Красное королевство

      Пока слуги разравнивали песок на арене и готовили площадку для второго этапа, Марцел снова взял слово.       — Друзья! Первый этап завершён, но турнир продолжается! Сейчас вас ждут магические поединки! — Он выдержал паузу, давая трибунам отреагировать одобрительным гулом. — Правила просты: никакого оружия, кроме собственной силы. Поединок длится до тех пор, пока один из участников не окажется на земле, не сдастся или не будет вытеснен за пределы арены. И, прошу заметить, — он поднял палец, — защитный купол выставлен нашими магами заранее. Зрители в безопасности. По трибунам пробежал смешок.       — А теперь представляю участников! Первой на арену вышла женщина. Тарийка — смуглая, с короткими жёсткими косичками, украшенными золотыми бусинами. Её одежда больше напоминала свободные одеяния пустынных кочевников, и она двигалась с грацией змеи.       — От Жёлтого королевства! Зара, повелительница песков! Тарийская делегация взорвалась ритмичными гортанными криками. Зара подняла руку — и песок у её ног закружился в маленьком вихре, приветствуя зрителей. Следом на арену вышел фарианец — высокий, с обрезанными ушами, одетый в зелёное. Он был молод, едва за двадцать, и заметно нервничал.       — От Зелёного королевства! Маг-травник Лиан! Трибуны ответили дружелюбными аплодисментами. Ивор, сидевший рядом с Катуном, поднялся и одобрительно кивнул соотечественнику, и тот, кажется, немного приободрился. Третьим на песок ступил эринкиец. Совсем юный, не старше Алисии, с бледной кожей и большими голубыми глазами. Его одежда была расшита теми же белыми узорами, что и рисунки на теле Алисии — знаком Атары.       — От Каедеса! Молодой маг Эйрик! Тут трибуны взревели особенно громко. Всё-таки свой. Эйрик покраснел до кончиков ушей и неловко поклонился. Алисия поймала взгляд Ши’иры — та смотрела на юного мага со сдержанным скепсисом, но в глазах читалась надежда. Четвёртой вышла калордка из Оранжевого королевства — женщина лет тридцати, крепкая, как и все её соплеменники. Одежда простая, почти военная, никаких украшений.       — От Оранжевого королевства! Маг земли Брунгильда! Калороды приветствовали её одобрительными хлопками и топотом ног. Брунгильда скупо кивнула. Пятым был представлен маг из Фиолетового королевства — низкорослый, темноволосый, с пронзительными серыми глазами. Он двигался бесшумно и смотрел на соперников с лёгкой, почти снисходительной улыбкой.       — От Фиолетового королевства! Маг иллюзий Корвус! Фиолетовые флаги заколыхались. Корвус театрально поклонился — и на мгновение перед ним возник его собственный двойник, который растаял в воздухе под аплодисменты. И наконец, Марцел набрал побольше воздуха и объявил — так, что голос прогремел над всей ареной:       — От Белого королевства! Магистр Крайз фон Винтерштайн! Маг воды! По трибунам пробежал шёпот. Кто-то из зрителей, знавших о репутации Крайза, недоумённо переглядывался: «Маг воды? И только? А как же остальные стихии?» Другие понимающе кивали: магистр сознательно сузил свой арсенал до одной стихии, чтобы оставаться наравне с остальными участниками. Это был жест — не высокомерия, но уважения. Или расчёта. С Крайзом никогда нельзя было сказать наверняка. Он вышел на арену неторопливо. Белоснежные одежды без единой складки, чёрные вьющиеся волосы, тёмно-зелёные глаза, в которых невозможно было прочесть ни одной эмоции. Он не кланялся, не махал, не улыбался. Просто остановился на краю песчаного круга и скрестил руки на груди. Воздух вокруг него дрогнул. На песок упало несколько капель — неожиданный дождь в ясный день, — и тут же застыло ледяными бусинами. Белая делегация