В глубинах космоса

      Бортовой журнал:       Возникли некоторые проблемы во время поиска Катана. Всё пошло не так, когда мы увидели обломки крейсера. Тогда на нас напали зорбалары. Налетчики прибыли вместе с носителем. В связи с их численным перевесом было принято решение немедленно совершить гиперпрыжок… К Закстанору II. Там отдадим нанимателю бортовой самописец Катана и произведем ремонт крейсера Фрейя.       

Вацлав Флён. 24 октября 2170 года.

             Корабль все еще пребывал в гиперпространстве, направляясь прямиком к Алмазному святилищу, к Закстанору. Большая часть экипажа сейчас отдыхала в кают-компании, тихо общаясь между собой. Они обсуждали произошедшее, ведь Флён решил не просто уничтожить станцию, но и забыть о ней, удалив записи из корабельного архива.       — Кэп поступил верно, — сказал Филин, взглянув в отражение на темной жидкости своего чая. — Неужели ты всерьез уверен, что корпорация, — он сделал большой глоток из кружки и отставил ее в сторону, — так и ринулась бы туда и все разгребла? Они сделали бы также, только полегче, без взрывов.       — Почему ты так думаешь? — не выдержал Александр. Ему надоела эта нелюбовь Дмитрия к Ронуму.       Но они говорили не о правительстве, а о капитане. Рыцарь сделал упор на это. Их разговоры привлекли Младича, который подсел к ним позже.       — А меня больше волнует эта баба, — заявил он, насаживая на вилку макаронины. — Хотя София и продолжает ее осмотр, но уж больно наш парень доверился ей.       — О, это любовь с первого взгляда, — засмеялся Дмитрий.       Иван же не оценил шутку, как и Соколовский, отчего рыцарь вскоре замолк.       — Ты прав, — продолжил Дима уже серьезным тоном. — Она показалась мне подозрительной с самого начала, — Он пустился пересказывать произошедшее, не забывая про детали. — Он сразу поверил ей, что связь не робѝт, понимаешь? Даже не стал проверять.       — Я предлагаю следить за ней, парни. Не думаю, что Вац смог настолько сильно потерять голову, завидев эту Йосолу… Черт, что за имя это такое?       А потом к ним присоединился и Юхельссон, пододвинув себе еще один стул. Усевшись, он закинул ноги на его спинку, после чего налил виски в свой бокал.       — О чем базар? — по его голосу стало понятно, что Илья уже немного пьян. — Неужто думаете свалить с корабля после таких перестрелок?       Его вопрос приняли всерьез. Кто-то ответил сразу, как например Филин, а кто-то остался в раздумьях. Уничтожение целой станции вместе со всем населением встряхнуло каждого на корабле. И даже сражение с тиранами не произвело такого эффекта — это было сражение с пиратами. Вопрос жизни и смерти стоял остро, и не оставалось времени на размышление. Либо ты, либо тебя. Команда точно знала, с кем сражалась и ради чего.       — Так кто они? — неуверенно спросил Александр. Его давно мучил этот вопрос, но помалкивал, боясь показаться глупым.       — Да кто-кто. Пираты, да и всё. Знаешь, кент, там много разных версий. Одна из них связана с дезертирством одной флотилии во время переселения на Закстанор II. По другой версии — Ронум на них наткнулся, а у них корабли обозначают себя, как корабли Аватари-нет. Нам главное, что это пираты. Орудуют? Орудуют. Грабят? Грабят! — говорил Наврич.       Люди согласно покивали.       — Кстати я вам рассказывал историю о ките? — внезапно поинтересовался Дима, наклоняясь вперед, когда от предыдущей темы повисла тишина.       — Ките? Каком еще ките? — нахмурился Илья, а затем заулыбавшись, наслаждаясь своим алкоголем. — Рассказывай! Что это вообще такое?       — Ну, в общем, кит, это такая… огромная рыба. Ну не важно. Дело было летом… — Филин задумался, вспоминая те дни. — Вроде тогда это лето было. Как-то с братишками на линкоре плыли. Задание было важное. Глядим, какие-то япошки плывут.       — Япошки? — непонятливо спросил Саша. Подобные слова были незнакомы для него.       — Узкоглазые такие. В администрации Ронума часто можно их увидеть. Говорят, что не все узкоглазые — япошки, ну да ладно. Ну, в бинокль их увидели. Бинокль был. Большой, черный, — рассказчик показал руками примерные размеры, — Адмиральский. Подарили. Вот, адмиралу нашему, — рыцарь отпил уже налитого ему виски, причмокнул и продолжил: — Плывут япошки. Кит на борту. Ну, мы думаем: жрать уже неделю нечего, одни канаты. Ну, думаем, на абордаж надо. Идем так по-тихому к ним, они суши жрут. Жрачка их, специфическая. Мы плывем. Подплыли. Говорим, мол, давайте, суши пожрем вместе. Они радуются, режут свою рыбу, карлики узкоглазые. Мы им кидаем коня. Конь жил в трюме. Ну, как жил, он сдох уже с месяц эдак. Мы его всем, чем можно накрыли, чтоб не вонял, так вот. Кинули коня. Они разбежались. Мы кита все схватили, нас пятеро там было. Сначала было пятьсот, стало пять, кто уплыл, кто как, ну ладно. Мы за кита ухватились, тянем. А кит — живой! Заорал! Япошки хоть и узкоглазые, а видят все хорошо, мы думали наоборот. Со своей стороны кита схватили. Ну, так вот тянули. А кок наш, повар корабельный, уже проголодался жутко. Начал кита жрать. Ну, кусал его, кусал, кит орет, кок жрет, япошки тянут. Ну, мы по ним из пистолета жахнули. Они разбежались. Мы кита забрали. А потом нашли шляпу, которая оказалась мне как раз.       И развел руками, намекая, что истории окончена.       — Восхитительная история, — только и смог сказать Иван, посмотрев на остальных.       