Птичий крик

      Слишком поздно я поняла, что если у меня и будет время, чтобы заняться какими-то сторонними вопросами, а не только тренировками, то не будет сил. Тело Игрока, конечно, давало мне невообразимые возможности, но оно же мешало открывать второе, третье, пятое и так далее дыхания. Я могла вкладываться в тренировки по максимуму какое-то ограниченное моей выносливостью количество времени, а потом начинала сползать на землю под давлением дебаффа «Истощение».       Если пробовать заниматься через него, то дебафф быстро сменялся на «Полное истощение», из-за которого мне даже пришлось просить Сакуру поколдовать своей медчакрой. Сакура просьбы не оценила, и под конец лечения наградила меня хорошим таким тумаком:       — Будешь стараться настолько сильно, и вгонишь себя в могилу в сто раз раньше Гаары. Я, конечно, понимаю, что ты горда сверх меры, Птичка-химе, — внезапно перешла она на ласковый тон. — Но ты же помнишь про такую возможность, как просто сдаться?       — Конечно! — запротестовала я. — Скорее всего, так и сделаю… Но сначала мне надо максимально себя показать.       Лицо у Сакуры стало совсем уж похожим на лица тех ирьёнинов, которых я видела в госпитале, и я прыснула. За что получила ещё один тумак. Дёрнула её за волосы… В общем, день закончился самой настоящей бабской дракой на полу в моей комнате, после которой мы тепло попрощались, полностью собой довольные. Как ни крути, а Сакура — замечательная подруга.       Сами же тренировки не были похожи на то, как я тренировалась раньше. Ни с Мизуки-сенсеем, ни с самим Хаяте-сенсеем. И, судя по всему, чтобы не обделять мальчишек, у них тренировочный процесс тоже сменился, только не настолько радикально. Чему они, лентяи, были рады! С другой стороны, оно и правильно: меня сенсей может научить гораздо большему, чем их, вместо тренировок с сенсеем сокомандники начали искать альтернативные источники: Абураме обратился к клану, Савада — к банде.       Раньше наши тренировки наедине с сенсеем на пятьдесят процентов состояли из отработки техник, ещё на пятьдесят — из спарринга. Но теперь все сто процентов были отданы моим навыкам: как отработке старых, так и изучению новых. А значит, и сил на это уходило во много раз больше.       Начало тренировки всегда ознаменовывалось упражнениями на повышение физических характеристик. Сила, ловкость, выносливость… Я искренне сомневалась, что хоть одна из этих величин когда-нибудь сможет доползти до моего интеллекта, но иногда, после особо выматывающих часов, уверенность покрывалась трещинами. Подумать только, как сильно можно извращаться с обычными упражнениями: меня и нагружали грузами, и отвлекали, и… в общем, сенсей измывался по полной.       Первой же техникой, которую Хаяте-сенсей мне показал, оказалось не какое-нибудь движение Лунного стиля, не дзюцу стихии Молнии, а… Теневое клонирование. Вот прямо в первый же день тренировок, попутно заявляя, что тянуть не стоит, и чем раньше я начну это дзюцу тренировать, тем будет лучше.       — Это нестандартная печать, — с сомнением протянула я, пока только запоминая движения. — Но… тут нужны две руки. Мне такое не подойдёт.       — Для тебя Теневое клонирование никакого применения в бою точно не будет иметь, — фыркнул сенсей. — Чакры создание клона отнимает немного, но потом делит её пополам между тобой и копией. Клон довольно неплотный, так как не поддерживается никакой стихией, так что развеивается даже от обычного удара…       — И в чём тогда преимущество? — вынужденно задала я вопрос. В чём преимущество, я отлично знала. Но — не должна была знать. Так что улыбаемся и машем… — Мне логичнее было бы изучить дзюцу Земляных клонов. Там и печати стандартные, вроде, я их легко преобразую в одноручные.       — Теневые клоны полезны в обучении и шпионаже. И что-то мне подсказывает, что тебе когда-нибудь пригодится и та, и другая функции.       Я удержала лицо и не показала своего удивления, продолжая слушать объяснения сенсея. Обычно он не любил что-то предсказывать, а тут, смотрите как, и на условно запретную технику расщедрился, и какие-то неясные (очевидные, то есть) намёки начал выдавать. Интересно, он как, с бывшими сослуживцами связь поддерживает? И, если да, то насколько крепкую? Новостями делятся?       Про «запретность» я всё-таки спросила, стараясь высказываться как можно аккуратнее. Ответ меня не удивил, я, уже прожив в мире шиноби достаточное время, чего-то такого и ожидала:       — Техники просто нет в свободном доступе, как и многих стихийных. Но наставники почти всегда обучают ей своих учеников, если у тех достаточно чакры. У тебя, правда, её всё ещё мало, — сенсей вздохнул. — И я бы точно не стал этого делать. Но ты не тот человек, который откажется от боя, пока не будет слишком поздно. Так что придётся сделать так, чтобы слишком поздно не наступило.       Для меня всегда было большим вопросом, почему люди считают меня… необдуманной, что ли? Возможно, у меня не вся жизнь и каждое действие спланированы, но я прекрасно отдаю себе отчёт о том, что делаю. Так почему же то приближенные в банде, то сенсей смотрят и говорят так, будто я ради своей гордости могу пожертвовать жизнью? Ложь, ложь и провокация! Да, ради гордости (но больше — статуса) я могу пойти на многое. Но смерть? Нет, это совершенно другая категория.       Впрочем, с чего бы мне жаловаться, если учат таким хорошим техникам. И не только им! В тот же день, чтобы не тратить тренировочное время на бесполезные отработки Теневых клонов (печати, в надежде на появление навыка с печальным «ур.1», я могу складывать и у себя дома), Хаяте-сенсей показал мне несколько движений Лунного стиля. Что я могу сказать? Они были классными!       По заверениям сенсея, что-то ему пришлось дорабатывать, так как вакидзаси короче катаны, и это оказывало на технику какое-то влияние — он не стал вдаваться в подробности, хотя я бы послушала. Всегда было интересно понять, как шиноби разрабатывают новые техники или совершенствуют уже созданные. Достаточно ли будет последовательности печатей с определённым значением, устойчивого образа в мыслях, словно при создании артефактов, и времени, чтобы навык, наконец, появился? Когда-нибудь, когда у меня будет время и не будет опасности над плечом, я обязана попробовать что-нибудь создать.       Или улучшить... Хм.       Зато стало понятно, почему Лунный стиль качался так медленно. Стоило мне пару раз попробовать движения, как соответствующие иконки появились на панели навыков… привязанные к Лунному стилю! В том числе и уровнем! Сенсей, завидев мои внезапные успехи в первый же день применения фактически новой техники, наградил сначала меня, а потом вакидзаси очень задумчивыми взглядами.       Ничего не сказал, впрочем.       Будто я и без этого не поняла, что он имел в виду. То же, что и раньше, то же, что и Мизуки-сенсей когда-то. Удивительной скорости прогресс! Жаль, что по сравнению с главными героями, он всё ещё никакущий. Я покосилась на количество чакры, стёрла со лба пот. Вряд ли, конечно, в ближайшее время я смогу использовать много таких движений… каждое — как техника С-ранга, минусит не менее тридцати единиц чакры. У меня всего двести тридцать с копейками. Вывод? Семь раз, и я пуста. А ведь сенсей сражается с помощью этих техник без проблем…       Ну, конечно, когда у тебя полторы тысячи единиц чакры, тридцать единиц как-то не особо имеют значения.       — Думаю, пока чакра восстанавливается, мы можем подтянуть твои навыки в кендзюцу. Лунный стиль активирован? — спросил сенсей, и я кивнула. Он внезапно остановился. — Впрочем, нет. Покажи мне сначала, как ты уже владеешь стихией Молнии.       Я не возражала. Зажгла предоставленную мне лампочку, помигала ей, медленно сделала темнее, потом ярче. Пустила между пальцев небольшой разряд. За всем Хаяте-сенсей пронаблюдал с большим интересом, а потом хмыкнул и покачал головой.       — Удивительно… Но всё ещё недостаточно. — Я в прямом смысле поперхнулась и сжала лампочку крепче. Недостаточно? У меня уже тринадцатый уровень навыка! И это через несколько месяцев после начала тренировок! — Ты меня неправильно поняла. Твой прогресс всё ещё невероятен… Но какой-то частью себя я надеялся, что он будет ещё невероятнее, и я смогу учить тебя сразу техникам В-ранга. Судя по тому, что я видел и слышал, Гаара — тот противник, для которого лучше иметь в рукаве именно такие техники.       После объяснения сразу стало не так обидно. Тем не менее, я медленно отрицательно покачала головой. Учить меня техникам В-ранга? Нет. Нет, совершенно точно — не самая лучшая идея.       — Моего запаса чакры хватит только на три техники В-ранга, — негромко сказала я. — Никогда не использовала техники А-ранга, но, подозреваю, что смогу применить не более одной. Пока ситуация такова, мне лучше запасаться дзюцу С-ранга. Многие из них бывают очень полезными. Думаю, у вас есть пара техник Райтона, которые пригодятся в любом случае. Вот их и буду учить. А к середине месяца, кто знает… может, мои результаты станут лучше.       — Я думал об одной технике стихии Молнии, — прищурился сенсей. — Тори, у тебя всего месяц. Безусловно, составляющие Лунного стиля продвигаются... намного быстрее, чем я мог предположить, но ты всё ещё говоришь об изучении трёх техник за месяц — а возможно даже четырёх, хотя я очень сомневаюсь, что за две недели ты сможешь поднять свои навыки до требуемого уровня.       Основной смысл речи понять было просто. «Будь реалистичнее». О, безусловно, даже для человека с системой я ставила для себя совершенно дикие цели — но раз у меня будут Теневые клоны, то, может быть, всё не так уж и невероятно? Их тоже, конечно, надо натренировать, но если я каждый день буду создавать хотя бы одного для того чтобы он прокачивал артефакторику, пока я занимаюсь другими делами…       Может, хоть что-то из задуманного у меня и получится.       В первый же день я засела за попытки переработать нестандартную печать в такую же нестандартную, но одноручную. Помогало мне и то, что Хаяте-сенсей поделился — для создания Теневых клонов так же можно использовать печать Тигра или Лошади. Но почему именно их? Функции у Тигра и Лошади довольно сильно разнятся! Но несколько вариантов я всё же придумала. Оставалось только выучить навык, дотянуть уровня до пятого, а потом уже начать эксперименты — какой вариант всё же предпочтительнее.       На следующий же день, вечером, я смогла создать своего первого теневого клона. И, соответственно, получила за это действие способность.       Теневое клонирование ур.1       Имя мне — легион.       Я сразу же полезла проверять свои характеристики. Мои глаза тут же полезли на лоб, и я на всякий случай я открыла характеристики стоящей рядом меня же. Абсолютная копия знакомо прищурилась, от чего выражение лица стало то ли хулиганским, то ли надменным. Именно так я делала, когда задумывалась или читала какую-то информацию от системы — что часто являлось синонимами.       На создание клона ушло семьдесят восемь единиц чакры. Остальные сто шестьдесят были распределены между нами равномерно, то есть по восемьдесят каждой. И это так… мало! Да у меня едва на две техники Лунного стиля наскребётся, и я останусь совсем без чакры!       — Очень мало, — вздохнула рядом копия. — Надо что-то менять.       Я внезапно очень задумчиво посмотрела на неё.       — Слушай, а ведь Тора — это обычно печать для техник Катона… которые, как всем известно, хорошо так жрут чакру. А печать Лошади обычно используется для соединения, если техника очень уж комплексная…       — А нестандартная вообще странная какая-то, — медленно продолжила копия. — И никакого отношения ни к Тигру, ни к Лошади, не имеет, что приводит нас к выводу… Хм. Думаешь, в зависимости от того, что используется…       — Мы должны это проверить! — тут же загорелась я. — И усовершенствовать.       — Тогда я сяду думать, а ты иди делай артефакторику, — распорядилась копия. — Подумать только! Интересно, а если использовать Овцу, возможно ли избежать смерти от слишком большого числа клонов, она же защищает?.. Не смотри на меня так, я поняла уже, что надо искать печать, которая поможет распределять чакру!       — Кстати, а зачем печать?       — Точняк, — она хлопнула в ладоши. — Для нас в целом не важно, можно и комбинацию соорудить!       Артефакторика не возражала и качалась даже тогда, когда ей занимался клон. Но обычно ей занималась я сама, оставляя клона совершенствовать контроль чакры или думать над техникой — и, собственно, совершенствовать её. Потому что, если я создам случайно слишком много клонов, я могу отключиться и даже умереть — полная пустота в очаге чакры гарантированно начнёт отбирать здоровье, раз уж даже малое её количество накладывает дебафф. А если чакры не хватит у клона, то она просто исчезнет. Что уже, кстати, пару раз случалось.       Возвращение воспоминаний от клона были… странными. Они не накладывались друг на друга, а воспринимались скорее как мои же действия: будто я не просто внезапно получила воспоминания, а сначала сама это всё проделала, и теперь села в ту же позу, в которой была ранее. Немного кружится голова, но совершенно не критично. Были даже смешные ассоциации с маховиком времени.       Почему мне так хотелось побыстрее усовершенствовать технику, пусть я и понимала, что этот процесс просто не может быть быстрым? Потому что я всё же надеялась на то, что смогу сделать это до истечения месяца — в таком случае копия могла бы заниматься чем-то нечакрозатратным, пока я тренируюсь. А количество занимающихся и польза от этих занятий с лихвой бы покрыли время, потраченное мной на улучшение.       День на пятый я придумала ещё один способ: вставать пораньше и создавать клона с самого утра, чтобы к тренировке с сенсеем моя чакра уже успела восстановиться. Казалось бы, такое очевидное решение, а додумалась до него я не сразу. Интеллект у неё под шестьдесят единиц, ну конечно!       Ещё одним знаменательным событием месяца был Саске. И даже не столько бой с ним, сколько то, что он взял и заявился на мою тренировку. Я бы его появления не почувствовала, не нахмурься Хаяте-сенсей и не останови он меня движением руки. Я мгновенно перестала пытаться сделать себе броню из земли, обернулась посмотреть, что же происходит.       Да, против Гаары бесполезны атаки Дотона — но защита этой стихии всё ещё оставалась самой лучшей, так что я не переставала тренировать единственную известную мне технику защитного типа. Уровень был слишком мал, так что получалось то плохо, то никак, но благодаря классу техника прокачивалась, как на дрожжах. Сенсей уже даже удивлённого лица не корчил, просто, кажется, взял во внимание мои темпы развития и строил план тренировок, опираясь на эти самые темпы. Меня, конечно, очень интересовало, известно ли о моих достижениях кому-то кроме нас двоих… но я не спрашивала. Ещё не время.       — Ты говорила, что я могу найти тебя, когда мне будет удобно, — сказал Саске, с интересом посматривая на то, как с моих ног обваливаются куски земли, так и не ставшие бронёй. Я потрясла ботинком и столкнула оставшиеся частички чакрой. — Так вот, мне удобно.       — Ты действительно так говорила?       — Да, — я косо взглянула на удивлённого сенсея. — Мне хотелось, чтобы всё было по-честному. Саске проиграл только из-за того, что не мог использовать чакру, но пытался. Возможно, если бы ты не тормозил во время этих попыток, ты бы всё ещё победил, кстати!       — Я думал об этом, — нехотя выдавил он. Передёрнул плечами. — Но вряд ли. Я спросил у Сакуры, когда начинается тренировка, но, похоже, немного опоздал. У тебя достаточно чакры?       Чакры у меня было достаточно, потому что Учиха опоздал, как он выразился, лишь немного. Фактически, я успела применить дзюцу один раз — да и то несколько неполноценно, чакры ушло в два раза меньше, чем должно было. Мышцы, правда, болели после физических упражнений, ведь сенсей меня успел погонять… Но это было не критично. Я вполне могла сражаться.       