поднялась молча. Без криков, без аплодисментов — только склонённые головы. И Маргарита среди них — бледная, с горящими глазами, сжимающая веер так, что побелели костяшки. Алисия смотрела на Крайза и чувствовала странное. Не страх. Скорее — холодное любопытство, смешанное с тревогой. Почему он ограничился водой? Что он скрывает? И зачем ему это? Ши’ира позади неё тихо хмыкнула:       — Значит, только вода. Посмотрим, надолго ли его хватит. Марцел прокашлялся и поднял руку:       — Да начнутся магические поединки! Толпа загудела в ожидании, и Марцел, сверившись с жеребьёвкой, объявил первую пару. На песок вышли юный маг Каедеса и суровая Брунгильда. Вода против земли. Эйрик нервничал — это было видно по тому, как подрагивали его пальцы и как он то и дело поправлял рукава, расшитые знаками Атары. Но когда Марцел дал сигнал к началу, он собрался и выбросил руку вперёд. Вода пришла к нему послушно, как верный пёс. Из воздуха, из пота на его лбу, из влажного дыхания моря, что овевало арену, — он соткал водяную стену, которая встала между ним и Брунгильдой полупрозрачным щитом. Солнце играло в ней, разбрасывая радужные блики по песку.       — Неплохо, мальчик, — хмыкнула Брунгильда. Она топнула ногой — и земля отозвалась ей глухим гулом. Песок под её ступнями начал собираться в комья, твердеть, превращаться в каменные глыбы. Калордка не была изящным магом — она была силовиком. Её магия не танцевала, она била. Первая глыба ударила в водяную стену. Стена дрогнула, но устояла. Вторая — пошла трещинами. Третья — и вода рассыпалась фонтаном брызг, окатив первые ряды зрителей (те взвизгнули, но скорее от восторга, чем от испуга). Эйрик отступил на шаг, но не сдался. Он развёл руки, и вода, которую он собирал, потянулась к нему тонкими ручейками. Теперь он не защищался. Два водяных хлыста сорвались с его пальцев и устремились к противнице. Один она отбила каменной плитой. Второй достал её плечо, заставив пошатнуться.       — Первое касание — Эйрик! — крикнул Марцел. Трибуны Каедеса взревели. Алисия привстала с места. Ши’ира рядом с ней сжала перила. Но радость была недолгой. Брунгильда, разозлённая тем, что какой-то мальчишка сумел её достать, ударила по-настоящему. Она не стала поднимать глыбы. Она ударила в землю обеими руками — и та пошла волной. Песок вздыбился, арена задрожала, и Эйрик, потеряв равновесие, рухнул на колено.       — Бой! — объявил Марцел. Брунгильда опустила руки. Земля успокоилась. Эйрик поднялся, отряхивая песок с колен, и поклонился — сначала противнице, потом королевской ложе. Трибуны проводили его аплодисментами.       — Он хорошо держался, — тихо сказала Ши’ира.       — Да, — согласилась Алисия. — Для своего первого турнира — очень хорошо.       Зара и Корвус вышли на арену под одобрительный гул. Оба были опытными бойцами, и оба — артистичными натурами. Зара поклонилась, и песок вокруг неё закружился в медленном танце, словно приветствуя хозяйку. Корвус, напротив, стоял неподвижно, и только лёгкая улыбка на губах выдавала его предвкушение. Сигнал. Корвус исчез. Не в том смысле, в каком исчезают фокусники, — он просто перестал быть в одном месте и возник в другом. А потом ещё в одном. И ещё. Через несколько секунд по арене двигались пять Корвусов, и каждый из них шёл на Зару с разных сторон. Тарийка не запаниковала. Она прикрыла глаза — на мгновение, не больше, — и песок вокруг неё взметнулся вверх, образуя идеально круглый щит. Пять Корвусов ударили одновременно — и четыре из них растаяли, как утренний туман. Пятый отлетел назад, но устоял на ногах.       — Умно, — пробормотал Корвус, потирая грудь. — Но я ещё не закончил. Он взмахнул рукой, и воздух вокруг Зары сгустился. Ей показалось, что она тонет — не в воде, а в чём-то густом и вязком, как патока. Иллюзия. Она понимала, что это иллюзия, но тело отказывалось верить разуму. Дышать стало трудно. Песок, который она призывала, опадал на землю, не долетая до цели. Корвус приближался.       — Сдавайся, — сказал он почти ласково. Зара открыла глаза — и расхохоталась.       — Ты и правда думал, что я куплюсь на это? — её голос прозвучал ясно и звонко. — Я выросла в пустыне, маг. Я знаю, что такое мираж. Она хлопнула в ладоши — и иллюзия рассыпалась, как стекло. А в следующую секунду песчаный вихрь, который она копила всё это время у себя за спиной, сорвался с места. Он ударил Корвуса в грудь, поднял в воздух и вынес за пределы арены — аккуратно, почти бережно, но неумолимо. Маг иллюзий приземлился на песок за границей круга и остался сидеть, ошарашенно моргая.       — Победа Зары! — объявил Марцел. Тарийцы взревели. Зара подошла к сопернику и протянула руку, помогая подняться.       — Хороший бой, — сказала она.       — Согласен, — выдохнул Корвус и усмехнулся. — В следующий раз я придумаю что-нибудь похитрее.       Юный фарианский маг-травник вышел на арену с таким лицом, будто его ведут на казнь. Ивор с трибуны что-то ободряющее крикнул ему по-фариански, и Лиан слабо улыбнулся в ответ. Когда Крайз появился напротив, улыбка исчезла. Магистр не делал ничего угрожающего — просто стоял, скрестив руки на груди, и ждал. Но сама его неподвижность давила. Воздух вокруг него мерцал, песок под ногами покрывался тонкой коркой льда. Сигнал. Лиан выбросил руки вперёд, и арена расцвела. Из песка, из ничего, из самого воздуха проросли десятки растений — высокие травы, цветы с яркими бутонами, ползучие лианы. Они тянулись к Крайзу, источая облака удушливой пыльцы. Это была красивая магия — и смертоносная. Вдохни эту пыльцу полной грудью, и лёгкие откажут. Трибуны ахнули. Крайз не двигался. Пыльца приближалась — жёлтое, золотистое облако, в котором мелькали крошечные искры магии. Ещё немного — и оно накроет его с головой. Он поднял ладонь. И вода пришла. Она не возникла из ниоткуда — она была здесь всегда. В воздухе, в дыхании зрителей, в нагретом солнцем песке. Просто никто, кроме Крайза, не умел её видеть. Теперь же она собралась в единый поток — прозрачный, чистый, неотвратимый — и обрушилась на цветущую арену ледяным ливнем. Пыльца намокла и опала на землю серой кашей. Цветы поникли. Травы полегли. Лиан вскинул руки, пытаясь поднять новые побеги, но вода уже добралась до его ног. Она застыла коркой льда, приковав его к месту. Он дёрнулся, поскользнулся и упал на спину, глядя в безоблачное небо. Всё. Бой кончился за минуту. Может, меньше. Крайз опустил ладонь. Лёд растаял так же мгновенно, как и появился, оставив лишь мокрый песок. Лиан сел, кашляя и отплёвываясь от воды, но в его глазах не было обиды — только благоговейный ужас.       — Победа магистра Крайза! — объявил Марцел. Фарианцы вздохнули, но Катун первым захлопал, отдавая дань уважения. Крайз коротко кивнул Лиану — единственный жест признания, который он себе позволил, — и покинул арену. Алисия проводила его взглядом и заметила, что на его белоснежных одеждах не осталось ни капли воды.       