Checking From Behind

— Вчера Эвен пригласил меня на свидание. Исак выронил контейнер со льдом, что держал в руках, в раковину. Развернувшись, он еще раз оценил внешний вид Евы. Вальтерсен, конечно, предполагал, что Ева отправляется веселиться, ведь ее платье говорило само за себя: обтягивающая голубая ткань, едва доходившая до колен сзади, спереди была еще короче, а по груди поднималась до самого горла, но так, что выглядела куда откровеннее самого глубокого выреза. Спина Евы была полностью обнажена. Исак вслух поинтересовался для кого Ева приоделась воскресным вечером, но такого ответа он не ожидал. Совсем. — Я бы сказала тебе раньше, но не успела поймать тебя до игры, — ее тон говорил о том, что она не слишком-то и пыталась. Убрав волосы с лица и перекинув их за спину, Ева подхватила свою сумочку. Исак следил за каждым ее движением, но в голове у него было пусто. Новая информация поставила его в тупик. Всего два дня назад Эвен назвал Еву девушкой Исака, а теперь он приглашает ее на свидание? Поэтому он хотел узнать о них подробнее? Чтобы понять, занята ли Ева? Исак пожалел, что не солгал. Пожалел, что слухи об Эвене и Вильде оказались ложными. Он бы предпочел, что угодно, но не это. — Вильде знает? — спросил Исак, изо всех сил стараясь звучать так же незаинтересованно, как и Ева. С той ночи у озера между ними все изменилось. Они не были в ссоре, и Исак не был уверен, что стоит вспоминать тот день, но что-то точно было не так. В одну секунду между ними все было нормально, а в следующую казалось, что Ева обижена на него. Недостаточно, чтобы показать это прямо, но где-то рядом, почти на поверхности, и Исак слишком хорошо знал ее, чтобы не заметить. — Конечно Вильде знает, — кивнула на его вопрос Ева. — Они с Эвеном просто друзья, мы говорили об этом. Исак не мог представить, чтобы Вильде все это устраивало, но он ничего не сказал. Это не устраивало его, но ему еще предстояло понять, почему именно, прежде, чем он выскажет свои мысли Еве. Что-то говорило ему, что в противном случае девушка разозлится и скажет, что он свой шанс упустил. Тогда, когда она забралась на его колени в той палатке, когда ее руки блуждали по его телу, а бедра плотно обхватывали его собственные. Когда он мог поцеловать ее, но не стал. В дверь позвонили, и Ева подошла открыть. — Поговорим об этом позже, ладно? — она даже не обернулась. Исак едва увидел фигуру Эвена в коридоре, но этого было достаточно, чтобы обозлиться. Насхем смотрел из-под полуопущенных ресниц, его волосы украшала высокая укладка, на губах играла легкая улыбка, через плечо была перекинута джинсовая куртка. Он будто вышел из какого-то фильма из девяностых, готовый встретить свою пару на школьную вечеринку. Исак начал выбивать лед из контейнера и перекладывать его в полотенце, чтобы успокоить ноющие синяки, заработанные на тренировках за неделю, но оставил свое занятие. Вместо этого он отправился в свою комнату, переоделся и вышел на пробежку. Его ноги гудели после игры, что состоялась всего несколько часов назад, но его мысли летели. Команда проиграла 4:3, что было обидно, учитывая, что противник состоял во втором дивизионе, и победить его было раз плюнуть. Конечно вина за проигрыш лежала не только на Исаке и Эвене, но ошибочный пас именно между ними привел к последней забитой шайбе, и упущенная победа подтачивала Вальтерсена Тот факт, что это был дружеский матч, не менял того, что они все еще не были готовы к настоящей игре в следующие выходные, и Исак еще никогда так не боялся надвигающегося сезона. Начав с медленного ритма, Вальтесен, стоило ему вспомнить об Эвене, ускорился в надежде выплеснуть всю ярость, что вызвал в нем партнер по команде. После игры, когда все собрались для дружеских рукопожатий с противниками, Эвен почти бездумно пихнул его в плечо. На короткий миг Исак подумал, что тот хочет напасть, но