Оставалась только одна проблема…       — Если ты обещала, то устраивайте спарринг. Я прослежу, — пожал плечами Хаяте-сенсей, а потом обратился к Саске: — Не рань её слишком сильно. Каждый день тренировок важен, будет преступлением пропускать ещё несколько.       — «Слишком»?       — Ты тогда обеспечил мне сотрясение, Учиха, — прыснула я, отходя на несколько шагов от озадаченного Саске. Положила руку на рукоять вакидзаси. — А оно лечится не быстро.       И этот… очень хороший человек просто ухмыльнулся, судя по всему, довольный без меры! Даже не извинился. Я бы поперхнулась, не будь так сосредоточена. А сосредоточиться было на чём: Хаяте-сенсей уже отошел, давая нам свободу, и прислонился к ближайшей вертикальной поверхности, а Учиха всё не двигался. Я тоже не спешила нападать, понимая, что в моём случае это будет не самым выгодным поступком. Хотя вакидзаси, конечно, можно вытащить… Я чуть крепче сжала пальцы на рукояти и потянула. Ноги Саске почти неуловимо дрогнули.       Почему ноги? Потому что выше рук я не смотрела, опасаясь наткнуться на шаринган. Кто знает, защитит ли Разум игрока от гендзюцу — и специально смотреть в шаринган, проверяя, мне совершенно не хотелось.       Забавно, кстати. До этого момента я ни разу не попадала в гендзюцу. Юкио предпочитал тренировать свои иллюзии не на мне, а больше в моём окружении людей данной направленности и не было.       Бой начался, как и в прошлый раз: когда я сложила печать концентрации и резко активировала Лунный стиль. Саске начал складывать печати, я тоже. Первым успел он и выдохнул Огненный шар — и я, хорошо знакомая с приёмом «прятать за технику метательное железо» благодаря Юкио, резко ушла сначала вправо, а потом провалилась под землю. Задерживаться там у меня не было никакого желания, как и пытаться применить на Саске те же техники, что и в прошлый раз. Нет, он не попадётся в болото и уж тем более не позволит утащить себя под землю.       Так что я просто вынырнула рядом с ним — не за спиной, как можно было бы ожидать, а прямо перед лицом, и полоснула вакидзаси, целясь куда-то в переносицу, а потом увела руку вниз, защищаясь от куная, который добрый знакомый решил отправить мне прямо в живот. Кунай громко звякнул и отскочил в сторону. Я шикнула и послала чакру в клинок:       — Лунный свет.       Лунный свет — одно из дзюцу Лунного стиля, как легко догадаться из названия. Обычная обманка, которая заставляет противника отвлекаться на блики света на мече. Соответственно, работает только тогда, когда эти блики света есть, иначе чакра, можно считать, потрачена впустую. Но Саске не отвлёкся и легко увернулся от одного из моих сенбонов, который я успела достать из подсумка во время путешествия под землёй.       Вообще, логично, что он смог не попасться — шаринган ведь… И как я не подумала. Все «обманки» Лунного стиля по своему действую похожи именно на гендзюцу, хотя по способу активации и по сути ими не являются — я ведь совершенный ноль в иллюзиях, я бы просто не смогла.       Мы опять начали складывать печати одновременно, только я в этот же момент ещё и попыталась ласково погладить Саске по запястьям своим клинком. Не получилось. Зато на этот раз мы смогли применить свои техники вместе, причём я, поняв, что последняя печать — это печать Тигра, приготовилась тут же использовать следующее дзюцу.       — Катон: Хосенка но Дзюцу!       — Дотон: Рэцудо Тенщоо.       Огонь Катона двигался примерно с такой же скоростью, как моя чакра по земле в направлении Саске. Я, правда, не обольщалась, что мне серьёзно удастся задеть Учиха. Техника хорошая, но он вряд ли попадётся в одну и ту же ловушку дважды. Поэтому у меня была ещё одна идея, которую я и осуществила, сначала бросившись в сторону от огня.       — Лунная тень!       Эта техника мне нравилась больше всего. Она была… странной, но от этого не менее привлекательной. Чем-то похожа на соединение Шуншина и моей Скорости, обеспечивая и перемещение, и ускорение. Со стороны выглядело, как телепортация, но на деле… На деле я всего лишь очень быстро двигалась вперёд, держа вакидзаси так, чтобы проткнуть противника.       Проткнуть Саске не получилось, как и у него не получилось спеленать меня своей леской — просчитался парень, не учел резко возросшую скорость, так что я с лёгкостью разрубила тонкие нити, с раздражением понимая, что… весь мой арсенал потрачен! Чакра ещё, конечно, оставалась. Но мне попросту нечем больше было удивить Учиха… Только вот ему самому знать об этом не обязательно, так что я опять бросилась в ближний бой.       Может быть, удастся удивить его своим кендзюцу.       Увы, не удалось. Пробегав ещё с десять минут по небольшой части полигона, я оказалась-таки спелената леской Саске, после чего тот медленно сложил печати, последней из которой была Тора, и легонько подул у своих пальцев. Я насупилась. Да-да, понятно, гений, что ты бы поджег свою леску, а вместе с ней и меня. Я задёргалась, пытаясь выпутаться, и Учиха с каменным лицом ослабил натяжение. Я быстро выскользнула из нитей и даже злобно подопнула одну из них ногой. Учиха всё ещё светил каменным лицом.       — Тебе дать противоядие? — ласково осведомилась я.       Каменное лицо медленно преобразовалось в задумчивое после того, как противоядие было выпито. Слабо представляю, насколько плохо ему было — на себе я яды не проверяла никогда — но явно очень нехорошо. Иначе почему взгляд на пузырёк с противоядием такой странный?       — Сколько их у тебя? — наконец, не выдержал он. — Ядов.       — Ядов? — я фальшиво задумалась и открыла один из двух подсумков — тот, который висел на правом бедре, ближе к колену. Именно там я хранила яды. — Много. Тут и противоядия, так что дели примерно на два.       Пузырьков было… ну, много. Составы у меня имелись абсолютно на все случаи жизни, а бутыльки, хоть и не были подписаны, отличались по своей форме. Как долго мне потребовалось, чтобы за секунду определять, где что находится — лучше не вспоминать… В бою я использовала всего несколько самых действенных, но на всякий случай таскала больше, чем нужно.       — Интересно, — пробормотал Саске. — Ты владеешь двумя стихиями, так?       Допрос выходил очень подозрительным. Я прищурилась и постучала пальцем по рукояти вакидзаси. Учиха, несмотря на свои исцарапанную одежду и тело, выглядел миролюбиво. Но довольно нечитаемо. Конечно, в мои способности не входило определение истинных чувств людей, только примерное понимание, когда они фальшивят, а когда — нет, но не нравился мне такой Саске. Это было подозрительно.       — Земля и Молния, — тем не менее, ответила я. — И яды, и противоядия я делаю сама. А пахнут они классно, потому что я люблю вкусные запахи.       — Сакура тоже? Она на это столько времени тратит?       — Нет, насколько я знаю, она тратит своё время на практику в госпитале, — ответила я, прищурившись. Ни за что не поверю, что он не спрашивал этого у своей сокомандницы сам! Учиха — наглец, вполне себе способен задать этот вопрос в лицо. — Зачем тебе это?       — Просто интересно.       Пока Учиха открещивался и отрицательно мотал головой, до меня начало медленно доходить, а сама я начала медленно улыбаться. Охохох, вот и пригодились почти шестьдесят единиц интеллекта… И почему меня окружают настолько милые люди? Казалось бы, шиноби, шиноби, а всё ещё как дети!       — О, Шиниг… — я прыснула. — Саске! Если ты хочешь узнать, где пропадает Сакура и почему мы с ней так хорошо знакомы, хоть и учились в разных классах, ты мог бы просто спросить. Мы живём рядом. И общаемся лет с шести, вот и всё. Мне казалось, ты уже знаешь это, вы полгода как одна команда.       Но Учиха всё-таки не зря называют гением: по взгляду было видно, что он мне не поверил. Я думала, что этим всё и ограничится, Хаяте-сенсей уже начал идти в нашу сторону, явно собираясь напомнить мне о времени (по лицу видно), но Саске решил не отступать:       — Это не всё, — негромко сказал он. — «Птичка-химе», ваши с ней и тем парнем, Юкио, оговорки — это похоже на дружбу, да, но… Кое-кто наводит меня на мысли…       — …О том, что вам стоит заканчивать, — вмешался Хаяте-сенсей. — Прости, Саске, но если Тори может заниматься в любое время, пока не устанет, то моё время ограничено.       