После короткой передышки две победительницы вышли на арену. Зара, повелительница песков, и Брунгильда, маг земли. Тарийка — лёгкая, как ветер, с песчинками, танцующими вокруг её ладоней. Калордка — тяжёлая, как скала, с гудящей под ногами землёй. Сигнал. Брунгильда ударила первой. Каменные глыбы вырвались из-под песка и полетели в Зару градом. Та ушла в сторону, призывая песчаный вихрь. Вихрь принимал камни, закручивал их, менял траекторию. Несколько глыб упали обратно на арену, подняв столбы пыли. Минуту они обменивались ударами: земля — песок, глыбы — вихри. Зара была быстрее, но Брунгильда — выносливее. Казалось, бой может длиться вечно. Но Зара не собиралась ждать. Она сменила тактику. Вместо того чтобы атаковать, она ушла в глухую защиту, закрутив песок вокруг себя плотным коконом. Брунгильда, решив, что противница выдохлась, пошла вперёд. Подняла над головой огромный валун. Шагнула ближе. И в этот момент Зара раскрыла кокон. Песок, который она копила всё это время, рванул наружу, превратившись в длинные гибкие жгуты. Они оплели ноги Брунгильды, дёрнули — и калордка рухнула на песок, выронив валун. Тот рассыпался, не долетев до цели. Зара стояла над ней, тяжело дыша. Песчаные жгуты всё ещё удерживали противницу.       — Сдаюсь, — хрипло произнесла Брунгильда. Трибуны взорвались аплодисментами. Зара отпустила песок и протянула руку. Калордка, помедлив, приняла её.       — Отличный бой, — сказала Брунгильда, отряхиваясь.       — Ты сильная, — ответила Зара. — Но я быстрее. Обе усмехнулись и покинули арену вместе. И после того как стихли аплодисменты, провожавшие их, Аэлия поднялся со своего места. Толпа, заметив движение короля, начала затихать.       — Друзья, — его голос разнёсся над трибунами, — мы стали свидетелями трёх великолепных поединков. Наши участники показали всё, на что способны. И я считаю, что перед финалом им нужен отдых. По трибунам пробежал одобрительный гул. Кто-то из тарийцев одобрительно хлопнул.       — Полчаса, — объявил Аэлия. — Полчаса на то, чтобы перевести дух, утолить жажду и приготовиться к последнему бою. А вас, дорогие гости, я приглашаю насладиться угощениями, которые уже готовят наши слуги. Финал магического этапа начнётся, когда тень от обелиска коснётся края арены. Он указал на высокий каменный обелиск, установленный у входа на арену — солнечные часы, подарок Жёлтого королевства. Трибуны отозвались одобрительным гулом. Зрители поднимались с мест, разминая затёкшие спины. Слуги уже сновали между рядами с подносами, полными кувшинов с прохладной водой, травяным чаем и лёгкими закусками — фруктами, орехами, крошечными медовыми лепёшками. Алисия заметила, как на арене Зара, тяжело дыша, опустилась на скамью у края круга. Служанка тут же поднесла ей кувшин с водой и влажное полотенце. Тарийка благодарно кивнула и приложила ткань ко лбу. Крайз, напротив, не выглядел уставшим. Он отошёл к дальнему краю арены, туда, где в тени трибун его ждала делегация Белого королевства, и что-то тихо обсуждал с одним из советников. Заметив, что Алисия смотрит на него, он на мгновение замолчал и повернул голову. Их взгляды встретились. Она отвела глаза первой.       — На кого ставишь? — спросила Ши'ира, появляясь рядом с ней.       — На Зару, — неожиданно для себя сказала Алисия. Ши'ира приподняла бровь:       — Серьёзно?       — Нет, — Алисия вздохнула. — Но мне хочется, чтобы она победила. Ши'ира кивнула, глядя на арену:       — Мне тоже. Но будет по-другому.       Аэлия дождался, пока тень от обелиска коснётся края арены — как он и обещал. Затем поднялся — неспешно, с тем спокойным достоинством, которое всегда появлялось у него в важные моменты. Гул трибун начал стихать сам собой, без всяких призывов к тишине.       — Друзья! — его голос разнёсся над ареной, усиленный магией. — Время пришло. Финал магического этапа! Трибуны взорвались аплодисментами. Кто-то выкрикивал имя Зары, кто-то — Крайза.       — С одной стороны — Зара из Жёлтого королевства, повелительница песков, прошедшая два тяжёлых боя и не проигравшая ни одного! Тарийская делегация разразилась гортанными криками и ритмичными хлопками. Зара, стоявшая у края арены, подняла руку, и песок вокруг неё закружился в медленном приветственном танце.       — С другой стороны — Крайз фон Винтерштайн из Белого королевства, маг воды, не пропустивший ни одного удара и не получивший ни единого касания! Белая делегация поднялась. Без криков, без хлопков — единый жест уважения. Крайз, стоявший напротив Зары, не шелохнулся. Только лёгкий иней пробежал по песку у его ног. Аэлия обвёл взглядом трибуны и опустил руку:       — Да начнётся финал! Они встали друг напротив друга. Зара, повелительница песков, чьё имя знали во всех пустынях Жёлтого королевства. И Крайз, магистр воды, который на этом турнире решил ограничиться одной стихией из вежливости к соперникам. Тишина над ареной стояла такая, что было слышно, как кричат чайки над морем.       — Я знаю, что ты сильнее меня, — сказала Зара, глядя ему прямо в глаза. — Но я не сдамся без боя. Крайз впервые за весь турнир позволил себе лёгкую улыбку.       — Я и не ждал. Сигнал. Зара начала первой. Она не стала тратить время на разведку — сразу подняла песчаную бурю. Это был не тот вихрь, что она использовала против Брунгильды. Это был настоящий ураган — стена песка, которая с воем неслась на Крайза, заслоняя солнце. Песок хлестал по магическому куполу, оставляя царапины. Зрители на первых рядах инстинктивно отшатнулись. Крайз стоял неподвижно. Когда буря приблизилась вплотную, он поднял руку — не резко, не торопясь, как поднимают руку, чтобы остановить прохожего. И вода пришла. Она не обрушилась сверху, как против Лиана. Она возникла повсюду — каждая капля влаги в воздухе, каждая частица пара собралась в единую волну, которая обрушилась на бурю и погасила её. Песок, только что грозный и неумолимый, стал мокрой грязью, которая опала на арену с чавкающим звуком. Зара отлетела на несколько шагов, но устояла. Она снова подняла песок — на этот раз не бурю, а острые копья, которые устремились к противнику. Крайз повёл ладонью, и вода застыла ледяной стеной. Песчаные копья врезались в лёд и рассыпались. Два удара. Две защиты. Ничья? Нет. Зара тяжело дышала. Она понимала, что противник даже не вспотел. Крайз смотрел на неё — всё с тем же спокойным, изучающим выражением.       — Ты хорошо держишься, — сказал он. Голос был тихим, но все услышали. — Но этого недостаточно. Он сделал шаг вперёд. Всего один. И вода, которая до этого защищала его, вдруг превратилась в нападение. Она закружилась вокруг Зары, не касаясь её, образуя плотное кольцо. Кольцо сжималось. Зара попыталась разбить его песком — бесполезно. Песчинки проходили сквозь воду и падали на землю. Кольцо сжималось. Холодное. Неумолимое.       — Я сдаюсь, — выдохнула она, поднимая руку. Вода исчезла мгновенно, будто её и не было. Крайз опустил ладонь. Арена замерла. А потом взорвалась. Зрители кричали, свистели, топали ногами. Тарийцы, только что болевшие за Зару, аплодировали победителю. Фарианцы вскакивали с мест. Даже калорды, скупые на эмоции, одобрительно гудели. Крайз стоял в центре круга — спокойный, сухой, ни капли пота на лбу. Вокруг него парили несколько ледяных капель, медленно вращаясь по орбите. Он победил, использовав лишь одну стихию. Ту, которую сам выбрал для этого турнира. Он поднял голову. Тёмно-зелёные глаза скользнули по трибунам — и встретились с голубыми глазами Алисии. Уголки его губ дрогнули. Лёгкий, почти незаметный наклон головы — не поклон, но признание. Она здесь. Она видела. И он знает. Алисия почувствовала, как внутри разливается холод. Не страх. Осознание. Этот человек опасен.       — Победа Крайза фон Винтерштайна! — прогремел Марцел. Трибуны неистовствовали. Ши’ира позади Алисии тихо присвистнула.       — Впечатляет. И пугает. Алисия кивнула. Она смотрела, как Крайз покидает арену — всё так же неторопливо, с прямой спиной, не оглядываясь. И где-то в глубине души понимала: то, что он показал сегодня, — лишь малая часть того, на что он способен. После грохота магических поединков на арене повисла тишина — звенящая, наполненная ожиданием. Слуги выровняли песок, и теперь на нём была расчерчена огромная шахматная доска — восемь на восемь клеток, белых и чёрных. У края арены установили два командирских возвышения с креслами. Марцел вышел в центр и поднял руку:       — Третий, заключительный этап турнира — живые шахматы! Толпа одобрительно загудела. Эта дисциплина была редкой и любимой — она требовала не только ума, но и умения управлять людьми.       — Правила просты! Двое стратегов командуют живыми фигурами. Каждый ход фигур осуществляется как в классических шахматах. Если одна фигура берёт другую — их бойцы сражаются на учебном оружии. Победивший остаётся на доске. Игра идёт до мата королю или до истечения песочных часов! Он указал на гигантские песочные часы, установленные на специальном постаменте.       — У каждого стратега есть час. Итак, представляю участников! Первым на командирское возвышение поднялся сухощавый темноволосый маг из Фиолетового королевства — тот самый Корвус, что проиграл Заре в магическом поединке. Он улыбнулся, помахал зрителям и устроился в кресле с видом человека, который совершенно не переживает о результате.       — От Фиолетового королевства! Маг и стратег Корвус! За ним на арену вышел высокий калорд из Оранжевого королевства с квадратной челюстью и льдистыми голубыми глазами. Двигался он как солдат на плацу — чётко, размеренно, без суеты. Занял своё место и замер, положив руки на подлокотники.       — От Оранжевого королевства! Лорд Эйнар! Третьим был представлен тариец — пожилой, с длинной седой косой и глубокими морщинами, рассекающими тёмную кожу. Говорили, что он провёл за шахматной доской больше сражений, чем за свою жизнь, и не проиграл ни одного. Тарийцы приветствовали его стоя.       — От Жёлтого королевства! Стратег Харун! Четвёртым на возвышение поднялся командир дворцовой стражи Каедеса — тот самый маг, что когда-то тренировал юного Эйрика. Худощавый, с острым взглядом и серебряными висками. Трибуны взревели.       — От Каедеса! Стратег Адальстейн! Пятым шёл советник короля Андрея — мужчина средних лет с усталым лицом и цепким взглядом. О нём говорили, что он выиграл для Красного королевства три военные кампании, ни разу не обнажив меча. Калороды приветствовали его сдержанным, но уважительным гулом.       — От Красного королевства! Стратег Корнелиус! Последним на возвышение поднялся принц Ивор. Он не спешил. Шёл легко, чуть заметно кивая знакомым — то Катуну, сияющему гордостью на трибуне, то Аэлии, то... Алисии. Их взгляды встретились, и он улыбнулся — коротко, тепло. Его длинные заячьи уши дрогнули вперёд.       — От Зелёного королевства! Принц Ивор! Фарианцы разразились радостными криками. Катун, забыв о королевском достоинстве, вскочил на ноги и зааплодировал так, что Ивор, заметив это, слегка покраснел и едва заметно качнул ушами — то ли от смущения, то ли от удовольствия. Шестеро стратегов заняли свои места. На арену вышли бойцы — живые фигуры. Ладьи, кони, офицеры, пешки — все в лёгких доспехах: белые у одной стороны, чёрные у другой. Марцел взмахнул рукой:       — Жеребьёвка определила первые пары! Корвус против Эйнара! Харун против Адальстейна! Корнелиус против принца Ивора! Да начнутся живые шахматы!