потом понял, что то было молчаливым поздравлением с их первой совместной игрой, знак того, что они, пусть и проиграли, прошли через это вместе. И все же, даже тогда Эвен уже знал, что отправится на свидание с Евой. Почему каждый раз, стоит ему сделать что-то нормальное, или Исак только подумает о том, что Эвен способен на такое в принципе, он сразу отправляет все коту под хвост? Почему Ева? Насхейм не выглядел заинтересованным, когда они говорили о ней в пятницу, когда видел ее на вечеринке или в походе. На секунду Исак даже подумал, что это Ева пригласила Эвена, а не наоборот, но она не стала бы об этом лгать. К тому же, поцеловать она хотела именно его, Исака. Разве нет? Ему все еще было сложно принять тот факт, что Ева проявила к нему такой интерес. В основном потому, что тогда ему надо было как-то отреагировать на это. Сейчас же у него не осталось и шанса не замечать происходящее, как бы сильно он того не желал. Тогда зачем Ева отправилась на свидание с Эвеном? Он был самым худшим вариантом из всех, что она могла выбрать, как из-за ее дружбы с Вильде, так и из-за того, что происходило между ней самой и Исаком. Вальтерсен не мог не думать о том, куда же Эвен повел Еву. Для ужина время было позднее, но вряд ли в воскресенье они отправились в клуб. Может, бар? Пара бокалов, смазанные слова, неловкие руки на коленях и бедрах и еще больше комментариев о прессе Эвена. Исак едва мог сосчитать, сколько раз Ева говорила и говорила о волосах Насхейма, так что там точно не обойдется без флирта, очарования и касаний, и — о, Боже — Исак видел слишком много ужасных романтических мелодрам. Что, если Эвен пригласит ее к себе? Стоит ли написать Юнасу, чтобы тот проверил, когда Насхейм вернется домой? Будет он один или нет? Исак ускорил бег, дышать стало тяжелее, легкие горели, пытаясь справиться с бешеным ритмом и злостью, что толкала его дальше и гораздо быстрее того, что он мог позволить себе в день игры. Руки Исака покрыли мурашки и каждое движение посылало волну прохлады по телу. Ночь еще не опустилась на кампус, но все равно у стадиона Исак оказался совсем один. Через силу он заставил себя перейти на быстрый шаг, а потом развернуться и медленно побрести домой, хватаясь за ноющие бока. Вернувшись в блок, первым делом Исак постучал в дверь комнаты Евы, чтобы проверить, был ли Эвен так же ужасен, как и всегда, и Мун вернулась домой рано. Никто ему не ответил. Очевидно, с девушками Насхейм обращался лучше, чем с командой. Даже после того, как Исак быстро принял душ и нагой забрался под одеяло, его мысли продолжали вертеться вокруг Евы и Эвена. Включив музыку, Вальтерсен попробовал уснуть пораньше, но собственное тело не позволило. Мышцы ног и спины пульсировали практически с физической болью, а пустая кровать служила лишним напоминанием того, где была Ева. Возможно, стояла рядом с Эвеном так же, как когда-то с Исаком, смотрела на него так же соблазнительно. Вальтерсен не сомневался — Эвен в курсе, что делать в таких ситуациях. Он бы точно не поежился и не покраснел из-за ощущения прикосновений кожа к коже. Исак знал, как бы выглядела Ева, в задравшемся платье и с волосами, рассыпанными по плечам и груди. Он знал, и именно поэтому его мозг даже не стал это воспроизводить. Только поэтому он попытался представить происходящее с точки зрения Евы. Потому что это было тем, чего он не видел, тем, о чем он даже не думал. Каково это, смотреть на Эвена сверху вниз, на его красивое, возможно, раскрасневшееся лицо, спутанные волосы, как после тренировки в зале. Его сильные руки и открытые ключицы. Плоскую грудь, бледную и мускулистую, но все еще каким-то образом мальчишескую, просматривающуюся под несомненно тесной рубашкой, что он выбрал для свидания. Две недели они играли в одной команде, а Исак видел Эвена без футболки всего раз. Тогда они они были в раздевалке