Обычно Хаяте-сенсей умел правильно выбирать время, но на этот раз я едва не взвыла обиженно «Ну почему вы не дали ему договорить!». Меня даже не столько волновало, что Саске узнает о банде — если не махнёт из Конохи, то в любом случае узнает, есть у меня небольшие планы на него в том числе — сколько то, от кого он получает намёки. Что за «кое-кто», который наводит его на мысли? Как ни крути, а ответа на вопрос у меня не получалось. Сакуру он бы не стал называть «кое-кто», он её уже раньше называл по имени. Тогда — кто? Из банды с ним кроме Сакуры никто не общается. Те, кто знают о банде?..       — Вам просто надоело нас слушать, не так ли, сенсей?       — Нет, моё время действительно ограничено, — удивлённо посмотрел на меня Хаяте-сенсей, а потом покачал головой. — За ваше обучение мне денег не платят.       Я прикрыла рот и отвела взгляд, действительно пристыженная. И правда. Раньше, пока мы ходили на миссии, он получал большую долю как сенсей — что, впрочем, всё равно не особо много. Теперь же, когда мы не ходим на миссии сами, да ещё и требуем его постоянного присутствия для тренировок… Миссии С-ранга, полагаю. Чтобы не слишком долго. И оплата — соответствующая.       Но на самом деле, Саске и его появление натолкнуло меня на мысли, о которых я в процессе своей прокачки несколько… забыла. О банде и о Кеншине, если быть точнее. Так как поиски одного из приближенных могли затянуться, а будущая штаб-квартира имела постоянное месторасположение, после тренировки (и отдыха от неё) пошла я именно по последнему адресу. И было там… тихо. Я прикинула по числам: по всему выходило, что со дня на день мы должны были переехать, район открывался очень и очень скоро, некоторые люди уже покупали помещения.       И каким образом, при скором открытии, никто из гильдийских не толпится где-то рядом? Я потопталась на крыше ближайшего здания, передёрнула плечами и бросилась к Аянами. Копия сидела и мучила артефакторику, а значит, никто не пытался усовершенствовать Теневых клонов — правда, чем дольше я думала над этим вопросом, тем яснее понимала, что уйти могут месяцы... но не прекращала — а значит, время терялось.       Окно у Аянами, как всегда, было гостеприимно открыто. Но, запрыгнув в комнату, я с удивлением обнаружила внутри не одну девушку, но и Комацу, и Кеншина, и даже Микиру. Удивление тут же переросло в напряжение: как подсказывал мне опыт, обычно большие собрания имели место быть только в экстренных или просто затруднительных ситуациях. Иначе зачем собирать всех и сразу? В стиле Аянами, скорее, переговорить со всеми поодиночке.       — О, Птичка-химе, — поприветствовал меня Комацу и жестом предложил подойти ближе. — Ты удивительно вовремя. Впрочем, наверное, мы бы смогли справиться и без тебя…       — У нас какие-то проблемы?       — Ничего серьёзного, на самом деле, но очень неприятно, — отвлеченно сказала Аянами. Она с сомнением разглядывала какие-то бумаги: несколько держала в руках, несколько веером лежали перед ней на столе. Я извернулась и заглянула в текст, а потом, закатив глаза, опять встала в нормальное положение. — Нам тут очень навязчиво предлагают продать помещения.       Письма, причем официальные. И несколько… договоров? Один точно что-то про собственность, значит, полагаю, это бумаги, подтверждающие, что Комацу у нас владелец верхних этажей. А проблема, как легко догадаться, в том, что кого-то это очень не устраивает.       Вообще, оно и понятно. Новопостроенные здания были красивыми, высокими: целых четыре этажа в каждом. В Конохе таких можно было по пальцам пересчитать. Кому-то наверняка костью в горле стоит, что Комацу захапал себе такие площади. Но, справедливости ради, он за эти площади хорошо так заплатил… Даже кредит брал, если я не ошибаюсь.       Впрочем, такая навязчивость всё ещё очень странная.       — Честно говоря, я всё ещё не понимаю, почему они так к нам пристали, — нахмурилась я. — Ну, ты всё организовал. Ну, хорошо так вложился. Самый молодой и, соответственно, неопытный из них, никому почти незнакомый, хочется выпнуть подальше из дружной компашки…       — Я взял на себя постройку крыш с условием, что они так же будут принадлежать мне, как и последний этаж. Конечно, все согласились, первые этажи куда удобнее и приносят больше прибыли… — Комацу с улыбкой покачал головой. — Но я сделал крыши плоскими. И лестницы туда ведут довольно удобные. А вид…       — А вид с одних из высочайших зданий деревни открывается хороший, — почти восхищённо закончила я. — Так ты всех обвёл, Комацу?       — Воспользовался твоей тактикой — притворился, что мне очень, очень не хочется тратить деньги ещё и на крыши. Удивительно, но сработало, — всё ещё отвлеченно сдала жениха Аянами. — Меня больше волнует, что нам с этим интересом делать. Я не хочу заселять на этажи и крыши банду, потому что немного волнуюсь. Что они предпримут?..       — Мы уже дошли до того, что надо как-то оформить нашу, эм, компанию. Очень большую компанию, — Микиру растерянно пожал плечами. Было видно, как ему непривычно тут находиться. — Но вот как?.. Слишком много людей, но хотя бы все уже частично дееспособны, некоторые даже полностью.       Дееспособность тут наступала в двенадцать лет. И если приютские становились полностью дееспособными уже в этом нежном возрасте, то имеющие старших родственников дети должны были ждать восемнадцати лет, в двенадцать им светила только частичная. Или, если они являлись шиноби, ждать можно было чунинского звания...       У клановых были ещё какие-то заморочки касательно подчинения то ли главе клана, то ли старейшине, как старшему в роду… Но я в этом не разбиралась совершенно и до замужества — обязательно выгодного! — разбираться не собиралась.       — Какие тут вообще могут быть вопросы? — удивилась я. — Обустраивай на крыше кафе, на этаже будем готовить и, собственно, собираться. Кто хочет работать, пусть будет оформлен на работу… хотя, нет, не так. Работать захотят многие… — оборвала себя я и задумалась. Потом тряхнула головой. — В любом случае! Малая часть будет работать, большая часть — просто посетители. Или на верхнем этаже сидят, там же много места? Сделаем отдельные комнаты!       — К ним тоже могут прикопаться, — хмыкнул молчавший до этого Кеншин. — Что на это скажешь?       — Проект в разработке, — внезапно, не моргнув и глазом, выдал Микиру. — И это, кстати, может стать правдой. В банде же есть… люди, которые могут что-нибудь придумать?       В банде такие люди были, и в немалом количестве.       — Кстати, здания стоят близко друг к другу? — нахмурившись, переспросила я. В голове гуляла какая-то идея, которую никак не удавалось нормально выразить в словах. — Можно построить проход? Мост?       — Можно, в целом, — кивнул Комацу. — Но это дополнительные деньги… Но я вроде как понял, к чему ты ведёшь.       — Подходите-подходите, впервые в Конохе, обычные люди могут испытать то же, что и шиноби! Хождение по крышам, взгляд с высоты птичьего полёта!       — Птицы летают выше, — критично хмыкнула я в сторону развеселившегося Кеншина. — И вообще, колись давай! Почему тебя не было на последнем собрании?       Оказалось, что Кеншин, пусть даже и был в Конохе… но просто не получил новость об этом самом собрании. В стане подчинённых Аянами произошла какая-то путаница и, в итоге, никто так и не отправился вылавливать одного из моих приближенных. Рассказывая всё это, Кеншин весело косил в сторону Аянами, но та закрылась своими длинными голубыми волосами, как шторой, и продолжала копаться в документах. Облокотившийся Комацу стоял рядом и что-то негромко ей твердил.       Микиру выглядел задумчивым. По лицу было не сказать, лицо он контролировал хорошо, но вот выражение грязно-зелёных глаз выдавало. Кажется, он что-то для себя решал, и я совершенно не собиралась мешать ему это делать: Абураме действительно было, о чём подумать. В том числе и побеспокоиться о том, о чём медленно начинала беспокоиться я: не будет ли проблем с моей частично необдуманной (я-то хотела сначала получить звание чунина, или хотя бы пережить нападение Орочимару, и уж только потом думать о таких преобразованиях…) идеей?       