Сокровище для Джека Воробья (капитана Джека Воробья)

Генри задумался. Все его мысли ушли именно к этому чертову пирату. Возможно, им когда-нибудь и представится случай поговорить начистоту и без намеков, но вот когда? Может быть, не тянуть и спуститься к капитану прямо сейчас? Молодой Тернер терялся. С одной стороны перед ним простирались во всей красе прелести юной Карины, а с другой — тайная и страстная любовь к пирату. Что делать юнцу? Как выбрать? Генри был довольно юн и совершенно некомпетентен в делах любви. Но он знал явно одно — его чувства к пирату были сильнее остальных. Последние лучи солнца согревали теплом. Небо окрасилось в предзакатные краски. «Жемчужина» плавно раскачивалась на волнах. Команда капитана Воробья возвращалась в город. Впереди еще оставалась ночь пути, и она как раз располагала к серьезному разговору. Завтра, с наступлением рассвета, магия сказки исчезнет, и на душе останется лишь полное разочарование упущенной возможности. Медлить не было смысла. Генри быстро сбежал вниз по лестнице и постучал в дверь каюты Джека. — Кто там? — немного томный и слегка пьяный голос неохотно ответил на стук. — Джек, я могу войти? — Тернер говорил полушепотом. Послышались поспешные шаги, дверь распахнулась, и пред взором Генри предстал полуголый пират. — О чем хочешь мне поведать, юный соблазнитель? — в руке Воробья была недопитая бутыль рома. — О нас, — неловко раздалось в ответ. Взгляд парня уперся в пол, щеки покрылись ярким румянцем смущения. Юноша вошел в каюту и плотно прикрыл за собой дверь. — Виски? Ром? — предложил пират. Его белая рубаха была расстегнута. Оголенная грудь притягивала взор невинного юноши. Джек расхаживал по комнатушке своей развязной походкой, не понимая, что творится в теле парня. — Давай уже что-нибудь, — Генри подумал, что будет лучше выпить бокал чего-то покрепче, тогда и говорить станет легче. Язык развяжется сам собой. Опрокинув залпом бокал виски, который обжег внутренности парня, Тернер начал учащенно вдыхать воздух. Воробей передал ему яблоко. Юноша поспешно откусил фрукт и посмотрел на капитана. — Джек, завтра мы вернемся на берег, наши пути разойдутся и, возможно, больше никогда не пересекутся. Я хочу поблагодарить тебя за помощь в спасении моего отца… — Да? И как именно ты хочешь это сделать? — перебил пират и без того стесняющегося парня. — Я… Не знаю. Я, — юноша покраснел еще больше, но выпитое спиртное позволило ему поднять взор на пирата. Тепло виски согревало нутро, Генри почувствовал, что дышать стало легче. Голова немного кружилась, взор слегка затуманился. Пират стоял перед ним так близко, и его смешанный с ромом аромат стал тревожить потаенные уголки сознания юноши. Тернер протянул руку, обвивая ее вокруг тела Джека, и положил откусанное яблоко на стол. В этот момент Джек уже не смог себя сдерживать. Слишком долго он желал этого девственника. Слишком давно его достоинство теснилось в штанах. Пират с силой схватил Генри, притянул к себе и хриплым от возбуждения голосом прошептал ему на ухо: — Это последняя ночь. Ты должен расплатиться со мной. И я хочу этого немедленно. Смекаешь? Генри от неожиданности хотелось сопротивляться, потому что он знал, к чему приведут внезапно начавшиеся ласки, но возбуждение и виски затмили разум, и юноша поддался искушению. Джек грубовато залез шершавыми руками под широкую рубашку парня и одним движением сорвал ее с него. Непривычные ласки мужчины действовали на Генри слишком возбуждающе. Затем Джек, не особо церемонясь, предложил парню лечь на живот и снять штаны, чтобы не испачкать их, а сам потянулся за маслом, стоявшим на столе. Пирату некогда было тянуть время. Он с каждой минутой все сильнее сдерживал себя. Генри обнаженный и полностью смущенный лежал перед пиратом, а руки мужчины осторожно начали играть с анальным отверстием парня. Генри даже начал постанывать, когда почувствовал, что палец капитана аккуратно вошел в него, потом втиснулся второй и третий пальцы. Несравненное чувство желания, абсолютно никакой острой боли, только лишь приятные ощущения. Казалось, Джек