вдвоем. Вальтерсен слышал, как другие парни задавались вопросом, что с Эвеном не так, но ни у кого не хватило храбрости просто подойти и спросить. Никто не разговаривал с ним больше необходимого, и точка. В любом случае, подумал Исак, Эвен выглядел одинаково хорошо и в футболке, и без нее. Такие мысли заставили его покраснеть, пусть он и был совсем один, но Исак живо переложил вину за это на Еву. Именно она была тем огоньком, что завлек его в эти дебри, а не Эвен. Ее такое знакомое Исаку желание. Заснул Вальтерсен под постоянно скачущие от яростных к раздраженным мысли о Еве и Эвене, перемежающиеся с расплывчатыми представлениями о том, как Насхейм трогал бы девушку, как его рот приоткрывался бы от удовольствия, а веки наоборот, смыкались, пряча горящее желание в глазах. * Утро встретило Исака ожидаемым стояком и полным отсутствием времени, чтобы избавиться от него до тренировки. Скатившись с кровати, Вальтерсен натянул на себя спортивные штаны и большую толстовку с символом «Волков» и фамилией и номером Юнаса, которую он заказал ради шутки. Тело Исака ломило после вчерашнего марш-броска, но на холодном воздухе улицы ему удалось немного взбодриться. До стадиона он добрался вместе с Крисом, что было необычно, пусть они и жили в одном блоке и часто покидали его одновременно. В этот же день они оба опоздали на встречи со своими друзьями. В пути Крис и Исак почти не разговаривали, но Вальтерсен выяснил, что Ева вернулась домой около полуночи, когда он сам уже уснул. Если верить словам Шистада, девушка пришла одна. Исак заметил Эвена в раздевалке, почувствовал его взгляд на себе, но лишний раз проследил за тем, чтобы смотреть в другую сторону. Через полчаса тренировок у Исака свело мышцы ноги, и одного выражения его лица было достаточно, чтобы Эскиль тут же поспешил к нему на помощь. Заверений Исака, что все в порядке, оказалось недостаточно и, после легкой версии обычной тренировки, ему пришлось отправиться в медпункт на массаж. Вальтерсен был более чем счастлив получить справку, освобождающую его от лекции по химии, на которой он обязательно столкнулся бы с Эвеном. — Чем ты занимался? На игре с тобой все было нормально, — нахмурился Эскиль и принялся читать лекцию о том, как важно давать телу отдыхать, после признания Исака о вечерней пробежке. — Ты выходишь на лед пять-шесть раз в неделю и столько же занимаешься в зале. Между этими занятиями необходимы передышки, Исак. Сделай растяжку, прогуляйся куда-нибудь, если хочешь, но даже твое шикарное тело не может выдержать три тренировки в день. По крайней мере, если ты не будешь все делать правильно. Исак нехотя согласился и поморщился, когда Эскиль надавил на мышцы его бедра. Лежа на кушетке лицом вниз, Вальтерсен пытался расслабиться, но тело все равно ощущалось как-то не так. — Во время игры у тебя что-нибудь болело? Исак низко пробормотал, что нет. — А что с лицом? Я видел, что ты вернулся из похода с фингалом под глазом, но не заглянул ко мне. Он не повлиял на твою игру, так что как физиологу мне плевать на него, но как твой друг, я хочу поцеловать того, кто поставил его тебе, — пальцы Эскиля переместились к тому месту, что свело на тренировке, и Исаку пришлось сжать зубы. — Он бы не позволил тебе, — прорычал он. — Это был Эвен. Вальтерсен почувствовал, как пальцы Эскиля на секунду замерли, а потом продолжили работу. — Эвен? Я не слишком удивлен, но как это произошло? — Я встал между ним и Вильямом, — объяснил Исак. Хотя массаж Эскиля был болезненным, ощущать как медленно расслабляются мышцы, было приятно. — Он хоть раз приходил к тебе на осмотр? — Нет, его закрепили за Крис Берг. Она работает с фигуристами, — Триггвассон звучал не так обиженно, как ожидал того Исак. — Почему? — спросил он. Внезапно до него дошло, что если Эскиль знает что-нибудь о том, что произошло с Эвеном, «Акулами» и их