Сокровище для Джека Воробья (капитана Джека Воробья)

— В чем дело, Джек? — Генри непонимающе смотрел в затылок пирата, но все же послушно шел за ним. — Я должен признаться тебе кое в чем, малыш. И это довольно нелегко, — Воробей остановился. Затем печально посмотрел на спокойное темное море, отражающее в себе яркий диск луны, глубоко вздохнул и произнес: — Твой отец против. — Против чего? — взволнованно спросил юноша, заглядывая мужчине в глаза. — Против того, чтобы я был с тобой, — пират посмотрел на Генри. — Я же говорил тебе, кем он раньше был для меня. Он догадывается, что ты тоже стаешь мне небезразличен. Уилл приходил ко мне сегодня. — И что, Джек? — переходил на более громкий тон парень. — Он женат. У него есть моя мать. Какое ему дело до моей личной жизни? До твоей жизни? — Видимо, он до сих пор ревнует, — уверенно произнес капитан, отводя взор от юнца. — Да плевать я хотел! — крикнул Генри, со всей силы ударив по стене сарая, за которым они прятались. — Он счастлив! Я тоже хочу быть счастливым. Джек, не обращай на него внимания. Воробей вновь посмотрел на мальчишку. Как же он был похож на своего отца! Такой же борец, такой же упрямец и такой же соблазнительный красавец! Капитан не мог оторвать от него взгляда, словно осматривая его в последний раз. В мыслях пирата идеи менялись одна за другой. То ему захотелось бросить все, забрать этого парнишку и уплыть с ним на далекий остров, где они смогут наслаждаться своей любовью ежедневно и еженощно. То вдруг пират решил, наоборот, оставить все и одному кинуться в морскую пучину, забыв обо всей земной прелести любви и вновь стать отъявленным пиратом, а не сопливой девицей, влюбленной по уши. Джек терялся и волновался. Впервые в его жизни он хотел двух мужчин одновременно. Лишь он встретил сегодня старшего Тернера, все чувства воспылали в его душе. Но увидев вечером юнца Тернера, капитан вновь был поглощен неопытной нежностью Генри. Время незаметно шло, пират и его пассия уже молча сидели на берегу, любуясь небольшими набегающими на песок волнами от поднимающегося легкого бриза. Джек все еще раздумывал, когда вдруг за их спинами раздался тихий уставший голос. — Вот вы где, — Уилл стоял почти рядом. Он подошел тихо, почти неслышно. Тернер осторожно присел около сына. — Генри, пойдем домой. Мама волнуется. — Пап, — юноша вскочил на ноги, как только отец приобнял его за плечи. — За что ты так со мной? Ты ведь сам отказался от него! Парень указывал на спокойно сидящего неподалеку пирата. Воробей удивленно переводил взгляд с одного на другого. — Я выбрал твою мать, я не мог иначе поступить, сын, — все так же тихо ответил старший Тернер. — Вот и прекрасно! Тогда позволь мне тоже самому решать, — юноша принял позу коршуна, готового наброситься на свою жертву. — Он погубит тебя, — не оборачиваясь на капитана, произнес Уилл. — Он ведь пират. Его жизнь не принадлежит даже ему самому. Виселица — его постоянный спутник. Ты хочешь страдать? Ты хочешь переживать и в конце концов сам подняться на эшафот? — Да с чего ты взял? А как же ты? Ты ведь сам был влюблен, отец? Я так долго ждал твоего возвращения. Я так долго пытался освободить тебя из-под гнета морского проклятия. И теперь встречаю полное непонимание с твоей стороны. Как же так, пап? — на глаза парня навернулись непрошенные слезы, одна из которых предательски стекала по щеке. Джеку надоело, что о нем говорят в третьем лице в его присутствии, пират поднялся и встал между двумя спорщиками. — Послушайте, Тернеры, — Воробей поворачивал голову из стороны в сторону, глядя на обоих по очереди. — Вам надо отдохнуть. Я понимаю, что являюсь столь великолепным, и вам трудно смириться с тем, что приходится меня делить. Но ничего не поделаешь, мне надо идти поспать. Давайте завтра встретимся в кабаке и поговорим за пинтой пива? И капитан Воробей своей вальяжной походкой, манерно расставив руки в стороны, направился к дешевой гостинице, в которой остановился. Оба Тернера смотрели ему вслед, понимая, что им всем нужен отдых для того, чтобы наконец разобраться и в своей жизни, и в своих чувствах. Уилл и Генри молча и угрюмо пошагали к дому. Но Джек, несмотря на тот тон самовлюбленности, с которым он распрощался на берегу, задумал совершенно иное. Он покинет этот чертов город. Оставит свои никчемные чувства здесь и отправится бороздить моря, как будто ничего и не было. Сегодня же он соберет свою преданную команду, быстренько ограбят маленький банк и с хорошим достатком выйдут в море.