Никто только не мог понять, где в этой истории правда, а где вымысел, да и есть ли в ней правда вовсе.       Позже Дима рассказывал своим слушателям о своих похождениях, миссиях на которых успел побывать. Но больше всего мужчин заинтересовал «океан» и «море». Филину повезло, узрев безграничные водные просторы лично. Даже Младич, пробыв на Земле некоторое время, не успел застать это чудо.       — Чудо…       Все чудеса планеты сгнили вместе с порчей парайи. Гибло, разрушалось, портилось, окрашиваясь в багровые цвета.       А между тем рыцарь, на вид оказавшимся обычным парнишкой, продолжал говорить, местами подшучивая, а где-то повествуя на полном серьезе. Попивая свой виски, он говорил порой и чушь, как, например, об одной операции, названной «Лох-Несс». Суть заключалась в том, что посланная к одноименному озеру группа во время выполнения задания встретила огромное чудище.       — Оно вырвалось из воды и чуть не сожрало парней, — продолжал Дима, подкрепляя свои слова жестикуляцией. — Похожая на ящерку, огромную такую, вырвавшуюся из воды. Да у нее настолько длинная шея была, что она с легкостью добралась до второго этажа здания, все еще пряча свое туловище в воде, представляете? — По его словам Лох-Несское чудовище, будучи в свое время легендой, стало реальностью. — Я почитывал архивы… ну знаете, когда делать нечего, вот и почитывал. Ну ладно, так вот. Почитывал я, и вычитал, что давным-давно сделали из этого мульку, которая привлекала туристов. Вещали, что в размерах эта дрянь четыре, ну шесть метров, — Дима резко примолк, видимо представляя в голове размеры. — Даже если оно и было на самом деле, то могло хотя бы прятаться. А там парни встретили чертового гиганта, который не мог быть незамеченным в мирное время! Нет, серьезно, этой громадине надо что-то жрать и рыбы бы там не хватило.       — Лютота, — лишь прокомментировал Александр. — Ты извини, что перебиваю, но меня больше интересует, что вы делали тогда… Ну, в море.       — На самом деле мы плыли в регион, именуемый ранее Японией. Когда началась война эти острова, как и все, оказались отрезаны. В воде всякое плавает, по воздуху летать тоже тяжело. Трудно, в общем. А тут внезапно решили туда помощь отправить. Вот и поплыли.       И он начал новый рассказ, затянувшийся примерно на час. О том, как они вначале потерялись, а потом все же добрались до суши, довезя бесценные боеприпасы. Как отстреливались от оживших мертвецов и выжидали по несколько дней, пока немертвые толпы наконец не уйдут восвояси. Япония подарила им новый опыт бесшумного перемещения.       — Там все началось как в фильмах о зомби-апокалипсисе. Жертвы были заражены неким паразитом, который взял над ними контроль. Ну, так говорят, по крайней мере. Откуда же мне знать, как оно на самом-то деле? Не сказать, что с ними бороться легче. Они еще постепенно мутируют и там может такая срака появиться, что подлива по ляжкам течет. В общем, всякого мы там тоже навидались.       — Ясно, — заворожённо ответил Соколовский, а после поднялся. — Ладно, я пойду себе добавки положу.       И это при условии, что он только что поел. Но только отошел Александр с подносом от своего места, как именно в их стол прилетел кухонный предмет, позже выявленный как сковорода. И, к сожалению, она успела зацепить в своем полете бутылку виски. Юхельссон резко вскочил, не в силах выпустить зажатое в руках горлышко, опрокинув один из стульев. Повисла тишина, все замерли, совершенно не готовые к такому развитию событий.       — Ты что же творишь, женщина?! — первым очнулся Илья.       София, уперев руки в бока, недовольно смотрела на группу мужчин.       — Я очень… — она потянулась к новому предмету, скрытого где-то в раздаточной, — не люблю, когда во время моей смены, — женщина опустила взгляд вниз, — устраивают распивочную.       На этот раз полетел половник, пролетев над головой Филина, который уже попивал чай.       Илья вновь раскрыл было рот, но, заприметив, что София тянется за чем-то новым, лишь выругался себе под нос и поспешно покинул кают-компанию. За ним последовали и остальные, тихо перешептываясь между собой. Соколовский же стоял на месте, произошедшее ему показалось комичным, но выражение лица инопланетной женщины заставило его стать серьезнее.       — Вам помочь? — спросил он, выпустив, наконец, поднос на стол.       София в это время подошла к опрокинутому стулу, молча присела и поставила его на ножки. И тут Александр увидел самую настоящую магию: осколки разбитого стекла стали взлетать ввысь, кружась и объединяясь в единую форму. Не хватало только горлышка, которое Илья так и не смог выпустить из рук.       — Извините… за хлопоты, — смущенно проговорил Александр, почесав затылок. Ему показалось, что женщина игнорировала его, и от этого становилось совсем неловко.       Но затем азурес с доброй улыбкой взглянула на мужчину, сцепив руки в районе живота и, позже, отводя взгляд, словно сама чего-то стеснялась.       С некой медлительностью столы и стулья стали легко вставать на свои места. Со стороны, с перспективы обычного человека, это все выглядело чудесно, но какой-то частью души Александр даже не удивился происходящему, словно видел подобное много раз и раньше.       