делает это ежедневно и всем подряд, настолько умело и деликатно, несмотря на некоторую грубость натуры, он обходился с юношей. Член Генри стоял как кол. Двое мужчин понимали друг друга без слов. Пару минут спустя пират взял руку парня и положил на свой уже горячий крепкий член. Юноша неловко и неумело принялся его ласкать, сжимая в ладони и водя ею по всей длине. Ситуация заводила еще больше, хотелось дальнейшего приключения. Следующим неожиданным этапом стал минет, в этом не было никаких сомнений. Джек вытащил пальцы из почти растянутого зада парня и тихо низким голосом спросил: «Как насчет сладкого поцелуя?», на что юноша, конечно, ответил, что сделает это с огромным удовольствием, несмотря на полное неумение. Раньше Генри даже не мог представить, как можно сосать мужской член, а теперь это была реальность. Он встал с дивана и сел на колени на пол, перед довольным улыбающимся капитаном, а затем начал облизывать яркую головку, аккуратно пробуя ее на вкус. Джек возбудился настолько сильно, что немного грубо схватил Генри за волосы на затылке и начал сам насаживать его рот на свой член. Парню это даже нравилось, кроме случаев, когда он начинал задыхаться, так как не мог столь глубоко взять его. Не тонкий, не толстый, но ужасно манящий. Вскоре сидеть Джеку надоело и он встал, полностью раздевшись и не вынимая члена изо рта юноши. Генри тоже выпрямился, но также продолжал стоять на коленях. Слюни невольно вытекали, плюс мужчина время от времени плевал на свой член, а потом резкими движениями пропихивал его все глубже и глубже. Яички слабо били по подбородку парня, но в его теле происходили невероятные ощущения: унижение в совокупе с огромным удовольствием от данного действия. Джек больше не мог держать себя в руках. Он резко развернул юношу и начал медленно, но верно входить в него. Вот тут Генри начало немного раздирать от боли. Конечно, на его просьбу прекратить последовал твердый отказ. Пьяный пират потерял над собой контроль, но все же ослабил напор. Постепенно задний проход юноши начал заполняться теплом, боль притупилась и подступала эйфория. Генри начало разрывать от удовольствия, а ощущения скрашивал тот факт, что его сзади имеет настоящий пират, в которого парень, к тому же, был беззаветно влюблен. Возбуждали и резкие движения, и ощущение как его тело с силой бьется о голую задницу. Генри громко стонал. Стонал не столько от чистого удовольствия, сколько для выражения своего возбужденного состояния и поддержания волны своего первого мужчины. Позы менялись. Джек ложился на раскрасневшегося юношу сверху, задирал его ноги и входил сбоку, клал парня на стол и поднимал его ноги на свои плечи. В завершении всего Джек сильно закричал, не в силах подавить крик, и обдал горячей спермой спину и задницу Генри. Юноша следом брызнул мутной струей на пол и без сил рухнул на диван. Казалось, жизнь остановилась. Сердце колотилось и было готово выпрыгнуть из груди. Джек обнял сзади парня и прижался к нему, шепча на ухо: — Я выбрал тебя, малыш. Ты будешь моим, когда мне вздумается. Генри не сразу сообразил, о чем идет речь. Юноша находился на пике наслаждения, забыв обо всем на свете. Он не думал ни о чем другом, как о только что совершенном. Генри не знал, что их стоны и крики были слышны всей команде. И теперь все знают, что капитан нашел себе новую пассию. После Уилла команда постоянно подвергалась неудовлетворенным нападкам капитана, но сейчас должно было все наладиться. Генри стал новым избранником Джека Воробья.

***

Тернер медленно открывал глаза. Корабль покачивался на волнах. Рядом с парнем сопел пират. Во сне он казался довольно спокойным. Солнце озарило лучами каюту и щекотало край носа Джека. Мужчина проснулся и сразу встретился взглядом с Генри. — Нам предстоит нелегкое объяснение, — с чего-то начал непонятный разговор Воробей. — Какое объяснение, Джек? — Тернер непонимающим взором прошелся по телу капитана. — С твоим отцом, малыш, — Джек прикрыл глаза, глубоко вздохнул и промолвил: — Ведь мы с ним были любовниками, а теперь я сплю с тобой. Смекаешь?