Вместо того, чтобы размышлять об этом сейчас, я села на уши Кеншину и рассказала про предстоящий бой с Гаарой, а также о шансах не то что выиграть, а хотя бы его задеть. Впрочем, я постепенно всё больше склонялась к мысли, чтобы даже не пытаться его ранить (его-настоящего под слоем песчаной брони, я имею в виду), а просто показать все свои навыки — и не только боевые, но и тактические.       — Вряд ли я тебе чем-то смогу помочь, — вздохнул Кеншин и осторожно потрепал меня по голове. — Мог бы техник Земли подкинуть, да ты, судя по всему, их сейчас не собираешься учить.       — Гаара управляет песком, причем совершенно без печатей, на одной воле, — пробормотала я. — У него или адский контроль, или огромные запасы чакры. И, конечно, Дотоном он владеет лучше меня, песок — это наверняка стихийный улучшенный геном Земля плюс Воздух.       — Не всегда люди со стихийным улучшенным геномом хорошо владеют элементарными стихиями. По крайней мере, техники не всегда учат, — внезапно проснулся Микиру. — Зачем им? У них уже с рождения сродство зашкаливает так, что позволяет соединять две стихии.       Я чуть склонила голову на бок. Нет, сегодня не день, а какой-то кладезь новых и безрассудных идей. Переспросила:       — Стихии улучшенного генома — это соединения? Не просто новая стихия?       — Да, — кивнул Микиру, а потом с улыбкой покачал головой. — Нет, Тори, ты же не думаешь попробовать? Если бы улучшенный геном было так легко добыть, им бы пользовались все. Я знаю, что стихии нужно смешивать в особой пропорции, которая людям с кеккей генкаем понятна интуитивно.       — Теперь тебе нужно называть её Птичка-химе, — гордо (ещё бы, кто это прозвище придумал?) заявил Кеншин.       — О, уже можно?       Я уверила Абураме, что это была просто мимолётная мысль и ничего более, а сама отложила возможность у себя в памяти. Конечно, это дело не для ближайшего… полугодия, пожалуй. Но когда Наруто уйдёт из Конохи и на два года настанет относительно мирное время, то почему бы и не попробовать? Конечно, в этом случае нужно будет докачать сродства с обеими стихиями до максимума, но с моим классом это не будет такой уж проблемой. А вот подскажет ли мне система, в правильном ли я двигаюсь направлении? Смогу ли я получить новую стихию таким способом? Понятное дело, она не передастся по наследству, но будто мне сейчас есть дело до детей.       Дети… Я вспомнила про Данзо и резко усомнилось в том, что игра стоит свеч. Нет, если у меня получится соединить стихии, я буду в большой опасности. Наверное, это всё-таки дело не ближайших пяти лет. Вот после войны — обязательно займусь, нужен же мне хороший аргумент, чтобы побить Наруто в соревновании за место Хокаге. А собственноручно добытая новая стихия — это очень хороший аргумент!       — Итак, — внезапно громко сказала Аянами, и все присутствующие в комнате повернулись в её сторону. — Я подумала, и мы решили, что кафе быть.       — Я подумала, и мы решили! — оскорбленно заметила я.       — Птичка-химе предложила, я подумала, и мы решили, — усмехнулась Аянами, а потом посмотрела на меня уже без смеха. — Ни я, ни ты официально не будем иметь к этому заведению никакого отношения. И уж тем более Микиру или Сакура.       Ну да, логично. Аянами уже привыкла не светиться, делая всё чужими руками и слушая чужими ушами — только думает своей головой. Мне тоже быть официально связанной с чем-то таким не с руки. Не то чтобы те, кто чисто теоретически мной интересуются, без этого не поймут, что я тоже принимаю участие… Микиру клановый, его не вмешивают по причинам вопросов от клана, которые обязательно последуют, если мы что-то предпримем в его сторону. А вот Сакура…       — Почему бы, собственно, и не пригласить Сакуру в совершенно не тайный кружок, как я понимаю, совладельцев?       — Потому что Сакура не выглядит угрожающе, — спокойно пояснила Аянами. — А я бы хотела, чтобы в «кружок совладельцев» вошли такие личности, с которыми лучше не связываться. Наша троица «К».       — Троица «К»?..       — Комацу, Кеншин, Кирю, — перечислила я, поймав непонимающий взгляд Микиру. — Хм. Действительно. Целых три человека в моём окружении имеют имена, которые начинаются одинаково.       — Чудо, не иначе, — сухо подтвердила Аянами. — И всё же, ты больше тут не нужна, Птичка-химе. Иди отдыхать или спать, или клепать свои копии. Я пошлю кого-нибудь за Кирю, а ты, Микиру, останься. У меня ещё есть для тебя задание.       Я поняла, что обо мне очень агрессивно (по-другому понять фразу про копии, которую иначе как «Я за тобой слежу» истолковать невозможно, не получается) заботятся и сочла за лучшее сделать ручкой и отправиться домой. Дел у меня было много и без банды, а с вопросами, не требующими моего прямого участия, ребята действительно разберутся и без моего прямого участия. Только крикнула на прощание Аянами, чтобы больше таких накладок, как с Кеншином, не было, но больше из вредности: будто она без меня не знает, что такого быть не должно.       Интересно, а виновные понесли наказание? Я даже замедлилась, и последний прыжок с крыши на крышу получился совсем слабым. Интересно, а были ли подобные накладки раньше? Аянами сообщает мне далеко не обо всём, что знает сама. Понятное дело, что считает эту информацию ненужной для меня… но мало ли что она считает! Решив позже разузнать о неудачах и наказаниях подробнее, я уже решительно продолжила свой путь домой.       Фигурок, сделанных с помощью артефакторики, у меня теперь было много. В голове бродили смутные мысли про куклы вуду, но заниматься таким мне не очень хотелось. Не сейчас, по крайней мере, хотя мысль тоже очень интересная… Я тяжело вздохнула и подтянула деревянного Саске (похожего на Саске пока что исключительно верхней частью тела) поближе. Я уже решила, что в ближайшие дни схожу за красками и придам фигуркам цвета. Может, потом даже подарю их владельцам, кто знает…       Правда, из-за мыслей о всё тех же куклах вуду, я не стремилась делать из дерева дорогих мне людей. Только те, кого я знаю, но не привязана. Киба и его пёс, Какаши-сан, Ирука-сенсей, которого я часто видела, пока Сакура ещё училась в Академии, теперь вот Саске… стоит ли следующим сделать Наруто?       — Какие-нибудь продвижения? — почти безнадёжно спросила я у своей копии.       — Молчи, блин, — буркнула та в ответ и сложила несколько печатей. Чуть нахмурилась — видно, что прислушивается к себе. — Вот исчезну, и все мои воспоминания получишь. А пока — не лезь. Сходи лучше за красками прямо сейчас, ну.       Таким образом, я качалась, внимательно следя, правда ли за каждый добытый уровень способности мне падало по пятьдесят единиц опыта. Вывод: правда. Но что за насмешка — пятьдесят единиц! Конечно, только и делая, что тренируясь или развиваясь, я набирала немало, но этого всё ещё было недостаточно для быстрой прокачки. Я прикидывала: да, двенадцатый уровень я получу, но вот тринадцатый? Не-а. И, если судить по тому, как количество требуемого опыта менялось от уровня к уровню, я даже до половины требуемого количества не доползу… Обидно.       Интересно, такое мероприятие будет ещё когда-нибудь? Желательно, чтобы времени мне выдали побольше, например, те два года, пока Джирайя с Наруто будут отсутствовать… Нет? Я хмыкнула в пустоту, согретая собственной фантазией.       Но с опытом действительно надо что-то делать. Как бы набрать его побольше? Попробовать найти себе задание? Нет, ну, можно, конечно, попробовать, кто эту систему знает… Она любит отзываться на мои желания самыми необычными способами. Но не окажется ли в итоге, что наткнусь я на Гаару, а моим заданием будет «выжить»?       