В нос ударил сильный запах озона. Соколовский посчитал его появление из-за происходящей магии… Магии! Самой настоящей! Александр постарался взять себя в руки, чтобы не выглядеть нелепо, но все равно, подобно ребенку, не мог оторваться от созерцания происходящего. Как и за движениями женщины, которые казались ему совершенны. Ни один человек не мог двигаться с такой грацией и координацией. Создавалось впечатление, словно каждое ее движение просчитано и предназначено для чего-то.       А затем Саша внезапно очнулся, пришел в себя, как если бы резко проснулся. Ему хотелось что-то сказать, но не находил слов, и поспешил покинуть это место. Увиденное слишком вскружило его голову.              Алмазное святилище. Домашняя система Закстанора II       Корабль завершил гиперпрыжок и не развалился на части, но уже принявшись стонать от перенапряжения. Повреждения давали о себе знать. Вацлав гнал крейсер все дальше, стремясь как можно скорее попасть на Закстанор II. Сохраняя скорость, Фрейя достигнет столицы через несколько часов, а сама планета уже виднелась через панорамные окна.       И, словно по чьему-то злому умыслу, корабль тряхнуло так, как если бы он врезался во что-то. Фрейя остановилась, словно действительно налетела на незримую стену и погрязла в ней. Все системы обесточились. Не загорелись и аварийные огни, погрузив коридоры в темноту, но при этом предохранительные системы успели частично перекрыть шлюзовые двери коридоров, отрезав находящихся внутри людей друг от друга.       Александр в это время после смены отдыхал в своей каюте. Он спал настолько крепко, что даже встряска не разбудила его, а только падение на пол. Оператор не сразу воспринял происходящее вокруг и очень сильно удивился, что освещение не включилось по его приказу. Саша решил, что он дома и что небольшое приключение в космосе ему всего лишь приснилось. От этих мыслей он начал искать включатель света на стене. В поисках мужчина провел некоторое время, пока внезапно не остановился, осознавая, что все еще находился на Фрейе. Воспоминания собрались в единую картину, а гнетущее чувство усилилось.       Соколовский так и просидел бы в темноте среди четырех стен, если бы не появившийся голоэкран над левой рукой, своим светом освещавший не так много, но достаточно. Александр попробовал связаться с капитаном и другими членами экипажа с помощью узла связи. Вначале он слышал только приглушенные статические помехи, а затем ничего, кроме писка тишины.       «Они издеваются?» — подумал Александр, осматриваясь. К такой ситуации он был не готов.       Мужчина поспешил к двери, пробуя ее открыть. Очевидно, что она не открылась — электромагнитный замок не мог работать без энергии. Но Саша знал об альтернативном пути, и сразу же посветил на нижнюю часть двери. Небольшой пурпурный квадрат, скрывающий рычаг для ручного вскрытия. Именно благодаря ему Александр смог освободить себе путь и встретиться теперь с темнотой коридоров.       Блуждая по кораблю и тщетно пытаясь осветить себе путь, молодой оператор наткнулся на перекрытые коридоры. Обычно шлюзы светили зелеными или красными огнями, сообщая о своей открытости или закрытости, но не сейчас. Даже эти двери оказались обесточенными, словно все резервы энергии высосала невиданная сила. Где они находились? Соколовский помнил, что они уже подлетали к дому. Что же могло случиться совсем недалеко от Закстанора?       Саша продолжал прокладывать себе путь на мостик корабля, где все прояснится. К счастью мужчина успел запомнить планировку корабля, поэтому примерно представлял, куда ему надо идти, и, пройдя еще какое-то расстояние, осветил небольшой лестничный пролет. Поднимаясь на третий ярус, оператор раздумывал. Из головы все не желал выходить вопрос о произошедшем, а невозможность найти ответ страшно мучила его. Александр издал протяжный вздох, и, остановившись посреди темноты, ему показалось, что он сделал это слишком громко.       Странно. Совсем не слышно криков или разговоров друзей. Кто-то еще должен здесь быть, не один же Соколовский решил блуждать по коридорам, пытаясь пролить свет на ситуацию. Но никого не было. Может быть, это, как было описано в некоторых книгах, такая смерть? И теперь молодой человек вечно будет блуждать по Фрейе без возможности выбраться из нее. Чуть позже из глубин вылезут чудища и будут гнать его с яруса на ярус, не давая покоя.       «О чем я только думаю?!» — Александр помотал головой, опираясь одной рукой о стену.       Голова закружилась, в глазах замерцали мушки.       Мучить себя сейчас — оказалось не лучшей затеей, Саша продолжил путь, встречая шлюзовые ворота одну за другой. Попытки связаться с кем-то все так же проваливались, и он спешил как только мог. Остановившись перед очередным препятствием, он попытался вспомнить, что находилось за этими воротами. Как показывали значки неподалеку — генератор силовых щитов, а это запасной вход к нему. Видимо, оператор все же немного потерялся, и пошел в совершенно другую сторону от капитанского мостика, раз оказался здесь. И Александр задумался: работают ли сейчас силовые щиты корабля, или же корабль абсолютно беззащитен?       