Crazy in love

По дороге оба не обронили ни слова. Один был слишком вымотан морально, у второго внешний вид говорил сам за себя: испачканная в грязи и крови верхняя одежда, растрепанные темные волосы, рваная царапина на переносице и разбитая губа. Брюнет лишь пробурчал свое имя, когда вставал, — Ким Мингю. Вону кивнул в ответ, но реагировать в роде «Чон Вону, приятно познакомиться» не стал — не самое подходящее время. Идти было некуда, кроме как домой к Вону. На скорую в таком виде вряд ли кто примет, скорее сочтут за обдолбанных и сольют в психушку. Где живет этот Мингю, Вону не было известно, а спрашивать, если честно, как-то неловко: у того челюсть раскрашена не в лучший цвет, говорить ему придется трудно. Да и Ким не сопротивлялся, молча шел рядом, облокотившись на чоновское плечо, хромая на правую ногу, что иногда слегка ныла, отчего Мингю сжимал губы и сильно хмурил лицо. До дома парни добрались ближе к полуночи, что сработало Чону на руку: родители уже крепко спали. Ранний отбой — то, что Вону не мог терпеть на протяжении всей своей жизни, но это был первый раз, когда он безумно был этому рад. Главное, теперь войти как можно тише и никого не разбудить по дороге к своей комнате. А с утра Чон обязательно что-нибудь придумает.

***

— Так, окей, — практически шепотом произносит вслух Вону, — надеюсь, мой поступок не выльется завтра на меня дерьмом, что припасли для таких случаев родители, — звучит усмешка, но Мингю вовсе не улыбается. Поднимает свой взгляд и серьезно смотрит в его сторону. — Эй, что-то не так? Болит? — Нет-нет, все нормально, правда.. — мешкается Ким. — Просто.. если я создаю для тебя неудобства, то могу уйти? — Неудобства создает для меня моя семья, так что все в порядке, — в очередной раз пытается отшутиться Чон и тут же добавляет, — эм-м, ляжешь на моей кровати? — А ты где? — Я практически не сплю здесь, — устало давит улыбку Вону, что получается не шибко идеально, но он слишком вымотан, и ему, вправду, плевать, где лечь. — Нет-нет, я серьезно. Моя раскладушка стоит на балконе, мне там гораздо больше нравится. — А твои родители? Ну, в смысле если они придут и увидят меня, то.. тебе, наверное, сильно достанется?.. — мямлит Ким практически себе под нос и смотрит со странным сочувствием, к которому Чон совершенно не привык в свой адрес. — Не думай об этом, ложись. Я закрою комнату, тебя никто не тронет, пока сам не проснешься, — уверяет Вону и направляется к незапертой двери. — Добрых снов.

***

Засыпать под утро из-за дурных мыслей в голове — вполне привычно для Вону, и на сей раз не обошлось без этого. — Эй, не спишь? — прокладывается чужой голос, от чего Чон неожиданно вздрагивает, но тут же вспоминает: он здесь не один. — Нет, что-то случилось? — оборачивается Вону в сторону брюнета, который, на удивление, не выглядит сонным и беспокойным. У таких, как он, в глазах вечно сверкают бурные искорки и горит безумное желание жить, даже если выглядит он, мягко говоря, так себе. — Не-не, все в порядке, э-эм.. — тянет Мингю, — хотел сказать спасибо.. Не, серьезно, чувак, меня впервые кто-то вытаскивает из дерьма. Буду должен. — Забудь, — Чон отводит взгляд и смотрит куда-то в даль. Грустно, что за добро кто-то вечно что-то должен. Так всегда: тебе помогут, а потом ждут какой-нибудь взаимовыручки. Обидно. Хотелось ведь как лучше, а получилось как обычно. Ничего удивительного, Чон Вону. И Ким Мингю молчит, ничего не отвечает, лишь натягивает печальную улыбку и жмурит глаза из-за восходившего солнца. Время рассвета — любимое время Вону. Как правило, он либо не спит до него, либо, наоборот, очень рано просыпается, но не было ни разу, чтобы он не встретил ранние лучи солнца самым первым. — Красиво, — шепчет Мингю, прикрывая темные веки, расслабляясь под углом пламенных лучей и наслаждаясь теплом летней прохлады. Вону хочется спросить, что случилось с парнем, почему он выглядит столь потрепанно и безжизненно, но лишь внешне, внутри у него, кажется, тикающая бомба, которая каждый раз взрывается от перевозбуждения чувствами и эмоциями. Хочется узнать, что привело его к нему. Почему Чон вообще решил кому-то помочь, ведь раньше никто с ним этого не проворачивал. Насколько тяжело Мингю, может, ему действительно необходима чья-то протянутая рука, или же он тупо убивает свое время. Но это как-нибудь потом, пусть Мингю сам расскажет ему об этом. Сейчас — момент. И нельзя так просто его упустить.

***

Вону просыпается от того, что кто-то зовет его по имени. Нет, не просто зовет, буквально орет. Как выяснилось, он уснул с Мингю рядом, а во сне из-за ночной прохлады и вовсе прижался к Киму, как маленький беспомощный щенок. — Вону, какого черта?! — мать кричит так, будто произошло что-то ужасное, преступное, неподдающееся нормальному разуму, хотя на самом деле один юноша просто помог другому, и они уснули вместе. — Решил в дом парней теперь таскать! Господи, что я воспитала! — она зарывается руками в безжизненных ярко-рыжих волосах, а после подходит к Чону и одаривает смачной пощечиной. — Вы совсем сдурели?! — заступается Мингю, но Вону молчит, нервно сжимая кулаки и прикусывая нижнюю губу, закипая изнутри так сильно, что, кажется, сейчас пойдет по швам. — Все нормально. Мам, мы сейчас уйдем, — сквозь зубы выдыхает Чон и тянет к выходу за руку Мингю. Не накинув на себя даже толстовки, что сейчас могла бы приходиться, так как на улице идет сильный ливень, Вону настойчиво ведет за собой Мингю куда-то далеко отсюда. В свое привычное никуда. Здесь тихо и спокойно, ни один лишний назойливый звук не раздражает слух. Пахнет свежестью. Небольшая лесная поляна, окруженная высокими деревьями. Позади раскинутое вдоль берега озеро огромных размеров. Здесь ни холодно, ни жарко — все, как надо. «Самое правильное место в мире», — думает Вону, вдыхая пахнущий свободой воздух, что медленно охватывает легкие и заставляет задохнуться от пленительного восторга. Никто и никогда не приходил сюда вместе с Чоном, Ким Мингю будет первым. «И что такого в этом парне, если он сейчас стоит рядом?» — в очередной раз Вону терзает свои мысли, вновь и вновь задавая себе один и тот же вопрос, но ответа на него, так такого, найти не может.