тебе покажут город. А пока подумай над моим предложением. И, Алисия… — Он обернулся, и в его глазах мелькнуло что-то почти человеческое. — Я не играл с тобой. Ни разу. Все мои слова были правдой. Даже те, которые тебе не понравились. Он вышел, оставив её одну. Алисия осела на пол, глядя на дверь. А в голове сменялись картинки. Одна за другой. Как они замерли в нескольких сантиметрах друг от друга, а Нарата вошла, приводя их в чувство. Как он укрыл её своим плащом, когда она плакала после разрыва с Дракарисом. Как он протянул ей руку на мостике. Как они смеялись над чем-то глупым в повозке. Как он смотрел на неё, когда думал, что она не видит. И всё это время — всё это время он был тем, о ком ходит столько страшных слухов? Но его слова — «я не играл с тобой» — звучали в голове, и она не знала, верить ли им. Отец болен. Умирает. Каждый день на счету. А корень Фратху — здесь, в этом ледяном королевстве, в руках человека, которого она любила и боялась одновременно. Она закрыла глаза. Что же будет дальше? Дракарис далеко, труппа тоже… она осталась одна. Совсем одна в чужом, далёком королевстве. Алисия обхватила себя руками, и почувствовала, как дрожь пробирает до костей. Не от холода — здесь было тепло, даже жарко. От пустоты. От осознания. Вальтер. Её Вальтер. Человек, который сидел с ней у костра, который укрывал её плащом, который целовал её в библиотеке, — его не существовало. Никогда. Это была маска. Игра. Стратегия. Она медленно подошла к кровати, на которой очнулась. Огромная, с белоснежными простынями и горой подушек. Подушка рядом с её была смята. С продавленным следом, будто кто-то лежал здесь совсем недавно. Будто кто-то спал рядом с ней, пока она была без сознания. Алисия замерла. Рука сама потянулась к этой подушке. Она взяла её, поднесла к лицу — и вдохнула. Запах ударил в нос мгновенно. Мороз. Книжная пыль. Дым костра. Чуть заметный аромат трав. Запах Вальтера. Её Вальтера. Того, кто читал ей сказки, кто поправлял выбившуюся прядь волос, кто смотрел на неё так, будто она была единственным человеком во вселенной. Того, кого она полюбила. И кого больше не существовало. Она прижала подушку к груди и опустилась на колени. Слёзы хлынули сами — горячие, неконтролируемые, сотрясающие всё тело. Она рыдала так, как не рыдала очень давно. Потому что тогда она теряла того, кого придумала сама. Того, кто никогда не существовал.       — Зачем? — прошептала она в пустоту. — Зачем ты это сделал? Она вспоминала его улыбку — ту, редкую, тёплую. Его голос, когда он говорил: «Ты красивая». Его пальцы, с любовью убирающие хлебные крошки с её лица. Всё это было ложью. Всё это было игрой. Он целовал её, зная, что однажды она узнает правду. Он говорил, что боится её потерять, — и уже тогда знал, что потеряет.       — Ты говорил, что не играл со мной! — выкрикнула она в подушку. — Ты врал! Ты всё врал! Она швырнула подушку в стену — та ударилась беззвучно и упала на пол. Алисия смотрела на неё, тяжело дыша. Потом снова взяла. Снова прижала к груди. И снова вдохнула этот проклятый, родной, невозможный запах. Она не знала, сколько просидела так — на коленях, на холодном полу, прижимая к себе подушку, которая пахла Вальтером. Минуту? Час? Вечность? Слёзы кончились, оставив после себя только пустоту и странное, болезненное спокойствие. А потом она рассмеялась. Сначала тихо, почти беззвучно — плечи задрожали, и она прижала ладонь ко рту, пытаясь сдержаться. Но смех рвался наружу, поднимался откуда-то из глубины, горький, истерический, неконтролируемый.       — Я сама, — выдохнула она в пустоту. — Я сама всё это сделала. Она не дождалась Ши'иру. Сбежала, как трусливая девчонка, решив, что справится одна. Отказалась от брака с Андреем — ладно, это было правильно. Но Ивор... Ивор предлагал защиту. Ивор был рядом. И она оттолкнула и его, потому что уже тогда смотрела на Вальтера. Вальтер. Человек, который с самого начала был не тем, за кого себя выдавал. Который знал слишком много для бродячего артиста. Который убивал без оружия. Который никогда не мёрз. И она — она! — видела все эти знаки. Замечала каждую странность. Каждое несоответствие. Но закрывала глаза. Потому что он был рядом. Потому что он поддерживал. Потому что она, как всегда, искала того, кто даст ей опору.       — Я же видела, — прошептала она, глядя на подушку. — Я же видела, что ты не тот, за кого себя выдаёшь. Я же знала, что ты врёшь. И всё равно... Смех снова вырвался наружу — громче, отчаяннее. Она смеялась над собой. Над своей глупостью. Над своей слабостью. Она бежала от одного мужчины к другому, и каждый раз искала в них защиту. Сначала Дракарис. Потом Вальтер. Два человека, которым она доверилась, — и оба оказались не теми, кем казались.       — Я слабая, — сказала она вслух, и слова упали в тишину. — Я всегда была слабой. Я искала того, кто защитит меня, вместо того чтобы защищать себя сама. И вот результат. Она обвела взглядом комнату — богатую, чужую, холодную. Комнату человека, который предлагал ей сделку. Который нуждался в её крови. Который, возможно, никогда не любил её — но говорил так, что она верила.       — Я сама выбрала этот путь, — прошептала она. — Я сама во всём виновата. Она закрыла глаза и прижалась лбом к подушке, всё ещё пахнущей Вальтером. Запах выветривался. Скоро его не останется совсем. Как и самого Вальтера. Отец умирает. Миори ждёт. Корень здесь. И человек, который предлагает ей сделку, — единственный, кто может помочь. Она должна согласиться. Должна. Даже если каждое слово, сказанное им, было ложью. Даже если каждый поцелуй был стратегией. Она поднялась. Вытерла слёзы. Расправила плечи.       — Хватит, — сказала она себе. — Хватит быть слабой.