Все же узнать о состоянии команды корабля в этот момент для Соколовского было важнее, и он, развернувшись назад, пошел обратно, стараясь двигаться как можно тише. Словно не хотел кого-то спугнуть или что-то побеспокоить. Тяжелым потоком нахлынули мысли о том, какие трудности им пришлось пережить за последнее время: встреча с бандитами, загадочная станция и теперь это. Когда Вацлав говорил о приключениях, Александр представлял себе куда более мирные картины. С другой стороны, он, как и все, был предупрежден об опасностях.       Дверь тихо отъехала в сторону. Александр успел сделать всего пару шагов, как вдруг некто схватил его одной рукой за грудки, а второй навел пистолет. Свет прикрепленного фонарика сразу же ослепил его, и Саша зажмурился. Он даже не понял, что произошло, поэтому не успел и испугаться.       — **я, это ты, — раздался знакомый голос Ильи. — Я чуть тебе башку не отстрелил.       Он говорил тихо, но оператор его прекрасно слышал. Юхельссон разжал руку и опустил оружие. На его лице растянулась улыбка, Артиллерист был рад встретить дружеское лицо, хотя напряжение не отпускало, и вскоре недавняя радость сменилась на серьезность. Александр тоже был рад видеть его. Встреча стряхнула с его плеч огромный груз, и мужчина смог дышать свободнее, чувствуя себя в неком подобии безопасности.       — Илья, как я рад тебя видеть! Что случилось на корабле? Где все? — спрашивал Саша, переняв манеру Ильи говорить тихим голосом, но все пытаясь сорваться на радостный крик. Светом своего планшета он подсвечивал им лица.       — Не знаю, — ответил тот. — Я сам недавно проснулся и еле открыл чертову дверь. Изначально я подумал на простой сбой. Но…       Мужчина примолк и посмотрел куда-то в сторону.       — Когда я вышел, я увидел там, — он указал вперед, направив туда свет, — будто что-то промелькнуло. А потом ты пришел, загрохотав этой дверью, — Кристиан покачал головой. — Не нравится мне, что энергии нет вообще.       — Толчок был сильный. Ты как, в порядке? — спросил Александр приятеля, все еще слабо ощущая боль в плече и будто бы не услышав его слова.       Юхельссон лишь кивнул, пытаясь что-то высмотреть в темноте коридора, то и дело направляя туда свет. Иногда он светил на стены, потолок, словно пытаясь что-то найти или в чем-то убедиться.       — Это очень хорошо, — продолжал тем временем Саша. — Хорошо и то, что мы встретились. Прежде чем что-либо делать, не мог бы ты подождать некоторое время, пока я проведу сканирование корабля с помощью своего планшета. Вначале и я посчитал, что случился какой-то системный сбой и думал узнать подробности на мостике, но теперь я в этом уже сомневаюсь и надо бы скорее узнать, в чем дело. Да и делать это в одиночку мне было, сказать по правде, не по себе.       Голографический планшет приступил к сканированию корабля. Прошло не так уж много времени, прежде чем он вывел на экран, что сбоев не замечено. Фактически, он говорил, что с кораблем все в порядке       — Не может такого быть! Корабль в порядке? — разговаривал Александр с планшетом. — Он не может быть в порядке, хотя бы потому, что здесь нет освещения!       Проделав еще несколько манипуляций, устройство так и не смогло выявить никаких проблем. После этого мужчина снова начал использовать его как фонарик, несмотря на то, что у Ильи уже таковой имелся.       — Что ж, пойдем на мостик? — спросил он своего спутника.       — Делать нечего. Пф, будет очень смешно, если этот кретин просто не заплатил за свет, — попытался пошутить Юхельссон, двинувшись первым вперед. Саше он приказал смотреть по сторонам.       Соколовский последовал за ним. Идти вместе было куда спокойнее, и ему удалось немного расслабился, но прислушался к словам Ильи, и освещал все вокруг. Кристиан прошел мимо винтовой лестницы и сразу свернул на первом повороте налево. Чуть дальше они наткнулись на две массивных двери друг напротив друга. Одна вела в оружейную, а другая — как раз туда, куда они и направлялись — на капитанский мостик.       — Хорошо, что у нас не огромный корабль. То бы так и шли полвека, — кинул Юхельссон через плечо и из-за этого он не заметил, как что-то проскочило далеко впереди.       Нечто блеснуло на мгновенье, и, могло показаться, что это очередная мушка, но Саша внушил себе совсем иное. По его спине пробежал холодок. Он резко остановился и, схватив Илью за руку, задержал и его.       — Там впереди что-то мелькнуло, — сказал оператор тихо, медленно и максимально отчетливо.       — Что? — вначале ничего не понял Илья и посмотрел вперед, а затем посветив в сторону.       Но там уже ничего не было. Обычные полураскрытые шлюзовые ворота. Видимо, кто-то пробирался сюда ранее.       — Ты уверен? — спросил Кристиан, не опуская оружия. Данное заявление его тоже насторожило. — Может игра светотени? — но и он сам видел нечто подобное, поэтому не стал сильно ставить слова товарища под сомнение.       — Абсолютно. Ну не могло же такое привидеться, — ответил Александр громче. — Там кто-то был, — сказал он уже не так уверенно. Наверное, потому что не мог определить, кто это или что это было.       Они еще некоторое время стояли, как вкопанные, глядя вперед, пока сбоку от них, в яркой вспышке, не заискрила проводка.       — Проводка! — воскликнул Александр, отскакивая в сторону. Он чувствовал, как его сердце бешено заколотилось. — Очень странно, — говорил мужчина, пытаясь сохранять спокойствие, но голос предательски дрожал, — что она искрит, ведь ничего же не работает. У тебя есть какие-нибудь идеи, в чем тут дело? — обратился он к Илье, который замер, направив пистолет на место вспышки. Он словно превратился в статую.       — У меня пока одна идея. Ломить к кэпу, — сказал Илья. В его же голосе читалось раздражение и гнев. Ему начинали надоедать эти игры.       — Полностью согласен с тобой, пошли. Только давай вначале посмотрим, что там было впереди?       На что получил отказ. Вацлав, скорее всего, хотел бы их видеть перед собой в такое время. Да и Юхельссону хотелось разобраться с творящейся на корабле чертовщиной. Саша разделил его желание, уже привычным ручным способом открывая дверь, ведущую на мостик.       Одна из массивных створок отъехала в сторону, представляя помещение, где, помимо капитана еще находились София, Алексий и Зденек. Последний работал за единственным рабочим терминалом, активным за счет батареи бесперебойного питания.       Все что-то обсуждали, стоя у стола-карты, чья голограмма сейчас не работала. Алексий разложил схемы и повествовал о своем плане, Вацлав пытался спорить с ним, а Наврич то и дело требовал от них говорить тише.       Флён заметил Сашу случайно, и сразу жестом руки подозвал к себе, не отвлекаясь от разговора.       — Народ, как я рад вас видеть! — радостно и с облегчением поприветствовал всех Александр, подходя к капитану. — Как вы тут? — обратился он ко всем, но, наверное, больше к Флёну.       И тот незамедлительно ввел друга в курс дела. Саша правильно догадывался, что происходящее куда страннее, чем казалось. Будто вокруг корабля образовалась поле, не позволяющее технике работать. Хотя, как всем стало ясно, не все так безнадежно, раз терминал смогли завести. Толку от этого было немного: Наврич вскоре стал использовать экраны как освещение, а сам оператор обессилено развалился в кресле, пытаясь что-нибудь придумать.       Вацлав объяснил, что стоило обратиться к Младичу. Он до происшествия отправлялся в машинное отделение, разбираться с двигателем дальше. Скорее всего, он там и остался.       — Надо бы к нему отправиться. Думал, что связь настроим, да хрен мы, что тут пока настроим… — Вацлав потер свой подбородок.       Артиллерист тем временем стоял у приоткрытой створки, иногда выглядывая, выставляя вперед оружие. Никто больше не подошел, и, как было очевидно по поведению мужчины, ничего необычного в коридорах не происходило. Он сторожил проход, то и дело кидая взгляд на группу у стола. Ему тоже хотелось узнать подробности, но сейчас Илья принял решение обеспечить безопасность остальных. Хотя бы такую незначительную.       — Бери Илюху и идите к нему, — продолжал капитан. — По крайней мере, Тарадон хорошо шарит во всем этом, может, найдет ответ. Я хочу верить, что он найдет ответ, — последнее Вацлав проговорил довольно нервно. — Пока он будет разбираться, вы его прикроете.       — Что на счет остальных? — о других Александр беспокоился не меньше.       — Филин и Мария сейчас должны быть у Йосолы. Они заходили… Раньше вас, может, минут пять назад. Один пока только Тарадон остается.       Неужели действительно всё так серьезно?       Теперь Соколовский начал сильнее переживать за остальных членов экипажа, что остались по ту сторону этих ворот. Казалось, что только капитанский мостик единственно безопасное место, а все оставшиеся люди снаружи — брошены один на один со своими страхами и таящимися опасностями. Но затем постарался взять себя в руки: уж Филин и Мария не дадут ни себя, ни ту девушку в обиду. О них стоило волноваться в последнюю очередь.       — Хорошо, мы пойдем к Тарадону. Только я бы хотел сделать одно заявление для всех, Вац. Ты не против? — он не стал дожидаться ответа, за что мог понести наказание, но что-то внутри подсказало, что Владислав не будет противиться услышать новости. — Не подумайте, что у меня паранойя, но, пока мы шли сюда с Ильей, наткнулись на два очень странных события: во-первых, в коридоре я видел какое-то движение. Не думаю, что мне это показалось. А во-вторых, в стене вдруг очень сильно заискрила проводка, несмотря на то, что весь корабль обесточен.       Юхельссон подтвердил слова приятеля, подойдя уже ближе. Он тоже видел нечто промелькнувшее.       Вацлав вновь задумался. Он хлопнул своего старого друга по плечу, кивнул на пистолет, наказав использовать его с умом, и двое, наконец, отправились к мотористу. Даже если у него не было никакого плана, то хотя бы стоило его найти.       — Что же, у нас с Ильей уже имеется опыт прогулок по обесточенному кораблю. А на мостике случайно нет каких-либо фонарей? А то освещать себе путь планшетом не очень сподручно.       И ему сразу же нашли фонарь. Оказалось, что в его столе всегда лежал один на такой случай. Странно, что Саша забыл об этом.       — Ну что, идем? — спросил Александр, проверяя работоспособность обретенного предмета. — Мы к Тарадону и назад, — сообщил он всем.       После чего двое вновь оказались в коридоре, стоя лицом к другим воротам — теперь в оружейную — месте работы Юхельссона. В молчании и темноте эти врата отчасти пугали, но Илья не обратил на них и внимания, посмотрев в разные стороны коридора, где по обеим сторонам царствовала темнота.       — Давай зайдем в оружейную? — сказал оператор Илье. — Меня тревожит то, что я видел. Вооружимся получше?       Как оказалось ворота заклинило окончательно, даже рычаг не мог помочь, но был обходной путь. Поэтому двое сразу же направились к нему, встретив одинокую неприметную дверь, когда обошли оружейный отсек сбоку.       