От наипростейшей мысли я почти застонала и со злости отбросила и ленточки, которые на тот момент держала в руках, подальше. Ленточки, будучи очень лёгкими, далеко улетать не захотели и плавно приземлились на пол. Клон, сидящая на моей кровати, даже не шелохнулась. Ей мои метания интересны не были. У клонов вообще была идея-фикс на той цели, с которой они создавались — видимо, для того, чтобы особо не осознавали себя. Потому что стихийные клоны не особо умные, а теневые — очень даже. И это тоже надо было уместить в печати, с помощью которых я собиралась создавать своих «улучшенных» клонов…       После тренировки, поспав пару часов и восстановив чакру, здоровье и моральное состояние, я поскакала к одному из самых больших парков Конохи. Зачем?.. Всё просто. За данжем. За тем, что система мне давала только тогда, когда я начинала усиленно об этом думать.       Несмотря на то, что в последний раз я была в данже очень и очень давно, ощущения от вхождения в него были незабываемыми. Как и внезапное отсутствие громких звуков. Помнится, я так и не определила, шло ли в этих локациях время так же, как и в обычном мире? Я достала вакидзаси и приготовилась проверять всех и каждого интуицией. Итак, были крысы, были собаки, как-то раз на окраине деревни были даже волки. А теперь кого подберут мне по уровню?       Чуть позже, с наслаждением раня медведей, а потом закидывая эти же раны ядами, я справедливо рассудила, что теперь набор точно полный. Хорошо хоть нет квестов по типу «принеси двенадцать жоп этих медведей», иначе я бы умерла. Тут данжи совсем скучные! Никакого разнообразия во врагах, никаких боссов… Или одиннадцатый уровень слишком небольшой для таких приключений?       Поздравляем! Получен новый уровень! Получено три свободных очка!       Точнее, уже двенадцатый. А если повторять, а я точно буду повторять, то, может, всё-таки и тринадцатый? Я с сомнением попинала трупы медведей и решила пройтись по парку. Никакие части этих совсем не милых животных мне не нужны: может, умей я что-то делать со шкурами или клыками… А, собственно, почему я не могу ничего сделать с клыками? Кость отличается от дерева, конечно, но где наша не пропадала. Я вернулась к медведям, повыдёргивала самые большие клыки и когти (что оказалось сложнее, чем я помнила по опыту с химерой) и, довольная, пошла искать ещё какой-нибудь лут. Как-то раз мне перепало медицинской чакры. А на этот раз?       А на этот раз стоило купить губозакатывательную машинку, потому что я так ничего и не нашла. А когти-клыки эти… Я повздыхала и решила, что обязательно что-нибудь из них сделаю. На нескольких потренируюсь, а из остальных — сделаю… Не знаю. Что-нибудь одно, чтобы точно были плюсы. Медведи-то самые обычные, пусть и непонятно что делающие в парке Конохи… Я представила, какие сюрпризы встретятся, если попасть в данж в Лесу Смерти, и нервно усмехнулась. Нет, до уровня эдак пятнадцатого я туда даже не пойду. Или пойду, но с командой поддержки.       Я достала самый внушительный из клыков медведя из инвентаря и с сомнением начала его разглядывать. Хм. Ну, проделаю я в нём дырочку и сделаю ожерелье дикарей… И смысл? Нет, нужно что-нибудь ещё. А если Интуицией?       Медвежий клык       Ингредиент для ремесла       Интуиция: Можно истолочь в порошок или использовать целиком.       Покрутив клык в руках и даже достав коготь, чтобы проверить, не изменится ли что-то в информации, выдаваемой мне способностью (нет), я вынуждена была принять, что никто мне подсказывать не будет. Зато, стоило только применить Интуицию в последний раз, как выскочило сообщение.       Поздравляем! Навык Интуиция достиг МАХ. Теперь 20% не положенной вам по уровню информации вы можете узнать со 100%-ной вероятностью; 30% не положенной вам по уровню информации вы можете узнать с 65%-ной вероятностью; 70% не положенной вам по уровню информации вы можете узнать с 25%-ной вероятностью.       Я поморгала, зашла посмотреть на свои навыки. Действительно, максимум… Получается, после достижения пятидесятого уровня, способность приобретает специализацию, достигает тридцатого уровня, даёт этим какие-то дополнительные плюшки и больше не качается. Я на всякий случай просмотрела уровни остальных своих способностей, которые перешли пятидесятиуровневый порог. Выходило, что скоро закончат прокачиваться Одноручные печати и Скорость… А Ядодел вот-вот достигнет пятидесятого уровня. Что совершенно прекрасно!       Кстати, о Ядоделе: и хорошо, что к тому моменту, когда я пойду собирать ингредиенты в Лесу Смерти, у меня уже будет максимальный уровень. Было бы классно сделать какой-нибудь новый яд. В конце концов, ингредиенты всегда под рукой! Да, в опасном месте, но когда-нибудь я прокачаюсь настолько, что Ши но Мори перестанет быть большой проблемой.       А пока он, как и Гаара, всё ещё был огромной такой проблемой, я тренировалась, тренировалась, тренировалась… День на пятнадцатый или шестнадцатый отведённого мне месяца на полигон пришла Тентен. Я заметила её каким-то шестым чувством — которое, кстати, после прокачки Интеллекта необычайно активизировалось. Видимо, пресловутые проценты работали, пусть и по совершенно непонятному мне механизму. Я довела связку до завершения и вогнала меч в ножны. Повернулась к сенсею — просить перерыва для разговора, но тот и без умоляющих глазок махнул мне рукой.       Тентен выглядела печальной. Но только это. В остальном для человека, которого в очень жесткой форме поломали буквально две недели назад, она выглядела прекрасно.       — Я думала, что твоя тренировка уже закончилась, — она улыбнулась. — Я вряд ли могу говорить, как профессионал, но мне кажется, что ты уже выросла над собой!       — Это ты ещё не видела, как я управляюсь со стихией Молнии!       — Верю-верю, — она хмыкнула. — Но то, о чем я хотела поговорить… Сегодня ирьёнины начали пускать к Ли, мне Сакура сказала. Ты пойдёшь?       Да, сначала к Ли не пускали. Я попыталась пробиться к нему ещё в первые дни, но была бесцеремонно завёрнута обратно. Возмутилась, конечно. Но спорить с врачами не стала, страшно и себе дороже. Просто попросила Харуно обо всём разузнать. Она и разузнала: оказалось (вот неожиданность!) что у Ли какой-то особо сложный случай, и ирьёнины увлеченно пытаются его вылечить.       — Это ведь тянет на работу, можно получить S-ранг, — объясняла она. — А это очень престижно. Когда ирьёнин может применить технику Мистической руки, он получает С-ранг. А дальше — по сложности проводимых операций можно подниматься в звании. Но вот S-ранг получают те, кто смог не только доказать свои умения, но и защитить работу. У нас в госпитале таких два или три человека…       — А Цунаде-сан?       — А Цунаде-сама обычно ставят вне рангов, — живо откликнулась Сакура. — Я читала про неё, это совершенно оправданно. У неё есть несколько работ, а операции, которые она может проводить благодаря своим запасу чакры и контролю… и призыву! Говорят, она хотела позволить подписать этот контракт ещё нескольким выдающимся ирьёнинам Конохи, но потом неожиданно покинула деревню.       Я только покачала головой в ответ, но ничего не сказала. Видимо, именно тогда умер Дан? Или она ушла из деревни позже, после того, как умерла чета Намикадзе? Хотя, вроде, особой любовью к Четвёртому Хокаге и Кушине она не пылала. Решив не гадать, я пожелала ирьёнинам удачи. Да, я знала, что у них ничего не получится, но вдруг… Вдруг они всё же смогут что-то сделать?       Хотя, ладно, что-то сделать у них определённо получится, не полные же они неучи. Главное, что этого чего-то будет недостаточно.       — Да, конечно, — легко согласилась я. — Сейчас? А кто идёт?       — Было бы хорошо сейчас, — помедлив, кивнула Тентен. — Сакура высказалась насчет его состояния очень туманно, и мне кажется, что она просто не хотела, чтобы я расстраивалась. А если она думает, что я могу расстроиться, то я хочу пойти с тобой.       — Моя компания — не лучшая для расстраивающихся людей, — пробормотала я, немного растерянная. — Я холодная и черствая, а ещё плохо шучу.       — Там будет Сакура… и Гай-сенсей. Я заходила к Неджи, но, возможно, он захочет навестить Ли один, — проигнорировала мои слова Тентен и крикнула уже громче, обращаясь к Хаяте-сенсею: — Хаяте-сан! Можно я заберу у вас на сегодня Тори-чан? Пожалуйста!       Судя по тому, что Хаяте-сенсей не ответил однозначно «да» или «нет», а начал подходить ближе, ему было попросту интересно, зачем я опять кому-то нужна. Ну, как «опять»… Один раз был Саске. Ещё один раз, буквально дня три назад, прибегал один из шпионов Аянами, передавал последние новости. Последние новости были хорошими, состояние кошелька Комацу было печальным, хотя он в целом не жаловался: кроме верхних этажей и крыш у него в собственности имелись ещё помещения, которые уже были оборудованы под… нечто прибыльное. Вроде бы, то ли пекарни, то ли кондитерские. Плюс доход от того, что уже принадлежало его семье и, соответственно, ему.       В конце концов Хаяте-сенсей позволил меня забрать, пожав плечами и заметив, что «На бой, в любом случае, идти тебе, так что и решать должна ты сама». Я с улыбочкой его поблагодарила. Какое прекрасное напутствие! И как неприкрыто в нём говорится о том, что, по его мнению, мне бы лучше не отвлекаться.       Не то чтобы я не против не отвлекаться и качаться двадцать четыре на семь! Но вот коль я выбрала дорогу эдакого полусоциальщика, то её надо придерживаться — а значит, надо не забывать не только качаться, но и жить, заниматься другими делами, общаться с людьми… даже во время этого адского месяца! Тем более что мне действительно хотелось увидеть Ли, хороший он парень. Полезный.       Как я и предполагала с самого начала, Неджи то ли предпочёл нанести визит вежливости сокоманднику позже, то ли решил строить из себя совсем уж буку и не приходить вообще. Тентен явно расстроилась, но я постаралась следовать возложенной на меня задаче — развлекать — и все те полчаса, на которые нас троих (Сакура тоже пришла, очень представительная, в белом халате и с пучком розовых волос) пустили в палату, травила шуточки из своего уже довольно немаленького опыта жизни в этом мире. Некоторые были из области банды (правда, рассказанные так, чтобы о банде не заподозрили), некоторые — с миссий или из общения с сокомандниками, парочка историй нашлась и со времён работы в магазине.       — О, ты тоже работаешь у родителей? — оживилась Тентен.       — Работала, — поправила её я, вспомнив, что мы с ней как-то встретились в магазинчике некоего Такахаши… Это её отец? — Сейчас у меня совершенно нет времени…       — Верю, — она улыбнулась, а потом хитро ткнула пальцем в мои ножны. — Кстати, это тоже заказывали у нас… я даже помогала с выбором. Сначала я и не подумала, что то вакидзаси выбирали тебе, а потом и забыла сказать. Не жалуешься?       Как тесен мир и как надоедлив канон! Везде, везде одни и те же лица…       — Нет, не жалуюсь, — растерянно проговорила я. — За мечом Хаяте-сенсей приходил?       — Ох, я, думаешь, помню? — озадачилась она. — Вроде бы, он. Но точно помню, что мужчин было двое.       — Наверное, вторым был Мизуки, — обронила Сакура, кинув на меня осторожный взгляд, а потом, вздохнув, махнула в мою сторону рукой. — Нет уж, Тори, молчи. Не хочу ничего про него слушать. Давайте лучше поговорим о Ли, а не о нашей звезде. Всё-таки мы пришли к нему.       Ли тут же начал отнекиваться: о нём и говорить нечего, а вот у Тори-чан столько разных историй… Я, сначала несколько обиженная, быстро оттаяла и постаралась растрясти на истории команду Гая-сана, которым, похоже, просто было интересно послушать про Мизуки-сенсея. Растрясти получилось, но буквально через несколько минут нас выгнала медсестра с железным взглядом, и пришлось уйти. Сильной чакры в женщине не чувствовалось, но вид был угрожающим. Ки, впрочем, тоже задействовано не было… Опыт? Врачи во всех мирах умеют внушить нужные эмоции, ха.       Успокоенная тем, что всё в банде будет хорошо и без моего участия (некоторое время), я чуть не вздрогнула, когда мне пришло оповещение о завершении квеста. Причем какого — Блудная овца! Я озадаченно прочитала текст задания, стараясь не слишком сильно отвлекаться от отработки техники стихии Молнии, которую мне выдал сенсей. Выходило, что квест должен был завершиться ещё тогда, когда я приняла Микиру в банду…       А хотя — с чего бы ему? Привести какого-то человека в гильдию и сказать «теперь ты наш!» не может быть достаточным аргументом для вступления. Особенно, если гильдия основана уже давно и, в целом, и без этого человека неплохо справляется… Но почему именно сегодня? Я пообещала себе в ближайшие дни найти Микиру и покосилась на сидевшего в позе лотоса клона. Она попеременно развивала то контроль чакры, то контроль чакры Молнии. Ещё одна сидела дома. От третьей копии меня попросил воздержаться сам сенсей, заметив, что, создавая клонов на долгий срок, лучше улучшать их количество постепенно.       — Твой мозг может не выдержать, — почти заботливо объяснил мне он. — Это на пять, десять, пятнадцать минут можно выдержать воспоминания хоть десяти клонов, пусть это будет и неприятно, но на несколько часов? На такое чудо не способна даже твоя голова.       Я прокрутила вакидзаси в другой руке, свободной от тренируемой техники, сделала красивое, но бесполезное движение. Сущие понты, что называется. Сенсей рядом выдохнул раздраженно: он понты в своём любимом кендзюцу презирал всеми фибрами души. Ну, что поделать с нерадивой, любящей выставить себя в лучшем свете ученицей?       — Это вы так мягко попытались намекнуть, что я глупая, сенсей? «Даже твоя голова»…       — Нет, конечно, ты не глупая, — усмехнулся Хаяте-сенсей. — Посмотрел бы я на того, кто будет так утверждать.       Вообще, я изучала две техники стихии Молнии. Как сенсей сказал, самые полезные С-ранга для такого бойца, как я. После всех тренировок, В-ранг отказалась брать уже не я, сенсей отказался давать мне такую технику, аргументируя, что это будет бесполезно — пусть В-ранг и даёт больше возможностей, но к концу месяца у меня вряд ли получится применять такое дзюцу быстро, качественно и, что самое главное, без колоссальных потерь чакры. С первоначальным планом пришлось попрощаться.       Броня Удара Молнии ИЛИ Райгеки но Ёрой ур.8       Теперь вы сияете наяву так же ярко, как и в своих глазах!       Эффективность Скорости увеличена на: 4%       Погребение Молнии: Банкет Молний ИЛИ Райсоо: Икадзучи но Утаге ур.7       Если удастся попасть — банкет обеспечен.       На самом деле, мне виделось, что я стану тем самым бойцом-с-тысячей техник. Не Какаши-сан, конечно, да и без шарингана… Но темпы развития определённо позволили бы мне изучить столько различных техник С, В и — иногда! — А рангов, что малый запас чакры перестал бы играть важнейшую роль. Ведь не всегда важно знать сильную технику. Иногда важно, чтобы она подходила ситуации…       Райгеки но Ёрой была, как понятно из названия, классической бронёй. Как же часто я подпаливала одежду, пытаясь сделать так, чтобы чакра Молнии не ранила не только меня саму, но и то, что меня окружает!.. Если броня из Земли забивалась в одежду и давала хорошую защиту от стихийных техник, то броня из Молнии, наоборот, ускоряла и защищала от тайдзюцу. Сложно воевать с человеком, который как в костюм одет в электричество.       Райсоо: Икадзучи но Утаге же являлось идеальным дзюцу для мечника со стихией Молнии. Особенно если заточить технику так, чтобы молния, посылаемая после складывания печатей, шла ровно в ту сторону, куда направлен меч. Или вторая рука. Или даже нога… А из-за того, что быстрый разряд мог передвигаться даже по воздуху, техника становилась куда слаще подобного же дзюцу стихии Земли, Дотон: Рэцудо Тенщоо, которое я с такой любовью применяла на Саске. Техника Земли передвигалась только по земле, двигаясь к цели, которую ей задашь, и если цель уходит с земли… ну, не повезло.       