тренером, то это хороший шанс все разузнать. Кто и может все рассказать, так это Эскиль. Сегодня, однако, он засомневался и, когда все же решил ответить, заговорил словно через силу. — Ему некомфортно, если осмотр провожу я. Исак не уловил недосказанности в голосе физиолога, а потому приподнялся на локтях, чтобы развернуться и посмотреть прямо на Эскиля и добавить вес взгляда к своим вопросам. — Почему? Потому что ты заигрывал с ним? Только поэтому? — Боже, нет, — фыркнул Триггвассон. — Это не потому, что я гей, если ты об этом. Совсем нет. — Звучит так, будто причина именно в этом, прости. — Все не так, — еще раз повторил Эскиль, и Исак опустился обратно лицом в подушку. — Тогда как? Если тренер согласился, чтобы его осматривала Берг, то причина должна быть серьезной, разве нет? Эскиль помолчал, набирая в руки побольше масла и переходя к другой ноге Исака. — Дело в том, что я парень. Но не в том, что я гей. Прости, Исак, но больше рассказать я не в праве. — Какая проблема у Эвена с парнями? Он целовал одного из них, — Исак пожалел о своих словах как только они вылетели из его рта. Вот он, треплется о возможных секретах Эвена, пока Эскиль изо всех сил пытается их защитить. Руки Триггвассона замерли. — Что? Откуда ты знаешь? Когда? — Видел на фейсбуке. И я почти ничего об этом не знаю, — Исак попытался соскочить с темы, но Эскиль сильно шлепнул его по лодыжке. — Я требую ответов, Исак! Если это на фейсбуке, то это не секрет, так что нет ничего плохого в том, чтобы обсудить все пикантные подробности. Исак, поняв, что Эскиль не станет продолжать массаж, пока он не заговорит, снова сел. Придерживая полотенце на бедрах, он свесил ноги с кушетки. Лицо Эскиля за считанные секунды просветлело. — Я видел размытое фото, на котором Эвен целует какого-то парня в баре, вот и все. Это вообще могло быть шуткой, я не знаю. Он точно по девочкам. Эскиль глубоко вздохнул и подтянул к себе стул, чтобы сесть на него лицом к спинке и Исаку. — В том, что ты только что сказал, столько неправильного. Если Эвен целует парней ради развлечения, то это не шутка. Это он слишком глубоко в шкафу, дружок. И он действительно все еще может интересоваться девушками, это не проблема. — Я знаю, — пробормотал Исак. — Не просто девушками, а Евой, если уж на то пошло. — Евой? — Эскиль пересел поближе. — Без обид, но я думал с ней встречаешься ты. Или планируешь. — Нет. Может, планирую. Или готовлюсь к этому, — Исак лег обратно, решив окончательно закончить этот разговор, но Эскиль посчитал иначе. — К чему тут готовиться? Вальтерсен не знал, что на это ответить. В последнее время он и сам задавал себе этот вопрос и очень хотел получить на него простой ответ. Он не знал, что с ним не так, и Эскиль был последним человеком, с которым он хотел бы это обсуждать. Но, опять же, не было никого другого. Он не мог поговорить об этом с Вильде или Юнасом по очевидным причинам, а разговор с Магнусом это то же, что говорить со всей командой разом. Были и другие люди, с которыми он ладил или проводил свободное время, но все они не были ему достаточно близки. — Я просто ждал, когда все это будет ощущаться предельно правильным, так, как должно. А потом вмешался Эвен, и все полетело к чертям. — Ты чувствуешь, что это неправильно? — спросил Эскиль. — Может, потому что она не хочет этого? Раз ходит на свидания с другим. — Нет, она хотела. Ну, я так думаю. А теперь я снова не уверен. Эскиль вернулся к массажу, но на этот раз не такому сильному. — Может, она просто не ждет тебя. Если она предложила что-то, а ты отказал? Исак глубоко вздохнул. — Ты ревнуешь? — предположил Эскиль, и Вальтерсен почти согласился с ним. Он точно не радовался паре Эвена и Евы. Может, тянущее чувство потери глубоко в груди и было тем знаком, что он ждал. Знаком, что он должен наконец-то решиться и позволить всему случиться так, как должно.