Кристиан позволил Соколовскому открыть дверь, а затем вошел внутрь первым.       Все находилось на своих местах. Даже разобранная ракета, даже недопитое пиво, пролитое на пол из-за толчка. Обычное помещение, которое привык видеть Илья за ту недолгую жизнь на корабле. Однако его что-то беспокоило, и он постоянно водил фонарем из стороны в сторону.       Саша поравнялся с ним и краем глаза опять заметил мелькание. По телу вновь пробежал холод, и сейчас мужчине хотелось провалиться под землю, оказаться в каюте или, еще лучше, дома.       — Слева, — выдавил оператор из себя.       Юхельссон замер, медленно снимая пистолет с предохранителя. Он тихо посоветовал другу пригнуться. И хоть Илья намекал сделать это не торопясь, Соколов, словно находясь в самой гуще битвы, залег, сжавшись в комок и обхватив голову руками.       Вооруженный товарищ сразу же направил фонарь с пистолетом в сторону, открыв огонь. Грохот выстрелов прокатился по всему кораблю, но Саша слышал, что артиллерист ругался во весь голос и продолжал стрелять.       — Ушло! Оно уходит! — прорычал Илья, после чего сразу же послышался винтовочный лай.       Около открытой двери показался Дмитрий. Он уже перестал стрелять, но не опускал оружие.       — Добрый вечер, — поприветствовал рыцарь приятелей в оружейной.       Он сказал это так спокойно и непринужденно, что Соколовский не удержался от смеха, развалившись теперь на спине.       Юхельссон хотел было догнать свой цель, но одной рукой его остановил Филин. Посоветовав не спешить и вооружиться чем-то лучшим, чем пистолет.       Дело принимало худший оборот.       Илья уже и забыл о Саше, пока тот сам не поднялся и на трясущихся ногах не дошел до шкафчиков.       — Стрелять умеешь? — поинтересовался артиллерист, протягивая приятелю базовое оружие защиты — небольшой огнестрельный автомат. Ничего мощнее и скорострельнее на этом корабле не оказалось. На лазерное оружие попросту не хватило денег.       Александр ничего не ответил, приняв в руки оружие и следуя наставлениям Ильи. Вскоре предохранитель был снят, а магазин заряжен. Примерно он понял, как обращаться с этим автоматом, но уже заранее знал, что вряд ли им воспользуется.       — Дима, как же ты вовремя! — Саша, наконец, отошел шока, вот только Филин уже скрылся из дверного проема. — Илья, что это было? В кого или во что ты стрелял? — спросил он слегка дрожащим голосом, не то от только что пережитого приступа страха, не то от ощущения в руках холодного металла оружия.       Илья же не спешил отвечать, вставляя магазин и передергивая затвор.       — Не знаю, — только и бросил он. По его выражению лица можно было сказать, что ему совершенно не хотелось говорить об увиденном. — Не уверен, что знаю. Двинули, надо быстрее добраться до Тарадона.       Юхельссон схватил приятеля за плечо и отодвинул со своего пути, уверенно зашагав вперед, подсвечивая себе путь.       Что бы мужчина не увидел, Соколовский почувствовал на себя странное влияние этого существа, которое мог описать как внушение. Щекотание разума, заставившее бояться, и только сейчас отпустившее окончательно. Илья прав, надо поспешить в машинное отделение. Он находился на два яруса ниже. Путь предстоял простой, ведь лестницы не были чем-то перекрыты. Двое спускались, а Илья что-то бормотал себе под нос, то и дело бросая на Сашу взгляд через плечо. Видимо, ему не хотелось остаться с оголенной спиной.       Вскоре мужчины оказались в складском отсеке, таком же большом и темном, как и оружейная. Отсюда вело несколько дверей в машинное отделение, где работал Иван Младич, обычно поддерживая двигатель корабля в работоспособном состоянии. Их, как и все прочие преграды, пришлось открывать альтернативно, оказавшись в узких и змеящихся коридорах, где Александр то и дело ударялся плечами о выступы.       — Все в порядке? — внезапно спросил он, открывая очередную дверь.       — Пока да, — ответил Илья уже более спокойным голосом, протирая рукавом намокший лоб. Вскоре духота сжала и Соколовского.       Еще жарче стало, когда они попали в обитель моториста. Духота надавила со всей силой, и Саша, которого сразу же бросило в пот, еле удержался на ногах. Здесь было мрачно. Именно, что мрачно. В некоторых местах горели восковые свечи, блекло освещая те места, где они стояли.       — Ого, какая необычная обстановка, — тихо произнес Саша, осматривая помещение в поисках Младича.       Он нашел его не сразу, тот работал в дальнем углу, трудился за верстаком возле огромных агрегатов двигателя. Младич сцепил волосы в хвост, и находился в простой рабочей одежде, оставив где-то свою форму. Кажется, он не ожидал гостей или не подал виду. Ясно было одно: он чем-то занимался, подсвечивая себе налобным фонарем.       — Привет, Тарадон! Как у тебя тут дела? — обратился оператор к товарищу, стараясь сделать это веселым голосом. Вышло с трудом, фальшиво.       Тем не менее, Иван не сразу отозвался, и Илья уже было хотел окликнуть его вновь, как тот повернулся к ним с резаком в руках.       — Я слышал, — он говорил спокойно, — творится что-то странное, не так ли?       Отчего-то Александр услышал в его голосе и ноты угрозы, словно Младич подозревал в происходящем экипаж.       — Угу, типо того. Ты знаешь, что произошло с кораблем?       