***

Генри долго не мог уснуть. Всю дорогу они с отцом не проронили ни слова. Непонимание с Уиллом разбило сердце молодого Тернера. Юноша никак не хотел принимать слова отца по поводу несчастной судьбы пирата. Как только солнце показало свои первые лучи из-за горизонта, Генри соскочил с кровати, накинул камзол и шляпу, забежав на кухню, забрал остывший кусок мяса и положил в котомку, и выскочил из дома. Парень торопился как можно скорее увидеться с пиратом и серьезно поговорить. Судьба и жизнь Тернера находится только в его руках, и бессмысленные слова отца ничего для юноши не значат. Распахнув деревянные двери, еле державшиеся на петлях, Генри практически вбежал в гостиницу. Пожилой мужчина дремал прямо у входа. Услышав громкие шаги парня, он подскочил и сделал вид, что не спит. — Чем могу быть полезен, юноша? — седые бакенбарды украшали исхудавшее старческое лицо мужчины. Его желтоватого цвета кожа и такие же зубы напомнили Генри о том, что он не хочет так же состариться в этом захолустном городке. — Джек Воробей. Где его комната? — юноша торопливо осматривал первый этаж отеля. — Позвольте, вы говорите о пирате? — старик поднял густые брови на парня. — Нет, я говорю о капитане, — как ни в чем не бывало ответил юноша. — Он съехал вчера вечером, — с неповторимой гордостью подняв голову, словно после отъезда Воробья помещение очистилось, произнес мужчина. — Как съехал? — Тернер непонимающе взирал на старика. — Мы виделись ночью. — Так и есть. Он покинул гостиницу в три часа ночи, — пожилой мужчина утвердительно кивнул. Генри, не промолвив ни слова, выскочил из гостиницы и огляделся по сторонам в поисках хоть какого-то следа Воробья, будто тот только покинул помещение. Молодой Тернер не знал, куда бежать, но первым делом он должен был удостовериться в присутствии «Жемчужины» на причале. Генри помчался именно туда. Издалека юноша разглядел любимые борта корабля. Значит, и команда находилась где-то в городе. Но где именно? Парень слышал, что мистер Гиббс остановился у знакомой вдовы неподалеку от моря. Просто нужно было отыскать ее дом, порасспрашивая у местных жителей. Какой-то истощенный пьянчужка как раз пошатываясь проходил мимо. — Эй! — окликнул его Тернер. — Мистер Гиббс где может ночевать? Мужичок указал на отдаленно стоявший низенький домик на пригорке. Генри быстро направился к нему и нервно постучал костяшками пальцев в дверь. То ли сонный, то ли заплаканный голос попросил подождать минуту, и послышались медленные шаги. Спустя некоторое время дверь медленно отворилась, скрипя затвором, и перед юношей показалась маленькая худощавая женщина. Ее мокрое от слез лицо и покрасневшие глаза говорили о некоем горе. — Что вам нужно, юноша? — хрипло произнесла женщина, утирая вновь выступавшие на глазах слезы. — Я ищу мистера Гиббса. Вы не знаете, где он может быть? — парень чуял неладное, но не мог понять, что именно его тревожит. — Гиббс?! Да будь он проклят, этот мужлан! — резкий крик заставил парня вздрогнуть. — Я говорила ему, чтобы он сидел на месте и не совался в эти переделки и авантюры. Что ему еще не хватает? Старый идиот! — Что случилось? — в глазах парня появился испуг. Непонятный и напряженный. — Их повесят, — опустив руки, произнесла женщина. — Их всех повесят сегодня в полдень. А виной тому тот прохвост, Джек Воробей. Это он соблазнил моего Гиббса. Это он заставил его пойти на ограбление.