С другой стороны, как-то размышляла я, Рецудо Тенщоо свободно поворачивала и вообще преследовала того, на кого укажешь. Икадзучи но Утаге? Била прямо, прямо и только прямо. Да, Молния быстрее Земли, но всё-таки…       Подобные размышления заставили меня натолкнуться на ещё одну простейшую в своей очевидности мысль: шиноби, не любящие изобретать велосипед, сделали одинаковые техники для каждой стихии. Только вот применение, вследствие различия стихий, у них получалось разное. Если земляную броню логичнее использовать в том случае, когда ты защищаешься, или для придания дополнительного веса своим ударам, то вот броню из Молнии для защиты применять глупо. Скорее, для подстраховки во время нападения и увеличения скорости этого самого нападения. Так же и с остальными техниками: принцип у них был похож, но в каждой конкретной ситуации логичнее применять или одно, или другое.       — Как думаешь, с какой вероятностью Шино проиграет Сакуре? — хитро спросил меня Юкио, когда я звёздочкой лежала на земле после спарринга с сенсеем, где он, явно волнуясь из-за того, что до экзамена осталось всего шесть дней, очень тщательно меня размазал. — Ну, просто подумай, она вокруг Микиру, потенциального источника информации, как коршун ходит, жуков разве что на зуб не попробовала.       — Они горькие.       — Ага.       Мы оба решили не продолжать тему того, откуда нам это известно. Я вот, когда попробовала жука, получила дебафф и ещё три часа мучилась с ним… Лучше не вспоминать. Подозреваю, что у Юкио была та же ситуация.       — На самом деле, она может. Но ей надо очень хорошо подготовиться, — я с трудом подняла руку от земли. Казалось, что из-за большого сродства она даёт мне силы. — А вообще, что там по первому туру? Я против Темари, Сакура против Шино, Гаара против Шикамару, Наруто против Неджи? Кто там ещё…       — Канкуро забыла, он проходит во второй тур без битвы.       — А, ну да…       Шикамару, скорее всего, сдастся, он отлично видел, что произошло с Ли. Канкуро, если вспоминать канон, тоже почему-то отказался от участия. Вспомнить бы ещё, почему… Кто победит — Сакура или Шино — уже совершенно не важно, потому что меня столкнут с Гаарой во втором туре, чтобы люди посмотрели, сыграла ли их ставка, а потом насладились, как победитель добивает того, кто так же прошел в полуфинал. Или, наоборот, будет добит другим полуфиналистом! А потом победителя ещё раз столкнут с более свежим противником, потому что всем нужны зрелища, а деревне ещё и деньги со ставок. Ну, это, конечно, идеальная сцена. В реальности-то у двух участников в пузе сидят хвостатые…       Почему я не волновалась за бой с Темари? Потому что пол арены земляной, стены — каменные… а Темари ещё не научилась летать, так что техники Земли её всегда достанут. Плюс, моя Молния, конечно, слабее Ветра, но это смотря в каких обстоятельствах. Если я подберусь поближе и ударю, или если она просто не успеет отмахнуться веером — будет уже не важно, какая стихия сильнее.       Страшно, конечно, так недооценивать Темари. Но я лучше сосредоточусь на том, чтобы, выйдя с Гаарой на бой, продержаться как можно более достойно. Тактика против таких бойцов, как Темари, у меня есть, а вот против такого бойца, как Гаара, лучше вообще не выходить… Если тебе не хочется получить чунина. Цунаде в каноне ведь наградила жилетом Шикамару? Чем я хуже? Ему-то, учитывая первый же бой с Гаарой, ничего не светит.       — Раз Сакура постоянно рядом с Микиру, он у Аянами? Они оба у Аянами? — я внезапно вспомнила о своём желании не выпадать из жизни банды окончательно. Юкио — прекрасный источник информации! — И, кстати, как продвигается наша кафешка?       — Наша кафешка пока что на этапе обустройства, и будет там ещё долго, — Юкио пожал плечами. — Комацу сказал, что пока что не хочет тратить деньги ещё больше, и я его понимаю. Не то чтобы у меня было столько денег.       — Шиноби такие сильные, но такие бедные, — печально вздохнула я. — Всё достаётся то гражданским, то клановым.       — Можно считать, что Комацу тоже клановый, — фыркнул Савада. — Ты его семью вообще видела?       Видела, конечно. И ту самую племяшку, подарок которой мы ходили выбирать кучу лет назад, и сестру, и родителей, и всех остальных родственников. С родителями Аянами я тоже знакома, они считают меня несколько своеобразной подругой для своей дочери (потому что я шиноби), но в целом неплохой (потому что я изучала этикет и вообще душка). Кеншин… знакома, но мельком. А с родственниками Кирю никакого желания нет даже говорить. Они у неё на редкость не самые лучшие, как и команда, к которой она принадлежала до того момента, пока она не стала чунином. Говорил с ними только Кеншин — кулаками.       — Но вообще, Микиру у нас боевое крещение прошел, — со смехом доложил мне Юкио. — Я выпросил следить за ним, пока он это делает. Он меня не заметил, конечно… Когда тем, кто состоит в банде, хочется, чтобы их не замечали, их удивительным образом не замечают.       Я притворилась бревном и не отреагировала на ну очень многозначительный тон. Это не я такая, это окружающие меня люди очень талантливые… Да-да, очень талантливые! И нет тут никакого сходства с моей «техникой», которая несколько смущает даже носителя бьякугана. Хорошо хоть, не заставляет меня исчезнуть из его поля зрения… Наверное, тогда меня бы или убили Хьюга, или всё-таки утащил к себе Данзо.       Но раз Микиру прошел боевое крещение, тогда понятно, почему мне зачли задание как выполненное. Это и его выбор — быть с нами, и просто первая польза банде. Будто я не видела, как он задумчиво смотрел на всё, что напоминало ему о гильдии, о чём-то размышляя. Он бы не отказался, конечно, учитывая, что уже был представлен, но вполне мог попросить меня о каких-нибудь поблажках в плане выполнения заданий. И я бы даже не отказала. Хотя отношения могли бы подпортиться, этого не отнять…       Такими темпами, подумала я, я скоро всё-таки добью тринадцатый уровень — от выполненного задания мне перепало целых три тысячи опыта! Да и ещё один данж неплохо так помог... время там шло, как и в обычном мире, но и опыта неплохо капало.       И действительно, за два дня до экзамена я его таки добила… Но перед этим, за три дня до экзамена, я достигла максимума в ещё одной способности.       Поздравляем! Навык Одноручные печати достиг МАХ. Теперь вы можете создавать собственные нестандартные печати с 50% вероятностью. Теперь вы можете адаптировать техники со 100%-ной вероятностью. Теперь вы можете изменять техники (вероятность успеха зависит от вашей удачи).       Прочитав сообщение, я… засмеялась. Клон, которая, как оказалось, свою систему имела только в очень урезанном варианте, но могла видеть мою, заглянула мне через плечо и, чертыхнувшись, развеялась. Ну, да, обидно осознавать, что всё это время ты делала то… чего просто не могла сделать.       Обидно думать о потраченном времени? Обидно. Зла ли я на то, что вообще настолько зациклилась на этой идее, что так и не отпустила её реализацию до конца? Да, очень. Не самое умное, что я могла придумать… Но идея создать с десяток клонов и заставить их, не знаю, тренировать контроль чакры или стихии была слишком заманчива — в конце концов, тогда ведь затраты времени на изменение техники окупились бы… Да и почти ненаполненных чакрой клонов можно использовать в бою как отвлекающий манёвр — их сложно отличить от оригинала, они не тратят много чакры на своё создание... в идеале не тратят.       Но, в то же время, эта техника явно не для экзамена на чунина.       Как и Гаара.       Гаара, кстати, имел семнадцатый уровень! Монстр. Даже у Наруто всего четырнадцатый, как и у Саске. У Неджи... Неджи, в отличие от остальных генинов-чунинов, я как-то не просканировала. Зато выяснила, что для молодого чунина средний уровень — это именно что пятнадцатый. Я, конечно, маловата... но и Шикамару всего двенадцатый имеет.       Имя: Тори Каору       Статус: Ледяная душа       Класс: Буревестник       Уровень: 13 (35240/49000)       Здоровье: 270/270       Чакра: 276/230 (+20%)       Контроль чакры: 73 (66) (+0,7 к скорости прокачки) (+10%)       Сила: 25       Ловкость: 34 (+0,2 к скорости прокачки)       Выносливость: 22 (17)       Интеллект: 60       Удача: 25       Свободные очки: 3       Репутация: 370