Моторист перевел взгляд на второго гостя, и только раскрыл рот, как далеко позади послышался грохот чего-то падающего. Звук доносился со склада. Где же еще могло хоть что-то падать? Сначала могло показаться, что это из-за кого-то из своих, но…       — Они все у кэпа, — кинул Илья, встав полуоборотом, а затем рванул назад, не желая упускать возможную добычу.       Саша что-то крикнул Младичу, мгновенно забыв что, и поспешил за Ильей к выходу из машинного отделения. Что-то ему подсказывало, что не стоило оставлять Кристиана одного. Оба бежали навстречу смерти, и, если один делал это неосознанно, то вот другой мчал, чуть ли не с распростертыми руками. Что же могло внушить ему такое безумство? Вацлав никогда не рассказывал, что Юхельссон способен на глупые поступки.       А чем они оба сейчас лучше дураков?       Они выбежали наружу и Илья остановился так резко, что Соколовский уже подумал о плохом, готовый в мыслях хоронить его. Оказалось, все совсем иначе. Пучок света, как и оружие, было направлено на Марию. Та же, в свою очередь, приставила к подбородку мужчины свой посох — обычная металлическая палка, как могло показаться Александру. Тут полно таких валялось.       — Черт бы меня побрал, проклятье… — произнес Илья тихим голосом. Он опустил ствол вниз, пытаясь подобрать слова извинения.       Как только посох был убран, Юхельссон обхватил Марию за плечи и уже хотел было обнять, но та остановила его на полпути. Саша видел, как губы Марии шевелились — она что-то еле звучно шептала. Затем Соколовский краем глаза заметил мелькание… Нет, уже не просто мелькание, его боковое зрение успело выцепить целую фигуру, от которой он вновь неосознанно пришел в ужас.       — Кто здесь? — неожиданно сказал Александр, вскидывая автомат. — Вых… — и тут же сильно пожалел, что вообще осмелел на это мгновенье.       Пучок света фонаря подсвечивал нечто гротескное, нежелающее больше скрываться. Общие формы гуманоида, но вместо одной руки некое подобие щита с крепкой на вид коркой, а за место другой — серповидный шип. От одежды остались почерневшие лоскуты ткани, а тело, словно состоявшее из песка, пульсировало. Песчаный поток безостановочно двигался, выделяя телесные формы. Вокруг существа происходили мелькания, как если бы мигали светлячки, наверное, именно из-за них и виднелись мерцания ранее. Глаза были полностью черные, словно два угля, но Александр чувствовал, что мутант смотрел прямо на него. И хоть здравый смысл призывал нажать на спусковой крючок, тело оцепенело и не слушалось.       — Йосола-а! — вырвалось из пасти чудища. Грязь полетела из глотки, а нижняя челюсть начала крошиться, уже ломаясь надвое.       Это прыгнуло на Александра. И убило бы, если бы Илья не открыл огонь, отчего мутант пролетел мимо цели.       Какой-то своей частью Саша удивился: у монстра «руки» поменялись местами. Щит оказался слева, хотя несколько мгновений назад был справа.       Существо двигалось быстро, успевая увертываться от многих выстрелов, большую часть из них принимая на свою основную защиту. Оно петляло, стараясь приблизиться к жертве, допрыгивало до высокого потолка, цепляясь новыми отросшими конечностями.       Соколовский все стоял, не в силах нажать на спуск. Это казалось так просто, но что-то ему не позволяло. Он прикладывал все большие усилия, чтобы вообще сдвинуться с места, осознавая, что не ужас его обездвижил. Не останавливал и раньше. Так же, как и сумасшествие не двигало Ильей. Все дело, вся суть, вся проблема таилась в этом существе.       Существо жижей с противным хлюпаньем упало на пол, рассыпаясь на песчинки и завиваясь в маленьком урагане. Стрельба сменилась на щелчки опустевшего магазина. Саша остался один на один с преобразованным монстром, ставшим песчаной бурей. Он знал, что теперь ни Илья, ни Мария не успеют помочь ему, поэтому смотрел на то, как это двигалось к нему, постепенно возвышаясь. Смотрел со спокойствием, несвойственным человеку в такие моменты.       А когда нечто оказалось совсем рядом, то Соколовский нажал на спусковой крючок с такой силой, прорывая аномалию, что сломал себе палец, выпустив короткую очередь. На этот режим стрельбы Юхельссон сразу настроил автомат, чтобы Саша не потратил весь магазин со страху. Но даже этих нескольких пуль хватило, чтобы вихрь тронулся назад, вновь обретая форму старого существа. Мария успела своим вспыхнувшим посохом срезать одну его конечность, лишив чудища «щита», а появившийся Тарадон снес часть черепа разводным ключом, одним ударом повалив мутанта на пол. Но он не стал останавливаться, опустив на оставшуюся часть головы еще и тяжелый сапог.       Повисла тишина, прерываемая тяжелым дыханием и стоном Саши от поломанного пальца. Все фонари были направлены на поверженное тело, которое, к всеобщему удивлению, вскоре разлетелось в пыль. Было похоже, словно мутант полностью состоял из песчинок и его разнесло ветром. Да и те исчезли в скором времени. Стоило ли говорить, что увиденное оценили все. Даже на лице Младича висело нескрываемое удивление, а Илья то и дело хотел что-то сказать, но не находил подходящих слов.       Может, увиденное — галлюцинация? Со станции успели запустить газ на корабль или…       — Они с самого начала заслали его сюда, — наконец проговорила Мария, ставя точку после всего произошедшего.       Да и галлюцинацией это нельзя назвать — на разводном гаечном ключе еще находилось что-то налипшее, похожее на пепел.       Корабль сотрясло. Саша, усевшись ранее на пол, повалился на него полностью, как и все остальные, от мощного толчка. Лампы загорелись ослепительным светом, и послышался далекий гул заработавшего двигателя.       — Похоже, — Иван поднялся. Теперь в его глазах пылала ледяная ярость. Он сжал кулаки и губы, оглядывая всех находившихся тут. — Похоже, мне пора наведаться к капитану.       За ним последовал Илья, так ничего не проронив. Мария протянула Александру руку, помогая подняться. Она поможет добраться до медотсека, в то время как мужчины разберутся между собой. Им стоило многое обсудить, Саше лучше не лезть в эти дела — так решила девушка за связиста.              Капитан сидел напротив четверых мужчин, своих друзей и очень разгневанных сейчас людей, скрестив руки на груди и сохраняя маску спокойствия. Младич начал первым и говорил размеренно, чтобы все смогли понять суть произошедшего. Затем он замолк, сверля взглядом Вацлава.       — Так что ты хочешь от меня? — прямо спросил он.       — Женщину надо выкинуть за борт, — столь же прямо ответил Иван. — Я забуду про то, что ты не связался на станции с Ронумом. Закрою глаза на то, что ты уничтожил эту станцию. Я бы мог махнуть рукой и на эту девчонку, но, — он повысил голос, — е***ый рот, тварь кричала ее имя! Ничье больше, ты понимаешь? И те твари тоже это делали! А ты вот так взял и любезно оставил ее у нас.       — Ну да, — вклинился Мед, стоя позади, — бабы-то давно не было, вот и повелся на нее, — Алексей с издевкой усмехнулся. — Он и сейчас ничего не сделает с ней. Через жопу все!       Вацлав все молчал, глядя на своих друзей. Несмотря на их негодование и острые фразы, он не злился на них, но и Йосолу просто так выбросить в открытый космос он не мог.       — Поймите, — громко начал Флён, не сводя с пришедших взгляда. — Я понимаю ситуацию, но просто так убивать Йосолу… Послушайте себя! А если бы оно кричало другое имя? Что если оно нарочно намеревалось вас запутать?       Он взглянул на Илью, но даже в нем не увидел поддержки.       — Ты не видел эту корягу, — прорычал Иван, приближаясь. — Оно могло убить всех нас там, а затем разобраться с остальными. И ты, — Вацлав резко встал, оказываясь с ним лицом к лицу, — ты говоришь, что баба не виновата. Я же говорю: она — проклята.       — Проклята? — усмехнулся капитан. — Серьезно? Проклятий не существует. Это ваши выдумки и додумки.       Тарадон окончательно сорвался и схватил Вацлава за одежду.       — Додумки?! — он с силой встряхнул мужчину, словно тряпичную куклу. — Похоже, из всех напастей именно ты приведешь нас к гибели, — Иван отпустил капитана и тот принялся поправлять форму. Младич же продолжил уже спокойнее: — Избавимся от девчонки и забудем.       — Нет, — отрезал капитан, вновь взглянув на экипаж. Он уселся обратно. — Мы высадим ее на Закстаноре. Никто не посмеет ее выкинуть наружу. Не впадайте в крайности, — Вацлав вздохнул, сцепив пальцы на столе перед собой. — На станции таких существ было полным полно. Откуда мы можем знать, что те люди… — мужчина покривился от этого слова, совершенно случайно обозвав так тех чудищ. — Не уничтожили бы нас, отдай мы им Йосолу? Какие у нас были гарантии? — в который раз Флён осмотрел присутствующих. — Никаких. Поэтому не надо сейчас устраивать охоту на ведьм. Я понимаю ваше состояние. В конце концов, почему вы не верите моим словам? Вы же слышите только себя.       — Мы слышим то, — заговорил Илья, — что слышим. И там внизу мы слышали, как тварево кричало «Йосола». И я просто уверен, что это не случайность. Монстр не хотел ее смерти. У него были все шансы добраться до нее. Но… — он тяжело вздохнул, — я не знаю, что ему помешало.       Дальнейший разговор перешел в пустую болтовню, где выносились догадки. И, казалось, мужчины начали остывать. Иван уже не говорил с таким пылом, тон сменился на рассудительный, можно даже сказать доброжелательный. Илья выдавал одну мысль за другой, а Алексий раз за разом шутил о них, высказывая свои не менее бредовые идеи. И лишь Филин стоял молча, прислонившись спиной к стене.       — В общем, — Младич вновь взглянул на капитана, — пойми, Вац, мы можем беспокоиться о тебе. Но в данном случае ты выставил нас всех перед бездной. Не стоило ее забирать. И, если ты оставишь Йосолу, будет только хуже. Попомни мое слово.       Попомни мое слово.       Все разошлись. Кто вернулся на рабочее место, кто в каюту. Вацлав некоторое время сидел у себя, подумывая зайти к подобранной девушке. Раздумывал и над произошедшим, и над рассказанным Ильей и Иваном.       Монстр, со смертью рассыпавшийся в пыль.       Закстанор II находился уже близко. Наверное, как считал Вацлав, многие покинут его после всего произошедшего. Даже больше из-за случившегося сегодня. И зачем он подобрал Йосолу? Вопрос завис в голове и, обычно, Флён находил хоть какие-то ответы, но не в этот раз. Зачем он это сделал? Что его повело на такой шаг? Похоже, где-то здесь была дыра, и, ощутив ее, Вацлав лишь смог вновь налить себе виски, пытаясь спастись с его помощью.       Выпивка до добра не доводила. Осушив бокал, капитан поспешил вернуться на капитанский мостик. Его дом был уже совсем близко, там же он и подумает над своими вопросами.